Глава 33. И разверзнутся небеса перед прощенным грешником. (1/1)
Музыкальное сопровождение: Florence and The Machine – Never Let Me GoIn the arms of the ocean, so sweet and so cold,
And honest devotion I never knew at all,
And the crushes of heaven for a sinner released,
And the arms of the ocean delivered me.(FATM)(В объятиях океана так приятно и так холодно, Искренняя молитва, которой я не знала прежде, И небеса разверзлись перед прощенным грешником, И океан на своих руках перенес меня)
Тор был пьян.В стельку, в зюзю, в сосиску – как ни скажи, просто лыка не вязал.Вот уже который час гордость Асгарда методично обдавал все понимающего Капитана знатным перегаром, отходя от пережитого шока. Стив сочувствующе кивал и терпеливо слушал божественные излияния на тему того, что чувствуешь, когда твой брат, сводный (!) брат,- мужеложец, преступное зло, разыскиваемое двумя мирами, и просто большая заноза в заднице.
Локи перестал его слушать уже после первых двух минут и ушел к камину. Всем нужно отдохнуть, Тору тоже. Особенно Тору.***- Тебе не кажется, что мы создали секту имени себя?- С чего ты так решил?- Посмотри на своего друга и моего брата.- А ты бы хотел, чтобы этот громила скакал тут и пытался пришлепнуть тебя молотом?- Ты понял о чем я.- Понял. Это наша светлая сторона, вот и все.
***- Как твои глаза?
- Глаза? – Локи грел ладони о кружку шоколада, по спине мернорасходилось волнами сердцебиение Тони.- Ну, магия и имплантаты мало сочетаются?
- Я ничего не заметил. Даже не думал об этом, - Локи отставил чашку и потрогал веки подушечками теплых пальцев. – Ничего, все в порядке.Тони обнял его сзади, провел ладонью по теплой золотистой поверхности браслета:- Расскажи о том, что было ночью.- А что было ночью?- Ты меня спрашиваешь?- Тебя, - Локи улыбнулся рассеянной улыбкой, дав понять, что и сам не имеет вразумительного ответа. – Если тебе интересны причины…- Не нужно о причинах, скажи, что теперь будет.- Я не знаю, - он взял руку Тони и положил себе на грудь. – Закрой глаза и чувствуй.Под ладонью билось сердце. От сердца лучами бежала золотистая жизнь по артериям, Тони чувствовал ее движение кожей, он видел. Затаив дыхание, он опустил ладонь ниже, на солнечное сплетение, и почувствовал маленькое солнце внутри. Это была магия. Локи тянулся вслед за его рукой, будто крепко привязанный к пальцам Тони невидимыми нитями, и волнующе вздыхал от каждого прикосновения.- Я тебе себя отдал. Насовсем. Навсегда. Теперь ты можешь править богом. Вселенной, которую так страстно желал, - прошептал он.Сердце его колотилось, он забыл обо всем. Обо всем, что было, есть и будет. Тони развернул его к себе. Это будто выложить все карты на стол. Все-все. До единой.Тони поднимал последнюю, глядя в глаза:- Я тебя…***...Локи открыл глаза, не разобрав в первые секунды, где находится. А когда понял, то начал жадно и недоверчиво озираться по сторонам, как ребенок, получивший мечту и не знающий, с чего начать, держащий ее в дрожащих счастливо ручонках.Это была его душа. Только куда подевалось небо? Где бесконечная равнина?Вокруг, насколько хватало взгляда, в бесконечной темноте космоса кружились серебристые спирали галактик. Сотни. Тысячи. Миллионы галактик, ярчайших. Миллиарды звезд горели в каждой из них. И где-то там, в одной из этих систем, была крошечная планета, наверняка самая маленькая и затерянная, где текла река, глубину которой определяла тьма в сердце, а тени-фантомы ныряли в небо. Он застыл. Застыл, понимая, как мало он знал о себе. Как мало верил себе, в себя. Понимая, как ошибался сотни, тысячи лет непроглядной ночи.
Все эти миры, прекрасные, бесконечные, вращались вокруг НЕГО. Все это было ИМ.Вот, что увидел Тони. Увидел тогда, когда каждый из них, люди ли, боги, не смогли увидеть ничего.Вселенная, она как тосты. Локи сел в бесконечности и заплакал. От счастья и облегчения. Иногда можно.Он подумал было о том, что только что говорил с Тони, и, наконец, удивился тому, что оказался в себе, но быстро получил ответ на свой незаданный вопрос.Тело сковало холодным отчаянием. Со всех сторон наползала тьма, пожирая целые галактики, и Вселенная в одночасье превратилась в пустую черную дыру. Локи затравленно дернулся, сжался, потеряв нить. Колкий, острый страх кромкой льда отрезал его от всего, выбив вместе с воздухом из груди надежду, заработанную таким трудом. Грубо схватив свет, который он бережно нес в ладонях каждый день, проведенный с Тони,пытаясь вырвать его из ослабевших пальцев. Локи беспомощно цеплялся за это тепло, выстраданное, вымученное, отчаянно пытаясь удержать свою последнюю надежду, свой настоящий мир, который он, наконец, смог обрести, свою собственную истину не бога, но ребенка.Это была Бездна. Пустая и безликая.Он захотел закрыть лицо руками и спрятаться, в надежде, что она не заметит его и просто уйдет. Глупо. Тьма знала лазейку в его душу, была ли душа мертвой стеклянной равниной, была ли она бесконечной Вселенной.И перед лицом ЭТОЙ Тьмы он был один. Он был бессилен. Он был ничем перед ней.В густой тишине, тоже черной, слова звучали гулко, забивались в глаза, рот и уши, залепляя грязным месивом.- «Ты же не думал, что я позволю тебе стать счастливым?», - мягкий удар в грудь.
Локи потерял опору и упал в Бездну, протягивая беспомощно и слепо тонкие ломающиеся руки. Дно пропасти встретило его жгучим холодом, накрыв с головой толщей черной воды. Кажется, он горел и ломался одновременно, тонул. Он опускался все глубже, туда, где не было и не могло быть дна, чтобы потерять все и умереть в сердце Бездны. Его воспоминания, его маленькие кусочки надежды, что спасали тогда, месяцы назад,исчезали, пожираемые холодом бесконечного мрака, сдавившего хрупкое тело, хрустальное, ломающееся.Он забыл вкус жареного хлеба. Колкость щетины под кончиками пальцев. Запах трав в деревянной бадье. Прохладный свет реактора, тающий в его сознании.
- Не надо, - прошептал он. – Не забирай…Но тихий голос бесследно растворился в черной воде, где-то там, на глубине, где только смерть. Там, где никто и никогда не вспомнит о нем.Это был конец.Он так и не смог объяснить то, что случилось после. Кто-то схватил его за онемевшие ладони и с силой дернул вверх, одним рывком вытащив из бездонной пропасти. В глаза ударил яркий свет. Прохладный свет реактора, размыто-голубой.
- Без меня развлекаешься? – усмехнулся Тони.Локи судорожно вдохнул, расправляя скомканные легкие. Он дышал, дышал, дышал, вцепившись в Тони. Снова дышал. Он не мог говорить, но глаза спрашивали: «Как?»Тьма всколыхнулась.- И снова ты, человек. Безрассудство твое не знает предела. Неужели ты предполагал, что сможешь забрать у меня то, что принадлежит мне? – Бездна гулко рассмеялась. – Он мой тысячи лет, в его душе пусто, там есть место только для меня. Сколько бы ни выросло в ней сорного света, этой мрази, дряни, я всегда вырву его. Ты ничто передо мной, я – Прародитель этого мира. А ты – всего лишь песчинка в безграничном потоке времени, одна из миллиардов, ни больше и ни меньше. Тебе не быть здесь, пока…- Я уже здесь, - Тони усмехнулся. Локи задрожал в его руках.- Ты вероятно недопонял. ОН МОЙ, - миллионы черных липких рук копьями потянулись к Локи.Тони оскалился и закрыл собой разбитого бога, крепко-крепко обняв, отогревая.
- Ты может и Прародитель, но меня это не особо ебет, Локи ты никогда не получишь. И чему в его душе не место, так это убогой черной дырке, вроде тебя, нищей и пустой.Безднарассмеялась.- Глупый червь. Посмотри на эту дрожащую крысу и скажи, кто из нас прав.- Я не отдам его тебе.- Он не способен изгнать меня.Локи молча плакал.За сотни, за тысячи лет в нем побывала только Бездна. Отравившая его, уничтожившая, проросшая в каждой клетке. Оскверненный, грязный. Одиночество и злоба, ненависть. Она не уйдет. Он ничего не смог изменить. Как больно было от того, что все хорошее не могло существовать больше.Он все еще пытался отдышаться после глубины. Горечь и ненависть заполнили его тело. Бездна была права. А он… он был так близок к тому, чтобы слушать свое сердце. К тому, чтобы услышать его. Он почти обрел покой, он нашел новый мир.
Нашел смысл в себе, нашел его во всем том, что другие считали нелогичным, абсурдным. Нашел его здесь, в этом доме, спрятанном глубоко в сердце гор.Нашел смех, нашел тепло.Целый мир нашел в одном прикосновении бережном губ к ладони.И отдал все, чем был, Тони. Отдал все, что имел. Свою душу, свое тело, свое время. Очень хотелось отдать. Потому что не жалко. Чтобы сделать Тони счастливым.Как жаль, что все нежное не могло существовать больше.Почему он должен снова лишиться всего? Отдать всю истину, обретенную с таким трудом? Почему он должен беспомощно стоять и смотреть, как исчезает его драгоценный свет в бездонном жерле тьмы? Потому что он слаб. Слаб и ничтожен перед этим жерлом.Как жаль, что все светлое не могло существовать больше.Он не заметил, что шепчет вслух, и не сразу понял, что жаркая боль – это пощечина, что ладонь Тони занесена для нового лекарства, а глаза сверкают гневом.- «Тони здесь»,- подумал Локи, рассеянно глядя на него виноватым сдавшимся взглядом.Тони хорошенько встряхнул его, он действительно был чертовски зол:- Что за сопливую ересь ты несешь, глупый мальчишка? Готов так просто лечь и покорно сдохнуть? Вот так запросто отдать все?Локи сковала усталость, тяжелая и холодная. Лечь и сдохнуть показалось не такой уж и плохой идеей. Накатила апатия, немного сожаление. Он склонил голову:- Она права. Я слаб и всегда был. Ты иди. Тебе лучше идти дальше.Тони посмотрел на него с немым укором. - Неужели ты так боишься этой дряни? Она же просто шлюха, пустая настолько, что сует в себя все, что только можно сунуть. Просто бездонная дыра. Ну же, Локи.
- Ты не знаешь, каково это! – взвизгнул тот, оттолкнув Тони.Апатия ушла так же внезапно, как и пришла.- Ну так скажи мне! – Тони грубо рванул его на себя, глядя в глаза. – Скажи.Локи шало уставило на него, набрав в грудь воздуха и приготовившись кричать о своих многовековых страданиях, пустоте, одиночестве и… замер. Внутри будто кто-то включил свет, щелкнув выключателем. Говорить было нечего. Просто нечего.
А правда была совсем иной. Она была в том, что боль и страх стали просто привычкой. Не имели ценности больше. Когда как каждая крупинка времени здесь, на земле, значила гораздо больше сотни лет во тьме. Больше. Больше.
Он веками пресмыкался перед Бездной из страха. Страх был в крови. В его клетках, как неотъемлемая часть. Этот страх определял весь смыслего существования. День за днем, боль за болью. Тысячи бесконечностей в непроглядной тьме, проклятии и благе одновременно. Страх, животный, взращенный бережной жестокостью в верном рабе, слишком слабом и трусливом, чтобы бороться.
А сейчас… сейчас страх перед Бездной казался всего лишь старой сепией. Загорелся свет. И никаких монстров в комнате не оказалось.Только старые бумажки, ссохшиеся за века.Локи изумленно смотрел на Тони. Правда была в том, что теперь в нем жили совсем другие чувства, чуждые страху.- Я все видел в тебе. Я знаю все, - Тони погладил его по голове, взъерошил стриженые волосы.- Но всего этого больше не существует. Оно прошло, утекло, забылось и больше никогда не вернется. Ты отпусти только и все. Отпусти свое прошлое.Он сжал теплую, почти горячую поверхность браслета.- Я твое будущее. И я прошу тебя еще раз: останься со мной навсегда. Насовсем.Я люблю тебя.Локи склонил голову к плечу и по-детски удивленно приоткрыл рот. И очень по-детски спросил, наивно и недоверчиво глядя большими зелеными глазами:- Правда?Тони мучительно застонал, сжимая его голову в ладонях и пряча у себя на груди удивленное лицо:- Да не смотри ты на меня так, ты же меня с ума сводишь, мальчишка мой… Правда.- Правда...- эхом повторил Локи, рассеянно глядя на реактор и слушая грохот сердца, бешеный стук, быстрый. Очень быстрый.На доли секунды внутри него все замерло. Пронеслись миллионы мыслей, миллионы сознаний вдруг стали такими ясными…Он выпростался из объятий Тони и поднялся на ноги, с упрямой решимостью глядя прямо вглубь бесконечной чернойпропасти, мальчишка перед лицом тьмы. Тони молча встал рядом: это была не его битва. Все, что было нужно, он уже дал.- Уходи.Матовая поверхность Бездны всколыхнулась взволнованно.- Не смеши меня.Никогда еще в Локи не было столько решимости, он былнастоящий Питер Пен, чистый и светлый. Он сделал шаг вперед. Теперь он точно знал, что ему не нужна Бездна. Больше не нужна. Он отпустил. Как только он понял это, его бесконечные галактикистали загораться во тьме, одна за другой, все ярче и чище, оттесняя Бездну прочь. Он шел вперед, больше не боясь ничего, из-под его ступней срывались кометы, освещая Вселенную, не оставляя темноте ни единого шанса.- Уходи.- Ты не сможешь! Ты! – Бездна металась, становясь все меньше и меньше, отступая назад, как крыса, прячась в угол.- Тебе здесь больше нет места. Уходи, - Локи зажмурился и подумал о Тони. За его спиной загорелось огромное солнце, необъятное, очень яркое. В конце концов, он был волшебником и хотел, чтобы в его душе было большое-большое солнце. Так почему бы солнцу не загореться в этой безграничной Вселенной, сумевшей найти его, и не осветить ее, наконец, любовью?
Чудовищные вопли Бездны перешли в скулеж, она становилась все меньше и меньше, опаляемая Светом, пока совсем не исчезла. Локи подошел к тому месту, где она пропала, и присел, пристально разглядывая, все никак не веря в то, что смог прогнать.- Ушла. Ушла… ушла! Ушла! Ушла! – он неловко поднялся на ноги и принялся носиться и прыгать с громкими воплями, точно маленький ребенок. Тони с невероятным облегчением, умилением и явной гордостью смотрел на него, а потом тоже пустился бегать и счастливо орать.***-… а скажи еще раз то, что ты сказал… ну, вот то…- Глупый мальчишка?- нет, ТО …- Я люблю тебя.