☯️ 38 ~ Змей задаёт вопросы ~ ☯️ (1/2)
С первыми красками заката Лю Вэй отправился на тренировку с Тэй Шу. Медитация в бассейне немного помогла его телу восстановиться, но он все равно чувствовал жуткую усталость после утреннего построения и дневной тренировки. Каждая клеточка его тела ныла от боли, но Лю Вэй настраивал себя только на победу и готовился сразиться с любым, даже самым сложным соперником.
Тэй Шу привел на тренировку девушку. Лю Вэя это слегка сбило с толку, но он знал, что клан Шу допускает до обучения воинскому искусству и женщин, потому, поклонившись, встретил свою соперницу со всей серьёзностью, не допуская мысли о том, что она может быть лёгкой целью.
Бой с ней оказался одним из самых сложных испытаний за последнее время – сражаться совсем без ци, подобно простому смертному, против искусной заклинательницы было практически самоубийством. Девушка сражалась цзянем, но все её атаки были магическими, словно меч, вложенный ей в руки, был лишь игрушкой для устрашения.
С течением времени сражение переросло в тренировку уклонений от стремительных атак и изучение столичных приемов использования энергии ци. Лю Вэй не мог их повторить, но запоминал, как они работают, выглядят и делал выводы, что эффективно работает против них.
Бой длился три часа: ровно до того момента, пока энергия ци у девушки не закончилась, и она нервно не задышала, выйдя на свой предел. Лю Вэй, раненный и уставший, чувствовал себя побитым псом, но держался благодаря одной только силе воли. Он с трудом вырвал победу на одном лишь отчаянном желании никогда больше не проигрывать, но испытывал досаду, что не смог победить без единого ранения. Сегодняшняя соперница оказалась гораздо сильнее Жи Шу, но для Лю Вэя это не было показателем. Он тоже должен был становиться сильнее и остался недоволен тем, что глупо подставился несколько раз под мощные энергетические атаки. То, что он бился без ци, никак его не оправдывало. Серебряный Наследник был очень строг к себе и от досады хотел тренироваться всю ночь. Победа не принесла ему удовлетворения, а ранения напомнили о слабости. Лю Вэй был расстроен и крутил в руках гуань дао, оттачивая удар, что в бою получился совсем не так, как он рассчитывал. Он не жалел себя, хотя едва стоял на ногах – так сильно измотал его сегодняшний день.
Заклинательница ушла с опущенной головой и алыми от стыда щеками. Она не понимала, как могла проиграть «щенку Вэев». Тэй Шу не озвучил ее наказания, но Лю Вэй знал, что он не простит девушке поражения. Он был принципиален и строг к членам своего клана. Холод на его лице оставался неизменен что до тренировки, что после, однако, когда заклинательница, пристыженно опустив голову, ушла, Тэй Шу остался стоять и наблюдал за яростными попытками ученика отработать неудавшийся прием.
– Ранен? – холодно спросил Тэй Шу, нарушив тишину и прервав выполнение приёма.
Лю Вэй выпрямился и поднял на учителя взгляд, скрывая изумление. Он старался держать чувства под контролем перед Тэй Шу и не мог вести себя с ним также вольно, как с Бэй Сёном.
«Это что? Забота? – удивился Лю Вэй и мотнул головой. – Да быть не может.»
– Пустяки, – отозвался Лю Вэй. – Раз могу держать оружие – ничего серьезного.
– Я не про бой.
Тяжёлый взгляд замер на юноше, продолжая изучать его. Лю Вэю казалось, что учитель ощупывает его взглядом, и это было очень неприятным ощущением. По телу пробежали мурашки, когда призрачная рука накрыла его ядро. Лю Вэй невольно дёрнул рукой, словно прогоняя нечто незримое, но неприятное ощущение не покинуло его, а лишь проникло глубже.
– Нет. Я здоров, – решительно ответил ученик.
Лю Вэю хотелось спросить, почему учитель спрашивает об этом, но он не верил, что Тэй Шу ему ответит.
– Ты сражался в полсилы сегодня, – заметил учитель. – Ты мог победить гораздо быстрее, если бы использовал ци. Нравится чувствовать себя слабым?
Лю Вэй нахмурился, не позволяя так с собой разговаривать.
– Я смог победить даже без ци. Разве это не важнее? Тренировка должна выводить на предел способностей. Я испытываю себя и это помогает познать слабости.
– Будешь играться с соперниками – останешься без головы, – хмуро возразил Тэй Шу. – Давая врагам преимущество, рискуешь за высокомерие расплатиться жизнью. Всегда сражайся на пределе своих сил, оставляя лишь небольшой запас припрятанных приёмов, чтобы было, чем удивить соперника. То, что ты вытворял сегодня – позор. В реальном бою соперник не даст тебе терпеть, пока у него закончится энергия.
Лю Вэй задумался об этом и понял, что учитель прав. То, что его недооценивали, было удачей, но это правило работало в обе стороны. Стоит показать слабость, и по ней ударят. Не факт, что в этот миг он успеет подставить гуань дао для защиты.
– Я берег ци, – признался Лю Вэй, не желая выглядеть глупцом в глазах учителя. – Я тренировался весь день. Чтобы тренировка принесла пользу, мне нельзя использовать ци.
– Соперников ведь это не волнует, – холодно отозвался Тэй Шу. – Они всегда будут бить, когда ты будешь ослаблен. Они будут искать возможность ударить тогда, когда им выгодно, тогда, когда не нужно прилагать много сил, чтобы сразить тебя. Они будут выжидать твоей слабости.
– Именно поэтому я продолжаю тренироваться даже в ослабленном состоянии! Чтобы никто и никогда не мог меня победить. Сегодня я пролил кровь, но завтра я одолею своего соперника без единого ранения! Я сделаю всё, чтобы победить!
Тэй Шу удовлетворил его ответ.
– Посмотрим.
Казалось, мастер подбирал в голове кандидатуры для следующего поединка. Ему пора было уже покинуть тренировочное поле боя – он всегда уходил холодно и бесцеремонно – но продолжал стоять на месте неподвижно, сложив руки за спиной. Лю Вэй вопросительно смотрел на учителя, ожидая продолжения разговора.
Тэй Шу прищурился.
– Значит, не ранен?
Лю Вэй мотнул головой.
– В полном порядке.
– Я слышал, ты был в храме, когда произошла... – Тэй Шу сделал паузу, словно пытался подобрать нужное слово, – трагедия.
– Да, но я не пострадал. Чего нельзя сказать о Небесном Избраннике... – глаза Лю Вэя честно погрустнели. Он утратил невозмутимость. – Там была бойня, господин Тэй Шу. Но благодаря всем урокам, что я получил на родине и от Вас, мне удалось сдержать натиск культистов. Я становлюсь сильнее и благодарен Вам за это.
Лю Вэй почтительно поклонился. Его благодарность была искренней.
– Ты действительно безрассудно полез на монахов?
Было не понятно, осуждает его Тэй Шу или просто, поражаясь глупости безрассудного поступка, сомневается в возможности такого исхода.
– Я почувствовал недоброе, мастер. Господин Лэй Лин говорит, что звал на помощь, и, думаю, я чувствовал это. Но я чувствовал и иное. В голове стучала одна мысль: «что-то не так, что-то не так...». Я поверил чутью и не ошибся. Я рад, что Небесного Избранника удалось спасти.
– Как же ты понял, что перед тобой культисты? – голос Тэй Шу сделался каким-то неприятно шипящим.
– У них были чётки, господин. Чёрные. Я подумал, что это странно: боги ведь не любят черный цвет. А ещё увидел кровь на одеянии Лэй Линя. Если честно, я столько раз пересказывал это всё Монам... – Лю Вэй выглядел усталым не только физически, но и морально. Как бы он храбро ни держался при Су Юне и других людях, трагедия в храме глубоко его ранила. Внутри скопилось много едкой злобы. – Они храм не охраняли, а теперь виноватых ищут! А если бы делали свою работу, быть может, этой трагедии бы и не случилось!
– Благо, верный империи клан Вэй пришел на помощь, – произнес Тэй Шу.
Из уст учителя, холодных и равнодушных, это звучало на грани сарказма. Лю Вэй хмуро посмотрел на наставника.
– Я делал всё, что в моих силах. Любой должен был поступить точно так же на моём месте.
– Я говорю серьезно, – заметил Тэй Шу, смягчив взгляд. – В храме находились и мои люди. Они рассказали, как ты защищал Небесного Избранника и бился с главой культа. Благодаря тебе они остались живы.
– Главу культистов убил Нан Линь. Я ничего не мог ему противопоставить, – с сожалением произнес Лю Вэй. – Поэтому я буду продолжать становиться сильнее и в следующий раз не оставлю демонопоклонникам ни единого шанса. Из-за демонов мой клан оказался в таком положении. Столько людей погибло! И наш император... Он ведь погиб от рук этих монстров. Эти твари не заслуживают жизни, покуда единственная их цель – уничтожать всё живое и святое!
– Храбрость — это замечательное качество, Лю Вэй, но бездумно лезут на сильных противников только глупцы.
– Если бы я просто крикнул, что обряд тёмен, мне бы никто не поверил, – решительно ответил Лю Вэй. Так оно и было.
– Тебе просто повезло, что эти демонопоклонники были слабы.
– Слабы? – нахмурился Лю Вэй. – Они разрушили половину храма!
– Но целой толпой не смогли убить тебя – ученика с огрызком ядра. Запомни, Лю Вэй: если кто-то сильнее тебя, это не значит, что он силен. Могущественный враг не оставил бы в живых никого. Демонопоклонники – лишь тень истинной силы их владык. Этот инцидент это доказал. Увидишь демона – зови на помощь. Клан Вэй всегда так поступает.
Слова Тэй Шу задали гордость Лю Вэя. Он пришёл в ярость.
«Всегда так поступают?! Когда на клан Вэй напала орава злобных тварей, они стояли насмерть, защищая империю, сдерживая натиск монстров, что угрожали всему человечеству! Сражаться с демонами было долгом каждого жителя империи, но кровью за это расплатились Вэи! Да, мы ждали помощи, но мы не боялись и храбро бились, защищая мирных жителей, пока сотни других кланов отсиживались на севере и только языками чесали про угрозу на юге!”
Лю Вэй кипел от злобы, но сдержал желание закричать на наставника и высказать ему всё, что он об этом думает. Не было смысла переубеждать главу клана Шу. Тэй Шу видел перед собой юнца с разбитым ядром и горячей головой.
«Это такая забота, что ли?»
Глубоко вздохнув, Лю Вэй восстановил спокойствие и произнес, сохраняя достоинство:
– Если я встречу демонов, я буду действовать по обстоятельствам. Я не сбегу, если они будут угрожать жизням людей. Не отступлю, если нужно будет защищать народ. Если я умру, пусть так, но я поступлю по совести. Если же ситуация позволит ждать помощи, я не ринусь безрассудно сражаться против толпы.
– Значит, ценишь жизни других выше собственной?
– Жизнь воина ничего не стоит, если он отбросит честь и будет прятаться, как напуганный щенок. Я хочу жить, и я буду жить. Демонам не забрать мою душу!
– Предположим... – задумчиво протянул Тэй Шу. – Ты героически умер бы в храме, защищая мирное население, спасая Небесного Избранника и десяток детей. Тебя бы похоронили с честью, помнили, как героя, каждый год в одну и ту же дату вспоминая твоё имя, пока не сменится десяток поколений, которому станет наплевать на чью-то там смерть двести лет назад. Ты герой, спору нет, только род бы твой оборвался. И на этом всё: конец твоих мечтаний, амбиций… Твоей семьи. Ты действительно готов пожертвовать судьбой клана ради нескольких незнакомцев?
Лю Вэй задумался над словами учителя. Он никогда не смотрел на произошедшее под таким углом.
– Я не думал об этом в тот миг. Я просто делал, что считал правильным, зная, что я не умру.
– Так ты просто верил в себя? – прищурился Тэй Шу.
– Я верил, что должен поступить правильно.
– Как тогда, когда спас Шэна на тренировке? И после, когда сунулся с ним к клану Мон?
– Да, – твердо ответил Лю Вэй.
Тэй Шу не знал, назвать это храбростью или глупостью. Он сделал свои выводы и кротко кивнул.
– Понятно.
«Понятно?» – Лю Вэй пытался прочесть хоть что-то на лице наставника, но не смог. Это оставило его с гнетущим чувством незавершенности разговора. Он не мог понять, что о нём думает учитель, и это беспокоило юношу. К чему все эти вопросы? Мастер хотел его чему-то научить? Уколоть чувством вины за безрассудный риск? Он был. Он всегда был и будет – таков путь воина. Войны не выиграть, если сидеть на месте, славы не сыскать бездействием. Героями становятся люди, что вмешиваются в происходящий вокруг хаос, а не молча наблюдают за ним, позволяя жизням беспричинно гаснуть. И дело не в желании стать героем, не в кровавой славе. Дело в чести и совести.
«Не лезь в неприятности!» – предостерегал его брат.
«Есть другой путь,» – нежно шептал Су Юн.
«Мастер действительно упрекает меня в помощи людям? В спасении Небесного Избранника?..»
Лю Вэй долго и растерянно смотрел на Тэй Шу, пока рьяно не потребовал:
– А мне не совсем. Объясните, учитель!
– Жизнь – череда выборов и рисков, – произнес Тэй Шу, размеренно зашагав по кругу. – Обычно люди действуют из выгоды. Ты же выбрал сторону морали. Это красиво звучит в легендах и сказках, но опасно для человека, служащего императору. Есть приказ – ты ему следуешь. Ты можешь быть с ним не согласен. У тебя есть мораль, а значит – воля. Чем сильнее воля, тем сильнее вероломство. В конечном итоге, когда случится конфликт... Произойдет взрыв. Ты либо сгоришь изнутри, переступив через совесть, либо последуешь своей воле и совершишь то, что считаешь истинно верным. Где та тонкая грань между верностью себе и верностью государю? Между поступком правильным и поступком ради блага империи?