☯️ 143 ~ Тяжелое сердце болит от сомнений ~ ☯️ (1/2)
Лю Вэй просидел с Тэй Шу до фазы глубокого сна. Учитель уснул, свернувшись калачиком, но Лю Вэй бережно переложил его на спину, чтобы его раны лучше заживали. Укрыв его покрывалом, Лю Вэй зашёл в зал, где лечили самых тяжёлых пострадавших. Он увидел Бэй Сёна, сквозь молитву выжимавшего из себя магию, и Су Юна, что был ласков и заботлив с каждым человеком. Юный лекарь не жалел сил, не показывал муки, а просто делал свою работу, залечивая крайне тяжёлые ранения. В этот момент он светился и был похож на снизошедшее с небес божество милосердия. Лю Вэй мог часами любоваться им, но не позволял себе подобного поведения в час беды.
Когда Су Юн закончил с очередным больным, Лю Вэй предупредил его, что ненадолго покинет земли клана Сён. Он мог уйти, ничего не сказав, но тогда бы Су Юн волновался ещё сильнее. Юный лекарь был благодарен ему, хотя совсем не хотел, чтобы Лю Вэй ходил в город после смуты. Они оба оставались храбрыми, зная, что помимо их желаний существует и долг.
Нежно улыбнувшись другу, Су Юн пожелал Лю Вэю удачи.
– Вечером... – робко прошептал Су Юн.
– К вечеру я вернусь. Я ведь обещал.
Это успокоило лекаря.
– Я буду Вас ждать, – чутко произнес юноша, но не мог позволить себе говорить с другом слишком долго.
«Столько часов прошло, а раненным конца нет... Это действительно был хаос.»
У Лю Вэя сжалось сердце. Су Юну тоже было непросто. Он очень чутко переносил подобные трагедии, но в такой ситуации никто не мог остаться равнодушным. Даже холодный Тэй Шу и тот переживал за людей – Лю Вэй в этом не сомневался.
– У Вас все получится. Непременно.
Су Юн улыбнулся другу напоследок и вернулся к делам. Лю Вэй взволнованно посмотрел на то, как переменилось лицо друга. Печаль наполнила его яркие глаза, волнение поселилось на лице незваным гостем. Су Юну было очень тяжело.
«Хоть немного отдохнуть согласился, и то благо. Совсем себя не бережет… Но в столь сложное время нам не позволено думать о себе. Держись, искорка.»
Лю Вэй покинул резиденцию клана Сён и вышел на дворцовую площадь. Обычно в это время на построении должны были тренироваться Фэйцвэи, но теперь суетливо бегала стража, переносившая раненых и ведущая к тюрьме бунтовщиков. Город не утих после трагедии, а суеты только прибавилось. Все силы императорской стражи и императорской семьи были сосредоточены на охране дворца. Лю Вэй даже засомневался, что его вообще пустят внутрь, но он носил на груди брошь императорского поверенного, потому его обязаны были пропустить.
Лю Вэй сделал шаг ко дворцу и вдруг почувствовал, что не готов. Излишняя эмоциональность могла повлиять на его речь, а произошедшее нужно было выставить так, чтобы не подвести доверие учителя. Лю Вэй даже не осознал момент, в который его ноги повели его прочь от дворца. Словно он мало навидался за этот день…
Город находился в плачевном состоянии. Смог поднимался над столицей темным полотном. Многие дома были разрушены. То, что случилось с территорией клана Хоу, Лю Вэй видел изнутри: разруха, обледенение и сложенные пополам здания. Дым вился и над землями клана Шу, и над территорией Монов. Квартал фениксов был практически полностью уничтожен. Тела погибших стаскивали в одну кучу. Улицы города были залиты кровью. Лю Вэй увидел тело демона, которое тащили куда-то двое мужчин в одеянии клана Гвэйн. Он даже представить себе не мог, ради каких экспериментов он был им нужен. Лю Вэй топнул ногой и рыкнул. Лекари, почувствовав угрозу, бросили тело и сбежали, но вокруг творилось ещё много преступлений. Воры обносили пустующие дома. Кто-то мародёрствовал. Стража только и успевала, что ловить преступников. В тот миг, стоя посреди разрушений, Лю Вэй почувствовал, что тот предатель, что атаковал его в спину, был не так уж и неправ. Императорская власть дышала на ладан. Империя была в шаге от краха.
«Но зло повержено. Осталось продержаться и отстоять правду, пока враги не сделали свой ход.»
Нужно было возвращаться. Нельзя было терять время. Кто знает, что сейчас шептали императору на уши мелкие пешки большой игры. Когда царил такой хаос, каждый хотел выделить свои заслуги. Любой шрам преподносился бы как свидетельство сражения с Илином, и из лжи родилась бы гора народных героев, на которых в реальном бою нельзя было положиться. Что страшнее, императору могли напеть про генерала что угодно.
«Ланг Бао наверняка уже знает, что господин Тэй Шу жив. Нужно решить, что и как говорить.»
Лю Вэй хотел подготовиться. Он боялся этого разговора и собирался с силами. Кроме того, было ещё кое-что, что беспокоило его. Лянь Шу. Он оставил ее в доме фениксов, но беспокойство грызло совесть. Она, всё же, женщина. Весьма своеобразная, но всё-таки женщина. С её силой и чутьем вряд ли кто-то причинил бы ей зло, но Серебряный Дракон хотел убедиться, что она в порядке.
Лю Вэй пробежался по городу. Движение разрядило его мысли, приводя в порядок. Видеть город таким было невыносимо, но Лю Вэй чувствовал, что это важно для него. В хаосе он находил нужные слова для речи императору и начинал понимать, что должен донести. Его чувства, от которых он хотел сбежать, обострялись, и говорили ему, что Лю Вэй должен сделать: самое главное – остаться самим собой.
«Господин Ланг Бао услышит нас. Я знаю это. Он любит господина Тэй Шу. Он не поверит речам лжецов. Он, быть может, и молод, но совсем не глупец.»
Через несколько минут Лю Вэй стоял у Дома Журавлиной Песни. Здесь все ещё не было ни стражи, ни людей – казалось, город забыл про это место. Лю Вэй осмотрел дворец порока, но так и не нашел Лянь Шу. Софа, на которой Лю Вэй ее оставил, пустовала. Она не оставила ни записки, ни каких-либо знаков – наверняка, даже не думала, что кто-то будет ее искать. Следов борьбы дракон не обнаружил, потому не сомневался, что Лянь Шу ушла сама.
«Значит, с ней все хорошо. Раз так... Откладывать больше нельзя.»
Прогулка помогла Лю Вэю. Он восстановил спокойствие и привел мысли в порядок. Сердце его сжималось от последствий восстания, но город выдержал все беды и выстоял. Лю Вэй считал, что преступники не смогли добиться своего, ведь, как бы они ни пытались сломать Тэя Шу, он останется на своем месте. Верил в это.
Возвращаясь ко дворцу, Лю Вэй обратил внимание, что территории кланов Фэйцвэй и Линь не пострадали. Выдохнув, он понадеялся, что никто из цилиней не погиб, хотя помнил, как гордые Лини сражались с демонами на площади, приходя на выручку другим кланам.
«Нан Линь и Лэй Линь не могли пострадать. Они очень сильные.»
После этой уверенной мысли Лю Вэй вздрогнул. В последнее время уходили и сильные. Его брат был убит. Тэй Шу лишился силы... А ведь тоже легко мог распрощаться с жизнью. Враги подарили Тэй Шу жизнь, жизнь, которая должна пройти в унижении. Только вот Лю Вэй не собирался дать планам врага исполниться. Он был при дворе человеком небольшого веса, но его слово всё-таки что-то значило, и он собирался кричать правду во все горло.
«Я защищу учителя!»
На входе во дворец Лю Вэю пришлось пройти досмотр. Он не возражал, спокойно дозволяя себя осмотреть.
«На постах только императорские стражи, – понял Лю Вэй. Он не видел ни одной змеи среди охраны замка. – Ланг Бао ведь не мог их отослать?..»
Лю Вэй не знал, чего ожидать от Тигрёнка. Ланг Бао искренне волновался за Тэй Шу, но он был склонен делать импульсивные поступки и потакать своим капризам.
«Должно быть, он послал всех змей разыскать учителя,» – это казалось самым разумным и безобидным объяснением.
Во дворце, в отличие от улиц, было тихо. Вельможи и важные деятели попрятались по углам, закоулкам и надежным комнатам. Лю Вэй замечал лишь слуг и дежурящих патрульных. Разговоры, что доносились до его ушей, не могли радовать.
– Ну и жуть... Такой бардак на улицах, а генерала и след простыл.
– И как только можно было допустить подобное? Хэкин, конечно, гнилое местечко, но такое здесь происходит впервые!
– Если у власти дураки, иного и не ждать.
Лю Вэй недобро глянул на стражников, напоминая, что они не одни. Те тут же заткнулись – если бы Лю Вэй передал их слова императору, они могли попрощаться с жизнью.
С другой стороны коридора доносились не более лестные разговоры:
– Говорят, Тэй Шу сражался с Илином.
– Ага. И он лишил его силы!
– Он? Я слышал, он уже пришел на бой уже без ци.
– Да какая разница! Понимаешь? Наш генерал теперь...
Увидев приближающегося господина, стражи благоразумно смолкли, но Лю Вэй услышал большую часть их разговора и напрягся.
«Город уже знает. Эти грязные слухи... Чудотворец на месте не сидит.»
То, что Лю Вэй услышал после, и вовсе его шокировало.
– Я слышал, Тэй Шу отдал приказ атаковать мирных людей. С этого начался тот хаос в городе.
– Что? Зачем ему это?
– Дескать хотел подставить фениксов, чтобы добить их и забрать себе власть. Говорят, он многое наговорил против них. Быть такого не может, чтобы столичный клан сговорился с преступниками. Точно тебе говорю, это какой-то план. Тэй Шу просто захотел отобрать себе власть и полностью уничтожить фениксов!
«Дело плохо!»
Дурные слухи распространялись гораздо быстрее, чем Лю Вэй мог ожидать. Народ уже выдумывал небылицы. Лю Вэй невольно ускорил шаг, чтобы поскорее встретиться с императором, однако, совершенно не ожидал, что ему придется стоять в очереди на прием. Честно говоря, Лю Вэй опасался, что в такое время Ланг Бао закроется в своих покоях и никого не захочет видеть, но оказалось, что целых пятнадцать человек ожидает встречи с Сыном Неба. Это были воины из разных кланов, среди которых не было ни одного знакомого лица.
«Значит, Ланг Бао взял себя в руки. Пока рядом нет генерала, он пытается самостоятельно управлять империей и решать сложившуюся ситуацию.»
Это приятно удивило Лю Вэя. Он ощутил гордость за императора, встал в конец очереди, сложил руки на груди и спокойно стал ждать, чувствуя напряжение между собравшимися. Фэйцвэи и Хоу недоверчиво пилили друг друга взглядами. Единственный представитель клана Шу дрожал от страха, словно от его слов зависела судьба всего мира. На него давили взглядом многочисленные представители боковых ветвей императорской семьи, выделявшихся ослепительно прекрасной внешностью и высокомерным отношением к прочим. Разговоров между ждущими не велось. Казалось, они все люто ненавидели друг друга. Лю Вэй стал лишь очередной целью для надменных и недовольных взглядов, а то, что на его груди висел золотой тигр, и вовсе приводило людей в бешенство.
«Так не должно быть! – читалось в их глазах. – Как Серебряный Дракон мог получить такую власть? Чем он это заслужил?!»
Другие явно побаивались наследника клана Вэй. Лю Вэй отличил себя в нескольких битвах, впервые за триста лет призвал священного зверя, так ещё и сражался с демонами на площади. Не так долго, как другие, но все же, он впервые пролил демоническую кровь и пах ей... Уже не говоря о том, что все его одеяние было залито кровью.
Лю Вэй стоял, как скала, сохраняя каменное выражение лица. Он был спокоен, собран и нес в себе решительность, что заставляла других опасаться и недоверчиво подглядывать в его сторону. Лю Вэй, напротив, об окружающих не думал. Он продумывал свой доклад.
От Ланг Бао один за другими выходили мужчины. Они выглядели встревоженными и раздраженными.
«Император сегодня не в духе, – понял Лю Вэй. – Ещё бы... После такого наверняка он рвет и мечет. Земля уходит из-под ног, одно происшествие страшнее другого, а люди, которым он доверил защиту земель, подвели его... Только вот враг оказался гораздо хитрее и злее, чем все могли думать.»
Очередь тянулась медленно и напрягала ждущих. За Лю Вэем тоже скопилось приличное количество людей. Все они хотели отчитаться о каких-то поручениях. Масштаб происходящего поражал. Серебряному дракону стало жаль императора. Никому не пожелаешь править в такое время.
«Хорошо, что мой клан держит юг. У нас спокойно. Нет ни волнений, ни споров. Нашу власть признают, за ней следуют. Мы делаем для своих людей все, что можем, и они отвечают нам тем же. Если я не пройду испытание, Солнечная Арасия может погрузиться в такую же смуту. Я ни за что этого не допущу!»
Вдруг Лю Вэй задумался о том, что травма учителя – трагичная и ужасная – может уравнять их шансы в поединке-испытании. Дракону не понравилась эти мысли. Они были гадкими, мерзкими и противными оттого, что в них зрело зерно истины. Тэй Шу понадобятся годы, чтобы вернуть былое могущество. Через год состоится их битва. Лю Вэй сможет приблизиться к нему. Хотя бы на немного. Однако Лю Вэй не считал стечение обстоятельств удачей, как не считал, что Тэй Шу без ци – слабый противник, которого легко одолеть. Учитель уже всё доказал, сразившись с Илином. Даже находясь без сил, он одолел демонического владыку! Лю Вэю в любом случае будет непросто, а если бы ему дали выбор между тем, чтобы победить сильного Тэй Шу или ослабшего, он бы сражался против сильного. Он не хотел, чтобы с учителем случалась эта трагедия, как не хотел видеть в этом выгоду. Ему было неприятно от того, что травма учителя могла послужить форой на состязании. Лю Вэй считал это нечестным и поклялся себе, что будет сражаться на пределе своих способностей, ответственно подойдя ко всем тренировкам. Тэй Шу остаётся Тэй Шу, ранен он или здоров, и он будет относиться к нему почтительно и честно. Для Лю Вэя это было очевидной истиной, но в Хэкине жили крысы, а не люди, что видели в травме генерала счастливый билет. Серебряный Дракон видел, как блестели глаза у Фэйцвэев.
«А ведь они больше всех возмущались, когда Тэй Шу пришёл к власти. Для них это шанс...»
Лю Вэй вспомнил грозное лицо Цуя Фэйцвэя, и ему стало не по себе. Он ничего не мог сделать с неприязнью к этому человеку.
Размышления Лю Вэя резко оборвались, когда его вдруг окликнула стража. Перед Лю Вэем в очереди стоял ещё десяток человек, но после того, как посетитель стрелой вылетел из ворот, едва сдерживая слезы, стража громогласно объявила:
– Господин Лю Вэй, император желает Вас видеть.
В Серебряного Дракона впились раздраженные, недовольные и злые взгляды. Лю Вэй не обратил на них внимания, ведь это не он пошел вперёд очереди из десяти человек, расталкивая кандидатов.
«Должно быть, господин Ланг Бао услышал о моем приходе от предыдущего посетителя... Он ждал меня.»
Лю Вэй собрал волю в кулак и призвал себя приготовиться к гневу короны. Ланг Бао ненавидел ждать. Об этом в первый же день в столице ему поведал Тэй Шу. Тогда змей казался Серебряному Наследнику холодным врагом, а теперь был близок, как друг. Как много всего изменилось за два месяца... Даже Ланг Бао.
Лю Вэй ожидал увидеть что угодно: гнев, ярость, истерику, слезы, даже спокойствие, но точно не обиду. Ланг Бао, как всегда царственно одетый в шелка и золото, сложил руки на груди и надул щеки. На скрещенных ногах блестели золотые цепочки, и даже высокие каблуки были сделаны из золота. Лю Вэй поразился, как император вообще может ходить на таком высоком каблуке, но женственность императора всегда выделялась в нем сильнее мужественности. Ему ещё было, чем удивить Серебряного Дракона, но Лю Вэй сам отказался это увидеть.
– Почему так долго?! – воскликнул Ланг Бао, пропуская фамильярное приветствие и обыденную нудную часть официальных встреч.
Лю Вэй не успел даже дойти до середины дорожки, где положено было поклониться. Он застыл на месте, едва услышав голос императора, и изобразил поклон, но Ланг Бао и тем остался недоволен.