Пучина (2/2)
Ловко выскочив, он тут же повернул ключ в замочной скважине и услышал, как внутри, в комнате, Кэнди беспомощно вскрикнула:
- Нил?!
- Я тебя не выпущу, - торжествующе пояснил он, - пока ты не скажешь, что любишь меня.
Заглянул в окно и увидел ее, такую обиженную, растерянную – снова! – и непреклонную, всем своим видом показывающую ему, что это не произойдет никогда.
Что ж, ему спешить некуда.
- В таком случае тебе придется просидеть здесь очень долго, - насмешливо растягивая слова, сообщил он из-за оконной рамы, по-прежнему заглядывая в комнату осторожно, словно боясь, как бы воинственная собеседница не запустила прямо в него чем-то тяжелым.Например, стулом или канделябром с каминной полки.
Тогда, наверное, осколки изрезали бы его лицо, превращая в настоящего урода, и отвращение Кэнди, так легко заметное в ее глазах, можно было бы оправдать.
Он несколько отвлекся, прогоняя от себя подобные нелепости, и пропустил то мгновение, когда Кэнди вышла на балкон, рассматривая по-ночному холодную озерную гладь.
Какая же она упрямая…
- Ты же не собираешься прыгать? – с легкой насмешкой поинтересовался он – и почти замер от страха, когда Кэнди, легко перепрыгнув через каменные перила, шагнула вниз.
Он, судорожно отпирая дверь, бросился за ней, и не слишком запомнил, как справился с большим неудобным ключом.- Кэнди!Нет, она не шагнула, и не спрыгнула, просто схватилась за лозу дикого винограда, и спускается по ней, несмотря на то, что до воды далеко, что скалы отвесные, а камни внизу остры. Она просто спускается, просто…
- Кэнди!!!
Он не успел заметить, когда тонкая лоза разорвалась в ее руках, зато услышал крик.
Ее крик.
Какой же он дурак!
Кретин!Негодяй!Он услышал ее отчаянный крик, а когда подбежал, наконец, ближе – услышал всплеск и похолодел от ужаса: Кэнди…
Сперва он увидел только небольшой водоворот – озеро плескалось и расходилось концентрическими кругами в том месте, где Кэнди ушла под воду, рухнув с высоты.
Потом из-под воды показались ее светлые волосы, лицо и плечи – лишь в тот момент он и смог выдохнуть, всё так же крепко сжимая в руках перила балкона. Отсюда трудно было разглядеть, в каком Кэнди состоянии, но она плыла. Вполне, кажется,нормально плыла, и теперь предстояло подумать, как он станет объясняться перед родней, если Кэнди вздумает рассказать об инциденте дядюшке Уильяму.
Он напоследок еще раз сжал каменные перила – теперь с раздражением и злостью, и со всей силой своих не выплеснувшихся страстей – когда вдруг что-то тихо хрустнуло внизу.
Затем заскрежетало.
А затем старый балкон обвалился, унося его за собой вместе с кучей обломков и тучей гранитной пыли – всё быстрее и быстрее в темное зеркало воды. В огонь лунной дорожки через озеро от неба к земле.
За грохотом обвалившегося балкона он не заметил, как совсем рядом загрохотал, зарокотал гром.
Если уж на то пошло, последним, что он еще успел заметить, ударяясь о холодную воду, были испуганные глаза Кэнди совсем близко.
А потом пучина поглотила, проглотила, увлекла его вниз.