2. Доверие диких зверей (1/2)

Дверной колокольчик прозвенел, и последний покупатель покинул лавку. Эйр, давно ждавшая его ухода, наконец обратилась к аптекарю, стоявшему за прилавком:

— Я за заказом для госпожи Роуз.

Мужчина с усами, в бледно-зелёных фартуке и налокотниках дружелюбно улыбнулся. Госпожа Роуз была его постоянной клиенткой, девчонка от неё появлялась здесь раз в пару недель.

— Секунду…

Невысокий и пузатый фармацевт скрылся за боковой дверью, а Эйр обвела взглядом полки аптеки: массивные, из старого дерева, сплошь уставленные банками. Было что-то до боли родное в этой темной лавке прямиком из детства, словно запах трав засел у неё на подкорке и нашептывал о любви родителей. А зелёный цвет касты казался самым лучшим после давно опостылевшего серого.

— Вот, — вернувшийся фармацевт протянул девушке свёрток.

Эйр отдала деньги и список ингредиентов для нового заказа. Мужчина вежливо кивнул. Не торопясь уходить, Эйр вновь обратилась к нему:

— Мне нужна ваша помощь ещё кое с чем.

— Да, конечно, — растерянный и невинный вид Эйр всегда эффективно действовал на мужчин старше. Она осознала это ещё в детстве, отца такое смягчало в отличие от матери. Вот и аптекарь не смог отказать в помощи.

— Посмотрите на этот камень. Мне кажется, он перестал работать.

Мужчина склонился над протянутым ему кристаллом в старомодной железной оправе.

— Акваэфир, — сразу сообщил фармацевт. — Вы ведь месяц назад уже покупали у меня подобный…

Эйр кивнула: она заказала кристалл на шнурке для себя, акваэфир отлично определял яды в напитках. Если жидкость была безопасна, он сливался с ней и становился невидим. Если находились опасные примеси, то окрашивался яркими цветами в зависимости от вида вредного вещества.

— Ваш камень справляется отлично, но этот не такой точный… Он достаточно старый и достался мне от матери…

Аптекарь, внимательно осмотрев кристалл на свет, покачал головой.

— Сейчас проверим, — он достал из-под прилавка бутылёк с жидкостью желтого цвета и опустил кулон в неё на пару секунд, после выложил на белоснежный платок. Камень не изменил своего цвета, оставшись прозрачным. Эйр нервничала, боялась потерять амулет.

— Хм, камень стабилизирован, — наконец ответил аптекарь. — Акваэфир — редкий минерал, встречающийся только на нашей планете. Кристаллы прорастают в Белой долине гейзеров, где энергетические потоки планеты бьют наружу, — завёл лекцию мужчина. Эйр знала всё это, но не стала перебивать. — Я продал вам «дикий», нестабилизированный камень. Он легко принимает в себя окружающие элементы, а этот… — аптекарь понизил голос, будто то, что он собирается сказать, смущает его самого. — У этого кристалла изменены связи решётки… Он заговорен или проклят.

Эйр наигранно округлила глаза. Такие магические штучки в просвещённом мире считались шарлатанством. Однако на окраинах закрытой Иттеры находились те, кто искал мистицизм везде. Видимо, аптекарь принял её за подобную недалёкую особу. Не зря она каждые две недели набирала всё новые и новые средства для своей госпожи.

Мужчина вдруг расслабленно улыбнулся.

— Не переживайте. Это традиции агров, просто ритуал над безделушкой. Только они умеют проделывать такое. Твари называют это магией, но на самом деле это фокусы с физикой планеты.

— Но, — запнулась Эйр, — как мне узнать, какой ритуал провели над камнем? Ну, вы понимаете, если это действительно какое-то проклятье, мне будет страшно носить его… — она попыталась притвориться полной дурой, чтобы узнать больше.

— Если хотите, можете оставить его у меня, — улыбнулся мужчина. Эйр чертыхнулась про себя и ловко перехватила цепочку, на которой висел камень. Видимо, глуповатый вид ей слишком удался.

— Боюсь, мать не простит мне потери семейной реликвии, — непреклонно ответила она.

— Как пожелаете, но если все прошлые владельцы кулона скончались, вы всегда сможете обратиться ко мне…

— Вы так хорошо разбираетесь в заклятиях агров? — усомнилась она.

Аптекарь хмыкнул в усы, что не ускользнуло от девушки.

— В них никто, кроме самих уродцев, не разбирается.

Эйр, не улыбаясь, вытянула из рук мужчины свой амулет.

— Знаете, скорее, это амулет удачи. Все, кто им владел — быстро вышли замуж, — соврала она.

— О, мисс, тогда эта безделушка точно ни к чему такой красавице. Уверен, и без неё у вас хватает достойных ухажеров, — слукавил фармацевт на прощание. А Эйр про себя оскалилась: скорее, этот кулон спасал её до сих пор от ненужного брака, скрывая метку.

На улице девушке в лицо ударил влажный ветер. Всю столицу круглый год укрывали серый туман и мрачный смог, одних вгоняя в депрессию, других заставляя искать романтику в меланхолии. Эйр, сев в наемный близ и спрятавшись за тонированными стёклами кабины, скривилась. Сжимая в ладони камень, она посмотрела на метку на руке. Той не было видно — камень действовал.

Девушка выдохнула и поспешно застегнула цепочку на шее, прижав камень к груди. Только контакт камня с телом стирал чернила с руки, так что Эйр носила амулет последние полгода не снимая. Тайну действия камня она не знала.

«Значит агры», — про себя проговорила Эйр и знаком приказала автопилоту двигаться дальше по маршруту.

Амулет подарил матери отец, не раскрыв тайну происхождения. Эйр и сама не сильно интересовалась ей до того, как в её жизни не появился предначертанный. Договор с гвардейцем заставил её искать ещё один камень или способ его получить. Свой она собиралась отдать только в самом крайнем случае. И, похоже, у неё оставался лишь один путь.

Когда Ториес затеял свою игру в покровителя, она уже продумывала, как уговорить госпожу Циан отпустить её ненадолго в родной город, чтобы предотвратить чиновничий поклёп. Тогда Эйр не рискнула использовать свои идеи. Госпожа была слишком заинтересована в том, чтобы план Ториеса удался. Теперь цели Эйр не так очевидны и не конфликтуют с намерениями хозяйки.

***

Кей снова беспрепятственно вошёл в апартаменты Эйрин. Сторм, как старший офицер охраны восточного крыла, мог в любое время проверять комнаты прислуги.

В этот раз он пришёл ещё при свете дня и смог внимательнее рассмотреть обитель Доу. Он ожидал увидеть идеальный порядок, так похожий на её серую одежду. Такой приторно аккуратный, что в нем нельзя жить, только существовать. Но комната Эйрин оказалась иной, полной мелочей и отражавшей индивидуальность хозяйки.

Письменные принадлежности и бумаги, несколько книг, небрежно лежащих на столе, одежда на спинке стула и вешалка на ручке шкафа. Будто Доу, собираясь, долго выбирала платье. Ему уже доложили, что девчонка выехала в город, надев одежду вне серой касты.

Кей подошёл к столу, повернув одну из книг к себе, чтобы прочесть название. «Лекарственные травы Иттеры. Том второй». У него невольно засаднило ногу — место, куда стерва засадила транквилизатор. Если бы не имперские прививки, ослабляющие влияние подобной химии на гвардейцев, кто знает, чем закончился бы их последний разговор.

Второй книгой оказалась «Редкие минералы Иттеры». Между страниц виднелась желтая лента атласной закладки. Кей открыл книгу на отметке. «Акваэфир — редчайший минерал планеты Иттеры... Самые ценные свойства заключаются в его взаимодействии с окружающими веществами… Кристаллы имеют сходные с живым организмом свойства и скорее близки к кремниевой форме растительной жизни… Часто используются для первичного анализа веществ», — по диагонали прочёл страницу он.

Это чтиво вогнало Кея в сонную зевоту, и он убрал подальше книгу. Следующим, на что упал его взгляд, оказалась серая масса одежды на стуле. И его захватили странные противоречивые чувства. Кей готов был признать, что испытывает к этой одежде ненависть за то, что она обманула, скрыв истинный облик его предначертанной. Серая и безликая ткань, делавшая Эйрин такой же издали — невнятной и незаметной. Кей готов был проецировать на вещи всю свою злость за произошедшее. Это оказалось легче, чем просто признать, что он сильно сглупил.

А ещё его сводила с ума одна мысль о том, что эта агрова ткань пахнет девчонкой. И сейчас, пожалуй, единственная возможность безнаказанно оценить, насколько же он может потерять голову от Доу.

Гулко сглотнув, словно предвкушая горечь разочарования, Кей взял серый платок в руки. Он уже понял самое главное и самое паршивое: вожделение действует на него гораздо сильнее, чем на Эйрин, иначе бы он не почувствовал её первым в коридоре дворца. Девчонка ведь до последнего не понимала, что происходит, пока Кей не ткнул её носом в очевидное. Это его слабость, которую он должен скрывать от Доу.

Сторм поднёс к лицу платок. Один скупой и одновременно глубокий глоток воздуха, насквозь пронизанный запахом девчонки… Его девчонки. Запах — золотистый и медовый, как её волосы, приторный, как её лицо, острый и режущий, как зелень глаз. Блаженное успокоение слабостью разлилось от метки на его руке.

Пальцы до белых костяшек сжались в кулаки на обрывке проклятой ткани. Даже не от злости на свою беспомощность перед этим запахом. От понимания, что этого мало, это вовсе не Эйрин. С ней всё будет по-иному, ярче и жарче. По-настоящему.

***

Ещё не открыв двери в свою комнату, Эйр знала, кого там найдёт. Тайные знаки подсказали Доу, что там непрошеный гость — она оставляла дверную ручку перед уходом под иным углом. Опять этот гвардеец не вовремя. День был не из лёгких, она ездила по всей столице с поручениями госпожи Циан и вымоталась до крайности. Впрочем этот человек не выбирал удобного для неё времени. В прошлый раз Он заявился в день сложного разговора с Ториесом. Нервы Эйр пошатнулись, после их договора она не смогла уснуть из-за приступов паники и активной деятельности.

Заранее раздражённая Эйр открыла дверь и замерла на пороге. На её стуле, закинув на письменный стол ноги, сидел Он. Её рабочая форма валялась на полу, скинутая бесцеремонной рукой. Эйр закрыла дверь, но не отошла от неё. Сложила руки на груди. Губы от злости сжала в линию.

— Мы договорились, что я решу твою проблему к концу месяца, — четко отстаивая свои границы, сказала Эйр.

— Мою проблему? — лениво вскинул брови её предназначенный. Вертя в руках рукоять плазменного ножа и постукивая углепластиком о столешницу, он даже не смотрел на Эйр. — К концу месяца ты обещала спрятать мою метку. И это не моя проблема, а твоя, — напомнил он.

Эйр прикусила язык. С этим парнем нужно быть немного мягче и уступчивее. Ни в коем случае не перехватывая так явно узды управления ситуацией. Хотя Эйр так и хотелось показать ему, что она тоже чего-то да стоит.

— Что-то случилось? Почему ты пришёл ко мне раньше? — раздраженно уточнила она.

Кей поднял голову и оценил расстояние между ними — метров пять. Умная девчонка — держится от него теперь подальше. Взрыв желания им точно не грозит. Жаль, что она недооценивает его возможности. Он спокойно мог и подцепить её плазменным арканом, или швырнуть нож, прицелившись точно в сердце. Перехватив рукоять в кулак, он одним движением встал со стула и сделал пару шагов к Доу.

Кей, щекоча и свои, и её нервы, ответил:

— Решил узнать, как твои успехи.

Эйр от резких движений гвардейца расцепила руки, будто готовясь защищаться, но вопреки своему испугу проговорила:

— Пока никак. Я бы предпочла прийти к тебе сама, если какие-то новости появятся, но ты не оставил мне ни своего имени, ни возможности найти тебя.

Гвардеец улыбнулся той самой кривой улыбкой, заставляющей её мысленно скулить. Эта его обжигающая красота в сочетании с холодной жестокостью начинала подтачивать её силу воли. Почему? Это ведь нерационально, она просто не может и не должна испытывать к нему этого чувства влюблённости.

— Не хочу, чтобы ко мне вели хоть какие-то ниточки в том случае, если ты облажаешься, — Кей и правда считал, что сообщать ей своё имя слишком глупо.

— Пока твоя метка не замаскирована, шансов, что ты облажаешься, куда больше. Я же не жалуюсь, что ты знаешь мое имя и местоположение и что в любое время можешь заявиться сюда без предупреждения, подставив меня, — ей хотелось банального равноправия, честности между ними. Но чертов гвардеец, Эйр до сих пор не придумала ему иного прозвища, тянул одеяло на себя. — А если бы я пришла сюда не одна? — она попыталась припугнуть его.

Сегодня девчонка вела себя гораздо наглее, наверное, от этого Кей нашёл в себе силы подойти к ней ещё ближе. Почти на расстояние метра, чтобы лучше напомнить о проблемах в своём лице.

— Эйрин, если бы ты имела привычку водить к себе в комнату кого попало, я бы об этом уже знал, — обводя взглядом её тонкую шею, обманчиво доверительным тоном сказал он. От прищура желтых глаз по спине Эйр пробежали мурашки.

— Уже ревнуешь? — уточнила она, не отведя наглых зелёных глаз.

Кей скривился. С этой стороны он пока не рассматривал ситуацию, да и не очень хотел начинать. Агр его знает, к чему всё это приведёт. От его вожделения полшага к собственническим замашкам, и он, кажется, уже начал пересекать эту тонкую грань.

— Следить за порядком среди прислуги — моя прямая обязанность, — пояснил Кей так, чтобы Эйрин не воображала себе невесть чего.

Девушка выдержала его пристальный взгляд, Кей же напомнил себе, что такая близость опасна прежде всего для него. И решил, что на сегодня хватит.

— Через неделю я вернусь. Надеюсь, тебе будет что мне рассказать, — Кей вышел из комнаты беспрепятственно.

Эйр, задумавшись, нервно дернулась к своим вещам на полу. Подняв одежду, она обнаружила разорванный и обожженный будто напоказ кофор для волос. Словно ещё одно немое послание от него: «Вот, что может ожидать и тебя!»

В голове гулко звенело от наглости этого человека. Как они могли оказаться предназначенными, когда Эйр прям-таки воротит от ублюдка, намеренно превращающего их взаимоотношения в шантаж с грубыми угрозами? А ведь пару минут назад она готова была повестись всего лишь на его полуулыбку не к месту. Просто потому что они оказались рядом.

Это всё больше и больше противоречило здравому смыслу. Зло швырнув в сторону и порванную тряпку, и другую одежду, Эйр пообещала сама себе, что не оставит этого просто так.

«Следить за порядком среди прислуги — моя прямая обязанность», — повторило её сознание. Она ведь не просто прислуга. У неё тоже есть связи и возможности.

***

Тягучие линии перьевых облаков расчертили небо. Эйрин не раз удивлялась, насколько оно в столице серое и мрачное от смога. Лишь по вечерам и в ясную погоду небо становилось золотым и бронзовым как сейчас. А ещё в столице редко появлялись на своде Облион и Эндера. Но сегодня оба спутника поднялись из-за горизонта и виднелись двумя круглыми серебристыми тенями.

Госпожа Циан, сидя перед панорамным окном, любовалась редким зрелищем: спутники застыли поверх шпилей и крыш столицы. Через маску на лице пожилая женщина потягивала сладковатый дым очередного сбора. Эйр терпеливо молчала, ожидая, когда госпожа закончит свои процедуры. Лишь песочные часы, наполненные не золотой пылью, а мелкими камнями, постукивали, отбивая время, заложенное на это.

Эйр знала, что во время процедур Циан становится немного мягче и рассеянней. Это лучшая пора, чтобы затеять разговор. Украдкой вдыхая запах, заполнивший комнату, Эйр отметила, что сегодня это была незнакомая смесь. На поверхности ясные ноты «Серэя» — легкого болеутоляющего из колоний Бета 4, что-то недалеко ушедшее от «Сиреневого тумана». Полулегальный препарат с легким дурманом. Но за ним тянулся сладкий привкус муската — скорее всего что-то более тяжелое. Эйрин задержала дыхание, стараясь аккуратнее вдыхать этот аромат. Если бы госпожа Циан так потребляла яды, Эйр уже давно, по капле выработала бы иммунитет ко всем.

Официально госпожа лечилась от нескольких заболеваний, обычных для её преклонного возраста. Но не брезговала и стимуляторами разной степени легальности, и препаратами «красоты». В букете лекарств и ингредиентов, что ей поставляли, встречались очень разные. Даже Эйр иногда гадала, что за этим всем скрывается. Сама госпожа Циан запрещала ей говорить кому-либо даже о половине из них, тем более секретарю Императора. Что подтверждало догадки Эйр о том, что это все неспроста.

Циан наконец сняла маску, её личная распорядительница с поклоном перехватила поднос и унесла препарат. Госпожа расслабленно, но крайне устало спросила:

— В чем дело? Надеюсь, это что-то достаточно серьезное, чтобы беспокоить меня в такое время.

Эйр поклонилась, опуская голову, чтобы не встретиться со старухой взглядом:

— Господин Кравиц сообщил, что, к сожалению, запасы белого кридия закончились. Следующая поставка будет не раньше, чем через три месяца.

Госпожа Циан досадливо цыкнула. Эйрин знала, что она заказывает этот компонент каждый месяц. Средство для кожи. Не самое эффективное, зато популярное и редкое, оттого неоправданно дорогое.

Эйр поняла, что её не спасёт расслабленность Циан после препарата. Та раздражена. Циан предпочитала пользоваться только проверенными поставщиками, умеющими держать язык за зубами. К тому же она приказывала так перемешивать заказы, чтобы фармацевтам было сложно определить финальный препарат. Эйр, не зная переплетения интриг при дворе, могла бы принять её мнительность за паранойю. Но после истории с Ториесом в чем-то даже понимала.

Она напряжённо помялась, прежде чем продолжила:

— Кридий выращивают на другом конце Иттеры недалеко от города, где я выросла. Новый урожай поспеет и ферментируется действительно только через пару месяцев. Пока его доставят в столицу и пока состоятся аукционы среди торговцев, пройдёт ещё больше времени, — Эйр старалась быть убедительной, и госпожа Циан начала внимательно её рассматривать, будто видит впервые. Девушка взяла паузу, чтобы набрать воздуха перед следующей фразой, судорожно думая, где же просчиталась, ведь старуха смотрела на неё так, будто уже уличила во вранье. — Мой отец имел прямые поставки от местных фермеров, выращивающих кридий. Используя эти связи, уверена, что смогу купить небольшой запас прошлогоднего урожая для вас.

Госпожа помолчала, будто взвешивала слова Эйр.

— И в чем же вопрос цены? — сухо и по-деловому спросила Циан.

Эйрин украдкой расслабила плечи и выдохнула.

— Ни в чем. Думаю, смогу сторговаться с ним на той же сумме, по которой мы делаем закупку у Кравица. Всё-таки фермеры привыкли торговать по оптовой цене, значит получают от торговцев гораздо меньшие деньги, чем платим мы.

Госпожа с недоверием хмыкнула, выдерживая вопросительную паузу, чтобы узнать, в чем же тогда выгода девчонки. Эйр снова опустила глаза, словно набираясь храбрости. Ей нужно было сыграть перед госпожой убедительно.

— Я предпочла бы сама отправиться туда, договориться о сделке и вернуться с препаратом. Если мне предоставят транспорт, все это займёт не более недели.

Старуха с одобрением кивнула и внезапно задала на первый взгляд неуместный сейчас вопрос:

— Как дела у твоей матери и братьев? — она никогда не интересовалась семьёй Эйр.

Эйр замолчала, будто пойманная на воровстве за руку, демонстрируя наконец свою заинтересованность в поездке. Выдохнув, она ответила достаточно честно:

— Мать тяжело пережила скандал с налоговым чиновником и подорвала своё здоровье…

— И ты, конечно, хочешь её проведать?

Эйр встрепенулась, словно её задели по живому. Честность проще всего разыграть, когда и вправду не врешь. Она поспешно заверила:

— Одно ведь не мешает другому? Обстоятельства просто так складываются…

Старуха лукаво прищурилась:

— Действительно, тем более ты достаточно долго у меня работаешь, чтобы получить небольшой отдых.

Эйр с благодарным блеском в глазах посмотрела на госпожу и склонила голову. Сердце в груди безумно билось от того, что у неё получилось добиться своего, не до конца раскрыв всех мотивов.

Уговорить госпожу не так сложно, когда ваши интересы совпадают. Эйр уже усвоила для себя полезный урок после истории с Ториесом. Циан умеет двигаться с течением, находя выгоду по пути и выжимая её до последней капли.

***

Хмель прокатился по горлу обжигающей волной, упал свинцом в желудок и растёкся по мышцам расслаблением. Кей, осушив до дна стакан, стукнул им по дереву стойки и поднял снова, без слов заказывая ещё один у бармена. Алкоголь — единственный допинг, дозволенный его касте. Всё иное либо под строгим запретом, либо попросту не действует.

Сегодня он пришёл в бар с одним желанием — забыться. Обычно он хотел в пьяном угаре перестать вспоминать прошлое, яркими вспышками мерцавшее перед глазами. Ту ночь, когда его жизнь оборвалась и изменилась. Но сегодня был другой повод.

Зеркало, отражавшее полки с алкоголем, поймало взгляд Кея. Хмурый черноволосый парень с щетиной смотрел на него исподлобья. Полумрак бара обрисовал его впалые скулы, тени под глазами казались зловещими, поблёскивали золотистые глаза. Получив новую порцию напитка, Кей салютовал своему темному отражению. То искривило губы в полуулыбке, доказывая Кею, что это он.

Сторм уже привык жить одной целью, избегая привязанностей, не видя иного пути. Но то искусственное чувство к девчонке напомнило ему что-то из прошлого. Это и злило. Кей никогда не думал, что его можно настолько легко зацепить. Жажда плоти впервые мешалась с чем-то нежным, с чем-то, что заставляло его чувствовать себя слабаком.

— Сегодня пьёшь один? — хмыкнул человек рядом с ним. Знакомый голос.

Кей оглянулся и встретился взглядом с ещё одной привязанностью, от которой бежал. Ростом с него и такой же поджарый, но ни капли не похожий на Сторма, будто их слепили из разной глины. Голубоглазый, с прямыми каштановыми волосами Ник, несмотря на жесткие тени бара, улыбался мягко, его лицо вообще трудно было представить зловещим. Так было с детства: Ник мог покорить любого своей улыбкой, Кей же всегда оставался рядом с ним молчаливым и злобным мальчишкой. Его улыбку скорее принимали за диковатый оскал.

— Какие-то проблемы? — небрежно проговорил Кей в надежде отвязаться от бывшего друга.

Тот беглым взглядом оценил степень опьянения.

— По твоему виду — всё на грани, — беззлобно хмыкнул Ник. — В чем дело?

Кей покатал во рту остаточный привкус алкоголя. На Ника нельзя было злиться, он всегда был таким — открытым и правильным, рядом с ним Кей и вправду чувствовал себя куском дерьма. Он посмотрел через плечо на дальний столик, где гудела компания, от которой отделился Ник. Кэрри, с которым тот теперь был неразлучен, и несколько девчонок, смеющихся над его глуповатыми шутками.

— Вали к своим, пока Валтовски не распугал всех девиц байками о службе.