6.5. Платье (1/2)
— Недостаточно хорошо, Ваше Высочество, — словно приговор раздался в тишине бесчувственный голос.
Этот голос принадлежал Розарии Милагросс, Первому Генералу Королевы. Он был холоден, безразличен, в меру насмешлив и, разумеется, полон презрения. Другими словами, таков же, как его хозяйка — миниатюрная красивая женщина с чёрно-розовыми локонами и льдистым взглядом тёмных глаз.
Хрупкая на вид лийанка в лёгком розовато-белом платье и удобных тренировочных туфлях казалась совсем не подходящей на роль Мастера, способного обучить Принцессу Вэллериэн новым заклинаниям и боевым элементам. Но так мог подумать только человек, плохо знакомый с Розарией.
Вэлл за последние несколько дней узнала Стальную Розу настолько хорошо, что назвать Розарию «хрупкой» или «слабой» у неё теперь не поднимался язык. А всё из-за железных правил, которые установила Милагросс, и, конечно, из-за невероятных навыков, которыми она обладала.
К примеру, тренировки у Первого Генерала всегда начинались по расписанию. Если Вэллериэн опаздывала, Розария не церемонилась и попросту уходила. Своё время леди ценила, оправданий же не принимала.
Сами занятия длились ровно до того момента, пока южная лилия не падала от усталости, лишённая сил выполнять задания, предписанные наставницей. В такие моменты Милагросс одаривала Вэлл особенно холодным взглядом, будто укоряя её за отсутствие сил. Но выжимать из Принцессы последние соки женщина не хотела, поэтому лишь уходила прочь, хлопнув дверью и бросив что-нибудь едко-вежливое вроде «Восстанавливайтесь, Ваше Высочество».
Наследница Лирии сжимала зубы от злости и беспомощности, била кулаком по полу, с трудом поднималась на ноги, и после — шла в свои покои, чтобы уже на следующий день вновь покорно выполнять все упражнения, которые придумывала для неё Первый Генерал.
А упражнений было много. И они были сложными. Настолько сложными, что Вэллериэн приходилось втайне от Хаина и других слуг практиковаться по ночам, дабы лучше запомнить новое, непривычное для южанки плетение, абсолютно не похожее на все те огненные чары, которыми она пользовалась до этого. Однажды, когда менталист по старой привычке решил проверить наличие Принцессы в её собственной спальне и обнаружил ту лежащую без сознания, во Дворце произошла настоящая потасовка с участием Первого и Пятого Генералов. Вэлл узнала о ней по обрывкам слухов, которые разносили словоохотливые служанки. И всё, что она уловила из этих разговоров, — так это информацию о безуспешной попытке Хаина отговорить Розарию быть Мастером Принцессы. Правда, закончилась попытка удручающе: менталист получил хлёсткий отказ и, кажется, сапогом в лицо. На этот раз принадлежащим самой Милагросс.
— Поднимайтесь, Ваше Высочество, выполним напоследок ещё одно задание, — вырвал девушку из плена мыслей всё тот же льдистый голос.
Вэллериэн кивнула и безропотно подчинилась. Она была упряма до невозможности, так что все попытки Розарии довести нерадивую ученицу заканчивались неудачей. Стальная Роза могла бросать сколько угодно безжалостных комментариев, всячески подначивая и проверяя выдержку Принцессы, но во всех своих недовольствах и провалах южанка привыкла винить только себя, поэтому и гневалась только на себя, оставляя голодную до едкостей Милагросс без пищи для злословия.
Правда, это Розарии и нравилось в Вэлл.
— Какое упражнение? — разминая руки, сухо поинтересовалась девушка.
— Две одновременных ледяных вариации, Ваше Высочество, — с готовностью оскалилась женщина. — Первое плетение оставим таким же, как и до этого. Второе заменим на более динамичное. Пусть будут иглы. Постарайтесь попасть мне в голову. Желательно целиться в глаза. Это слабое место любого человека, и от вашей точности будет зависеть исход ваших будущих сражений.
«С удовольствием», — мысленно усмехнулась Вэллериэн, в глубине души растерянная столь сложным «заданием напоследок».
Принцесса ещё никогда не создавала две вариации разом, а тут эта жуткая и предельно внимательная к мелочам женщина требовала счаровать сразу два невероятно сложных заклинания, да ещё и с динамикой в одном из них. От этого Вэлл чувствовала себя глупой, почти беспомощной, но сдаваться так просто не собиралась. Она упрямо нахмурилась и принялась создавать тонкое хрустальное плетение, стараясь не отвлекаться на унылые мысли.
Пока магичка корпела над заклинанием, Розария Милагросс внимательно наблюдала за ней. Вэллериэн было невдомёк, зачем Стальная Роза даёт ей столь трудные, а отчасти почти невыполнимые для уровня южанки задания. Однако у Первого Генерала была своя логика относительно того, как именно нужно обучать Вэлл. Она видела потенциал огненной лилии и нарочно заставляла Принцессу делать гораздо больше того, что нужно. Но самое интересное: это работало. Догадка Розарии оправдалась, и рыжая девчонка действительно училась во много раз быстрее положенного. А происходило это лишь потому что Милагросс всем своим видом показывала, насколько простые чары предлагается учить Вэллериэн. Принцесса же так сильно верила Мастеру, что продолжала относиться к тяжёлым для чисто огненного мага вариациям как к чему-то базовому и лёгкому, что она непременно должна выполнить и что, в общем-то, успешно выполняла.
— Недостаточно хорошо, Ваше Высочество, — снова покачала головой Розария, тщательно скрывая довольную улыбку.
Показывать девчонке своё расположение или удовлетворение результатами её стараний казалось Милагросс ужасной глупостью. Вэллериэн не должна была получать излишней похвалы. Нет, даже не так: Вэллериэн вообще не должна была получать похвалы. Это расслабит её, сделает ленивой и задающейся, что отрицательно повлияет на результат тренировок. По крайней мере так думала Стальная Роза. Она неотрывно наблюдала за каждым движением Вэлл, пока та наконец не обратила первое плетение в устойчивое положение, создав плотный ледяной шар средних размеров, и не приступила к стабилизации второго заклинания.
Выполнив все нужные приготовления, Принцесса начала передвигать в воздухе тонкую ледяную иглу, длинную и в умелых руках смертоносную. Хрустальное острие было совсем небольшим, однако из-за усталости и наличия второго заклинания, для Вэллериэн она ощущалась почти неподъёмной. Едва удерживая контроль, южанка выбрала направление для чар и, целясь прямиком в миловидное лицо Розарии, жестом метнула иглу.
— Бездна! — в сердцах выругалась девушка, когда ледяное заклинание обрушилось прямо перед самым носом Милагросс.
Розария даже не пошевельнулась, даже не вскинула руки, чтобы защититься, а значит заранее догадывалась, что у Вэлл ничего не получится. Этот факт разом взбесил Принцессу, заставив почувствовать себя жалкой и бездарной. Когда же Стальная Роза открыла рот для привычной колкой фразы, нервы Вэллериэн начали сдавать.
— Недостаточно хорошо, Ваше Высочество.
— Я и без вас знаю!
— Тогда делайте лучше.
— Я не могу.
— Это ваш предел?
— Нет.
— Тогда делайте лучше.
— Я пытаюсь! Между прочим, это не так-то просто. Все эти магические узлы в плетении, новые контуры и…
— Делайте лучше.
— Я же сказала, что пытаюсь!
— Не пытайтесь, а делайте, Ваше Высочество. Напомню вам, что это разные вещи.
— Вы невыносимы!
— Могу сказать то же самое о вас, Ваше «Не Могу Счаровать Простейшее Заклинание» Высочество. Или мне называть вас леди «Я Умею Баловаться Только С Огонёчком»?
— Ещё хотя бы слово…
— Ах да, может, вам больше по нраву госпожа «Я Не Ношу Платья И Бегаю По Дворцу В Обносках»?
— Я вызываю…
— Хотя знаете, Принцесса «Я Ворую У Королевы Персики» тоже неплохо звучит.
— Я ВЫЗЫВАЮ ВАС НА ДУЭЛЬ!
— Меня? Ох, помилуйте, Ваше Высочество, я же в платье, а от ваших сопливых капелек, имитирующих подобие ледяных заклинаний, вся ткань намокнет.
Вэллериэн зарычала. Терпеть это было выше её сил.
Каждый день она не покладая рук тренировалась, чтобы выучить новые чары, подолгу заучивала сложные плетения, корпела над книгами и занималась дополнительно, а эта отвратительная женщина обесценивала все её стремления и порывы! Нет, Вэлл ощущала сейчас такую злость, такую жгучую несправедливость, что больше не могла просто глотать обиду. Ярости нужен был выход, и пламенная лилия инстинктивно нашла его.
— Значит, я высушу ваше промокшее платье своей огненной магией! Дотла!
С этими словами Принцесса наполнила уставшие, отяжелевшие от бесконечной нагрузки руки клубящимся пламенем и швырнула целый столп раскалённого света в противницу.
Розария, не моргнув, выставила вперёд ладони и загородила себя плотным ледяным щитом, хотя мощь заклинания заставила её чуть отступить назад, чтобы принять боевую стойку.
— Вот видите, Ваше Высочество, примерно так должны выглядеть настоящие ледяные вариации, — вкрадчиво произнесла Стальная Роза. — Не то что ваши «морозные пёрышки», которыми разве что подружек щекотать.
— У меня нет подружек. — Усиливая поток энергии, стиснула зубы Вэллериэн.
— Значит, и детские смехотворные заклинаньица вам не нужны, — парировала Милагросс. — Пора бы перестать отлынивать, леди.
— Я. Не. Отлыниваю. — в порыве злости южанка убрала огненный столп и вместо него счаровала целую копну ледяных игл, сделав это скорее из упрямства, чем нарочно.
Чёрные глаза Розарии довольно сверкнули, в то время как лицо женщины сохраняло непроницаемое выражение. Ещё одна догадка Первого Генерала подтвердилась: девчонку нужно было хорошенько подначивать, чтобы компенсировать усталость от тренировок. Огненный характер Южной Лилии давал той боевой запал и силы продолжать обучение, хотя сейчас она, скорее, хотела прибить свою жестокую наставницу, а не попрактиковать новые чары.
— Вижу иголочки у вас стали получаться, — глумливо бросила Милагросс, интуитивно ощущая, что именно сейчас Принцессу нужно додавить. — Такими темпами, возможно, через пару сотен триплексов перейдём к ледяным кинжалам. Ах да, вы же столько не проживёте, Ваше Высочество. Какая жалость.
Последние слова были идеально подобраны по смыслу и интонации, заставив разъярённую Вэлл кинуться в сторону Мастера, атакуя ледяными иглами и одновременно сплетая узор для нового заклинания. Действуя на эмоциях, не думая о замысловатости чар, Вэллериэн, сама того не осознавая, творила куда более устойчивую и сложную магию.
Розария, заметившая это, решила подыграть южанке. Она приготовила несколько огненных заклинаний, чтобы отразить ледяные иглы, и начала кружить по залу, тем самым заставив Принцессу перемещаться вслед за ней. От подобных манёвров трудность плетения только усилилась, а значит, Вэлл должна была обучиться новому способу использования ледяных чар куда быстрее. По крайней мере на это был расчёт.
— Куда же вы, леди? — шипела Вэллериэн, вспотевшая и взъерошенная от напряжения, но упрямо атаковавшая наставницу раз за разом. — Боитесь сойтись лицом к лицу?
Милагросс усмехнулась, не ответив на вопрос, и продолжила ускользать от прямых ударов. С каждым кругом это становилось всё легче, ведь Принцесса тратила последние капли сил на ледяную магию.
В один момент, когда Вэлл, сама того не понимая, начала терять сознание от недостатка чистой энергии, Розарии всё же пришлось остановить дуэль и подхватить уже падающую без сил южанку перед самым полом. Милагросс сделала это из лучших соображений, опасаясь возможных травм, но рассчитав такие мелочи, она упустила из виду куда более важную деталь.
Принцесса вдруг распахнула глаза и схватила подол наряда Стальной Розы.
— Вы потеряли бдительность, — хрипло усмехнулась она. — А я ведь говорила, что высушу ваше платье дотла.
С этими словами Вэллериэн вложила последние силы в простенькое, но эффективное огненное заклинание и без промедления подожгла лёгкое облачение своего Мастера. Тонкая ткань мгновенно воспламенилась, заставив Розарию отпрянуть и поспешно счаровать огромный столп воды, обдавший и её, и довольную своей проделкой Принцессу. Правда, к тому времени, когда пламя потухло, чары успели превратить изящный наряд в горстку пепла и обрывки ткани.
Первый Генерал одним движением сорвала с себя мокрые останки некогда прекрасного платья, оставшись стоять в нижнем белье, весьма изысканном и откровенном. Глядя на этот чёрный комплект со множеством ремешков, будто созданный для любовных игр, и на дёргающийся край губ Розарии, Вэлл не смогла сдержать смеха, рискуя если не жизнью, то хотя бы сохранностью своих ягодиц.
— Ваш-ше Высоч-чество… — нарочито тихо прошипела Милагросс.
Вэллериэн разом напряглась, чувствуя неприкрытую угрозу, исходящую от полуобнажённой женщины перед ней.
— Кажется, пора уносить ноги, — стушевавшись, пробормотала южанка и начала медленно отползать назад.
До дверей было рукой подать, но судя по взгляду Розарии, эти несколько метров до спасительного выхода обещали выдаться самыми сложными в жизни Вэлл.
— Куда же вы, Ваше Высочество, — недобро оскалилась Первый Генерал, двинувшись к Принцессе. — Мне с вами нужно кое-что обсудить…
Вэллериэн, нервно сглотнув, поднялась с пола и ринулась к дверям.
У неё было всего пару секунд форы.
***
Этим утром Хаин проснулся в замечательном расположении духа.
У него было хорошее предчувствие относительно предстоящего дня, а потому Пятый Генерал с удовольствием принялся заниматься повседневными делами. Он знал, что Принцесса уже улизнула на тренировку с Розарией Милагросс, но ничего не мог с этим поделать и решил не докучать Вэлл своим вниманием хотя бы до обеда. Тем более ему предстояло отчитаться перед Королевой, что слегка напрягало мужчину. Особенно в свете последних событий.
Ведь Хаин по сути содействовал южанке в её безрассудных делишках, вместо того чтобы пресекать их. Более того, менталист ничего не сообщал о сути этих проказ Королеве, чем медленно, но верно зарабатывал себе лишние хлопоты.
«Что если Высшая узнает о встрече с дэстинийкой? — метался в сомнениях Пятый Генерал. — Велит меня казнить? Или для начала выслушает? Должен ли я нарушить собственное слово, чтобы оправдать доверие Её Величества? Или необходимо лгать? Боги, о чём я только думаю? Скрывать правду от Королевы, угождая её нерадивой супруге! А что дальше? У девчонки появится любовница, и меня заставят быть посыльным? Или втянут в очередной заговор? Хотя о чём это я? Зная отвратительный характер Принцессы, к ней ни одна порядочная интриганка даже близко не подойдёт. Себе дороже».
Слуга усмехнулся своим мыслям, в которые на время ушёл с головой. Воспоминания о причудах Вэллериэн так забавляли его, что напряжение, связанное с проделками южанки, исчезло само собой. Осталось лишь лёгкое замешательство, в разы усилившееся, когда за очередным поворотом Хаин чуть ли не вплотную столкнулся с Роксэнн, идущей куда-то в сопровождении служанок.
— Тёплого Светила, Ваше Величество! — от неожиданности едва ли не взвизгнул менталист, тут же склонившись в глубоком поклоне.
Если бы Королева знала, о чём он думал, вышагивая по Дворцу, — точно бы отвесила ему подзатыльник. К счастью, Высшая не могла читать мысли, и мужчина пребывал в относительной безопасности.
— Тёплого, Хаин, — бархатистым тоном откликнулась Королева, пристально вглядываясь в бегающие глаза слуги. — Хорошо, что ты попался мне на пути. Я как раз хотела поговорить. Разумеется, касательно моей дражайшей супруги.
Женщина щёлкнула пальцами, и служанки, все как одна, разбежались по сторонам, оставив Роксэнн наедине с Пятым Генералом. Тот обречённо посмотрел девушкам вслед, завидуя их возможности не нести на себе ответственность за головную боль всего Архипелага в лице Вэллериэн.
— Проводишь меня до Зала Советов, — властно приказала Королева, медленно двинувшись вперёд. — Заодно расскажешь, как поживает Вэлл. Ты ведь хорошенько за ней приглядываешь, верно?
— Да, конечно, — нервно кивнул Хаин, стараясь придать голосу больше твёрдости.
На самом деле он не был уверен, что справляется с порученными ему обязанностями. Хотя бы из-за последних выходок южной лилии, которые менталист даже не пытался предотвратить.
— А теперь рассказывай, чем коротает дни моя милая Принцесса, — спокойно кивнула Роксэнн.
Облачённая в приталенную рубашку с брошью-розой из чёрного бриллианта и узкие, по моде, штаны, Королева смотрелась весьма буднично, не считая искусно сделанной Короны Роз, покоившейся на её тёмных волосах. Эту деталь, пренебрегая формальностями, женщина надевала разве что по особым случаям вроде важных приёмов или балов.
«Бездна, сегодня же бал! — как некстати вспомнил Первый Генерал. — А я даже не пытался поговорить об этом с Её Высочеством!».
— Леди Вэллериэн прекрасно себя чувствует, Ваше Величество, — издалека начал Хаин, осторожно подбирая фразы. — Она стала лучше есть в последнее время и чаще выходить на прогулки.
— Ммм, правда? Я очень рада, — краем губ улыбнулась Роксэнн. — Значит, понемногу привыкает к жизни в Ниммери. Но что насчёт тебя, Хаин? Смог завоевать доверие девочки?
Менталист вспомнил, как совсем недавно Принцесса разбила ему нос сапогом, а потом подшучивала на пару с Розарией Милагросс, и едва сдержал порыв выложить Королеве все жалобы, накопившиеся у него относительно южанки. Вместо этого мужчина нарочито спокойным голосом заявил:
— Да, леди Вэллериэн с уважением относится ко мне.
Высшая молча кивнула, приняв ответ Пятого Генерала к сведению и завернула в коридор тренировочных залов. Через него пролегала дорога к другой части Дворца, где находились помещения для переговоров, советов и аудиенций. Но прежде чем Королева смогла пересечь пустующий коридор, дверь одного из больших залов распахнулась, и оттуда выскочила растрёпанная, насквозь промокшая Вэллериэн с вороватым выражением на лице, обычно появлявшемся, когда девчонка что-то замышляла.
— Вэлл? — едва сдерживая улыбку, Роксэнн позвала супругу по имени.
Прижавшаяся спиной к двери южанка не сразу заметила посторонних. Лишь когда она услышала знакомый голос, пробирающий её до мурашек, голова Принцессы сама собой повернулась к Высшей.
— Ваше Величество! — тут же вспыхнув от смущения, пролепетала девушка.
Удирая от Стальной Розы, Вэллериэн меньше всего ожидала наткнуться на собственную супругу. Она была абсолютно не готова к этой встрече и теперь стояла, чувствуя, как бьётся пульс в висках, а щёки превращаются в раскалённые угли. К несчастью, прежде чем Вэлл успела как следует обдумать ситуацию, её взгляд натолкнулся на Хаина, стоящего рядом с Королевой.
Что-то щёлкнуло в голове южанки, она нахмурилась, сопоставляя факты, и вдруг резко побледнела.
— Генерал-крыса! — яростно сжала кулаки девушка. — Вы же обещали держать язык за зубами! А в итоге привели Её Величество сюда! Подобное… подобное низко и подло даже для вас!
Произнеся эти слова, Вэллериэн сделала характерный жест, означающий, что вскоре слуге перережут глотку, и прикрыв полыхающее лицо руками, убежала прочь. Менталист так и остался стоять на месте, не успев даже слова вымолвить в своё оправдание. По правде говоря, он с трудом понимал, что произошло. Кажется, Принцесса вынесла ему ложные обвинения, но из-за природной горячности не подумала найти доказательства чужой вины.
— Как интересно складываются дела, Хаин. Говоришь, леди Вэллериэн с уважением относится к тебе? Ты всё ещё уверен в этом? — ехидно спросила Роксэнн, наблюдая за растерянным слугой. — Мне будет очень интересно послушать, чем занималась моя любимая супруга, раз это столь тщательно скрывали от меня. Ну и разумеется, я хочу понять, почему узнаю обо всём последней. Надеюсь, ты с радостью объяснишь мне причины.
Пятый Генерал беспомощно уставился на выход, за которым скрылась вредная Принцесса. Он уже понял, что ему одному придётся выкручиваться из хитросплетения лжи, которое было создано во благо Вэллериэн и с её подачи.
— Да, Ваше Величество, — безропотно откликнулся лийанец, украдкой глядя на отчего-то посмеивающуюся Королеву.
Внезапно дверь тренировочного зала снова открылась. Из прохода шагнула изящная женская фигурка, облачённая в одно лишь нижнее бельё, правда, очень изысканное и откровенное. В этой фигурке Хаин узнал Розарию Милагросс, такую же насквозь промокшую, как и Вэллериэн. Разве что более мрачную и, судя по взгляду, мечтающую поквитаться с нерадивой ученицей.
— Леди Розария? — вопросительно вскинула брови Роксэнн.
Первый Генерал медленно повернулась к Высшей и застыла на месте. Она была настолько удивлена наличием в пустующем коридоре самой Королевы, что поначалу растерялась.
Но Стальная Роза не называлась бы Стальной Розой, если бы уже через минуту ошарашенного созерцания правительницы не додумалась бы сделать привычный реверанс и невозмутимым голосом поприветствовать Роксэнн:
— Тёплого Светила, Ваше Величество.
— Тёплого, Розария, — продолжала насмехаться Высшая. — Вижу, утро выдалось жарким. Настолько жарким, что оставило тебя без одежды. Впрочем, этот комплект тебе очень идёт. Леди Эльм выложила бы целое состояние за возможность увидеть его на твоём теле. И не только она.
Эльм Исанг была Вторым Генералом Королевы и страстной воздыхательницей Розарии Милагросс. Об их необычном романе, заключающемся в бурных ухаживаниях со стороны Эльм и почти полном отсутствии интереса со стороны Розарии, ходили целые легенды. Кто-то говорил, что Первый Генерал своим безразличием нарочито дразнит Второго, дабы проверить ту на прочность. Другие были склонны отрицать наличие каких-либо ответных чувств со стороны Милагросс. А настоящее расположение дел знали разве что сами леди.
Тем не менее Розария ни жестом, ни словом не показала своего замешательства, однако на её бледном и безэмоциональном лице вдруг вспыхнуло два лёгких розовых пятнышка, похожих на румянец смущения.
— И всё же интересно узнать, что за бездна творится у меня под носом и почему два моих Генерала в курсе происходящего, а я — нет, — нарочито сладким голосом протянула Роксэнн. — Надеюсь, вы оба потрудитесь объяснить.
На слове «оба» Милагросс непонимающе окинула взглядом Королеву и наконец заметила рядом с ней слугу. Тот уже давно стоял, как вкопанный, оцепенело уставившись на привлекательное тело Первого Генерала, в особенности на её небольшую, зато очень красивую грудь. Всё же менталист не каждый день видел женские тела, в особенности почти обнажённые.
Взгляды Розарии и Хаина пересеклись.
Менталисту показалось, что его, как минимум, пожирают заживо, настолько красноречиво сияли возмездием чёрные глаза женщины.
«Боги, она же меня выследит и будет пытать, — с ужасом осознал мужчина. — Ей даже не придётся выпрашивать разрешения Королевы: та всё равно спустит с рук любую выходку своему Первому Генералу».
— Леди, вы всё не так поняли… — начал оправдываться маг, но не успел закончить.
Розария Милагросс медленно сняла с ноги мягкую туфельку и занесла для броска.
Хаин, недолго думая, нырнул за спину Королевы.
***
Вечер настал быстрее, чем Стальная Роза смогла убить Пятого Генерала.
Это было, наверное, единственной хорошей новостью за всё прошедшее с утреннего инцидента время. В остальном Хаин только и делал, что страдал.
Вначале — от выговора, который устроила Королева, обнаружив сокрытие менталистом факта встречи с Правительницей Дэстино и обучения Вэлл ледяным вариациям. Затем — из-за отказа слуги даже под страхом смерти выдавать ещё один секрет Принцессы, касающийся уроков танцев. Но тут гнев Роксэнн едва ли мог соперничать с плотоядным взглядом Розарии, которым та пожирала мужчину и которым красноречиво заставила умолкнуть, как только полная раскаяния речь лийанца обратилась к теме бала и подготовки к нему.
Причём самым удивительным оставался тот факт, что Милагросс, в отличие от Хаина, Её Величество почти не упрекала, даже наоборот — поблагодарила за оказанную в обучении вариациям помощь.
«Уж лучше моя непокорная супруга будет под твоим присмотром, Розария, чем под чьим-то ещё, — мимолётно бросила Высшая, обсуждая этот инцидент. — Девочке нужен хороший учитель, а ты вполне подходишь на эту роль».
Должно быть, отсутствие претензий к Первому Генералу обуславливалось безграничным доверием и уважением, которое испытывала Королева по отношению к ней. Только вот менталисту всё равно было обидно за то, что Роксэнн опустила тему с недосказанной тайной, стоило только Милагросс выразить свой молчаливый протест.
«Тоже мне секрет, — дулся мужчина, искоса поглядывая на беседующих лийанок. — Можно подумать, узнай Её Величество об этом несчастном танце, который они так тщательно скрывают, девчонка разнесёт весь Ниммери».
Впрочем, зная характер Вэллериэн, она могла разнести не только Ниммери, но и целый Архипелаг.
«И Дэстино до кучи», — усмехнулся своим мыслям Хаин.
После напряжённого разговора с Королевой слуга по приказу Высшей отправился наблюдать за процессом подготовки к вечернему балу. Попутно он пытался отыскать Принцессу, однако, как и ожидалось, безуспешно. Южная лилия снова где-то скрывалась, а у Пятого Генерала не было ни сил, ни времени её искать.
«Если захочет потанцевать, сама найдётся, — логично размышлял менталист. — Надеюсь, она додумается взять одно из сшитых для неё платьев и не пойдёт в своей затасканной повседневной одежде».
Последнее опасение сильнее прочих пугало Хаина, особенно когда он увидел убранство зала, в котором должен был пройти бал. На этот раз прислуга превзошла сама себя, и место для танцев выглядело потрясающе. Отделанное портьерами и декором в королевских тёмных тонах, но разбавленное сверкающими серебристыми тканями, вазами и креслами, оно выглядело настолько торжественно и по-вечернему загадочно, что у лийанца перехватило дух. Он уже представил, как десятки пар рисуют телами танцевальные фигуры под мягким светом огромной магической люстры, на которую подвесили ещё больше прозрачного хрусталя; как повсюду раздаётся весёлый женский гомон и шушуканье, как служанки разносят игристые напитки и как маленькие леди бегают меж своих матерей, звонко хохоча от радости.
«Подумать только: а когда-то женщинам запрещалось танцевать даже на собственной свадьбе, — покачал головой лийанец. — Жаль, что дикие времена для них сменились дикими временами для нас».
Как бы Хаин не пытался сопротивляться, подобные опасные мысли изредка проскальзывали в его голове. Он был по-настоящему преданным слугой, но всё же мужчиной. И желание на равных со всеми этим леди взять за руку Айдэру Этос и ввести в круг танцующих жалило его трепещущее от влюблённости сердце.
К счастью, помимо чувств у менталиста был ещё и разум, который частенько охлаждал любовный запал и обращал внимание Пятого Генерала на более значимые вещи.
Например, сейчас Хаин занимался тем, что внимательно изучал список закусок, предоставленный ему Королевской Кухней, и согласовывал порядок подачи блюд. В процессе он заметил, что часть служанок, сновавших туда-сюда с поручениями, столпились вокруг одной из своих товарок и, навострив уши, слушали её рассказ. История, сопровождаемая бурной жестикуляцией и восхищёнными вздохами, так привлекла менталиста, что тот незаметно подкрался ближе, дабы услышать самые горячие и свежие сплетни Дворца.
— …а украшения для волос в виде тончайших хрустальных роз! — долетел до мужчины обрывок фразы. — Они меняют цвет и светятся, я видела своими глазами! Ахенсия будет лично вплетать их в локоны, никому из нас она это не доверила. Но вот платье…
Служанка застыла на полуслове, выдерживая эффектную паузу, и уже хотела было продолжить, как вдруг заметила подслушивающего Хаина. Девушка тут же умолкла и, сделав невозмутимый вид, засеменила прочь. Её подруги, бросив на лийанца настороженные взгляды, мгновенно смекнули, в чём дело, и тоже поспешили найти более уединённое место для болтовни. Пятый Генерал так и не узнал, кого из почтенных леди обсуждали сплетницы.
«Женщины… — недовольно выдохнул менталист. — Одни интриги да танцы на уме».
Не имея возможности выведать подробности, слуга вернулся к своим делам. Он закончил обсуждение меню, ещё раз осведомился об убранстве гостевых покоев, проверил количество заготовленного вина и, наконец, принялся встречать приглашённых дам.
Правда, женщины не особо радовались, замечая среди хорошеньких и милых служанок мужчину. Хотя за последние несколько триплексов у менталиста порядком отрасли волосы, да и полагающаяся всем слугам-лийанцам юбка была на месте, знатные леди едва скрывали своё презрение по отношению к нему. За этим презрением Хаин нередко различал тщательно замаскированный страх, настолько древний и въевшийся в саму суть лийанок, что даже время не могло до конца стереть написанную чужой болью историю Архипелага.
«Они смотрят на меня и видят тех, других, которые сотнями триплексов насиловали и убивали их предшественниц, продавали в рабство, жестоко обращались с ними, — с сожалением осознавал Пятый Генерал. — Я для них лишь напоминание о прошлом, которое они пытаются забыть, но никогда не смогут».
Пока менталист, утопая в неутешительных мыслях об этом, продолжал встречать гостей, прошло несколько часов, наступил вечер, и на Ниммери опустился тонкий шлейф ночной прохлады. За окнами Дворца испускало последние лучи уставшее Светило, лениво завалившееся за горизонт, а в самой обители Королевы становилось всё больше и больше лийанок, разноцветно, пёстро и напоказ одетых в свои лучшие наряды. Они громко разговаривали и заговорщически перешёптывались между собой, обсуждая последние новости из жизни Архипелага, лакомились аппетитными закусками, поданными на золотых, с чёрными розами, блюдах, и запивали это отборнейшим южным вином, привезённым из самого Дома Лилий.
Хаин сновал меж красивых смугловатых тел, деловито помогая служанкам и координируя их действия. Он не любил балы и пышные церемонии, но отчего-то чувствовал себя, как рыба в воде. Ему было хорошо, хотя куда счастливее мужчина чувствовал бы себя, уединившись с книгой или просто отдыхая. Здесь же, метавшись меж аристократкой, пролившей себе на юбку вино, и оркестром, отчаянно нуждавшемся в большем количестве стульев, Пятый Генерал, скорее, чувствовал возросшую ответственность, нежели веселье. В такие моменты он жалел, что не может стать одной из простых служанок, которым нужно лишь хихикать и строить глазки знатным леди, мечтая об удачном браке. Быть приближённым Высшей оказалось куда менее лёгким делом и, учитывая вечные козни доверенной ему Принцессы, куда менее благодарным.
«Ах да, об этом… — мигом напрягся лийанец. — Я до сих пор не нашёл девчонку».
Подобный досадный факт определённо задевал любящего порядок и в мыслях, и в действиях Хаина. Менталист огляделся по сторонам, надеясь обнаружить рыжее пламя волос, но среди стольких леди не смог даже отличить знакомых дам от незнакомых.
Зато увидел леди Эльм Исанг и леди Диамант Росси, весело смеющихся над какой-то шуткой. Обе пребывали в прекрасном расположении духа, встретившись после затянувшейся поездки Второго Генерала по государственным делам, и, видимо, делились новостями относительно прошедших событий.
Причём судя по тому, как Диамант красочно жестикулировала и шепотом втолковывала что-то подруге, рассказ о тайной встрече с Правительницей Дэстино был бессовестно выболтан при же первой возможности и теперь подвергался бурным обсуждениям со стороны обеих леди.
«Они бы ещё на весь Дворец погорланили об этом», — хлопнул себя по лбу раздосадованный Хаин.
Потерявшаяся Принцесса и безрассудные Генералы пошатнули относительно хорошее настроение мужчины, но куда больше он напрягся, когда услышал со спины льдисто-ехидное:
— Добрый вечер, Ваше Крысейшество.
Голос, разумеется, принадлежал Розарии Милагросс. И без того разозлённый Хаин уже приготовился дать словесный отпор, когда второй голос, гораздо более нежный и спокойный, вдруг начал журить Стальную Розу:
— Леди Розария, так же нельзя, Хаин не заслужил столь жестокого обращения!
Менталист порывисто обернулся, словно бабочка, учуявшая запах сладкого нектара, и наткнулся на облачённую в нежно-зелёное летящее платье Айдэру Этос, с радостным румянцем на щеках и ласковым взглядом изумрудных глаз.
Подле неё действительно стояла Первый Генерал, невероятно прелестная и роскошно одетая в дымчато-розовое пышное платье, корсет которого был так туго затянут, что делал и без того осиную талию женщины ещё более хрупкой на вид. Чёрно-розовые волосы Милагросс, убранные в аккуратную высокую причёску, мерцали нитями яркого жемчуга, а на шее леди красовалась чёрная бархотка с подвешенным к ней розовым бриллиантом.
— Тёплого вечера, дамы, — поклонился Хаин, не в силах оторвать взгляд от обеих лийанок и тут же простив Розарии её грубость.
Леди были настолько красивы в этот вечер, настолько изящны, что менталист не знал, может ли хоть кто-нибудь из окружающих затмить эту красоту. И, видимо, так считал не только он, потому как уже через секунду после появления женщин к ним скользнули Эльм Исанг и Диамант Росси. Причём Медвежья Воительница, голодным взглядом скользящая по телу невозмутимой Стальной Розы, даже забыла поздороваться, и отдуваться за обеих пришлось Третьему Генералу.
Они с Айдэрой завели непринуждённую беседу, обмениваясь впечатлением от начала бала, что заставило Хаина почувствовать себя третьим лишним. Он даже попытался незаметно ретироваться, прикрываясь желанием «лично удостовериться в надлежащей подготовке бала», однако Диамант, хитро улыбаясь, железной хваткой притянула его обратно к Этос и заставила включиться в разговор.
— Не думаю, что это хорошая идея, леди, — нервно оглядываясь по сторонам, прошептал менталист. — Я ведь мужчина. Нас могут не так понять.
— Вы Генерал Королевы, Хаин, — сердито нахмурилась Айдэра. — Вам нечего стесняться.
— Вот именно, — подмигнула Росси.
Они продолжили весело болтать между собой, и ошарашенный внезапной поддержкой слуга присоединился к ним, сначала неловко, а потом всё более уверенно вставляя свои комментарии по поводу бала. Благо, с темой Пятому Генералу крупно повезло: леди обсуждали праздник, Хаин же как раз был сведущ относительно всего, что касалось этого вечера. Он воодушевлённо рассказывал об элементах подготовки, бросал забавные комментарии относительно нерасторопности слуг и всячески развлекал женщин, которые, в свою очередь, с удивительной лёгкостью принимали его речь.
Генералы так увлеклись беседой, что едва не пропустили появление Королевы. Хотя вряд ли можно было не заметить подобное: как только Её Величество вошла в зал, сотни женских тел склонились в глубоких реверансах, приветствуя Высшую. На лицах лийанок застыло одинаковое выражение почтения и восхищения — настолько сильно Роксэнн уважали в Лийа и настолько прекрасна она была в этот вечер.
— Ей очень идёт наряд! — удивлённо выдохнула Айдэра, разглядывая облачение Королевы.
Хаин кивнул, не в силах оторваться от созерцания правительницы. Сегодня Её Высочество превзошла саму себя, надев не просто строгий костюм тёмных оттенков, а одежду, куда более откровенную и изысканную: белую блузу с открытыми плечами и глубоким декольте, дополненную чёрным корсетом, излюбленные женщиной узкие штаны, подчёркивающие её красивые ноги, и крепкие, идеально подходящие для танцев туфли на устойчивом каблуке.
— Смело, — хмыкнула Диамант, рассматривая россыпи сверкающих бриллиантов на одежде Роксэнн. — Наконец-то она перестала надевать эти скучные традиционные мундиры. Правда, и поклонницы теперь проходу не дадут. Гляньте только на леди Нэврон: мне кажется, она готова съесть всех своих соперниц заживо.
Айдэра и Хаин, как по команде, нашли глазами упомянутую аристократку, которая, покусывая большой палец, неотрывно следила за всем, что происходило вокруг Королевы.
— Кажется, я уже знаю, кто претендует на Первый Танец с Её Величеством, — усмехнулась Росси, кивая на дрожащую от нетерпения лийанку.
— Если только леди Рокингем не подоспеет раньше, — указал на другую женщину менталист.
Все трое посмотрели в нужную сторону и нашли там возбуждённую происходящим даму с чопорным выражением лица. По виду она годилась Роксэнн в матери, но явно только и ждала момента, чтобы уцепить право Первого Танца себе.
— Нужно вызволить Энн раньше, чем все эти леди заставят её спасаться бегством, — хохотнула Третий Генерал, красноречиво поглядывая на Айдэру. — Они же лагерь перед троном разобьют, лишь бы добиться своего.
— Боюсь, мы опоздали, — покачала головой Этос. — Нэврон почти выбилась в первые ряды. Это сражение проиграно, Диамант.
— Но не забывайте, Айдэра: впереди целая война, — заговорщически хмыкнула Росси. — И вы станете нашим первым оружием, если упомянутые леди попробуют завладеть Королевой.
Генералы дружно рассмеялись, а Хаин вдруг заметил, что уже давно не чувствует рядом Эльм и Розарию. Кажется, они обе незаметно покинули оживлённый центр зала, найдя себе чуть более уединённое место.
Слуга поискал взглядом дымчато-розовое платье, и обнаружил парочку у стен помещения в весьма интересном положении. Судя по выражениям лиц и позам, Исанг с Милагросс выясняли отношения, причем так бурно, что вокруг них не было ни единой живой души.
«Разумеется, кому захочется быть испепелённым или выпотрошенным?..», — поёжился менталист, напряжённо всматриваясь вдаль и пытаясь уловить суть конфликта.
Медвежья воительница, ничуть не стесняясь лийанок вокруг, буквально прижала Стальную Розу к одной из колонн, упёршись руками по обе стороны от головы предмета своих воздыханий. Сам «предмет» с абсолютным спокойствием на лице выслушивал рычание пассии и внешне оставался таким же неприступно холодным.
«Леди Эльм подозревает измену, — наконец догадался Хаин. — Значит, снова будут дуэли и недобитые конкурентки».
Слуга понимал, отчего Исанг так рьяно заботится насчёт верности Розарии, но едва ли разделял её опасения. После того как Медвежья Воительница во всеуслышание заявила о своих безраздельных правах на Первого Генерала, воздыхательниц у Милагросс порядком поубавилось. Никто не хотел связываться с женщиной, которая одним прицельным ударом могла отправить в полёт через весь Ниммери или размозжить чужую голову, как сочный арбуз.
Впрочем, даже всей силы Эльм не хватало, чтобы завоевать свою пассию. Розария была холодна и неприступна, а Исанг — слишком прямолинейна, чтобы идти обходными путями. Так они и продолжали играть день за днём, заставляя весь Дворец содрогаться от напряжения в ожидании конца этого бурного, но абсолютно неконтролируемого романа.
Размышляя о перипетиях дворцовой жизни, Хаин не заметил, как Высшая произнесла вступительную речь и как оркестр подготовился играть мелодию для Первого Танца — торжественного, медленного и зачинающего настроение вечера.
«Сейчас начнётся», — закатил глаза мужчина, оглядывая лийанок, столпившихся у трона Королевы.
Если бы не высокая платформа, стража и горстка служанок, многочисленные леди точно подрались бы прямо перед Её Величеством за право Первого Танца. Однако партнёршу для него выбирала сама Роксэнн, и потому дамы лишь нетерпеливо переступали с ноги на ногу, ожидая решающего момента.
«Наверняка пронюхали о проблемах с девчонкой, — поморщился Хаин, недобрым словом вспоминая Принцессу. — Значит, будут ещё активнее набиваться в фаворитки. А ведь я говорил ей…»
Пока менталист размышлял об этом, оркестр заиграл прелюдию к танцу, и часть лийанок выстроилась в пары. Стоя посреди ярко освещённого зала, наполненного манящим переплетением разнообразных парфюмов и запахом свежесрезанных роз, леди приняли начальные позы, готовые в любой момент закружиться под звучную музыку. Они ждали решения Королевы, которая должна была возглавить круг вместе со своей избранницей или, при худшем раскладе, махнуть рукой, разрешив начинать танец без неё.
Роксэнн не стала томить публику и подняла ладонь.
В глазах стоящих подле неё леди проскользнуло настоящее разочарование. Все эти прекрасные девушки и женщины, так скрупулёзно готовившиеся к балу, выбиравшие ткань для нарядов, бижутерию и немыслимо сложные причёски, в итоге оказались брошенными на произвол судьбы. Их взгляды наполнились огорчением и поспешно стали искать в толпе свободные пары, чтобы хоть как-то заполнить время до следующего танца.
«Она впервые отказывает в танце, — изумился Хаин, глядя как кисть Высшей медленно скользит вниз. — Неужели из-за девчонки?.. Лучше бы развлекалась в своё удовольствие: Южная Лилия наверняка прохлаждается без дела или прячется где-нибудь во Дворце. Едва ли ей интересны собственная супруга и уж тем более бал».
Однако Хаин даже не представлял, насколько ошибался в тот момент.
Двери зала внезапно распахнулись, и успевшие заскучать привратницы встрепенулись, не понимая, кто осмелился так беспардонно опоздать на праздник. Следуя первому порыву, женщины хотели было закрыть врата прямо перед нахалкой, но вовремя увидели лицо нарушительницы порядка.
В повисшей камнем тишине титул гостьи прозвучал словно гром среди ясного неба:
— Поприветствуйте Принцессу Лийа, Первую Леди Роз, Её Высочество Вэллериэн из Дома Лилий!
Хаин бросил нервный смешок — настолько нелепой показалась ему эта ошибка.
«Опять умудрились всё перепутать, — с досадой подумал он. — Надеюсь, их выпорют за такую жуткую оплошность».
Только вот к великому удивлению Пятого Генерала и всех собравшихся, из прохода показалась не заплутавшая аристократка или служанка, а сама Вэлл, но совсем не такая, какой её привыкли видеть.
— Боги, неужели это леди Вэллериэн? — изумлённо зашептала впечатлительная Айдэра. — Я думала, она не придёт на бал.
— Да, я тоже, — присвистнула Диамант. — Вот так сюрприз!
Хаин почти не слышал их слов. Он во все глаза наблюдал за будто бы незнакомой леди, пытаясь разглядеть в ней ту упрямую рыжую девчонку, отказывающуюся не то что надевать — даже думать о платьях и танцах. Эта девчонка совсем не вязалась у него с образом Принцессы Лийа, столь элегантно и грациозно вошедшей в зал, что все лийанки без исключения присели в реверансах, ещё более учтивых, чем в случае с Королевой.
Вэллериэн даже не шла — она, скорее, плыла меж рядов любопытно рассматривающих её подданных в своём ослепительно белом наряде, сшитом настолько умелой рукой, что оставалось только дивиться мастерству портнихи. Платье было воздушным, как зефир, и нежным, словно пёрышко. Оно подчёркивало стройность и лёгкость своей хозяйки, обволакивая талию мягким корсетом и рассыпаясь водопадом переливающихся юбок. Аккуратные рукава-фонарики вместе с плавным вырезом ещё больше усиливали чувство изящности, какой-то невероятной женственности, которой, как казалось менталисту, Вэлл порядком не хватало.
«Белый цвет — символ Дома Лилий, — отчего-то вспомнилось слуге. — Когда южанки женятся, свадебное платье младшей супруги непременно делают белым. А Её Высочество выходила за северянку, поэтому наряд сшили тёмным, в королевских тонах».
— Смотрите, что с это подолом? — ахнула Айдэра, обращаясь к Диамант и Хаину. — Никогда такого не видела!
Пятый Генерал пожал плечами: он и сам ничего подобного в жизни не встречал. Потому что платье не просто переливалось или сверкало — от каждого шага девушки оно испускало маленькие голубоватые снежинки, разлетавшиеся в стороны, а потом исчезавшие при столкновении с препятствием. И всё то время, пока Принцесса размеренно шла по направлению к трону, за ней тянулся чудесный след из множества блестящих снежинок, приводящих в восторг всех леди вокруг.
— Это иллюзии, — внезапно догадался Хаин. — Но не простые, а вшитые в саму ткань. Вроде защитных амулетов, которые вешают на одежду, только куда более маленькие. Искусная, тонкая и невероятно кропотливая работа. Делал настоящий знаток своего дела.
Думая об этом, мужчина мельком вспомнил увесистую коробку, которую Принцесса забрала от своей тётушки, и слова, брошенные Йольхе по поводу содержимого этой коробки.
«Боги, получается, она заставила саму Правительницу Дэстино шить ей бальное платье! — ужаснулся слуга. — Никто вокруг даже не представляет, чью работу имеет честь созерцать. Это как если бы лийанки пили нортийское вино, не зная о содержимом своих бокалов».