Глава 3 (2/2)

Предполагалось не слишком громко привести в чувство парочку и пойти на уроки, в результате — скандал, женская драка, один полутруп и мы в центре всеобщего внимания. У девчонки истинный талант! – Э-э-э... хэ-хэ... – не очень стройно протянули мои спутницы, оглядывая получившуюся композицию. Вздохнув, я отпустил Мизори и, подняв Аоно на ноги, потащил ко входу. Лечить его на глазах у толпы точно не следовало, да и пусть помучается, заслужил. Сколько я его предупреждал? Так что пусть страдает. По пути я незаметно вернул себе камеру, сегодняшние кадры были не столь прекрасны, как вчера, но тоже хороши. Уже на подходе к аудитории, после всех нужных лечебных процедур, я решил задать мучающий меня вопрос: – Слушай, Цукунэ, а у тебя в роду суицидники были? – А? – держащийся за голову парень непонимающе поднял на меня взгляд. – Кто? – Самоубийцы, спрашиваю, у тебя в предках имелись? – Эм... Вроде бы нет... – с опаской ответил Аоно. – А что? – Да так, одна теория возникла, – пожимаю плечами, – не бери в голову.

Студент загрузился и с недоверием начал коситься на меня, явно не желая удовлетворяться таким ответом, но, к счастью, путь скоро закончился, и мы оказались в классе. Очень скоро помещение заполнили прочие ученики, и, судя по взглядам, детали произошедшего во дворе спектакля им были уже известны, хотя комментировать никто так и не решился.

С девочками, кстати, творилось что-то не то. Ладно Мока, её морально раздавили, допустим, ещё можно понять Куруму, пусть серьёзной драки там и близко не было, но скандал, да ещё при стечении такого количества народа, да на такую тему, в общем, девушке есть с чего сидеть подавленной, но Мизори? Мало того, что моментом ?отвлечения противника? не воспользовалась, чего раньше ни разу не случалось, так и сейчас на нас всех смотрит крайне подозрительно, прямо на уроке спрятавшись за партой. И всё из-за одной маленькой ведьмочки... Впрочем, последующие события показали, что ?всё? на сегодня далеко не кончилось. Не успели мы толком приступить к обеду, в этот раз протекавшему в какой-то тягуче-мрачной атмосфере, без малейших намёков на романтические игры, как совершенно внезапно Цукунэ... заехал себе кулаком в лицо. Вопросительный знак не успел ещё сформироваться даже на подкорке сознания, не говоря уже о том, чтобы отразиться на лицах присутствующих, как рука парня отошла в сторону, развернулась во всю ширь плеча и смачно повторила процедуру, едва не отправив Аоно на пол вместе со стулом. Ну, или затылком об мою парту, сие не существенно.

– Цукунэ?! – дёрнулась первой Акасия, кое-как успев схватить студента за пиджак и не дать свалиться. – Эй, ты чего это? – подалась ближе Куруму, спеша уберечь обед парня от встречи с полом. – М-м-м? – более лаконично выразила эмоции Шираюки, изумлённо хлопая лазурными глазами. – А-а-а!!! Моё тело двигается само по с...

Чпок!

Ауч, даже мне что-то резко захотелось нос потереть, остальная часть нашего класса просто откровенно уронила челюсти. – Да что с тобой?! – к усилиям перевалившейся назад через парту Моки прибавились руки суккубы, и спустя миг девушки сумели поставить Аоно в вертикальное положение. – Я не зна... – начал было отвечать Цукунэ, как его руки самым наглым образом легли на грудь синевласки и стиснули, – а-а-а-А-А-А!!! – Ой!!! – в шоке дёрнулась Куроно, выпучив глаза глядя на это непотребство. – Что??? – вторила ей не менее шокированная Акасия. Мизори просто вылупилась, забыв и об обеде, и о сладости во рту, а я... Ну, первым моим порывом, естественно, было распылить наглеца на атомы. Всё что меня удержало от данного действия – это ощущение полной нереальности происходящего. То есть будь на месте Аоно любой другой парень, я бы даже задумываться не стал, но Цукунэ... Это Цукунэ! Он даже висящую на себе и присосавшуюся к шее Моку, уходящую в этот момент в нирвану, ни разу за попку не придержал, хотя она там не то что возразить, даже заметить это могла бы только чудом. А здесь... Словом, я словил ступор не хуже окружающих.

Ну а дальше сложилось сразу два момента: во-первых, я осознал значение только что сказанной студентом фразы, а во-вторых, заметил поблизости знакомую ауру.

Ах да, ещё Куруму взвизгнула, и Аоно снесло со стула размашистой пощёчиной. В следующую секунду суккуба уже спряталась за меня, с испугом глядя на пребывающее в нокауте тело. Моя оскорблённая гордость довольно замурчала.

– Значит так, – я медленно встал и повернул голову в сторону остального класса, – освободить аудиторию, – лица низших не отразили понимания момента, однако сегодня для меня хватило разборок у всех на глазах, а на вежливость с тактом совершенно не тянуло. Тёмная энергия рванула во все стороны, заставляя скрипеть и выть воздух. Парты задрожали, кое-кто не удержался на ногах и позорно плюхнулся под ноги одноклассников. Лица юных монстриков резко стали наливаться интеллектом. – Мне надо повторить? Повторять не пришлось. Толпа дружно ломанулась на выход, панически покрикивая и толкая друг друга локтями в дверном проёме. Не прошло и минуты, как в помещении стало очень и очень тихо. Я повёл рукой – и дверь на миг вспыхнула оранжевым, демонстрируя успешное наложение барьера. – Асс-тарт, ты же не собрался, э-э-э... ну... – уже забыв о том, что сама ещё несколько секунд назад была готова отвесить своему парню знатных тумаков, Акасия судорожно пыталась то ли поднять его на ноги, то ли закрыть своим телом, то ли привести в чувство, то ли всё-таки убить, расшибив безвольно мотающуюся головушку об пол.

– Я просто решил, что традицию выносить наши внутренние дела на всеобщее обозрение следует давить в зародыше, – спокойно отвечаю, гася напор энергии и поворачиваясь к окну. – А ещё мне очень хочется услышать, что вы можете сказать в своё оправдание, юная леди?

Подхваченная телекинезом из-под окна, фигурка ведьмочки взмыла в воздух. Девочка была столь погружена в приступ хохота, что мои действия заметила далеко не сразу. В руках же она держала какую-то куклу... из травы. – Ха... А? – удивлённый взгляд фиолетовых глаз сфокусировался на нашей компании. Предварительно открытое тем же телекинезом окно чудесно донесло звук.

– Юкари?!! – Мока, панически. – Так это твои фокусы, мелкая?!! – Куруму, возмущённо. – М-м-м-м-м?.. – Мизори, заинтересованно. – Итак? – левитирую Сэндо внутрь и закрываю окно. – Что-десу?! – ни разу не смутившись, вскинула носик висящая в воздухе хулиганка. – Это была военная операция-десу! Я объявила ему войну-десу! А войну нужно вести до победного конца-десу! – малютка скорчила решительно-независимую моську и подняла куклу над головой, словно гордое знамя. – И опустите меня уже вниз-десу! – Что будем делать? – поинтересовалась всё ещё прижимающаяся к моей спине суккуба. – Недавно одна студентка в похожей ситуации пыталась изрубить парня вместе с конкуренткой. Я сама видела, – поделилась Шираюки, перекинув чупа-чупс в другую сторону рта. – Да? А кто? – удивлённо повернулась к ней Куроно. Мизори ответила прямым и абсолютно бесстрастным взглядом, а вот наблюдающая за этим Мока смутилась и поспешила от синевласки взгляд отвести. Смысл пантомимы до моей очаровательной суккубы дошёл быстро:– Эй!!! Там вообще было всё не так! Взгляд Снежной девы не изменился, вампирша ещё больше покраснела.

– Да нет же! Всё было совсем иначе! Астарт, ну хоть ты им скажи! – меня жалобно подёргали за пиджак. – И вообще мы о ней говорим! – и, не переставая дёргать, пылающая ?праведным гневом? Куруму негодующе ткнула пальцем в ведьмочку. – Пф! – фыркнула Юкари. – Здесь правда нет ничего общего-десу! Я сражаюсь за свою любовь, не сравнивайте меня с этой развратной коровой-десу!

– Стоп, – останавливаю уже набравшую в грудь воздух для достойного ответа синевласку. – Мизори, приведи в чувство Цукунэ, Мока, помоги Мизори и сделай так, чтобы он не полез бить детей, когда очнётся. Куруму, как ответственному суккубу, тебе поручается найти плётку, кнут или что-то похожее для проведения показательного сеанса БДСМ. Юкари, твоя задача – дрожать и бояться моего гнева. Все всё поняли?

Девушки старательно закивали. Все. Включая Сэндо. Правда, последняя оправилась очень быстро: – Что!.. Что всё это значит-десу?! Вы-вы же не собираетесь... ну... то... то есть... то самое! Это запрещено! Я ещё ребёнок, даже не думайте-десу! – Всё решит суд, – безапелляционно сообщил я, скрещивая руки на груди. – К-какой суд-десу? – икнула ведьмочка, с испугом глядя на меня. Судя по тому, как замерли на полушаге остальные, их этот вопрос тоже интересовал. – Не обещаю, что гуманный и справедливый, но суровый, – стараясь ничем не показать, как мне хочется рассмеяться, ровным тоном посулил я и перевёл взгляд на Моку с Мизори. – Девочки, не отвлекайтесь, нам нужна сторона обвинения. Куруму, – смотрю на суккубу, – инвентарь! – Да! – вытянулась в подобии стойки ?смирно? синевласка и поспешила к окну. Миг – на свет появились крылья, и, сверкнув трусиками в зелёную полоску, девушка скрылась в вышине. – Ой, моя голова... – простонал с пола Аоно, стряхивая с лица снег, которым его только что заботливо умыли.

– Мока, введи его в курс дела... – А-а-а-а-а!!! Это нечестно-десу! – задёргалась в воздухе мелкая. – Четверо на одну меня, получай-получай-десу! – и перехватив куклу одной кистью, второй Юкари взяла её за руку и начала яростно дёргать, заставляя ту бить себя по голове. Бамс! Чпок! Тук! – Цукунэ!!!

– А-А-А-А-А!!! Да сколько можно! – Ужасно... – тихо охарактеризовала начавшийся бедлам Шираюки. – Получай, получай-десу! Так тебе-десу! Ай!.. – последнее относилось к кукле, что я молча вырвал у неё из рук телекинезом и отлевитировал ближе к себе. Подумав ещё секунду, я изъял также и палочку, так сказать, на всякий случай. – А-а-а-а!!! Кто-нибудь, да сделайте же что-нибудь с этой девчонкой!!! – единым движением взвился с пола из состояния ?лёжа? Аоно. – Вот теперь я разозлился!

– Цу... Цукунэ, не надо так нервничать, – попыталась закрыть собой ведьму Акасия, подняв ручки в успокаивающем жесте. – Мне не нервничать?! Как тут можно не нервничать?!

– Бе! – даже лишившись оружия, Сэндо и не думала прекращать агрессию, и, оттянув пальцем нижнее веко правого глаза, показала парню язык. Стальная выдержка...

– Ты её слишком балуешь, Мока! Скажи ей, что она доставляет проблемы! Так нельзя себя вести! – Ну, я... – стушевалась вампирша, – я допускаю, но... – Так это ?кукла Вуду? или ?ВараВара?? – негромко протягиваю, внимательно разглядывая магическую начинку игрушки. – Первый раз такую вижу... – практические испытания последовали мгновенно, и Аоно за пару секунд исполнил несколько приседаний, упражнения ?руки в стороны?, ?вверх-вниз?, ?наклон корпуса вправо-влево?... – Прикольно... – А-а-а-а-а!!! Да прекратите вы!!! – Прости, не удержался, – виновато улыбаюсь. – А так со всеми можно? – поворачиваюсь к Юкари. – И ты сама её сделала?

– Конечно! – гордо вскинула носик девочка. – Нужен только волос и магическая сила! – Развратненько... – я задумался. Эта игрушка открывала такие замечательные перспективы...

– Ты сейчас о чём? – не понял студент. Вернее, все не поняли, но озвучил только он. – Цукунэ, ну ты только представь, что уважающий себя развратный демон может устроить с этой штукой? Это же просто мечта половины мужского населения планеты! А если ещё чуть-чуть доработать и вставить мысленное управление... – изображаю максимально задумчивый взгляд. Ох, как у них замечательно лица-то вытянулись! То-то же! Не вам одним издеваться над моим несчастным рассудком! – Астарт, – ровным голосом позвала Мизори, наморозив вокруг руки здоровенные ледяные когти, – отдай мне, пожалуйста, эту куклу. – Я чувствую, меня подозревают в чём-то нехорошем... – Аоно, Мока и Юкари дружно закивали, подтверждая верность моих выводов. – Я знала, я знала, – спустя миг встряхнулась Сэндо и обвинительно ткнула в мою сторону пальцем, – что ты – развратный демон, инкуб-десу! Собираешь себе гарем-десу! Даже объявления соответствующие развесил-десу! Прекрасная Мокааа-тяяян не должна находиться в обществе столь дискредитирующих её личностей-десу! Дёрг.

Опускаю взгляд вниз и сталкиваюсь с лазурными глазами Снежной девы. Пока ведьмочка шумела, Шираюки подошла ближе и молча попыталась взять из моих рук игрушку. Стоим, смотрим. Мизори внутри смущается, но отступать не хочет. Эх... Отпускаю куклу, но тут же второй рукой прижимаю снегурочку к себе. Против такого обмена та не возражает, и ледяные когти исчезают. – Эй, я что-то пропустила? – в окне показалась Куруму. Поправка: Куруму с плёткой, кнутом и кожаными наручниками. Все присутствующие резко забыли о моей персоне и уставились на суккубу. – Что?! – синевласка проследила направление взглядов и, залившись краской, шаркнула ножкой. – Ну, это мне мама дала в дорогу... На всякий случай... – А-а-а-а-а!!! – задёргалась в невидимой хватке Юкари. – Вы все тут извращенцы-десу! Что вы хотите сделать с моей прекрасной Мокой-десу?! Я этого не допущу-десу! Отпустите меня-десу! Я вам покажу-десу! – Прекрасно, – не обращая внимания на крики, изображаю на лице энтузиазм, – палач с инструментами наказания прибыл! Объявляю начало судебного заседания. Значит так, председателем суда назначаю себя, Цукунэ — сторона обвинения, Мока — сторона защиты, Мизори — независимый присяжный. Начнём, сторона обвинения, изложите суть претензий. – А-а-а... Э-э-э... – Прекрасно-прекрасно, так и запишем. Секретарь!.. Кто у нас секретарь? Ах да... – окидываю оценивающим взглядом лица присутствующих. – Куруму? – А что надо делать? – как на уроке, подняла руку девушка. – Бери тетрадь и записывай, – синевласка резко кивнула и метнулась к своему столу, и через пару секунд изобразила полную готовность, взяв наизготовку ручку. – Итак, пиши: задержанная Юкари Сэндо... – оставь место для внесения личных данных – ...обвиняется в неспровоцированной агрессии, нанесении телесных повреждений средней тяжести, публичном унижении, хулиганстве. Поставь запятую, может, ещё допишем. Сторона обвинения требует... Что требует сторона обвинения? – поворачиваюсь к Цукунэ. – Э-э-э-э... А-а-а... – Сторона обвинения требует, – возвращаю взгляд к Куроно, – проведения публичной экзекуции с применением специнвентаря вида: плётка кожаная, одна штука, наручники кожаные, одна штука, лоликонщик озабоченный – тоже одна штука. Поставь пометку ?не зеленоглазый вампир?, а то обвиняемая всё сразу признает и осознанно пойдёт на рецидив...

– ДА ЧТО ВЫ УСТРОИЛИ?!! – не выдержал Аоно, едва вернув дар речи. И, на пару тонов ниже, спешно продолжил: – Я просто хочу, чтобы она поняла, что так нельзя себя вести! Что она своими выходками доставляет проблемы, и не только мне, но и Моке! Разве так вообще можно? Если она только и будет, что делать гадости всем, кто ей не нравится, разве она не потеряет всех своих друзей и не останется совсем одна? Как так можно относиться к окружающим? То есть разве для Юкари не будет лучше задуматься об этом?

– Цукунэ, – тяжело вздыхаю, массируя глаза, – ты вот сейчас всю шутку убил и весь воспитательный эффект испортил. – Ш... шутку? – заикнулся разом потерявший весь запал парень. – А я, по-твоему, мог всерьёз предлагать жестоко надругаться над одиннадцатилетней девочкой?

– Э-э-э... – судя по взгляду, так он и думал до последнего момента.

Повторно вздыхаю и поворачиваюсь к Сэндо.... Чтобы заметить, как её аура буквально штормит противоречивыми эмоциями, преобладают в которых отнюдь не добрые тона. Нет, она не злилась и даже не боялась, но вот тоска, разочарование и застарелая обида сплетались в очень мрачный узор. – Ладно, малышка, шутка не удалась, – мягко опускаю её телекинезом на пол и, помедлив с секунду, протягиваю отобранный жезл. – Конечно, отшлёпать бы тебя не мешало, но на первый раз, так и быть, простим. Но на будущее... – позволяю в глазах проявиться отблескам тёмной энергии, отчего девочка, чуть ли не первый раз за всю встречу, действительно пугается, – пожалуйста, воздержись от подобных выходок. Договорились? – на последнем слове дружелюбно улыбаюсь и, быстрым движением сняв с ведьмочки шляпу, второй рукой взлохмачиваю ей волосы. Стррррашная воительница и бескомпромиссный боец за свою любовь смутилась и, потупив взгляд, густо покраснела. Чуть скосив глаза на остальных, я только сильнее расплылся в улыбке — Мока стояла, сложив ручки перед грудью, и только что слезу не пускала от умиления, Куруму просто улыбалась, Мизори делала вид, что вообще ничего не изменилось, но в ауре тоже цвела чем-то вроде желания потискать одну особу с фиолетовыми глазами, причём явно не синевласую. Даже Цукунэ растёкся, похоже, уже забыв все обиды и неприятности.

И вот в этот во всех смыслах чудесный момент тишину нарушил какой-то шум за окном. – Стойте! Прекратите! – шум преобразился в чей-то бег и запыхавшиеся крики: – Астарт! В академии не одобряется убийство одноклассников! – мы рефлекторно переглянулись, даже у Юкари на лице отразилось искреннее и полное непонимание. – Это очень плохо! Ты меня слышишь? Не вздумай! Я, как классный руководитель, запрещаю! Астарт!.. Через некоторое время в открытом окне показалась блондинистая макушка Нэкономэ, и спустя секунду усталая бакенэко ввалилась к нам, тяжело дыша и едва не разбив очки.

– Н... Не смей убивать Цукунэ, я не разрешаю... – не размыкая закрытых глаз, выдохнула учительница и только после этого всё же взглянула на нашу изумлённую компанию. Да, руку с головы малышки-ведьмы я так и не убрал, хотя сама она уже успела развернуться на 180 градусов и так же, как и все, пялилась на кошко-демона. – А... – Шизука перевела взгляд с меня на Аоно, потом прошлась по девушкам и опять повторила круг. – А почему ты его не убиваешь? – прозвучало даже с некоторым возмущением. – А зачем? – поинтересовался я, не отводя глаз от глубокого выреза блузки, замершего в очень хорошем ракурсе. Просто очень.

Сзади кто-то подошёл, дохнуло зимней прохладой, и Шираюки молча закрыла мне глаза ладошкой.

– Ну как же?! – кошка и не думала сбавлять возмущение. – Мне рассказали, что он, ну... – женщина хотела было куда-то показать пальцем (в сторону девушек), но одёрнула себя, слегка покраснев. – Так вы не дерётесь? – Нет, – заверяю, не шевелясь. – Тогда... Что вы вообще здесь делаете?! – судя по очертаниям ауры, бакенэко наконец поднялась с пола. – Что это за выходки?! Почему выгнали всех из класса и не даёте зайти учителю?! Как я должна реагировать, когда ко мне прибегают и кричат, что сейчас одного из моих учеников будут убивать?! И почему вы, Сэндо, тоже здесь, а не на своём уроке?! Чем вы тут занимались? – Мизори любезно открыла щёлочку между пальцами, чтобы я мог видеть учиняемый нам разнос (почему вообще не убрала руку — вопрос не ко мне). – Сорвали урок! – бушевала блондинка. – Испугали своего классного руководителя! Всё, больше так продолжаться не может! Всем назначаю выговор и наказание за хулиганство в виде подсобных работ! На неделю, нет, две! И немедленно откройте дверь! – щёлкаю пальцами, рассеивая барьер. – То-то же! Сегодня после уроков чтобы все были здесь! А сейчас быстро в класс в конце коридора! Быстро, я сказала! – от избытка чувств кошка притопнула ножкой. – К-конечно, Нэкономэ-сенсей! – Мока взяла на буксир Цукунэ, быстро толкая того к выходу. – Да-да, мы поняли, не переживайте, – не отстала от неё Куруму, оттеснив Шираюки, и, ухватив нас обоих под локотки, потащила в том же направлении. – А вам отдельное приглашение требуется, Сэндо-сан?! – Никак нет-десу, я уже бегу-десу! – А ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! – взвыло сзади. Чувствую, она углядела инвентарь моей маленькой суккубы. – Ой! – подтвердила догадку синевласка. – Это я забыла, простите... – Простите?! Три недели! А это я изымаю! Получите назад только с родителями! Марш на урок! – Къя!.. – Второй раз с вами связываюсь и второй раз получаю от учителей. И в клуб меня запихнули... – шёпотом бурчала протискивающаяся рядом ведьмочка. – Смотри на это так, что теперь сможешь чаще бывать с Мокой, – не преминул посоветовать я. – Не задерживаться! – тут же прикрикнула сзади блондинка, и Юкари как ветром сдуло в сторону лестниц, хотя я успел заметить в её глазах проблеск энтузиазма...