7.6. (1/2)

Ты удовлетворённо окинула взглядом результат своей работы и размяла затёкшую от долгого сидения спину. Испещрённые мелкими ранками пальцы, неловко, однако упрямо орудовавшие иглой несколько недель, опустили белую ткань на письменный стол. Губы, искусанные от нетерпения и трепетного возбуждения, исторгли вздох облегчения.

Шитьё было закончено.

— Даже не верится, что я это сделала, — с плохо скрываемой гордостью за свою маленькую победу робко улыбаешься в пустоту.

Да, сшить себе платье оказалось настоящим испытанием для тебя. Всё свободное от учёбы время ты корпела над этим несчастным куском ткани, купленным на скопленные за пару месяцев деньги. Конечно, подработка в лекарственном саду у Мастера Сонорэ приносила небольшой доход. Правда, этого оказалось слишком мало, дабы сшить платье на заказ. Оставалось довольствоваться собственными руками и упорством.

На самом деле ты отвратительно шила.

Этот навык, обязательный для благовоспитанных девиц, почему-то обошёл тебя стороной, и в отличие от искусно владеющих иглой сверстниц, ты могла лишь раз за разом царапать себе руки в попытке приручить все эти хитрые приспособления для пошива. К счастью, всё та же Мастер Сонорэ, преподающая лечебную магию, помогла тебе не только с подработкой, но ещё и с выкройками, стежками, деталями и тому подобным.

Результат оказался впечатляющим: белое струящееся платье, отделанное сверху изящным кружевом в виде цветков апельсина, книзу рассыпалось ворохом воздушного тюля. На свету ткань искрилась чистым снежным цветом, но в полутьме приобретала совсем лёгкие розово-бежевые отливы. Платье казалось волшебным и таило в себе надежду на прекрасный вечер.

А о том, что вечер обещает быть прекрасным, говорила атмосфера, царящая в замке Академии уже целый месяц. Стоит признать: ни о чём другом, кроме предстоящего бала-маскарада, студенты Королевской Академии Магии и думать не могли. Это событие было слишком долгожданным, слишком радостным для обременённых учёбой отпрысков знатных семей, соскучившихся по балам и торжественным приёмам. Устраиваемый всего несколько раз в триплекс, праздник был самым знаменательным, самым весёлым поводом, чтобы скинуть наскучившую школьную форму и облачиться в изощрённые маскарадные костюмы. Твои одноклассницы между уроками только и делали, что обсуждали наряды друг друга и планы на праздничный вечер.

«Представляете, выпускники предыдущего триплекса хотят почтить Академию своим присутствием», — раздавался восхищённый шёпот за завтраком.

«Говорят, торжество будет проходить в Зеркальном Зале», — делились подробностью чужие голоса.

«По слухам, даже сам Принц может заглянуть на бал, — сплетничали за каждым поворотом. — У него здесь учится невеста. Да-да, та самая иль Найтх, которая победила в Турнире».

— Ага, конечно, победила она… — фыркнула ты, предаваясь не самым радостным воспоминаниям.

После того случая, когда Рэйна пыталась убить твою кошку, вы перестали общаться. Хотя «перестали общаться» — это ещё слабо сказано. Ты просто собрала все свои вещи, которые уместились в одну небольшую холщовую сумку, и ушла из вашей общей комнаты, где вы жили вместе целый семестр.

В действительности тебе оказалось некуда идти. Покинуть Академию ты не могла, потому как нависшая над твоими племянниками угроза всё ещё давила на совесть. Но и оставаться наедине с человеком, который на твоих глазах пытался поджарить Клэри эн Кэй, а после этого методично, без какой-либо жалости задушил пушистую белую кошку, было невозможно.

«Представить не могу, где бы я была сейчас, если бы не Мастер Сонорэ», — с облегчением выдохнула ты, окидывая взглядом новую комнатушку, куда более тесную, чем предыдущая, однако безраздельно, бесповоротно твою.

Узенькая, застеленная грубой тканью кровать с пледом, расшитым разноцветными лентами, выглядела куда уютнее, чем взбитые мягкие подушки в комнате Рэйны и её тёплое пуховое одеяло. Неровно обструганный письменный стол и покачивающийся из-за кривой ножки стул радовали глаз сильнее, чем лакированная, лощёная мебель предыдущего жилья. А дряхлый, прогрызенный мышами комод хранил в себе твои и только твои вещи.

Да, Мастер Сонорэ, случайно узнавшая о твоей проблеме, действительно помогла тебе. Она безвозмездно выпросила для тебя эту комнатку в дальней части замка, где обычно находились лишь помещения для хранения инвентаря. Так что за последние пару месяцев ты, к своему удивлению, научилась спать, не чувствуя на талии властной хватки Рэйны, освоила самые эффективные способы избегать иль Найтх и даже умудрилась разжиться небольшой суммой денег, делая домашнюю работу по лечебной магии своим одноклассникам и ухаживая за садом всё той же леди Сонорэ.

Последний факт особенно воодушевил тебя. Заработанных монет хватило на новенькую форму, ткань и кружево для платья, а остатки были припасены до худших времён.

— Эстэр, иди сюда, — ты обернулась в сторону окна. — Посмотри, как красиво получилось!

Белая кошка дружелюбно вильнула пушистым хвостом, спрыгивая с подоконника прямо на стол. Её вишнёвые глаза с необычайной для животного сообразительностью во взгляде осмотрели наряд. Казалось, Эстэр оценивает каждую деталь, старательно вышитую руками хозяйки, чтобы вынести вердикт.

— Ну как, нравится? — нетерпеливо спросила ты.

Питомица довольно заурчала, и тебе стало понятно, что кошка высоко оценила белое платье, над которым ты корпела много вечеров подряд.

— Знаешь, Эстэр, я ведь никогда не танцевала на балу, — неожиданно вырвалось у тебя. — Мне бы очень хотелось пойти, но от волнения коленки трясутся. Да и танцевать я толком не умею. Вот если бы ты была со мной, я бы ничего не боялась.

Кошка мявкнула, выражая согласие, и прыгнула тебе на колени. Ты по привычке принялась наглаживать её мягкую, пахнущую цитрусом и сладкими яблоками шерсть.

— Даже жаль, что моя Эстэр не человек, — уткнувшись носом в голову зверьку, прошептала ты. — Иногда мне кажется, что я схожу с ума, потому что болтаю с тобой, как с подругой. Наверное, стоит попробовать завести друзей.

Эта мысль уже давно посещала твою голову, но запуганные Рэйной одноклассники не горели желанием налаживать общение. Они старались избегать тебя, по-прежнему воспринимая вас с иль Найтх как единое целое. Даже когда ты помогала им с домашней работой, ребята лишь сухо благодарили в ответ и опасливо косились со стороны, словно ты виделась им диковинным зверем, на которого забавно смотреть, если он в клетке, но страшно оказаться лицом к лицу.

Впрочем, пока рядом была Эстэр, остальные проблемы казались ничтожной мелочью. Кошка оказалась невероятно смышлёной: она хорошо чувствовала, когда нужно утешить тебя, полежать на твоих коленях, свернувшись клубком, а когда — отойти и оставить в покое. Эстэр ела любую еду, иногда убегала по каким-то своим кошачьим делам, однако бо́льшую часть времени проводила рядом с тобой. Ей нравилось сидеть в твоей холщовой сумке, подмяв под себя учебники и тетради, а по возвращении с занятий — лежать, прижавшись к тебе своим белым пушистым тельцем.

Удивительно, но с появлением кошки ты перестала видеть кошмары. Страшные, пугающие сны о прошлом больше не терзали тебя ночами. Ты спала глубоко и спокойно, хотя иногда появлялось странное ощущение присутствия. Один раз ты даже проснулась оттого, что, будто наяву, почувствовала рядом тепло чужого тела. Однако на твоём одеяле обнаружилась только Эстэр, чутко наблюдающая за тобой из-под приоткрытых век.

«Померещится же», — зевнула ты, потирая сонные глаза, и забыла об этом случае.

Вскоре ты привыкла к «невидимому постороннему», и твой сон стал ещё безмятежнее. По утрам ты вставала бодрая, полная сил и энергии, умывалась, приводила себя в порядок и шла завтракать. В обеденной ты выбирала уединённый столик подальше от всех, чтобы ненароком не столкнуться с мрачной молчаливой Рэйной, периодически сверлившей тебя взглядом из противоположного угла. Когда завтрак заканчивался, ты нарочно опаздывала на занятия, чтобы не оказаться в коридоре наедине с иль Найтх, а после уроков вихрем уносилась на свою маленькую подработку в сад Мастера Сонорэ.

Реже тебе удавалось выбраться в город, но эти небольшие вылазки стали самым лакомым кусочком для тебя. За пару месяцев ты изучила Сэнэри вдоль и поперёк, не обращая внимания ни на холодную погоду сезона кальт, ни на возможные опасности. По выходным ты даже позволяла себе выпить кружку тёплого ароматного глинтвейна в уютном пабе на центральной площади и угостить блюдцем молока свою кошку. Наблюдая со стороны за веселящимися захмелевшими сэнэрийцами, дружно играющими в ханк или обсуждающими последние новости, ты чувствовала себя по-настоящему живой.

Правда, тебе по-прежнему не хватало общения.

Это было единственным, чего ты жаждала уже давно. Тебе до боли хотелось поговорить с кем-нибудь так же легко и просто, как это делали люди из таверны. В детстве взрослые обращались к тебе лишь тогда, когда ты была нужна для дела, и просили не путаться под ногами, когда надобность в тебе отпадала. С Рэйной же общение получалось однобоким: ты не могла довериться ей и только подчинялась приказам. Поэтому гнетущее чувство отстранённости, отрезанности от мира томило тебя день ото дня, а бал-маскарад должен был стать твоей первой попыткой вылезти из скорлупы, в которой тебя замуровали окружающие и ты сама.

— Знаешь, Эстэр, я обязательно потанцую с кем-нибудь этим вечером, — мягко поглаживая шёрстку кошки, решительно произнесла ты. — Я так долго шила это платье, что просто не могу отступить сейчас.

Питомица согласно заурчала, и ты ласково прижала её к себе. Эстэр смотрела на тебя столь понимающим спокойным взглядом, что на твоей коже выступили мурашки. Порой тебе казалось, будто в твои руки попало настоящее чудо: иначе объяснить сообразительность кошки просто не получалось.

— Хорошо, что сегодня сдвоенное занятие лечебной магии и больше ничего, — отложив платье на кровать и аккуратно разгладив складки на нём, вслух произнесла ты. — Я уверена: Мастер Сонорэ не станет мучить нас учёбой перед праздником.

Эстэр согласно вильнула хвостом и с готовностью запрыгнула в заранее собранную сумку. За окном уже давно взошло Светило — верный признак того, что следует поторопиться, дабы не пропустить завтрак. Ты причесала длинные, чуть шевелящиеся волосы и заплела их в лёгкую косу. Новенькая форма сидела на тебе как влитая, а чисто вымытое лицо сияло плохо скрываемой радостью.

— Сегодня будет прекрасный день, — глядя в зеркало, осторожно улыбнулась ты.

Твоя жизнь только начала налаживаться, и тебе не хотелось спугнуть эту лёгкость, это упоение простым и мирным существованием. Счастье казалось хрупким, как фарфоровая чашечка, занесённая над пропастью. Ты боялась уронить такую чашечку, разбить вдребезги, хотя глубоко внутри понимала: на самом деле твоё счастье уже давно отнято и передано в руки кучки Воплощений, готовящих что-то, о чём тебе не хотелось даже думать.

«Нет, сегодня я не дам этим мыслям испортить себе настроение», — твёрдо решила ты и вышла за пределы комнаты.

Столовая встретила тебя привычным гулом и запахом свежей выпечки. Старшие студенты чинно потягивали чай в центре зала, пользуясь своими привилегиями, а более юные ребята собирались в небольшие группы по интересам.

Так, например, боевые маги громко смеялись и бросали дерзкие взгляды в сторону своих менее воинственных одноклассников; любители земляных чар морщились от шума и с кислыми минами елозили зелень в тарелках; а маги, специализирующиеся на воздушных заклинаниях и недавно придумавшие новую хохму, пускали крошечные ураганчики в сторону приверженцев водных чар, рискуя получить ответный залп сосулек прямо в свои хохочущие лица. Рядом с ними весело щебетали совсем уж немногочисленные целители — наиболее интересная для тебя компания. Правда, как ты ни пыталась подобраться к ним ближе и влиться в стройные ряды родственных по духу чародеев — они даже видеть тебя не хотели. Слишком мирные для «подружки Рэйны иль Найтх» эти маги держались подальше от конфликтов. А Рэйна иль Найтх, как известно, сама по себе была ходячим предупреждением об опасности.

Стоило только подумать о Рэй — как ты почти наяву ощутила её взгляд, скользящий по тебе. Мрачная и непривычно молчаливая, иль Найтх буравила тебя своими пронзительно-голубыми глазами, сидя за отдельным столиком, к которому остальные студенты даже подойти боялись.

И этот взгляд не сулил ничего хорошего.

«Пусть смотрит, сколько хочет, — забрав свой поднос с завтраком, подумала ты. — Я не позволю испортить мне аппетит».

В последнее время твоя жизнь вернулась в нормальное русло, и тебе стали заметны некоторые перемены в себе. Пища, которая раньше была лишь энергетической подпиткой для организма, теперь стала источником небольшого удовольствия. Так, например, пару месяцев назад от тревоги и волнения ты могла даже не замечать вкуса блюд, которые ешь. Теперь же вдыхать ароматный запах травяного чая и приятный хруст горячего круассана стало чем-то сродни утреннему ритуалу.

Помимо нормализовавшегося аппетита, ты стала замечать, что твоё угловатое тело чуть вытянулось, его черты стали более мягкими, округлыми, а грудь — более пышной, высокой. Эти перемены смущали тебя, как и редкие, но красноречивые взгляды мужской половины Академии. Иногда ты крутилась у зеркала часами, пытаясь приладить одежду так, чтобы ни груди, ни других сомнительных мест не было видно, но в итоге сдалась и махнула на это рукой. Эстэр — твоему единственному доверенному лицу — приходилось наблюдать за уморительными метаниями хозяйки и выслушивать её жалобы на ставшую слишком узкой рубашку. Кошка относилась ко всему философски, хотя в её рубиновых глазах временами читалась откровенная потеха над происходящим.

— Держи, Эс, — придвинув блюдечко с молоком поближе к высунувшейся из сумки кошки, шепнула ты.

Питомица с удовольствием принялась лакать своё лакомство, в то время как ты наслаждалась горячим омлетом и цветочным чаем. Кормили в Академии отменно — это был единственный неоспоримый плюс заточения здесь. Хотя чем больше ты находилась в замке, тем чаще замечала, что тебе нравится учиться, нравится ходить на занятия и слушать забавные сплетни одноклассниц, нравится даже сдавать нудные тяжёлые экзамены. Было во всей этой рутине что-то постоянное, неизменное, а потому устойчивое. И где-то в глубине души ты понимала: учёба в Академии давала стабильность, которой всегда не хватало в твоей жизни.

— Знаешь, Эс, я бы всё отдала, чтобы вот так сидеть с тобой каждое утро и просто наслаждаться завтраком, — неожиданно выдохнула ты.

Кошка внимательно посмотрела на тебя вишнёвыми глазами и ободряюще мяукнула. Ей наверняка было невдомёк, как на самом деле тяжела твоя участь, как трудно лавировать между собственными желаниями и обязательствами, как невозможно порой разрываться на две стороны. Эстэр всегда излучала такую умиротворённость, словно сама была оплотом гармонии и покоя. А потому тебе жутко хотелось научиться этому удивительному искусству безмятежности у кошки.

— Бездна, все уже расходятся, — вдруг вынырнула из размышлений ты. — Если не поторопимся — сильно опоздаем.

Кошка, принявшаяся смаковать кусочек мяса, понятливо ускорилась. Ты старалась не отставать от неё и в темпе доедала свой омлет. Но когда вы с Эстэр выбежали из столовой, все студенты уже разошлись по залам, и вам в спешке пришлось добираться до отдалённой аудитории лечебной магии.

К твоему удивлению, распахнув двери классной комнаты, ты обнаружила вальяжно раскинувшихся по амфитеатру одноклассников, шумно обсуждающих предстоящий бал. Духом учёбы здесь даже не веяло, да и Мастер Сонорэ не стояла на её привычном месте. Чуть осмотревшись, ты поняла, что преподавательницы вообще нет в зале, а ещё чуть позже узнала причину: оказывается, леди Сонорэ уехала пополнять запасы редких лекарственных трав и попросила учеников создать видимость бурной учебной деятельности.

Правда, бойкие одноклассники поняли всё превратно, и вместо прилежного изучения книг по лечебной магии старательно корпели, вычисляя, кто именно и в чём пойдёт на бал.

— Говорят, юный Принц пожалует на праздник ближе к его концу, — хихикали девчонки на задних партах.

— А мы уже видели выпускников предыдущего триплекса, — доносилось с другой части зала. — Они все ходят, задрав носы. Надулись от важности, как индюки.

— Зато им уже разрешили заходить в Зеркальный Зал, — недовольно бурчал кто-то сбоку, — нам же и подойти к нему не дают.

Ты незаметно проскользнула на своё место в самом низу, напротив стола леди Сонорэ, и осторожно прислушалась к веселому гомону одноклассников. Поначалу они, как всегда, не замечали тебя, и ты занималась тем, что гладила высунувшуюся из сумки Эстэр, однако кто-то из девушек внезапно окликнул тебя:

— Эй, Яират, а ты в чём пойдёшь? Небось иль Найтх купила для тебя и платье, и украшения.

Ты не поверила своим ушам, но всё же откликнулась:

— Нет, я сшила платье сама. И ткань для него тоже купила сама.

По классу пронёсся ропот удивления, а потом один из наиболее уважаемых в классе юношей уважительно бросил:

— Ну и правильно. Я бы тоже не стал с иль Найтх водиться. В последнее время она словно с цепи сорвалась.

Другие ребята поддержали его утверждение одобрительным гулом, и вскоре тебя затянули в обсуждение праздника. Сначала ты не понимала, почему студенты наконец заметили тебя, но внезапно детали головоломки встали на свои места. В классе, помимо Мастера Сонорэ, не было Рэйны иль Найтх, и побаивающиеся её ученики, в отсутствие явной угрозы, наконец почувствовали раскрепощённость. Они впервые по собственной воле заговорили с тобой, ты же, не веря своему счастью, с удовольствием присоединилась к обсуждению.

Сначала ребята болтали о празднике, об украшениях Зеркального Зала, о платьях и приглашённых гостях. Ты изредка бросала комментарии, но их воспринимали как что-то нормальное, обыденное. Потом кто-то заметил твою кошку и решил спросить о ней. Тебе пришлось рассказывать всю удивительную историю знакомства с Эстэр, от которой одноклассники покатывались со смеху. Чтобы продемонстрировать, насколько хитрая и смышлёная тебе досталась питомица, ты даже провернула старый трюк, которым вы с кошкой порой развлекали себя: подкинула кусочек хлеба, а Эс ловко поймала его прямо в воздухе. Вслед за этим последовали бурные овации со стороны ребят и предположения о том, что зверёк, должно быть, сбежал из бродячего цирка, оттого настолько ручной.

Ты пожала плечами, признав такую возможность, и снова бросила кошке шарик хлеба. В это время двери аудитории распахнулась, и Эстэр приземлилась совсем рядом с вошедшей в класс Рэйной. Мрачная, как грозовое облако, иль Найтх, от вида которой смех и веселье других учеников сразу утихли, чуть не споткнулась о кошку. Глаза Рэй тут же налились кровью, и она схватила Эстэр за шкирку, впившись ногтями в белую шёрстку животного так, что питомица издала жалобный мявк.

— Яират… — голосом, не предвещающим ничего хорошего, прошипела девушка. — Вижу, тебе тут очень весело…

Всё внутри тебя сжалось от плохого предчувствия. Ты вскочила как ошпаренная и в нерешительности замерла на месте. Твоё сердце разрывалось от одной только мысли, что Рэйна снова может причинить боль твоей кошке. Однако выработанный за несколько месяцев жизни с иль Найтх страх сковал тебя сильнее любых цепей.

«Если ты открыто пойдёшь против неё, она убьёт твоих племянников и Эс заодно», — шевельнулся внутри позабытый ужас.

Ты не могла этого допустить, не могла снова взбесить Рэй. В предыдущий раз подобное сошло тебе с рук, но вдруг именно сейчас ты переполнишь чашу терпения этой опасной магички? Вдруг именно после этой стычки она и её друзья решат лишить тебя твоих единственных близких людей?..

— Ума не приложу, как эта шваль выжила в прошлый раз, — на эмоциях сдавливая мягкую холку животного, процедила Рэйна, — но в этот раз я ей точно шею сверну. Пора заново учить тебя послушанию, Яи. Слишком долго я позволяла тебе вольности. Сегодня же вернёшься в нашу комнату и думать забудешь об этой пушистой твари. Все твои мысли снова будут только обо мне. Я уж позабочусь об этом.

От пробирающих до костей слов иль Найтх у тебя закружилась голова. Ты бы отдала всё, что угодно, лишь бы не возвращаться больше в ту красивую комнату-темницу, где Рэй делала с тобой ужасные вещи. И одновременно ты бы лучше мучилась сама, лишь бы твоя ласковая белая кошка или любимые племянники не пострадали бы от чьих-то мерзких рук.

Это противоречие сбивало тебя с ног, растаптывало, уничтожало.

Это противоречие было сильнее того, что ты могла вынести.

— Хватит мяться, иди сюда, да поживее, — видя нерешительность и страх в твоих глазах, поманила пальцем Рэйна. — Если поторопишься, я убью этот кусок мяса милосердно. А будешь медлить — заставлю весь вечер смотреть, как твоя зверушка корчится в агонии.

Притихшие одноклассники уставились в свои учебники, стараясь не пересекаться взглядами с леди иль Найтх. Все они прекрасно знали, что случилось с Клэри эн Кэй, которую Рэй чуть не спалила заживо огненным заклинанием. И никому из этих ребят не хотелось повторить участь бедной магички.

«Трусы, — пульсация в твоей голове росла всё сильнее. — Они все боятся их. Рэйну и остальных Воплощений. Они даже слова поперёк ей не скажут».

— Я считаю до пяти, Яи, — тон оппонентки стал более жёстким. — Как только счёт закончится — тебя ждёт дополнительное наказание. И поверь: оно тебе не понравится.

Что-то во властном шипящем голосе Рэй заставило тебя вздрогнуть от ужаса. Ты по привычке дёрнулась вперёд, готовясь семенить за иль Найтх, как это бывало раньше.

И тут же остановилась.

— Раз.

Голос у Рэйны настолько зловещий, что мурашки пробегают по твоей спине и поднимают волоски на затылке.

— Два.

Твои колени подкашиваются от страха, а в горле встаёт болезненный ком. Нужно быстрее идти к Рэй и выручать свою кошку, умолять Рэйну о пощаде, но стопы будто приросли к полу.

— Три.

Нотки злобы сменяются на предвкушение скорой расправы. Ты даже думать не хочешь о том, что с тобой могут сделать. Пульсация в висках нарастает, и всё, чего тебе по-настоящему хочется, — разбить свою голову о любой твёрдый предмет, лишь бы не чувствовать больше стука собственной крови в висках.

— Четыре.

Тебя начинает тошнить до такой степени, что ты хватаешься рукой за край парты и едва сдерживаешь рвоту. Ты ощущаешь, как что-то подступает. Картинка в глазах плывёт, но твой мимолётный взгляд случайно натыкается на висящую в жёстких руках оппонентки Эстэр. Пушистая белая кошка совершенно спокойна. Совсем ручная и ласковая, она, должно быть, не понимает, что именно с ней хотят сделать. Маленькое тёплое тельце питомицы даже не дёргается в руках своего палача. Доверчивые глаза-вишни с удивлением смотрят на трясущуюся тебя.

«Что это такое с хозяйкой? — буквально читается на изящной мордочке. — Она ведёт себя как-то странно».

Эта мысль добивает тебя.

Эфемерное, призрачное счастье оказалось слишком коротким.

За радость всегда приходится платить.

Ты никогда не сможешь жить той жизнью, о которой мечтаешь.

Ни-когд-да.

— Пять. — Раздаётся судьбоносный счёт.

Да, теперь, стоя здесь, перед одноклассниками и душащей Эстэр Рэйной, ты можешь с уверенностью сказать: ты действительно уничтожена.

И безумие, которого ты всегда боялась, накрывает тебя с головой.

Только в этот раз оно совсем не похоже на ужасную Хищницу, которая вырывается из тебя в моменты опасности.

Это безумие ты создала сама.

— Ещё секунда — и от этой твари мокрого места не останется, — сжимая ладонь на белой шейке, растекается ядом Рэйна. — Последний шанс, Яи.

Ты послушно делаешь пару шагов.

Иль Найтх довольно ухмыляется твоей капитуляции.

Она думает, ей удалось сломить тебя.

И отчасти она права.

То, что ты собираешься сделать, может осуществить только сломленный, обезумевший человек, потерявший всякую надежду на чудо. И твоё исступление даёт тебе сил.

Ты медленно, по шажку, идёшь вперёд. Но оказавшись в проходе, не поворачиваешь к Рэй, а направляешься прямиком к большому приоткрытому окну.

К счастью, Мастер Сонорэ всегда держит его открытым. Говорит, ученикам полезно дышать свежим воздухом. Мол: помогает смекалке.

«И ведь действительно помогает», — мысленно ухмыляешься ты, раздвигая руками оконные рамы.

— Ты… что делаешь? — с искренним непониманием таращит глаза иль Найтх.

Она в растерянности смотрит, как ты взбираешься на подоконник и, ловко балансируя, подходишь к самому краю. За этим краем — бездна, провал. Одно неверное движение — и ты полетишь из самой высокой башни вниз, к земле.

— А теперь мы поиграем по моим правилам, Рэй, — безучастно глядя в пропасть, тянешь едкую улыбку. — Или думала, я всю жизнь под твою дудку плясать буду?..

Рэйна ошеломлённо смотрит на тебя, пока ты принимаешь нарочито расслабленную позу. В твоём взгляде — чистое безумие, одержимость, неистовство.

Загнанная в угол мышь не бросается на кошку.

Она сама становится кошкой.

— Слышала, ты угрожала моей Эстэр, — с удовольствием смакуя каждое слово, облизнулась ты. — Мол, шею ей свернёшь и тому подобное, если я не соглашусь выполнять твои приказы.

Иль Найтх в бешенстве уставилась на тебя. Ты же лишь растянула улыбку пошире и продолжила:

— Так вот, хочу тебя разочаровать: тронешь мою кошку или племянников хоть пальцем — и я на себя руки наложу. Могу прямо сейчас это сделать, если не отпустишь Эс. Упаду вниз — и плакала ваша с Коэлем зайтейка держать меня при себе. Замучаетесь оттирать мои кишки с брусчатки. А ведь другое Воплощение Риксы будет ох как тяжело найти…

Ты с мнимым сожалением цокнула языком.

— Да ты блефуешь, — холодно парировала оппонентка, хотя её глаза отчаянно забегали. — Слезай оттуда, прекрати эти детские фокусы. Иначе так выпорю — мало не покажется.

— Блефую? Выпорешь? — не в силах сдерживаться, прыснула ты. — Уж больно смело говоришь для той, кому придётся отчитываться перед Воплощениями за мои размазанные по всей Академии мозги. Представь, как разозлится Коэль и остальные. Да они тебя на кусочки порвут от злости.

Слова разили точно в цель, и Рэйна непроизвольно вздрогнула. Ей действительно разрешалось делать всё, что вздумается. Но это «всё» заканчивалось там, где начинались общие интересы пятёрки Воплощений. А осознание того, что иль Найтх и остальные зависят от тебя не меньше, чем ты от них, лишь сильнее распаляло твоё отчаянное безумие.

— Ну, что скажешь, Рэй? — нарочито спокойным насмехающимся голосом подтрунивала ты. — Хочешь, чтобы я прямо сейчас отправилась в вольный полёт? Давай, сожми шейку Эстэр покрепче. Сверни с наслаждением, с хрустом, как ты любишь. Тебе ведь нравится упиваться чужой болью. Так чего медлишь? Действуй. И как только закончишь — увидишь дорогу в Бездну, которую выложила себе сама.

— Да тебе духу не хватит… — отчаянно парировала девушка, хотя в её голосе сквозило сомнение. — Я прекрасно знаю, что ты этого не сделаешь, Яи. Ты трусиха.

— Проверим? — с лёгкостью отступив назад, хохотнула ты. — Давай, Рэй, души мою кошку. Ты ведь этого хотела? Так чего застыла на месте? Вперёд. Начинай. Или от страха за свою шкуру совсем руки ослабли? Неудивительно: Коэль и мокрого места от тебя не оставит, как только узнает, из-за кого рухнули все его планы.

Сомнение в глазах Рэйны начало переходить в открытое опасение. Твои слова действительно задели то единственное, чего эта девчонка по-настоящему боялась. И теперь иль Найтх судорожно пыталась найти решение возникшей проблемы.

— Давай же. Убей Эстэр. — переходя на рычание, повторила ты. — Души. Пытай её. Тебе ведь так этого хочется. Не стоит сдерживаться. Выпусти весь свой гнев на маленькой беззащитной кошке. Поступок, достойный гнилья вроде тебя.

И ядовито насмехаясь прямо в лицо Рэйны иль Найтх, ты нанесла контрольный удар:

— Ничтожество.

Твой голос даже не дрогнул. Он был таким твёрдым, таким сильным, что ты сама до конца не верила, что эти сочащиеся ядом и сталью слова могут принадлежать тебе. Что и говорить — ещё пару минут назад ты даже не подозревала об этой стороне своего характера. Ведь с детства тебя учили лишь мягкости и кротости. А то, что ты проворачивала сейчас, и близко не походило на скромное поведение юной аристократки.

Рэйна растерянно моргнула, непроизвольно опуская ладони. Эстэр тут же выскользнула на пол и привычно засеменила к тебе. Её пушистый хвост плавно изгибался в воздухе, словно бы кошке не угрожала смертельная опасность всего мгновение назад. Ты подхватила питомицу на руки и мягко сжала в объятиях.

— Всё будет хорошо, Эс, — совсем тихо шепнула ты, глядя в сообразительные рубиновые глаза. — Я больше не дам тебя в обиду.

Эстэр нежно мурлыкнула в ответ. Ты спрыгнула с подоконника обратно в класс и, под восторженно-удивлённые взгляды молчащих одноклассников, принялась собирать учебники.

Рэй всё ещё стояла у дверей, немигающим взглядом наблюдая за твоими простыми, почти механическими движениями. Но ты не могла дать слабину, не могла потерпеть поражение после такого ошеломительного успеха, а потому спокойно подхватила сумку с запрыгнувшей внутрь кошкой, и неторопливо прошествовала к дверям.

Проходя мимо Рэйны, ты была вынуждена остановиться, потому как иль Найтх вдруг крепко схватила тебя за руку.

— Не думай, что я закрою глаза на твои выходки, — угрожающим тоном произнесла она. — Есть вещи, с которыми не стоит забавляться, Яи. Одно из них — моё терпение.

Чужой колючий взгляд окатил тебя с ног до головы, но после всего, что произошло, ты уже не могла сжаться от страха, струсить, сбежать. Поэтому ты лишь пренебрежительно вырвала своё запястье из цепких пальцев Рэй и процедила ей в лицо:

— Могу сказать то же самое о себе.

Хлопнула дверь — и ты наконец вырвалась из раскалившейся от напряжения аудитории. Твоё лицо горело яростью, а кулаки сжимались до хруста в костяшках. Но ощущение собственной маленькой победы пьянило тебя, будоражило радостью.

Потребовалось немало времени, чтобы вернуться к тому спокойному, размеренному состоянию, в котором ты пребывала до стычки с Рэйной иль Найтх. Побродив по замку и пообедав, тебе удалось восстановить хрупкое душевное равновесие до такой степени, что мысли о возможных проблемах с Воплощениями плавно перетекли в приятные размышления о предстоящем вечере.

«Нужно чем-то украсить волосы, чтобы дополнить образ», — рассматривая праздничные декорации, которыми была завешена вся Академия, с улыбкой подумала ты.

Денег на дорогие украшения у тебя не осталось, но зато можно было придумать и соорудить что-нибудь из подручных материалов. Ты ещё немного походила меж светлых чистых коридоров, прежде чем в голову пришла отличная идея.

— Можно ведь срезать пару цветов в саду леди Сонорэ! — тебе стало радостно от собственной находчивости. — Мастер точно не обидится, а я вплету растения в волосы как украшения. Должно получиться красиво.

Выглянувшая из сумки Эстэр с интересом посмотрела на воодушевлённую тебя. Ты же, не теряя времени, снова устремилась к самой высокой башне, часть которой занимал сад лекарственных растений. Там, среди сотен разнообразных кустарников и трав, было несколько апельсиновых деревьев, плоды которых считались лакомством в холодных землях Норта и росли только под влиянием специальной магии.

— Такие нежные и такие красивые, — аккуратно сорвав гроздь цветков, с придыханием произнесла ты. — Они идеально подойдут к наряду.

Твоё воображение уже нарисовало полный образ для бала-маскарада, и тебе не терпелось поскорее примерить его. Всё же за свою жизнь ты ни разу не бывала на таких праздниках и ни разу не надевала торжественное платье. Девочке из побочной ветви рода эль Гратэ полагалось кормиться обязательствами и долгом, а не весельем и беспечностью.

Но сегодня всего на один вечер, на несколько часов, ты заглянешь в тот искрящийся праздничный мир, которого с рождения была лишена. Приоткроешь дверь в недоступное, немыслимое счастье, в настоящую сказку.

Задумавшись, ты не заметила, как Эстэр выпрыгнула из сумки и принялась бегать по саду, разминая лапки. Даже когда позади тебя вдруг стало ощущаться чьё-то присутствие, твоя интуиция не сразу ощутила это.

«Странное чувство», — не торопясь оборачиваться, нахмурилась ты.

Это было то же самое чувство присутствия кого-то чужого, как и от «невидимого постороннего», появляющегося в твоей комнате по ночам. Не сказать, чтобы такое «присутствие» напрягало тебя, но уж точно озадачивало. Ты всё не могла понять, действительно ли кто-то смотрит на тебя со стороны или это лишь плод твоей разыгравшейся фантазии.

Вот и сейчас ты боялась спугнуть «постороннего», но отчаянно хотела проверить свою догадку.

«Отражение, — внезапно спохватилась ты. — Стены на одной из теплиц стеклянные. Если осторожно посмотреть, я смогу увидеть…»

Притворившись, что по-прежнему любуешься цветами, ты отвела взгляд немного в сторону и попыталась сфокусировать его на размытом отражении в стекле теплицы. Картинка была совсем расплывчатой, нечёткой, но увиденное заставило тебя вздрогнуть.

Позади тебя стоял чей-то высокий силуэт и с интересом наблюдал за тем, как ты вертишь в руках белые цветки померанца.

«Не показалось?..», — проскользнула отчаянная мысль.

Решив проверить гипотезу, ты дёрнулась, резко обернулась назад и… не заметила рядом с собой никого, кроме пушистой белой кошки.

Эстэр вопросительно подняла на тебя мордочку, словно спрашивая, что опять случилось с вечно тревожной хозяйкой.

— Кажется, я схожу с ума, — нервно хмыкнула ты, снова оглядываясь на стекло теплицы.

В мутном отражении теперь не было никаких силуэтов. Значит, тебе снова показалось.

— Наверное, сказывается напряжение, — успокоила себя ты, стараясь вытеснить из головы все непрошенные мысли. — Ничего страшного, я хорошенько высплюсь после бала, и всё пройдёт.

Кошка согласно вильнула хвостом. Ты сорвала несколько дополнительных цветков, после чего решила вернуться к себе в комнату. До вечера ещё было время, и тебе хотелось провести его с пользой, без спешки вплетая ароматный померанец в свои волосы. Но когда ты в хорошем расположении духа и мыслях о предстоящем торжеств подошла к своему непритязательному жилищу, тебя ожидал небольшой сюрприз.

— Дверь… вскрыта? — глядя на узкий проход между створкой и стеной, проронила ты.

Всё внутри тебя сжалось от нехорошего предчувствия. Тем не менее ты решительно шагнула вперёд, готовясь отвоёвывать свою маленькую уютную комнату от непрошенного гостя.

— О, вернулась, — послышался знакомый голос изнутри. — Была в оранжерее? А я-то гадала, где ты шляешься весь обед.

Рэйна иль Найтх закинула ногу на ногу, поудобнее устроившись на твоём хлипком стуле, и вперила в тебя взгляд пронзительно-голубых глаз. Её золотистые волосы вальяжно ниспадали на плечи, дорогая одежда, как всегда, прекрасно сидела на точёной фигуре, поза же была непринуждённой и почти расслабленной. Казалось, это ты зашла в покои Рэй, а не она бесстыже вломилась в чужую комнату.

— Чего застыла, проходи, — как ни в чём не бывало, ухмыльнулась иль Найтх. — Или думала, после твоей выходки я просто закрою на всё глаза?

«Хотелось бы, чтобы ты действительно закрыла глаза, — раздражённо пронеслось у тебя в голове. — И желательно навсегда».

Тем не менее ты шагнула вперёд, прикрыв за собой дверь. Показывать свою растерянность или страх тебе не хотелось, а потому ты резко осведомилась:

— Что тебе здесь нужно? Кажется, мы уже обо всём поговорили в классе.

— Да неужели? — невозмутимо приподняла брови Рэйна. — Ты серьёзно думаешь, что стоит тебе разок закатить истерику — и я так просто отстану от тебя? Нет, Яи. Я ведь тебе говорила: мы все тут в одной лодке. Ты от нас никуда не денешься. Если, конечно, не хочешь, скажем… лишиться одного из своих племянников. Мальчики сейчас беззаботно проводят время далеко от Сэнэри, но, знаешь, стоит мне захотеть…

Девушка красноречиво провела рукой по своей шее и рассмеялась.

— Только попробуй, — мрачно процедила ты.

— А что ты сделаешь, Яи? Убьёшь себя? — хищно осклабилась Рэй. — Думаешь, этот фокус сработает ещё раз? Не волнуйся, захочешь помереть — я свяжу тебя так, что дёрнуться не сможешь, и выбью всю эту дурь из твоей головы. Поэтому лучше не зли меня лишний раз. Будь хорошей девочкой — и мы вернёмся к тому, что было раньше.

От последней фразы тебя бросило в дрожь. Ты уже не могла и не хотела возвращаться к своему прошлому состоянию загнанной в угол дичи, способной лишь беспрекословно повиноваться своей мучительнице. Прежняя напуганная забитая Яират исчезла с появлением белой кошки, перестала существовать. Теперь ты не была больше той беззащитной девчонки, но куда двигаться дальше просто не знала.

— Вижу, я заставила тебя задуматься, — довольно кивнула Рэйна. — Это хорошо. К счастью, уже сегодня вечером у тебя будет возможность доказать свою покорность. Смотри, что я для тебя подготовила.

Иль Найтх кивнула в сторону, на твою аккуратно заправленную постель, где раньше лежало белое платье. Теперь там сверкал пышными юбками другой наряд — тоже платье, но гораздо более красивое, даже роскошное. Из тёмно-фиолетового шёлка, покрытое искрящейся органзой, лентами и дорогой вышивкой, оно явно шилось искусной мастерицей за большие деньги. Казалось, от платья исходит аура торжества — настолько наряд был продуманным и изящным. Да, подарок Рэйны оказался не чета твоему простенькому самодельному платьишку.

— Нравится? — видя твою озадаченность, довольно удостоверилась Рэй. — Я знала, что моя девочка будет довольна. Наденешь его сегодня вечером, и будешь танцевать со мной всю ночь.

— Подожди, а где моё платье? — всё внутри тебя сжалось от нехорошего предчувствия. — Куда ты его дела?

— А, ты про ту белую тряпку? — иль Найтх брезгливо поморщилась и кивнула в угол комнаты. — Я избавила тебя от нужды беспокоиться о ней.

Ты заторможено повернулась туда, куда указывала Рэйна, и действительно обнаружила на полу скомканное разорванное белое платье. Плод твоих кропотливых трудов неуклюже раскинул изрезанные рукава, словно белый флаг на поле боя.

— Видишь, я решила помочь, чтобы моя милая Яи не терзалась муками выбора, — насмешливо прокомментировала Рэй, приближаясь к тебе. — Всё же стоит признать: ты совсем не умеешь шить, Яират. Тебе просто не дано это. Лучше наслаждайся моим подарком, а белое тряпьё оставь для мытья полов. Увидимся вечером.

Светловолосая девушка приятельски хлопнула тебя по плечу, будто действительно сделала большое одолжение своим поступком, и вышла из комнаты, насвистывая под нос какую-то песенку.

Ты ошеломлённо застыла на месте.

Казалось, твоя голова попросту разорвётся на части в этот же миг — настолько сильным было напряжение.

Ты даже забыла, как дышать.

Как думать.

Как существовать.

Твой взгляд вперился в кусочек разорванной ткани, который ещё недавно был простеньким, но красивым белым платьем, а теперь лежал бесформенной кучей в углу комнаты.

На негнущихся ногах ты подошла к наряду. Опустилась вниз. Коснулась приятной белой ткани, провела по верхней юбке из воздушного струящегося тюля, по изящному тонкому кружеву. Весь низ подола был искромсан ножницами. Та же участь коснулась рукавов, напоминающих теперь сыр с дырочками. Частично пострадал даже верх платья — настолько Рэйна хотела уничтожить то, во что ты вложила душу.

А ведь ты действительно отдавалась созданию платья всем сердцем. Твои руки помнили каждый стежок, каждый элемент. Иль Найтх была права: наряд вышел простеньким, незамысловатым. Но почему-то тебе он был милее всех шелков, всех драгоценностей мира. И пойти на праздник ты хотела именно в нём, а не в помпезном, богато отделанном платье Рэйны.

— Ненавижу, — стиснув зубы, прорычала ты. — Не прощу. Никогда не прощу.

Всё внутри тебя клокотало от ярости. Ты чувствовала, как невыносимая боль превращается в такой же невыносимый гнев, как неконтролируемое желание убивать поднимается из глубины твоей души. Ты не хотела причинять окружающим боль. Ты правда держалась изо всех сил. Но Рэйна иль Найтх переступила черту. Она сделала тебе так больно, что ты больше не могла выносить эту боль.

— Я выпотрошу её, — медленно поднимаясь, ухмыльнулась ты. — Да, я просто раскромсаю её на части.

Твои волосы с готовностью зашевелились, медленно превращаясь в острые шипы. Тело стало наливаться силой, безудержной, неистовой энергией. Каждая частичка тебя была направлена на одну единственную цель.

Ты обернулась, готовясь молнией вырваться из комнаты, догнать Рэйну и растерзать её на куски.

Однако твой взгляд неожиданно скользнул по зеркалу, и ты увидела своё отражение.

— Это… я? — глядя на светящуюся серебром радужку в тёмной оболочке, замерла ты.

Отражение хищно ухмыльнулось, соглашаясь с утверждением.

— Нет, не хочу снова, — ты отчаянно замотала головой, силясь перебороть приступ.

«Хочешь», — откликнулась жажда крови.

— Я смогу по-другому, — изо всех сил сопротивлялась ты.

«Не сможешь», — сладко шептала Хищница.

Твоя белая кошка вылезла из сумки и теперь внимательно наблюдала за происходящим. Но сейчас ты не замечала ничего, кроме себя и своего отражения.

«Давай отомстим, — продолжало настаивать отражение. — Сделаем так, как ты любишь. Убьём всех, кто делал тебе больно».

— Это не вернёт моё платье! — зажмурившись, надрывно закричала ты. — Это не принесёт мне радости!

«Но ты всё равно не можешь исправить то, что сделано, — хохотнула Хищница. — Теперь ты не пойдёшь на праздник в своём любимом платье. Ты не будешь танцевать и смеяться весь вечер. Остаётся лишь мстить. Или сдаться».

Ты отчаянно замотала головой. Что-то словно щёлкнуло внутри тебя — и на смену бешеной ярости вдруг пришло то утреннее состояние, когда Рэйна пыталась шантажировать тебя убийством Эстэр. Тогда оно показалось тебе безумием, но сейчас ты осознала, что это было, скорее, холодное расчётливое спокойствие, столь сильное, что превосходит даже отчаяние.

— Я ни за что не сдамся, — тихо и твёрдо произнесла ты. — Я найду выход. Я сделаю так, как сама того захочу. Поэтому уходи. Ты мне не нужна.

«И что же ты сделаешь, маленькая зарёванная девчонка? — оскалилось отражение. — Твоё платье испорчено. Твой праздник испорчен. Ты маленькая и ничтожная без моей силы».

— Правда? — ты вытерла набежавшие слезинки и передразнила ухмылку Хищницы. — Ты думаешь, что противостоять можно лишь силой? Я покажу тебе, как можно дать отпор и без неё.

Твои волосы постепенно опадали, превращаясь из острых шипов обратно в шёлковые ниточки. Глаза, подёрнутые тёмной поволокой, вновь стали ясными, а взгляд — осмысленным. Хищница всё ещё пыталась сопротивляться и наблюдала за тобой из зеркала, но ты уже не обращала на неё внимания. Все твои мысли были заняты другим.

— Понимаешь, Рэйна хотела заставить меня подчиняться ей, — вслух размышляла ты, доставая швейные принадлежности. — Если бы я пришла на вечер в её платье или не пришла бы вообще, то доставила бы иль Найтх огромное удовольствие своим поражением. Но я сделаю так, что победа останется за мной.

Ты извлекла все инструменты, разложила их на столе и подняла с пола порванное платье. Усевшаяся на подоконнике Эстэр с интересом наблюдала за разворачивающимся действом. Кошка видела, как ты разгладила истерзанную ткань, как взяла в руки тяжёлые ножницы и как наметила нужные линии.

— Лучшее средство против любого врага — разрушить все его планы, — усмехнулась ты и решительно сделала первый надрез. — А когда враг поймёт, что его задумка не удалась, когда осознает, что как бы он ни старался, тебя всё равно не победить, тогда его самого затошнит от бессилия.

Впереди предстояло ещё много работы, но твои руки больше не дрожали, как прежде. Ты знала, чего хотела, и твёрдо шла к своей цели. Теперь тебя было не остановить.

Белая кошка тоже поняла это и довольно сощурила алые глаза.

***

Когда ты закончила, за окном уже стемнело, и на небе взошёл золотистый ломтик луны.

От усталости у тебя сводило плечи, однако все приготовления были завершены ровно в срок. Теперь ты занималась тем, что прилаживала к волосам благоухающие цветки апельсинового дерева и расправляла складки обновлённого платья.

— Эс, посмотри, так лучше? — взволнованно спросила ты.

Кошка окинула тебя проницательным взглядом и одобрительно заурчала. Ей тоже пришлась по вкусу твоя причёска. Высокий хвост с вплетёнными в основание белыми цветами был так не похож на твои обычные простенькие косы, что ты сама с трудом узнавала себя в зеркале. А чуть накрученные с помощью магии локоны каскадом ниспадали на открытые плечи.

— Хорошо, что обувь не пострадала, — вспоминая погром Рэйны, с облегчением выдохнула ты и достала из шкафчика белые туфельки.

Аккуратные, с пришитыми хрустальными цветочками на носках, они были, пожалуй, самым дорогим приобретением к празднику. Но сейчас, надев их и повертевшись у зеркала, ты ощутила себя сказочной принцессой, спешащей на бал.

Разве что платье теперь выглядело совсем иначе. Из-за порванного подола тебе пришлось отрезать все испорченные лоскутки, а потому бережно обмётанная кромка наряда едва доходила тебе до колена. Впрочем, пострадал и верх платья: истерзанные рукава тоже пришлось удалить, заменив их лямками из тёмного бархата, обрезки которого нашлись в твоём шкафу. Надо признать: ты проявила много изобретательности, решив возникшую проблему таким элегантным способом. Теперь бархатная лента поддерживала лиф платья, и, перекрещиваясь под грудью, лежала на талии миловидным бантиком.

«Как будто так и задумывалось», — подбодрила себя ты.

Нарастающий гул за стенами комнаты дал тебе сигнал, что бал-маскарад уже начинается, а потому ты спешно завершила последние приготовления, надев на глаза белую кружевную маску. Уже выходя из комнаты, румяная и сияющая от предвкушения, ты оглянулась на лениво вылизывающую лапку Эстэр, которая этим вечером наблюдала за тобой ещё более пристально, чем обычно.

— Я вернусь после полуночи, Эс, — уведомила кошку ты, словно взаправду надеялась, что та поймёт. — Не скучай без меня.

Питомица забавно фыркнула, всем своим видом показывая, что скучать она точно не собирается.

Ты прикрыла взломанную дверь и нетерпеливо зашагала по тёмным коридорам.

«Так много голосов, — подумалось тебе. — Как будто весь город собрался здесь».

А ведь и правда: помимо выпускников прошлого триплекса, на праздник должны были приехать многочисленные представители других магических школ из разных городов и даже сам Принц с его пышной свитой. Неудивительно, что все главные проходы были увешаны мерцающими магическими светильниками в виде звёзд, на каменных полах появились яркие ковровые дорожки, и даже плотно закрытые окна теперь отворили нараспашку.

«Хорошо, что преподаватели накрыли замок энергетическим куполом в сезон кальт, — глядя на снежинки, оседающие далеко в небе и стекающие по невидимой преграде, улыбнулась ты. — В Академии так тепло, что можно танцевать всю ночь напролёт».

Прохладный свежий ветерок пушил увесистые гардины, отовсюду слышался смех и людской гомон, однако настоящая жизнь пульсировала чуть дальше, в больших, увешанных гобеленами коридорах. Когда ты вышла к парадному входу замка, то не смогла сдержать вздох изумления — настолько захватывающей показалась тебе открывшаяся взору картина.

— Как много людей… — чувствуя непонятное волнение, огляделась ты.

В открытые двери Академии то и дело пребывали гости. Они выходили из нарядных, украшенных вензелями и золотом карет, расправляли щегольские костюмы и роскошные платья, переговаривались между собой, хихикали, разбивались на пары и группы, после чего торжественно шествовали к Зеркальному Залу — самой большой загадке замка, куда студентам позволялось входить всего несколько раз в триплекс, в Маскарадную Ночь.

— Всё словно искрится… — глядя на пылающие огнём магические светильники, делающие золотую роспись на стенах ещё более яркой, не смогла сдержать восхищения ты.

Поток людей, пребывающих в Академию, подхватил тебя и медленно понёс туда, где вскоре должны были начаться танцы. Вокруг, не умолкая ни на секунду, щебетали весёлые ребята из Аяхары в своих оливково-изумрудных нарядах, а за ними, высоко задрав носы, чинно дефилировали студенты Магической Академии Карроса, как всегда считающие себя самыми наимагическими магами из всех магически возможных. Где-то поодаль держались чародеи с Кантэ — одной из самых отдалённых провинций Норта. Загадочные и немногословные, они передвигались кучками и всем своим видом показывали, что не понимают, как вообще оказались среди своих более шумных собратьев по ремеслу.

«Вот бы подружиться с кем-нибудь из них», — робко посматривая в сторону незнакомцев, смущённо подумала ты.

Правда, стоило тебе осторожно приблизиться к какой-нибудь группе — как студенты тут же обращали на тебя полные непонимания и отчуждённости взгляды, словно на твоём лице было какое-то клеймо или знак, отпугивающий людей. Когда, переборов страх, ты всё же подходила ещё ближе, то ребята и вовсе шарахались от тебя в стороны, после чего начинали горячо перешёптываться между собой.

Растерянно прислушиваясь к этому шёпоту, ты вскоре обнаружила причину своих неудач.

— Посмотри, во что она одета! — с отвращением во взгляде бросила одна из студенток Академии Карроса. — Какой позор…

Её подруга согласно закивала, уставившись на тебя круглыми от удивления глазами, и шепнула в ответ:

— Да как её вообще пустили на бал в таком-то платье?..

Ты встретилась взглядом с шушкающейся парочкой — и они тут же поспешили отойти от тебя в другой конец коридора.

«Вот почему они шарахаются от меня…» — судорожно пронеслось в твоей голове.

Наряд, который тебе пришлось соорудить из останков некогда длинного и скромного платья, действительно отличался от одежды других студенток. Твоя юбка едва доставала до колена, а это была недопустимая длина платья для благородных леди. Открытые ноги считались в Норте не просто неприличным, скорее даже позорным элементом в образе порядочной девушки. А потому среди своих товарок ты выглядела белой вороной, распутной девкой, нахалкой — да кем угодно, только не благородной леди эль Гратэ.

— Ты посмотри, посмотри, — подливали масла в огонь окружающие, — да потаскушки с Пурпурной Улицы целомудреннее будут. Встань она среди них — и даже самые отъявленные блудницы не выдержат такого позора.

— Только глянь на эти лягушачьи коленки, — ухмылялись с другой стороны. — Поверить не могу, что ей хватило дерзости так оголиться.

— Интересно, попрут её с бала или ректор закроет на это глаза? — задавались вопросом хихикающие девочки позади тебя. — Всё равно никто к ней и близко не подойдёт, чего уж говорить о танцах.

Ты сжалась под пристальными взглядами окружающих и уставилась себе под ноги. Надежда на то, что твоё короткое платье примут за карнавальный костюм и не будут судить строго, рушилась на глазах. Уже входя в Зеркальный Зал, ты даже не огляделась по сторонам, хотя остальные студенты, изумлённые красотой помещения, то и дело пускали восхищённые возгласы.

Твоё тело казалось тебе распутным, вульгарным, но больше всего раздражали оголённые ноги, которые каждый вокруг мог наградить крепким словцом. Поэтому ты шла, как опальная принцесса, ожидая, что вот-вот кто-нибудь кинет в тебя очередную порцию грязи. А люди вокруг даже не сдерживались, открыто указывая на тебя пальцами и усмехаясь тебе в след.

К тому времени, когда ты вошла в Зеркальный Зал, пожилой суховато-прижимистый ректор нэ Кирис уже встал, чтобы сказать торжественную речь, но ты не запомнила из неё ни слова. В твоей голове будто расстилался туман, глухо обволакивающий воспалённое сознание. Лишь когда лорд объявил начало праздника и дал знак к Первому Танцу, ты слегка оживилась.

«Надо попытаться, — едва волоча ноги, ты устремилась к группе ребят. — Надо хотя бы попробовать пригласить кого-то на танец. Может, если я сделаю это сама, мне ответят согласием».

Однако стоило тебе приблизиться к компании смеющихся ребят — и они мгновенно отпрянули, глядя на тебя, как на чумную. Ты попробовала с другой кучкой, со второй, третьей, четвёртой, но результат был тот же. Даже те студенты, которые сами находились в поисках партнёра или партнёрки, предпочли пропустить первый танец, только бы не становиться с тобой в пару.

«Кажется, это мои одноклассники, — заметив знакомые лица, скрытые за красивыми масками, приободрилась ты. — Сегодня мы так весело провели время на занятии, что они точно не испугаются меня».

Правда, как только ты подбежала к смеющимся юношам и девушкам — они тут же смолкли, ошарашенно глядя на тебя.

— Яират?.. — послышался голос одной из девочек. — Ты зачем так вырядилась? Преподаватели выпорют тебя, если обнаружат в таком виде! Быстрее переоденься.

— Какой ужас, у тебя же колени видны… — ахнула другая ученица. — И грудь вся наружу…

Ты перевела ничего не соображающий взгляд на своё декольте, из которого лишь слегка виднелись приятные круглые очертания, в обычное время скрытые за узкими рубашками и давящими повязками.

— Яират, ну и что ты застыла? — обеспокоенно воскликнула ещё одна девочка. — Уходи отсюда, не позорься и нас не позорь.

Ты непроизвольно отступила назад, оглушённая, ошеломлённая происходящим. Людской гомон и звуки музыки смешались в одну раздражающую какофонию, а яркий свет от хрустальной многоярусной люстры больно слепил глаза.

То, что должно было стать праздником, вечером веселья и радости, превратилось в один из самых худших твоих кошмаров.

— Я не должна сдаваться, — ты из последних сил боролась с желанием убежать из яркой, сверкающей огнями залы. — Не должна…

Но твоё сердце почти замерло от горечи, а тело застыло, словно каменное. Ты продолжала стоять в тени одной из колонн, обхватив себя руками и едва сдерживая набежавшие на веки слёзы, слушая, как парочки организованно занимают свои места в кругу, оставляя центр свободным на случай, если юный Принц решит позвать на бал какую-нибудь знатную леди.

— …говорят, Его Высочество сейчас беседует наедине с леди иль Найтх и выйдет позже, — вторя твоим мыслям, раздалось шушуканье где-то поблизости. — Эта незаконнорождённая девчонка совсем обнаглела. Слышала, она не хочет принимать предложение руки и сердца от самого Принца!

Ты мотнула головой, не желая слушать ничего, связанного с Рэйной. Сегодня она и так наворотила дел, обернувшихся для тебя бедой, поэтому любое упоминание иль Найтх только лишний раз резало слух.

На самом деле то, чего тебе сейчас по-настоящему хотелось, — это заставить весь окружающий мир исчезнуть. Ты молила, чтобы умолкли раздражающие слух звуки чужого веселья и едких насмешек, чтобы перестали мельтешить перед глазами длинные цветастые подолы платьев, чтобы весь этот ужасный день просто растворился, будто его и не было.

«Пусть всё закончится, — отчаянно пожелала ты. — Если я не могу быть счастлива даже один единственный вечер… пусть этот мир сгинет в Бездну».

Острая горечь душила тебя слезами, а мерзкая тошнота подступила к горлу. Звуки и голоса действительно начали стихать вокруг тебя, приглушённые болью. Картинка постепенно сузилась до маленького тоннеля, и теперь ты видела лишь небольшой клочок пола.

В ушах раздался тонкий противный скрежет разбитого стекла или чего-то, отдалённого его напоминающего.

А потом в воздухе перед тобой действительно появилась маленькая чёрная трещина.

Ты вдруг ощутила, что рядом происходит нечто странное, но уныние не дало сосредоточиться на этом чувстве и на странном состоянии, охватившем тебя. Разлом в пространстве был чем-то вторичным, по сравнению с твоим страданием.

«Не хочу… не хочу быть частью этого, — стиснув зубы, из последних сил держалась ты, глядя на медленно расползающиеся хрустящие трещины. — Мне больно, мне страшно, мне грустно. И никому нет до этого дела. Даже если я исчезну, всем вокруг будет наплевать. А значит и мне всё равно, что случится дальше».

Тоннель перед глазами стал сжиматься ещё сильнее, рискуя заполнить темнотой поле зрения. Расщелины скрипели битым стеклом и медленно тянулись в разные стороны, словно прожорливые змеи, однако никто, кроме тебя, не замечал их.

«Вот и всё», — перестав дышать и чувствовать, с безразличием подумала ты.

Наверное, если бы ты закрыла глаза, конец наступил бы ещё быстрее, но тебе отчего-то хотелось наблюдать, как последние краски мира заполняются чернотой. Словно где-то глубоко-глубоко внутри себя ты по-прежнему надеялась на чудо.

И вдруг картинку пола заслонило другое размытое пятно.

Ты не сразу разглядела детали, но когда твой взгляд сфокусировался, ты с удивлением обнаружила перед собой протянутую ладонь с изящными длинными пальцами, какие, должно быть, встречаются только у искусных музыкантов. На чужом запястье красовался браслет со звенящими шармами замысловатой формы.

— …потанцевать, — раздалось что-то мягкое и приятное со стороны.

Ты в ступоре замерла, глядя на красивую ладонь.

— Леди, я приглашаю вас на танец, — настойчиво повторил ласковый голос.

До тебя постепенно дошёл смысл сказанного. Следуя порыву, ты обрадованно протянула дрожащую от волнения руку к музыкальным пальцам и тут же застыла в нерешительности.

— Н-нет, — ты отчаянно замотала головой, вскользь отметив, какая странная у незнакомки обувь: два шнурованных белых ботинка с синей звёздочкой и непонятной надписью набоку. — Мне нельзя танцевать. Я неподобающе одета. Я только опозорю вас, леди.

Поразительно, однако эти слова лишь раззадорили собеседницу.

— Вот как… — беззлобно усмехнулась она. — Значит, будем позорить друг друга вместе.

— Что?.. — растерянно переспросила ты, от удивления скользя взглядом по отдельным частям незнакомки.

Помимо странной обуви, на ней были надеты укороченные облегающие штаны и что-то вроде топика — столь откровенного, что у тебя покраснели щёки от созерцания чужой груди, явно вырисовывающейся в глубоком декольте. Поверх этого чудно́го наряда леди носила лёгкий жакет, такого же белого цвета, как всё остальное. Более необычной одежды ты, пожалуй, не видела никогда в своей жизни.

— Как видите, мы с вами отлично дополняем друг друга, — хохотнула женщина. — И всё же: могу ли я взять вас за руку?

Ты встрепенулась, словно тебя окатили ледяной водой.

Что эта леди спросила?

Можно ли тебя взять за руку?

Зачем она уточнила такую мелочь?

Такую несущественную деталь?

Да Рэйна на месте незнакомки схватила бы тебя так сильно и вывернула запястье так больно, что следы заживали бы целую неделю!

Кому вообще может быть дело до того, что хочется тебе?..

— Да, конечно, — виновато проронила ты, словно подбивала собеседницу на что-то плохое. — Если вы действительно этого хотите…

— А почему я не должна этого хотеть? — парировал мягкий голос.

— Но ведь я… непристойно выгляжу… — чуть ли не плача, выдавила из себя ты.

Незнакомка тихо рассмеялась, как если бы услышала небывалую глупость, и, склонившись над тобой, искренне прошептала:

— Для меня вы выглядите лучше всех в этом зале.

Казалось, время замерло в этот миг.

Целый мир остановился, затих, застыл.

Чужие слова, столь простые и честные, обожгли твоё сознание, заставив боль, отчаяние и горечь отступить. Трещины в пространстве исчезли. Зал снова расширился до прежних размеров. Звуки веселья и радости заполнили всё вокруг.

На тебя внезапно нахлынул целый поток совершенно новых красок и свежести. Целый шквал странных, непонятных, непривычных чувств.

Что это такое?

Почему от этого так приятно?

Зачем сердце стучит столь быстро и громко?

Как же теперь быть?..

— Руку, леди, — женщина протянула свои ладони, сложив их лодочкой, будто намеревалась принять, по меньшей мере, настоящее сокровище.

Ты робко подняла изумлённый взгляд на незнакомку. Её лицо оказалось на удивление молодым и красивым, словно выточенным талантливым скульптором. Гранёные скулы соседствовали с правильным носом, а красиво очерченные чувственные губы — с ровным подбородком. Цветом волосы женщины были похожи на мягкие колосья светлой пшеницы, а глаза — на терпкое вино, искрящееся в свете яркой люстры.