Глава 31. Раскол (1/2)

— Почему Марика решила запечатать Руну Предначертанной Смерти? — спросила Мелина. Она разглядывала свое отражение в зеркале, готовясь к встрече с Двумя Пальцами. Одернув чёрное платье, сшитое ей королевским портным — вечно хмурой женщиной с холодным голосом. На блестящей поверхности зеркала девушка увидела сзади себя отражение Маликета, который стоял, прислонившись, к стене. И хоть зверочеловек излучал ауру спокойствия, от Мелины не скрылось, что ее вопрос застал его врасплох, и теперь он пытается придумать, что ответить.

— Это было желание Марики, — ответил Маликет.

— Почему она запечатала её именно в меня? Не проще ли было сделать оружие с этой руной?

— В этом нет никакого смысла, — натянуто ответил зверочеловек. — Желания Марики всегда обдуманы и взвешены. И это закон.

— А если она в следующий раз захочет, например, разбить кольцо Элдена, то что? — девушка не успела себя одернуть, и вопрос тяжело повис в воздухе. Было видно, как напрягся Маликет, бросив оценивающий взгляд на Мелину, прежде, чем ответить вопросом на вопрос:

— Почему ты это спросила?

— Переживаю перед встречей, — Мелина постаралась, чтоб ответ звучал максимально естественно, и сделала вид, что разглядывает практически незаметные швы на платье.

— Не стоит волноваться, — казалось, Маликета удовлетворил её ответ, — Марика всегда знает, что делает. К тому же, эта встреча все равно бы состоялась рано или поздно.

Практически тоже самое сказала Мелине Марика незадолго до встречи.

Но у Мелины были свои планы на этот день. Её сила росла с каждым днем, и постепенно к девушке пришло осознание, что с ней должны считаться, а это значит, что настало время показать себя. Мелина часто обдумывала слова Игли, наблюдая за положением дел в Лейнделле. В городе царила напряженная атмосфера — проводились активные чистки всех несогласных с доктриной Золотого Порядка, экспансия Великой Воли продолжалась далеко за пределы города.

Игли была во всем права. Кто-то должен был остановить Золотой Порядок.

«Поры бы уже заявить о своих правах, пора бы уже ненаглядной матушке начать со мной считаться.»

Мелина долго вынашивала этот план, долго к нему готовилась, мысленно просчитывая разные варианты.

Просто показать свои способности. Немножко припугнуть Марику и, самое главное, то, чем бы не являлись Два Пальца. Мелина никогда не видела вживую проводников Великой Воли, лишь знала, что они, или оно передает божественные приказы. Как это все устроено Мелина не очень понимала, но ей было и не до этого сейчас.

Марика встретила её возле высоких резных дверей. Вечная Королева как будто бы позаботилась, чтобы в этот момент практически никого не было рядом. Даже бесконечно верного ей Маликета Марика не пустила на эту встречу. Замок казался абсолютно пустынным, и шаги сохраняющей ледяное спокойствие и отстраненность Марики и пытающейся подражать ей Мелины эхом отражались от каменных стен.

Мелина ожидала, что Марика сейчас распахнет двери и впустит её, но вместо этого королева лишь положила ладонь на изящную резьбу и повернулась к девушке. От внимания Мелины не укрылось то, как разительно изменился взгляд золотых глаз — и вот уже перед Мелиной вновь стояла не вечно недоступная богиня Междуземья, обладавшая немыслимой силой, а обычная, уставшая женщина.

— Мелина, мне нужно кое-что сказать тебе.

Внутри девушки вновь сжался липкий противный комок сомнений. Она ожидала, что Марика опять скажет что-то вроде того, что Мелина её прямая наследница, и что Междуземье вкупе с Кольцом Элдена в будущем перейдет ей, даст ей какие-то указания в своей отстраненной манере, но вместо этого Марика сказала нечто совершенно иное:

— Ты должна знать, что однажды ничего этого не было, — с этими словами Марика почти незаметно провела рукой по дверям, за которыми их ожидали Два Пальца. Говорила она очень тихо, и Мелине, с удивлением слушавшей каждое слово, пришлось придвинуться ближе.

— И мне пришлось пойти очень и очень на многое, чтобы это все появилось, — с нажимом продолжила Марика, — и однажды я все расскажу тебе, но пока что нужно, чтобы эта встреча прошла без эксцессов.

Что-то в словах Марики заставило Мелину опустить глаза вниз. Пазглядывая носки черных изящных туфель, Мелина начала сомневаться в своем плане. Марика в этот момент выглядела настолько другим человеком, показывала настолько другую грань себя, что девушка не сомневалась в том, что именно сейчас Марика показывает себя настоящую — не Вечную Королеву Междуземья, которая жестко и властно наводила порядки, не гнушаясь ничем, а в первую очередь обычную женщину по имени Марика. Глядя в её лицо, Мелина вдруг поняла, что почти ничего не знает — не знает, откуда она родом, не знает, кто её семья, или друзья, что с ней вообще было. Она не могла даже представить Марику, живущую обычной жизнью, настолько она привыкла видеть её исключительно на троне, исключительно на самой вершине — недосягаемую, не поддающуюся никаким людским желаниям и порокам. Но теперь она увидела, что Марика в самой потаенной, надежно спрятанной ото всех глубине души — была другой.

Эта мысль приободрила Мелину, и она приулыбнулась, собираясь сказать, что всецело поддержит Марику, но в этот момент королева продолжила:

— Великая Воля должна знать, что ты мой самый лучший проект, — с довольной улыбкой Марика протянула руку и заправила прядь выбившихся волос Мелине за ухо.

Проект.

Это слово огрело Мелину по голове, заставив вздрогнуть от прикосновения Марики.

Вот и ответ на вопрос, почему Марика не запечатала руну Предначертанной Смерти в оружии.

Потому что Мелина и была в её глазах этим самым оружием. Безмолвным. Послушным.

Не дочь. Не родная кровь. Не союзник.

Оружие.

Проект.

Она даже зажмурилась на секунду, но это слово будто бы ожило и издевательски висело у нее перед глазами, звенело в ушах, повторяясь раз за разом.

Раздражение поднялось волной, и Мелина едва удержалась, чтоб не ответить что-то едкое.

Чтож, Марика очень вовремя это сказала.

Теперь Мелина точно знала, что делать.

Она криво, натянуто улыбнулась в ответ, сделав вид, что слова Марики совсем её совсем не задели.

Марика с усилием распахнула тяжёлые двери, ведущие в полутемный зал. Для места, где находились вассалы Великой Воли, здесь было слишком темно и неуютно. Хотя возможно, им это и было нужно.

Шаги Марики прошелестели по длинному ковру, скрывающему холодный пол. В этой комнате все время дул какой-то сырой сквозняк, контрастируя с остальной частью замка, и Мелина дернула плечами, чувствуя, как по телу от холода побежали мурашки.

Мелина проследила взглядом за Марикой, прошедшей дальше нее и вставшей возле какого-то каменного постамента…

На котором и возвышались Два Пальца.

До этой секунды Мелина часто рисовала себе в воображении эту встречу, и ей она все время казалась какой-то торжественной. Как будто это должно было быть её личным достижением — то, что Великая Воля захочет ее увидеть.

Но в реальности в этом не было ни грамма торжественности.

Это выглядело как пальцы какого-то гиганта. Огромные, покрытой серой кожей со странными волосками, Два Пальца подрагивали, слабо качаясь, как будто передавали какое-то понятно только им сообщение.