Часть 7 (1/2)
Мей не сразу поняла, что в поместье не было ни Доумы, ни его странного ночного гостя. Они оба как сквозь землю провалились.
Мей одернула свое кимоно, шумно выдохнув. Она торопилась вернуться в поместье, но, видимо, ее здесь и не ждали. Мей не до конца понимала, радовало это ее или напрягало.
Как только Мей прошлась по покоям и окончательно убедилась, что ее «хозяина» точно нет, она не поспешила возвращаться к себе. Ее тело непривычно подрагивало, а пальцы то и дело начинало неприятно сводить от проступившего волнения.
Мей прикрыла глаза.
Нет, это очень глупо. Она совсем не готова бежать. Нельзя быть такой безрассудной и бросаться на острие первому же выпавшему шансу на спасение.
Может, это все какая-то игра? Может, ее проверяют, и на самом деле Доума со своим другом никуда не ушли, а только и ждут, когда она снова выйдет за пределы поместья, попытается сбежать?
Ждут, чтобы что?
Мей запутывалась в собственных беспорядочных мыслях и плохих предчувствиях. Раньше у нее всегда получалось ощущать острое удушающее присутствие Доумы поблизости, даже если она находилась одна у себя в комнате. Сейчас же она чувствовала только гулкий стук своего сердца.
Может, стоило рискнуть?..
Доума дни напролет проводил у себя в поместье, принимая своих последователей. Сейчас он, казалось, действительно будто куда-то испарился — но лишь на время, скоро вернется. В этом Мей была более чем уверена.
А потому она все не могла решиться здесь и сейчас: стоило ей использовать шанс сбежать или попытать удачу в другой раз. Если только этот «другой раз» предвидится, конечно. Мей вышла из главных покоев, тихо прошла мимо приемной, в которую раньше почти не заглядывала. Она и не заметила, как ноги сами снова привели ее к выходу — тяжелой массивной деревянной двери. Мей дрожащими пальцами ухватилась за ручку и тут же отдернула руку, будто обожглась.
За ее спиной кто-то стоял.
Мей вжала голову в плечи, боясь обернуться.
— Ваша постель уже готова, Оота-сан.
Хриплый тихий знакомый голос старика не сразу дошел до сознания Мей.
— Я… Я не хочу спать, Горо-сан.
— Доума-сама очень хотел, чтобы вы по возвращении шли к себе, — пустым тоном отчеканил Горо, продолжая стоять на своем. — Вы устали, Оота-сан. Вам заварить ваш отвар?
Мей сжала руки в кулаки. Настойчивая обходительность Горо-сана начинала пугать. Только сейчас она услышала в безобидном услужливом вопросе что-то, что заставило ее невольно сжаться. У них на всех был один диагноз.
Одна маска: <s>фальшивая</s> настойчивая обходительность.
— Не нужно. Спасибо, Горо-сан. Мне действительно пора ложиться. Благодарю вас за заботу. Не беспокойтесь за меня, Горо-сан, я могу дойти сама.
Мей наконец нашла в себе силы обернуться, предусмотрительно натянув фальшивую мягкую улыбку.
Которая тут же стерлась с ее бледного лица. Горо-сан стоял в большом темном проходе не один. С ним было еще два мужчины, которых она прежде не видела: оба были в таком же белом одеянии, что и Горо-сан. Один щуплый и невысокий, а второй коренастый с белым полотном вместо лица.
Мей невольно отступила — вжалась в дверь. Руки машинально потянулись к ручке двери.
— Доума-сама велел нам присмотреть за вами, Оота-сан. Чтобы вы не наделали глупостей. Доума-сама не хочет отправлять вас в рай раньше времени. Рай нужно заслужить, Оота-сан, заслужить смирением и верной службой Доуме-сама. Пойдемте с нами.
Лицо Горо-сана исказила безумная жуткая улыбка — такую прежде Мей видела только у Доумы.
Теперь под ребра забился не просто страх — мертвая безысходность, смешанная с отчаянием.
Мешкать больше было нельзя. Мей, схватившись одной рукой за кимоно, а другой притворив дверь, со всех ног бросилась бежать.
Трое последователей же остались стоять на месте, не сводя взгляда с быстро удаляющейся девичьей фигуры.
— Доума-сама сказал, что нам нужно ждать Оота-сан к рассвету. Пока нужно подготовить все к возвращению Доумы-сама.
Горо неторопливо доковылял до двери и с противным скрипом ее захлопнул.
Белые лица едва ли не одновременно вытянулись и снова исказились в мимолетной безумной блаженной улыбке.
— Уже сегодня Доума-сама наконец-то и нам откроет врата в Рай.
***
Мей бежала, совсем не разбирая дороги. Сердце бешено стучало, полностью заглушая страх, растекавшийся по телу. У нее не было никакого плана. У нее было только животное желание спастись, вырваться из этого кошмара.
Мей хотелось ухватиться за эту спасительную ниточку. Все-таки не каждый день мнимая надежда сама настойчиво липнет к рукам.
Мей не сразу заметила размытые в ночи контуры домов с редкими огоньками, мелькающими в окнах. В груди девушки тут же вспыхнул свой собственный — сладкий огонек надежды на спасение. Она выбралась. Она вышла на деревню, вышла к людям.
Все почти закончилось.
Мей не мешкая побежала стучаться в первый же дом, в окнах которого еще горел тусклый свет.
— Что с тобой, милая, ты заблудилась? — на пороге в сонливом удивлении показалась женщина лет шестидесяти.
Мей едва не вцепилась в нее — в свое спасение. Она не помнила, как сбивчиво сразу же выпалила, что заблудилась, что ей нужно поскорее вернуться домой. Перепуганная и взволнованная Мей и не заметила, как старушка без лишних вопросов понимающе ее выслушала, успокоив и пообещав завтра что-нибудь придумать как бы вернуть ее, бедную, домой.
— Ну-ну, успокойся. Мой муж завтра уходит в город. Он может тебя проводить, а там уже ты сама сможешь добраться до своего дома. Хорошо, милая?
Мей не верила своему счастью, терялась в искренних благодарностях. Все-таки нужно было всего лишь рискнуть, чтобы наконец вырваться из этого культа душевнобольных.
— Спасибо вам большое…
— Наото-сан, — улыбчиво представилась старушка, проводя Мей к себе на небольшую кухню, забитую утварью. — Зови меня Наото-сан, милая.
Мей невольно улыбнулась. И едва не всхлипнула, когда эта милая бабуля приготовила и подала ей чашку горячего травяного чая.
— Ты устала, я пойду постелю тебе.
Женщина пошаркала куда-то в соседнюю комнату, а Мей лишь устало прикрыла глаза. Горячий чай приятно обжег горло. Ей и правда нужно поскорей лечь и выспаться. Завтра предстоит долгая дорога — возвращение домой.
— Ты не хочешь переодеться? Твое кимоно, вон, уже рвется на лоскутки. У моей дочери, кажется, что-то было. Тебе, наверное, подойдет.
Мей замотала головой, смущенно краснея и опуская взгляд: кимоно действительно было порвано в одном месте, у самого низа, а она и не заметила. Видимо, где-то все-таки успела неудачно зацепиться. Но на это Мей сейчас было плевать. Главное поскорей добраться домой — неважно, в каком виде. Да и кимоно это вовсе не ее — его в первый же день подарил Доума. Мей уже решила: как только она вернется, она его сразу же сожжет — развеет по ветру память о пережитом живом кошмаре, в реальность которого она до сих пор до конца не может поверить.
— Нет, спасибо, Наото-сан. Вы и так слишком добры ко мне. Впустили в дом посреди ночи, разрешили остаться… Мне вам даже нечем отплатить.
— Ох, даже не думай об этом! — старушка всплеснула руками и на мгновение ее седые тонкие брови сошлись у переносицы. — Ты не первая, кто здесь так плутает. А я всегда рада помочь. Особенно таким юным девчушкам. Ну, я тебе все приготовила, пора ложиться, мы и так с тобой засиделись.
Наото-сан взяла свечу в руки и провела вставшую Мей в маленькую темную комнатку, больше похожую на кладовую.
— Здесь жила моя дочь, пока не отправилась в лучший мир, — старушка печально улыбнулась, пропуская Мей вперед. — Доброй ночи, дитя. Набирайся сил.
Мей не сразу осознала, что все свечи в доме погасли, а она наконец осталась одна. Мей не сразу осознала, как едва ли без чувств упала на футон.
Наото-сан права: нужно было набраться сил — путь домой будет не легкий.
***
— Ну, готова? Да тебе и собирать-то ведь нечего, — невысокий пожилой мужчина лет шестидесяти, еще утром представившийся Кайоши-саном, скрестил руки на груди, строгим оценивающим взглядом пройдясь по Мей. Та поежилась под жестким взглядом серых глаз мужчины, но тут же расслабилась, увидев на его лице тут же промелькнувшую мягкую улыбку. — Ты не переживай, со мной быстро доберешься туда, куда тебе надо. Не заплутаешь больше. Верно я говорю?
Старушка между тем заканчивала с последними приготовлениями в дорогу.
— Счастливо тебе добраться, дитя, — женщина протянула сверток с собранной наспех едой в дорогу.
— Спасибо большое за… За то, что позаботились обо мне, — Мей поклонилась. Голос все-таки дрогнул. Мей не верилось, что это все происходило взаправду: совсем скоро она вырвется на свободу, вернется домой! Она не знала, как и благодарить этих милых сердобольных людей, что подарили ей надежду.
Мей казалось, что если они еще немного задержатся в дверях, она точно упадет им в ноги и расплачется. Пожилой мужчина, будто предчувствуя всплеск сентиментальностей, положил морщинистую руку девушке на плечо. Ободряюще заглянул в голубые девичьи глаза.
— Пойдем давай, нечего мешкать. Не успеешь оглянуться, как уже дома будешь. А наплакаться за жизнь ты еще успеешь. Верно я говорю?
Старушка только согласно покивала.
Обнявшись на прощание с Наото-сан, Мей быстрым шагом последовала за Кайоши-саном.
— А до города здесь далеко? — наконец решилась поинтересоваться девушка, пока задумчивый Кайоши-сан окончательно не ушел в себя. В ответ Мей получила уже знакомую мягкую обнадеживающую улыбку.
— Не переживай, оглянуться не успеешь, — словно заучено повторил старик и двинулся в путь. Мей лишь на мгновение обернулась в сторону чащи, из которой еще темной ночью ей посчастливилось выбраться и даже найти помощь.
Все наконец-то позади. Мей, идя рядом с едва знакомым человеком, впервые за последнее время почувствовала себя в безопасности.