Узор трилистника (2/2)
Он резко ощутил назойливую засуху в горле.
– Колыбель смерти, – собственный голос показался Джимми чужим и несуществующим.
Он прорезал пространство, выводя Зака из оцепенения, который всё ещё глядел на раненные ладони.– Что?– Я слышу похоронный марш. Они говорят, я забыл патроны.– Кто говорит? – осторожно спросил парень, только сейчас заметив оружие в руке Салливана.За последние дни он уже отвык от голоса Джимми, привыкнув взамен к бездействию с его стороны. И чувствовал маленький укол совести, что упустил из виду такую опасную деталь. Больше всего он сейчас мечтал отобрать у Джеймса пистолет и спрятать его куда подальше.– Надо же какой идиот, забыл патроны!
Последовал надрывный нервный смех, от которого кровь стыла в жилах и пробивал озноб.Он полностью оказался на полу, соприкасаясь подбородком с коленями. От подобной вибрации начинало дребезжать в мозгу. Зак беспомощно огляделся и обрадовался удачной находке – маленькая лейка для поливки цветов оказалась полной.
Беспощадная волна обрушилась на мертвенно-бледное лицо, корчившееся в истерических гримасах. Салливан выругался, сплёвывая остатки дури вместе с тухлой жидкостью. Вода окончательно привела его в чувства.
Тем временем Зак аккуратно избавился от оружия. Он постучал друга по спине, непроизвольно оставляя на его одежде следы крови. Джеймс наконец осознанно и с благодарностью посмотрел на Бэйкера. И взгляд его говорил гораздо о большем, чем можно было бы выразить словами.
– Где Мэтт? – в его глазах внезапно отразилось непонимание и настоящая паника.Друг молча кивнул в сторону. В хаосе из подушек и простыней под столом парень не сразу заметил голову Сандерса, затем скользнул взглядом от корпуса к ногам, покоящимся на сидении офисного стула. При этом одна ступня была обута, а на второй красовался дырявый носок.
– После того, как он чуть не вышел в окно, ему полезно поспать. Он никогда столько не пил. Пришлось оставить его тушу вот в таком положении, ибо Мэтт грозился "засунуть мне пистолет в одно место", если я попытаюсь уложить его на диван. Вряд ли он что-то вспомнит.Джимми покачал головой и блуждающим взглядом обвёл помещение, в котором невозможно было узнать прежний кабинет.
Разбросанные опорожнённые бутылки, покоцанный письменный стол, на котором вповалку лежала груда использованных сигарет, треснутый монитор от компьютера, изорванные контракты и акции, повсюду мусор, не говоря уже о километровом слое пыли, которая осела в каждом уголке комнаты и души.– Какой жуткий погром мы устроили, – озвучил Джимми, прозревая именно в эту самую секунду. – И вонь адская.– Пора навести порядок. Во всех смыслах. Пойду, обработаю руки.– Погоди, Заки, – остановил его Салливан, чувствуя, как важные слова давно просятся наружу. – Прости меня, брат. Я был не прав.Бэйкер задержал на нём взгляд, затем виновато указав на свои руки, утвердительно кивнул и удалился.
Салливан распахнул шторы, и зажмурился от пронзительных солнечных лучей. Тепло и свет казались сейчас личным оскорблением и издевательством над утратой. Вся вселенная должна скорбеть вместе с ними.
Во рту неожиданно появился привкус металла и крови, а в ушах дико зазвенело. Джеймс дёрнул штору и нетерпеливо призвал Мэтта проснуться. Позволить остаться наедине с собой – верный способ сойти с ума.Это был самый сложный период в жизни парней. Они проводили вместе двадцать четыре часа в сутки, никому не позволяя надолго остаться в одиночестве. Общее горе сплотило друзей как никогда. Они предавались воспоминаниям, радостным и печальным. Смеялись до боли в рёбрах и рыдали до боли в сердце.– Помню, мы учились в средней школе, когда в моду вошел ?брэйк-данс?, – начал Заки, отпивая из бутылки.Друзья расположились на полу, закутавшись в пледы, окружённые полной темнотой. Горела лишь большая свеча в центре круга. Живой огонёк разгонял демонов и создавал невидимый ореол защищённости.– Бри тогда первым пришёл в школу в новомодных тряпках, которые были на четыре размера ему велики, и в кепке козырьком назад с этой стрёмной надписью ?bad boy?. Заходит он в класс с приветствием в стиле ?Йоу, чуваки, как жизнь?, раздаёт ?пятаки? направо и налево. Ещё и девчонок старается шлёпнуть по попе, за что чуть не лишился кепки, – усмехнулся Заки. – И со словами ?Смотрите, чё покажу?, залезает на парту и начинает подражать популярным танцорам. Хреново у него, конечно, получалось, однако толпа развеселилась. Конечно он не смутился даже появления нашей молодой географички. Наоборот, томно глядя ей прямо в глаза, подмигнул и произнёс: ?Это всё для тебя, крошка?. И делая эпичный финт, падает на пол. Устроили ему тогда взбучку и в школе и дома. Но он чувствовал себя настоящим ?перцем?.– Да-а, – посмеялся Мэтт. – А я никогда не забуду тот случай в супермаркете с кражей алкоголя. И всё это в канун Рождества. Сначала мы пошли с Бри за подарками для родителей. А потом ему ударило в голову стырить пиво, потому что нам не хватало нескольких центов на покупку. Хороший подарок получился, когда копы пришли к нему домой разбираться и поставили на учёт.
Друзья рассмеялись.– А помните, когда мы пошли к Дэйву набивать первые татуировки? – подхватил Джимми. – Брай же тогда сразу предложил всем сделать трёхлистный клевер на тыльной стороне ладони.
– Символ нашей вечной дружбы, – Мэтт выставил кулак для обмена шуточным ударом.
– Да, и когда мы это делаем вместе, получается своеобразный узор, – подтвердил Заки, присоединяясь к ритуалу.Только кулаков всегда было пять, а татуировок четыре. Очередная волна сокровенных воспоминаний накатила с застывшими на глазах слезами." – Подождите меня! – завопил семилетний Джонни, пытаясь угнаться за друзьями.Четверо мальчишек с громкими возгласами и звонким смехом неслись к любимой полянке, где ещё прошлым летом соорудили собственный ?штабик?. Там было их убежище, там они делали запасы продовольствия, которые таскали из дома и хранили самодельное оружие: лук со стрелами, заострённые крепкие палки в качестве копья, рогатки, огромную коллекцию камней на все случаи жизни и подорожник, которым лечили боевые травмы.
Дедушка Мэтта их всему обучил. Мальчики часами увлечённо строгали палки и сучья, и были очень горды своей кропотливой работой. С первой встречи они нашли общий язык и создали свой собственный мир, к которому другим не было доступа, который понимали только они и никто другой. Выдуманные игры, собственные правила, своё убежище, свои маршруты. Пятеро друзей родились для того, чтобы идти по жизни вместе, делить все радости и невзгоды. Такому сплочённому союзу мог позавидовать кто угодно.Излюбленное местечко находилось немного дальше центральной городской части, в лесу. Если не заходить в чащу, а идти вдоль узкой тропинки, можно выйти на открытую полянку. Простор и свобода – лакомый кусочек для детей всех возрастов. И найти такое место было настоящим сокровищем для ребят.
Четверо мальчишек, которым было уже по десять лет, достигли цели, а маленький Джонни всё не мог угнаться за ними. Вдруг он споткнулся о выступающие наружу корни большого дуба и упал. Кареглазый мальчик первым среагировал на зов о помощи и, не раздумывая, побежал обратно. Остальные последовали его примеру. Друзья помогли Джонни подняться, отряхнуться и дойти до полянки.– Коленка болит, – захныкал мальчик, шипя от жжения ссадины.– Брайан, принеси подорожник и последнюю бутылку воды, – скомандовал Заки. – Рану надо промыть, меня сестра так учила.Вскоре запыхавшийся Хейнер вернулся с медикаментами, и они обработали повреждённое место.
– Больше не болит? – спросил Джимми.– Чуть-чуть, – улыбка озарила детское лицо. – Спасибо. Вы мои самые лучшие друзья. Как старшие братья.– Теперь мы всегда будем братьями, – гордо заявил Мэтт. – И всегда будем друг другу помогать.– Да, друг за друга горой, – подхватил Джимми.– Что бы ни случилось, – продолжил Заки.– Вместе навсегда, – Брайан выставил кулак. – Вы должны по нему ударить. Я такое видел в кино. Это будет наше кредо.Друзья обменялись шуточными ударами и заключили друг друга в объятия. Внимание Мэтта вдруг привлекло зелёное растение с тремя листочками.– Ух ты, трёхлистный клевер! – его глаза радостно заблестели. – Дедушка мне о нем рассказывал. Клевер приносит удачу. Теперь это символ нашей вечной дружбы".
Сейчас каждый был готов поклясться, что чувствовал безмолвное и незримое, но такое тёплое и родное присутствие Брайана.
На его руке так же красуется заветный символ зелёного цвета, он так же улыбается одним уголком губ и так же искренне обнимает своих братьев.Друзья замерли, завороженно глядя на свечу, что горела ровным пламенем. Огонёк слегка задрожал, затем снова стал ровным и резко потух.copyright?black agony 2018