Глава 9 (2/2)

Хотя нет, одна причина все ж таки есть. Мне чертовски стыдно за своё вчерашнее развязное поведение. Я же сам готов был на член альфы насадиться… С другой стороны, на такой член грех не насадиться!

Пока я был погружен в свои душевные метания, не заметил, как сопение над ухом стало не таким глубоким. Я понял, что Айзек проснулся, только когда к шее сзади прижались в робком и невесомом поцелуе.

Неловко перевернувшись сначала на спину, а потом на другой бок, я оказался лицом к лицу с альфой.

— Мне не стыдно, потому что это было охренеть как хорошо! — решительно выпалил, хотя уши и щеки полыхали от смущения.

— Мне тоже, чертёнок. — Айзек с облегчением выдохнул и улыбнулся.

Неужели боялся, что я ничего не запомнил и поутру испугаюсь его в своей кровати?

— Да и стыдиться абсолютно нечего, ты прекрасен! — Альфа поднёс мою руку и нежно поцеловал тыльную сторону.

Я не мог не заметить вопрошающего взгляда в свой адрес. Айзек как бы хотел понять, позволю ли я продолжиться тому, что произошло вчера в пьяной горячке. Ответом ему были мои губы, коснувшиеся губ альфы в сладком поцелуе.

— Как бы я ни хотел провести с тобой весь день в постели, скоро закончится завтрак. Поэтому, если не собираемся объявлять голодовку, нужно поторопиться.

После этой ночи моё отношение к Пророку значительно изменилось. Я никогда его не рассматривал в качестве объекта сексуальных желаний. Да, отмечал про себя, что у Айзека отличные внешние данные, а феромон крайне приятный для моего обоняния.

Теперь можно смело говорить, что он разбудил мою омежью сущность, которая по причинам происходящего ранее в мире пиздеца, до этого находилась в летаргическом сне.

К альфе безумно тянуло. Пока мы, сделав утренние гигиенические процедуры, собирались на завтрак, мне постоянно хотелось его коснуться. Огладить рельефную спину, переплестись пальцами, прижаться к твёрдой груди… Несколько раз я все же уступал своим желаниям, неловко прикасаясь к Айзеку. Альфа на это счастливо улыбался и чмокал меня в губы или щеку.

Я бы и весь оставшийся день не отлипал от Пророка, но, во-первых, у каждого из нас были свои дела. Не мог же я хвостом таскаться за альфой по лагерю. Во-вторых, если наедине с Айзеком я ещё мог проявлять свои романтические чувства, то при посторонних было слишком неловко. Да и провоцировать других альф не очень-то хотелось.

Пожелав друг другу хорошего дня, после завтрака мы разошлись. Я направился в салон, чтобы проверить, как поживает мой товарищ по пьянке.

Себя я чувствовал прекрасно, голова была ясная и ничуть не болела. Надеюсь, Сэмвелл тоже в норме.

Идти по лагерю без сопровождения было немного боязно, но мои опасения оказались напрасны: альфы либо улыбались и подмигивали, либо вежливо здоровались, иногда делали и то, и то. Но никаких опасных поползновений в мою сторону не было.

Когда я зашёл в салон, Сэм занимался полировкой зеркал. Голова альфы была перемотана то ли шарфом, то ли платком. При каждом движении ею Сэм заметно морщился. Что ж, видимо, это мне повезло, раз не ощущаю никаких последствий распития вчерашней бутылки.

— Хотел бы пожелать доброго утра, но вижу, что это бессмысленно. — Видимо, парень не заметил моего прихода, так как испугался и резко обернулся, сразу хватаясь за виски.

— Это смотря с какой стороны посмотреть. — Проморгавшись, Сэм лучезарно улыбнулся.

Мне причина этой радости была не совсем ясна. Мазохист он, что ли?

— Сегодня первый мой день в статусе парня Мати.

Сказать, что я обалдел, ничего не сказать. Из головы совсем вылетело вчерашнее признание Сэма. Что же у них там такое произошло вчера по дороге в общагу?!

— Рассказывай! — Я уселся на один из офисных стульев. Посетителей все равно пока не было, а зеркала могут и подождать.

— Да нечего особо рассказывать. — Я с удивлением заметил, как лицо Сэмвелла начало краснеть.

И вот этот парень мне вчера так уверенно угрожал опаской? Радует, что я не один такой стеснительный, оказывается.

— Не особо помню, что вчера происходило. В памяти всё отрывками. Мати вёл меня, точнее сказать, нёс, поддерживая под руку. А я почему-то решил, что это всё ещё ты. И продолжил изливать душу. Как сердце при его виде замирает, а потом начинает бешено колотиться, как ноги от запаха начинают слабеть и подкашиваться… Короче, много чего вывалил. Потом помню его удивлённый взгляд и гробовое молчание. Я понял, что это не ты, и, кажется, разревелся. А Матео вытирал пальцами мои слёзы и что-то говорил, не могу вспомнить. Потом помню, как мы целовались в ангаре… А после секс в одном из внедорожников. Собственно, мы там утром и проснулись.

Сэм прервался, прикладывая ладони к горящим щекам. Было видно, как сверкают счастьем глаза альфы.

— Утром мы договорились, что между нами никогда больше не будет никаких секретов. И что мы теперь пара. — Нельзя было не улыбнуться в ответ на заразительную улыбку Сэма.

Да и сам я был в отличном расположении духа. Больше побездельничать нам не удалось, так как в салон явился Мастер. И весь последующий день я посвятил работе в салоне. Не все же доку с Адамом меня гонять. После ужина мы с Айзеком договорились встретиться у меня в комнате.

Я принял душ, помыл волосы с тем средством, что вчера принёс Сэм. Высыхая, они и правда становились намного мягче. Но почему-то Пророк запаздывал. Это начинало немного нервировать, и чтобы как-то себя успокоить, я стал разбирать сумки с «гостинцами».

От раскладывания вещей по полкам шкафа меня отвлёк непривычный шум на улице. Обычно в такое время лагерь уже спит. И можно только изредка услышать голоса или звук проезжающих автомобилей на улице. Но сейчас в приоткрытое для проветривания окно доносился гул множества людей.

Решив выяснить, что же такое стряслось, что собрало весь лагерь, я накинул на себя худи и вышел.

У въезда находилось две машины, видимо, одна из групп вернулась с вылазки. Там же стояла группа альф и они что-то рассказывали доку и Айзеку, активно при этом жестикулируя. Их окружала толпа, в которой как по сломанному телефону передавалось каждое слово.

Всеобщее волнение охватило и меня. Поэтому, активно работая локтями, я стал пробираться к Пророку. Но стоит отметить, что альфы и сами расступались, при виде кто их пихнул в бок.

— Что-то произошло? На них напали?

Иначе я не мог объяснить причину такой активности. Но смущало то, что слишком возбужденно и радостно выглядели прибывшие с вылазки.

— Нет, Ричард, хвала всем богам, этого не случилось! — Доктор Томпсон выглядел ещё безумнее, чем обычно.

От его взгляда меня пробрало холодом, а по коже побежали мурашки. Док же продолжил:

— Ты не единственный! Не единственный омега, которому удалось выжить!