☯️ 73 ~ Пролитая кровь помнит имя того, кого зовёт израненное сердце ~ ☯️ (1/2)

– Гвэйн? – переспросил Лю Вэй.

Серебряный Наследник смутно вспомнил, что слышал эту фамилию. О Гвэйнах не шептались, как о Сёнах, не возводили в почет, но юноша помнил громкий скандал, отголоски которого добрались даже до Солнечной Арасии – черепахи были замешаны в организации побега преступника во время его казни. Тогда все закончилось отсечением головы проблемы – виновных казнили, пусть они до последнего отнекивались, уверяя, что не знали о том, кого им предстоит исцелить. В свете последних событий история была показательной.

– Это небольшой род, – пояснил Лэй Линь, затем, заглянув в взволнованные глаза друга, добавил, – не больше сотни человек. Они очень толковые лекари. Тогда как семья Сён лечит высшие чины, род Гвэйн оказывает помощь всем. Они лечат простых людей. С бедных они и вовсе не берут денег.

– Звучит благородно, – удивился Лю Вэй. Он ожидал услышать какие-то темные тайны и скандальные происшествия, но всё пока звучало очень мирно.

– Да, казалось бы, – протянул Шэн. – Они популярны среди народа, но не могут превзойти славу клана Сён, ведь лечат простых людей, а на этом не прославиться.

Лю Вэй понимал, о чём идёт речь. Благие поступки вели к народному уважению, но значимость клана определяла близость к императорской семье и Клыкам, а не любовь бедняков.

– А ещё они лечат Монов, – произнес Шэн. – Сколько я слышал, никто из клана Мон никогда не обращался к Сёнам за помощью.

– Ещё бы. Если Моны действительно сотрудничают с Чудотворцем, а тот из клана Гвэйн... То благодаря им они купаются в деньгах. Плотное сотрудничество, благодаря которым хорошо обеим сторонам, а из благотворительности, смывая свои грешки и создавая хорошую репутацию, они лечат бедных, потому что могут себе это позволить, – Лю Вэй презрительно сморщился. В искренность поступков Гвэйнов он не верил. – Я слышал, они замешаны в побеге какого-то преступника…

– Имя клана Гвэйн время от времени мелькает в происшествиях, – задумчиво произнес Шэн. – У них там явно что-то нечисто. Честно говоря, я обращался к ним за помощью... Когда было совсем туго с деньгами, а мой брат болел.

– И?

– Они согласились исцелить его. Я был счастлив, правда. Настоящее спасение! Но... Тогда мелькнула очень странная фраза. Я не придал ей значение, но сейчас... Понимаю, к чему она могла быть сказала. Мне сказали что-то вроде: «Друзьям клана Мон наши лекарства всегда помогают». Понимаете?

– Звучит так, будто остальным они могут приносить вред, – взволнованно сглотнул Лю Вэй.

– У меня есть несколько знакомых, у которых близкие погибли после лечения Гвэйнов. Я никогда не спрашивал о подробностях – это казалось диким, ведь у них такое горе... Но теперь... Я мог бы порасспрашивать.

– Лекари не всесильны, – прошептал Лэй Линь, надеявшийся, что все эти смерти – просто стечение обстоятельств. – Да и зачем травить и убивать простых людей?

– Испытание зелий и снадобий?.. – предположил Лю Вэй. Ему самому было дико от того, что пришло в голову.

– Тогда... – Шэн поднялся. – Я могу поспрашивать у людей в сиротском квартале. Их судьбы искалечены, и они многое повидали. Могли что-то слышать, знать. Может, нам повезет, и кто-то даже встречался с Чудотворцем.

– Мы с тобой, – пламенно поддержал его затею Лю Вэй. Он надеялся, что разговоры с местными помогут им собрать больше информации и найти зацепки, однако, лишь в пустую потратили время. Они не услышали ничего нового или полезного, лишь слухи, далёкие от сути дела. Лю Вэю было жаль сирот, но они не знали о Чудотворце. О клане Гвэйн люди отзывались весьма спорно: кто-то говорил об их милости и бескорыстной помощи с искренней благодарностью, кто-то клял их за смерть родителей, уверяя, что после лекарств погибшим стало гораздо хуже, но никто не мог судить, действительно ли виноваты снадобья Гвэйнов или же болезнь оказалась слишком серьезной. Никаких доказательств. Только зря потраченное время.

Лю Вэй начинал нервничать. На улице было темно из-за хмурых туч, но Серебряный Дракон чувствовал близкое наступление вечера. Времени оставалось все меньше, а они не пришли ни к какому пониманию, что делать дальше, да и доказательств никаких не добыли. Существование людей, готовых поручиться, что Гвэйны могут быть темны на руку, определенно радовало. Они могли свидетельствовать, если Тэй Шу будет мало их слов, как дополнительное доказательство, но не являлись основным. Чтобы добыть цветок, нужно было попасть в тайную лабораторию, но просто надеяться, что она где-то в резиденции клана, было опрометчиво.

– И что будем делать? – когда они вернулись в дом, спросил Шэн Ву, почесывая затылок. Он хотел помочь большим, но вышло как-то совсем плохо, и юноша чувствовал за это вину.

– Прокрадемся и отыщем лабораторию, – решительно произнес Лю Вэй. Он не видел иного выхода. Время терять было нельзя. Император находился при смерти, Су Юн – в тюрьме, и не факт, что подлец Дау Мон его не трогал. Три удара... Его искорку ударили трижды! Лю Вэй не собирался больше мяться и искать способ отыскать тень. Он решил действовать в лоб. – Чудотворец достаточно умён, чтобы скрываться, не оставляя следов. Но если он действительно член клана Гвэйн, он может быть в клановых землях. Никто не знает его имени или внешности, он спокойно может отдыхать дома у всех на виду. Ничего другого на ум просто не приходит, и я не думаю, что стоит всё усложнять.

– Сейчас Вы все усложняете, господин Лю Вэй, – не согласился Шэн. – Как Вы собираетесь пробраться в земли другого клана? Там полно охраны, а если минуть ее, пройти мимо слуг и всех членов клана незамеченным просто невозможно!

– Я найду способ. Если нужно, я там всё по камням разнесу, но найду небесный цветок!

Лю Вэй сжал пальцы в кулак. Его пламенная ци начала болезненно жечь нижнюю часть тела, но юноша лишь черпал из этого силу. Янтарные глаза скользили по пространству, словно видели варианты развития событий прямо перед собой и искали верный.

– Это плохая идея, – качнул головой Лэй Линь. Его голос оставался спокоен и печален. – Вы можете навлечь на себя немилость, господин Лю Вэй. Стать преступником. Всегда есть вероятность, что мы ошиблись, и если действовать так опрометчиво... Вы похороните не только свою репутацию, но и клан Сён, императора и собственную семью.

– Если сомневаться и без конца думать, что мы идём по ложному следу, мы никуда не придем! – стоял на своем Лю Вэй. – Разве у нас есть другие варианты? Теории? Нет. Я сердцем чувствую, что так оно и есть, и я не сомневаюсь в том, что хочу сделать.

– Стоит рассказать господину Тэй Шу, – предложил Шэн Ву. – Мы уже достаточно узнали.

Лю Вэй мотнул головой. Он не хотел просить учителя о помощи, зная, что может и должен решить все сам.

– Тэй Шу не станет мне помогать. Он сказал это сам, а умолять его я не собираюсь. Как второй наследник клана Вэй я чего-то, да стою, а надежных помощников и верных друзей я уже обрёл.

Лю Вэй с благодарностью посмотрел на юношей. Они были тронуты его решительной речью.

– Лю Вэй... – прошептал Лэй Линь пораженно. Ему было приятно, что юноша отзывался о нем столь тепло.

Серебряный Наследник поднял голову, решительно глядя на своих друзей.

– Я должен найти доказательства и спасти Су Юна, клан Сён и императора. Иного пути я не знаю.

– У нас уже есть доказательства, – мягко произнес Лэй Линь, согласный с Шэном в безумности затеи.

– Этого недостаточно, – качнул головой Лю Вэй. – Всё, что у нас есть, это наши складные домыслы и отравленные цветы. Моны будут в один голос петь, что это вина Бэй Сёна. Получится замкнутый круг.

– Господин Лю Вэй, Вы смелый человек, и все же... – осторожно произнес Шэн Ву, боясь обидеть друга. – Вам не кажется, что трагедия вышла на совершенно иной уровень? Тэй Шу просил Вас найти доказательства невиновности Су Юна, а в итоге ситуация такова, что империя Хао на пороге войны, дельцы черного рынка и их пособники крутятся вокруг императора, как коршуны над телом умирающей добычи, а враги, с которыми Вы боретесь, гораздо могущественнее Вас и силой, и статусом! Об этом нужно рассказать мастеру.

Шэн Ву выглядел решительным. Он надеялся на помощь главы клана Шу, но Лю Вэй знал Тэя гораздо лучше.

– Тэй Шу сказал свое слово. Без доказательств я к нему не пойду, потому я должен добыть их. Сам. И я не боюсь ни Монов, ни лекарей, ни демонов, ни кого-либо ещё, кто может встать на моем пути. Ради Су Юна я брошу вызов кому угодно и любой ценой докажу, что он не виновен! Я буду сражаться!

Его решимость не оставляла друзьям права сомневаться в том, что Лю Вэй и правда на это способен.

– Я просто беспокоюсь за Вас, господин, – честно признался Шэн Ву.

– У Вас есть другие предложения? – спросил Лю Вэй исчерпывающе.

Друзья не знали, что ответить. Лэй Линь лишь прошептал:

– Я могу вернуться в храм и молить владыку Чжёнгью, чтобы он подарил свой последний дар. Я боюсь, что божественные цветы могут быть уже уничтожены. Раз они сорвали несколько стеблей, и это – последние, то очень вероятно, что они уже все обратили в яд.

– Тогда я хотя бы найду яд, и мы уже будем думать над другой проблемой. Или же из этих цветов они и сами создали антидот, – спокойно ответил Лю Вэй. – Но Ваши молитвы бесценны, господин Лэй Линь. Я бы хотел, чтобы Вы сделали это ради императора.

Лэй Линь кивнул.

– В тёмное время безнадёжности и страхов надежда и вера не должны оставлять людей. Я не отступлюсь. Как и Вы, я должен сделать все, что в моих силах.

– Мы должны верить, – произнес Лю Вэй. Он сжал ладонь, помня, как его переполняла светлая энергия ян, ворвавшаяся в его тело с даром серебряного дракона. Тогда он тоже упорствовал и был вознагражден. Лю Вэй верил, что, если кому и по силам вымолить последний цветок, так это Лэй Линю – Небесному Избраннику, отдавшему жизнь служению вере. Если не Чжёнгью, так Йюнью могла прийти на помощь. Лю Вэй молча помолился, прося богов о благом вмешательстве. – А я сделаю то, что должен.

– Господин Лю Вэй, как Вы себе это представляете?.. – тихо спросил Лэй Линь.

– Ударьте меня, – решительно попросил Лю Вэй. Глаза его горели.

– Что?.. – опешил Шэн.

– Избейте так, чтобы на теле живого места не осталось, и отнесите меня в резиденцию клана Гвэйн! Как лекари, они обязаны принять меня.

– Я не могу Вас ударить, господин, – мотнул головой Лэй Линь. – Вы мой друг, и причинить Вам боль я никогда не смею.

– Я знаю, – понимающе кивнул Лю Вэй. – Но без этого ничего не получится.

– Почему бы просто не поговорить с ними? – осторожно спросил Небесный Избранник.

– Прийти и спросить, живёт ли у них Чудотворец? – хмыкнул Лю Вэй.

– Почему же так прямо? – насупился Лэй Линь. – Можно дать понять, что мы что-то знаем, и тогда они занервничают и...

– Возможно вообще откажутся говорить, соберут доказательства и спрячут их так, что никто и никогда не найдет, – вздохнул Лю Вэй. – Наверняка Дау Мон предупредил их о возможных конфузах и моем расследовании. Они будут настороже.

– Думаете, Дау Мон воспринимает Вас всерьёз? Он очень высокомерен и наверняка не может даже вообразить, что Вы доберетесь до столь сложной и неочевидной истины.

– Не в этом дело. Если он провалится, то потеряет положение клыка и жизнь. Я уверен, сейчас он будет действовать очень осторожно, а посему предупредит клан Гвэйн. Они не станут говорить со мной, откровенно уж точно. Они найдут любой повод отвязаться. Но если я приду просить их о помощи, отказать они мне не смогут. Это их лекарский долг. Любопытство будет сгрызать их изнутри. Они захотят узнать, что случилось, захотят пригреть врага, чтобы, если будет отдан приказ, прикончить меня.

– Это ведь вдвойне опасно! – воскликнул Шэн, совершенно несогласный с этой идеей. – Вы не только пойдете в стан врага, но и будете ранены!

– Если Вы появитесь на пороге, они будут настороже в любом случае, господин Лю Вэй, – прошептал Лэй Линь. – Потому... Избить нужно меня. О нашей с Вами связи знают, но это не столь очевидно, чтобы отказывать мне.

– Или я! – вызвался Шэн. – Я вообще из народа! Кто меня помнит-то?

– Ни за что, – хмыкнул Лю Вэй. – Это мой долг и мне нести за него ответственность. Я благодарен вам за желание помочь, друзья мои, но все, что вы можете сделать сейчас, это пролить мою кровь.

– Я не могу, – Лэй Линь виновато опустил голову. – Моя рука никогда не обидит Вас.

– Шэн? – Лю Вэй повернулся к юноше с мольбой во взгляде.

Шэн никогда бы не подумал, что кто-то будет умолять его избить себя. Он сжал ладонь в кулак и замахнулся, вмазав другу по челюсти. Удар вышел не очень сильным – оставил лишь красное пятно, словно от женской пощёчины.

– Сильнее, – мужественно потребовал Лю Вэй, сложив руки за спиной. В этот момент он напоминал мастера Тэй Шу, что часто замирал именно в этой неподвижной позе. Как оказалось, она помогала стерпеть многое.

Шэн Ву замахнулся вновь. На этот раз удар пришелся в живот и был более болезненным. Лю Вэй наклонился вперёд от силы удара. Живот – самая уязвимая его часть – заныл от боли, умоляя прекратить.

Лю Вэй упрямо выпрямился, как манекен, что пошатывается от ударов. Он распрямил плечи.

– Ещё!

Лэй Линь отвернулся, не желая на это смотреть. Лю Вэй приготовился к удару и закрыл глаза со смиренным спокойствием. Шэн Ву замахнулся со всей силы. Он сложил в кулак ци и прицелился, готовясь ударить в щеку. Кулак его обтекала энергия. Удар должен был стать сокрушительно болезненным, но, когда Шэн совершил рывок с мощнейшей атакой, кулак его замер в сантиметре от тела друга. Лю Вэя лишь обдало неистовым шквалом ветра.

– Не могу... – прошептал юноша с шоком в глазах. Ему было тошно от мысли, что он ранил Лю Вэя и намеревался причинить ещё больше боли. Ощущая себя бесполезным предателем, он обессиленно осел на колени, выпустив заряд энергии, ударил в пол и отчаянно проревел: – Я не могу причинить Вам вред, господин! Я никогда не прощу себя за это!

Судьба империи стояла на кону, но друзья думали о таких глупостях... Лю Вэю было и приятно, и плохо от этого.

– Я хочу спасти Су Юна, клан Сён и нашего императора! – Лю Вэй попытался донести это до них отчаянным криком и сыскать взгляды друзей, но они попрятали глаза. – Прошу вас, друзья. Я не обижусь даже на самый жестокий удар. Помогите мне.

В этот момент дверь отодвинулась и в комнату заглянули двое взволнованных мальчишек.

– Брат? Все в порядке?

Шэн тут же поднялся с колен и подошёл к братьям, погладив их по волосам.

– Да, конечно. Все хорошо. Мы просто... Репетируем сценку к празднику.