Глава 35: Зима пришла (2/2)

— Джон, ты будешь в порядке, сражаясь с ними? — осторожно спросила Санса. Ее еда оставалась нетронутой.

На несколько мгновений его брови нахмурились в замешательстве. Его рыжеволосая сестра украдкой поглядывала на Ширен, которая выглядела сбитой с толку. И тут его осенило — он еще не сказал жене о своем истинном происхождении. Не из недоверия. Джон не сомневался, что Ширен умеет хранить секреты, он просто забыл. Это была не та тема, над которой он особо много размышлял, честно говоря.

Эддард Старк воспитывал его, заботился о нем, как о сыне. Он еще живо помнил свое первое детство с дядей и тетей, которые его не хотели, и разница была колоссальной. Хотя Кейтилин тоже не хотела его. Но Эддард Старк все изменил. Он мало что знал о своем настоящем отце в этом мире. Но какой человек бросит жену и двоих детей, чтобы сбежать от ответственности и похитить четырнадцатилетнюю девушку? Он же был не кем-нибудь. Наследным принцем Семи Королевств с обязанностями, с людьми, которые от него зависели. А он заставил королевство запылать в огне восстания из-за своих действий.

— Я очень сомневаюсь, что Эйгон является моим сводным братом, как утверждает этот Варис. И Дейенерис может быть моей тетей по крови, но она лишь незнакомка, которая пришла, чтобы угрожать мне в моем собственном доме огнем и кровью.

Глаза Ширен расширились от его заявления, и он повернулся к ней. — Да, меня породил Таргариен. Но вопреки слухам, это не Рейлла, а Рейегар, а моей матерью была Лианна Старк.

Жена была ошеломлена его словами.

— Но Джон, разве ты не станешь убийцей родственников, если убьешь их? — спросила Арья.

— Только если я действительно убью их. У меня есть несколько идей, как справиться с ситуацией, но, как вы знаете, все редко идет по плану, — тяжело сказал он, и на лицах его сестер расцвели сердечные улыбки.

— Разве Рейегар не похитил Лианну? — осторожно спросила Ширен, наконец выйдя из ступора.

— Никто из живых не знает большего, — вздохнул он. — Сбежала ли она с принцем, была ли похищена силой, или еще что-то, остается только гадать. Когда мой дядя и Хоуленд Рид нашли Лианну в Башне Радости, она была уже на пороге смерти. У моей матери едва хватило сил попросить брата позаботиться обо мне. Но это не то, что мы хотим распространять, так что лучше помалкивай об этом.

Через некоторое время Ширен задумчиво кивнула.

— Джон, ты не злишься на отца за то, что он скрывал все это от тебя? — с любопытством спросила Санса. — Я знаю, что злилась бы, если бы я была на твоем месте.

— Я действительно разозлился, когда узнал об этом. Но через несколько дней я понял, что у лорда Старка были свои причины не давать мне знать. Мне едва исполнилось четырнадцать, и я сделал бы что-нибудь очень глупое, если бы узнал тогда. Не говоря уже об опасности для всего Дома, если бы Роберт Баратеон пронюхал обо всем этом. В конце концов, был же я достаточно глуп, чтобы присоединиться к Ночному Дозору по собственной воле. Я мог бы отказаться, когда увидел, что это место не имеет ничего общего со славными легендами, но я упрямо остался и принес клятвы. Мне все еще … горько, когда я думаю об этом, но я знаю, что он хранил секрет из заботы обо мне в первую очередь и я ценю это.

Санса кивком приняла его объяснение и, наконец, начала есть. Прошло несколько минут, пока они молча наслаждались завтраком, и Джон быстро сосредоточился на том, чтобы съесть как можно больше мяса. Экстремальные тренировки разожгли его аппетит в полную силу.

— Джон, ты действительно планируешь вступить в союз с Ланнистерами? — Арья прожевала последнее слово.

—Только если они выполнят мои условия, — просто объяснил он.

— А что, если они попытаются что-то сделать во время переговоров? — подозрительно спросила она. — Держу пари, Серсея хотела бы заполучить тебя.

— Я не боюсь ее трюков. И кто сказал, что я пойду как Джон Старк? — он хитро ухмыльнулся и повернулся к Сансе. — У тебя готов сюрко?

— Да, вчера закончила, — кивнула рыжая и показала на сверток, что принесла с собой. Она вытащила зелено-серую одежду с вышитым посередине черным львоящером. — Но даже если ты будешь под другим именем, твоя внешность довольно своеобразна.

— Арья не единственная, кто может изменить свою внешность, — сказал он, тщательно фокусируя свою магию.

Его волосы стали такого же оттенка каштанового, как у его сестры, а глаза приняли свой первоначальный зеленый цвет. Хотя по какой-то причине, именно глаза сильно сопротивлялись изменению цвета и требовали гораздо большей концентрации и магии, чтобы сохранить их такими. Его лицо и тело остались прежними. Любая другая трансфигурация, кроме превращения в анимага, была невозможна без палочки. Он не осмеливался даже думать о том, чтобы экспериментировать или практиковаться на собственном теле. С другой стороны, изменение цвета его глаз или волос просто требовал гламура, который вполне был ему по силам сейчас. Просто раньше у него не было причин использовать это.

Джон не торопился и восхищался ошеломленными взглядами. У Арьи даже кусочек мяса комично свисал из уголка удивленно распахнутого рта.

— Как? — Арья кашлянула и вытерла рот салфеткой.

— Магия, — ответил он с ухмылкой, только чтобы получить невозмутимый взгляд от своей младшей сестры.

— Не мог бы ты научить меня? — с нетерпением спросила она.

Магию было сложно изучать, даже с хорошими учителями и подходящей палочкой в ​​руках. Без последнего и с изменчивой окружающей магией, которая сопротивлялась почти каждой попытке произнесения заклинания, было почти невозможно научиться, даже если у вас были способности.

— Давай посмотрим, есть ли у тебя талант. Но не завышай своих ожиданий. Я еще не видел никого настолько способного. Дай мне руку.

Он схватил ее протянутую руку и мягко прощупал своей магией. Как и у Ширен и Сансы, у Арьи был только дремлющий потенциал. Если бы они начали практиковать в одиннадцатилетнем возрасте, то могли бы стать ведьмами, пусть слабыми, или хотя бы местным аналогом. Но с внешними проявлениями магия была почти неощутима, а если к ней не обращались, совсем атрофировалась. Напрашивался вопрос — как Безликие вообще колдовали? И было ли это колдовство?

В конце концов он покачал головой и получил в ответ разочарованный вздох от Арьи.

***

— Вороны прибыли от лордов Амбера и Вулла. Наконец-то они прибыли в новый Дар, — сообщил Мандерли.

Хорошо. Хоть что-то пошло по плану. Большой Джон и старый Вулл отвечали за людей, посланных для поддержки Дозора. Оба вели по две тысячи человек, и им потребовалось немногим более двух месяцев, чтобы добраться до Дара, как он и предсказывал. Еще около тысячи человек из разных Домов южнее Винтерфелла все еще находились в пути.

— Лорд-командующий Толлетт разместил их в нескольких неиспользуемых замках вдоль Стены. Конечно, дал строителей для помощи в ремонте, — кивнул Гловер.

— Боюсь, скоро мы снова не сможем поддерживать Дозор, — лорд Мандерли вытер пот со лба. — Снег идет все чаще и обильнее, Вулл пишет, что дороги скоро станут непроходимыми без медвежьих лап и саней.

— Вчера из Цитадели прилетел белый ворон. Наступила зима, — тихо добавила Ширен, и настроение в комнате стало мрачным. Его жена поначалу с трепетом приняла на себя обязанности королевы Севера, но похоже, она ими вполне прониклась.

— Разве мы не можем использовать флот для перевозки людей и припасов? — спросила Санса.

Она была его наследницей на случай, если Ширен останется бездетной. И Джон пригласил ее присоединиться к Совету. Его сестра не выглядела обрадованной такой перспективой. Потому что боялась за него, конечно, а не потому что не могла править. Но на Советах присутствовала безропотно.

— Студеное море слишком бурное, чтобы рисковать там зимой. И чем дальше на север, тем больше куски льда на пути, — вздохнул Виман. — Единственные, кто сейчас может в полной мере помочь Дозору, — это самые северные горные кланы, скагосцы, да король и королева со своими драконами.

— Какие условия вы планируете предложить дому Ланнистеров, ваша светлость? — осторожно спросил Гловер.

— В обмен на помощь против Таргариенов регентство Томмена признает суверенитет Севера и немедленно вернет вторую половину наследственного меча Дома Старков, Льда. Сестра Томмена будет возвращена весной, и надеюсь, общее торговое соглашение о таможне в портах обеих сторон.

— А если они откажутся? — спросил Мандерли и сделал глоток вина из кубка.

— Я решу в зависимости от ситуации. Серсея — леди Утеса Кастерли, и Мирцелла, как старший из ныне живущих детей, является ее наследницей по закону, — медленно сказал Джон. — Мы не стремимся править чем-либо на юге, но у моей жены есть хорошие права на Драконий Камень и Штормовой предел, так что у нас есть кое-какие тузы в рукавах.

— Люди боятся, что Дейенерис Таргариен налетит с юга и начнет сжигать, — заявил Эдвил Локк. — До меня даже дошли слухи, что к ней присоединился дракон Вашей Светлости, и поэтому его не видели целую луну.

— Эти слухи скоро развеются, — просто сказал он.

— Но что, если Таргариены нападут на Винтерфелл, пока вас не будет, Ваша Светлость? — Мандерли задумчиво потер тройной подбородок. — Ничего не мешает им это сделать.

— Если бы Эйгон и Дейенерис хотели напасть на Север, они бы уже это сделали. Я подозреваю, что они хотят разобраться с Ланнистерами, прежде чем смотреть в нашу сторону. Мы еще даже официально не находимся в состоянии войны, и они могут попытаться снова начать переговоры. Им потребовалось бы по крайней мере две луны, чтобы перебросить свои армии от Красного Зубца к Перешейку. И мы строили скорпионы всю последнюю луну именно для этой цели, Лорд Десница, — ответил Джон с тяжелым вздохом. Скорпионы на самом деле не смогли бы проткнуть чешую взрослого дракона издалека, но удачный выстрел в глаз мог легко сразить одного из них. — Драконы Дейенерис еще далеко не настолько взрослые, чтобы плавить камень. А гвардейцам и лучникам уже было приказано целиться в кожистые крылья. Они гораздо более уязвимы, чем чешуя. Удачный выстрел и драконы больше не смогут летать.

Джону было больно озвучивать тактику убийства драконов. Ведь это было и его главным преимуществом, помимо магии. Была слишком велика вероятность, что эта тактика могла быть использована против него или его будущих потомков. Но риск того, что Дейенерис ворвется в Винтерфелл и станет причиной смерти и разрушения, пока его здесь не будет, был слишком велик. Эти мысли только подпитывали его ярость. Внешне он этого не показывал, но ненавидел, когда его загоняли в угол.

Его совет задумался над его словами. Он подождал минуту, пока кто-нибудь еще поднимет другую тему, но все молчали. — Тогда на сегодня все.

Остаток дня быстро пролетел в компании его семьи в Великом Замке. Когда солнце медленно поползло к западному горизонту, он наконец почувствовал приближение Винтера.

— Пора, — вздохнул он и направился во двор. Снаружи на холоде были лишь стражники. Но вот чудовищный рев разорвал воздух, и послышался тяжелый звук драконьих крыльев. Винтер, значительно крупнее, чем прежде, тяжело приземлился во дворе, прямо перед ним. Размер далеко не всегда имел значение, но теперь у его глупой тетушки не было и этого преимущества. Одно лишь воспоминание о том, как она угрожала его родным в его собственном доме, заставило его кровь закипеть от ярости. Его фамильяр почувствовал его смятение, встал на дыбы и изрыгнул в воздух густую огненную полосу темно-синего пламени.

Джон повернулся, чтобы крепко обнять обеих своих сестер.

— Арья, слушай сестру, пока меня нет, — пробормотал он. — И вы обе помогайте Ширен, чем можете. Я вернусь, прежде чем вы моргнуть успеете.

Его младшая сестра восприняла это стоически, но Санса едва сдерживала слезы.

— Джон, не доверяй им! Никому! Обещай мне!

Голос ее был таким холодным и злобным, что он на полминуты остолбенел.

— Обещаю, — торжественно сказал он и посмотрел на Ширен, чьи в остальном ясные голубые глаза были полны беспокойства.

Она осторожно достала из рукавов платья кусок темно-серого шелка. На нем были замысловато вышиты свирепый белый лютоволк с красными глазами и маленькая черная лань, кружившие друг вокруг друга.

— На удачу.

Он осторожно взял подарок, повязал его на правое запястье и нежно обнял ее.

— Что бы ни случилось, Призрак защитит тебя, — прошептал он, но его обняли крепче.

— Просто обязательно вернись, — пробормотала она.

— Чего бы это ни стоило, — тихо пообещал Джон и, наконец, разорвал объятия. Он осторожно вытер слезы, скатывающиеся из ее небесно-голубых глазах, нежно поцеловал ее и, после короткого колебания, потянулся к бронзовому кинжалу на поясе и вложил ей в руки. — Всегда держи при себе, на всякий случай. Если ты не знаешь, как им пользоваться, попроси Джианну или Арью научить тебя.

Он забыл, как сильно ненавидел прощаться. Со вздохом он взобрался в седло на спине Винтера и поднялся в небо.