Испорченный сюрприз (2/2)

— Где здесь ванная комната? — Девушка смотрит на своего мужа, но не слышит его. Приближается медленными шагами, а этот падлец, как назло отходит назад, но кухонный стол становится ему приградой. Широко улыбается, приближаясь, нагло кладет руки на плечи, утягивая корпус мужа на себя, сладко целуя.

— Ты что-то, ммм, спрашивал? У меня? — Подбирает губы, языком стирая оставшуюся помаду. Майклсон нагло улыбается, сжимая ягодицы жены. Зарывается лицом в волосы, нежно оттягивая и прикусывая кожу на шее.

— Да, про ванную, но я могу вымыть руки здесь. — Целует снова, но уже в лоб. Моет руки в раковине, смешно стряхивая капли с ладоней. — Поговорим, пока будем готовить?

Теперь она кивает головой с каким-то трепетом.

И они говорят. Обсуждают ничего и всё на свете. Их детство, смешные моменты, чувства по этому поводу, братьев, сестёр, Хейли рассказывает, что эту квартиру подарил ей отец на её совершеннолетие, Клаус повествует о сложном моменте из его жизни — смерти его младшего брата Хенрика. Говорят, не замечая, как их еда начинает гореть в духовке, замечают это, когда уже становится поздно.

— Чёрт! — Открывает духовку, пока мужчина достаёт протвинь одним полотенцем, вскрикивая от жара метала и кидая его на стол. Хейли быстрыми движениями смакивает другое полотенца холодной водой, прислоняя его к горячим подушечкам пальцев. — Ожогов не должно остаться и покраснение должно скоро сойти. Не получился у нас семейный вечер… — на конце предложения уже смеётся.

— Заказам пиццу, вино и ляжем смотреть кино? Чем тебе будет не семейный вечер?

— Я сделаю заказ, дорогой.

Дорогой смотрит вслед своей жене, потирая пальцы рук.Он никогда и подумать не мог, что станет таким домашним. Но, ему это до чертиков нравится, собственно, на столько же его это и пугает.

Милая, а мне вот интересно, а ты помнишь нашу первую ночь? — Прижимает ближе, укрывая лёгким пледом. Кормит со своих рук куском пиццы, ближе снимая к себе.

Интересно, это он про какую ночь? Ночь их знакомства после совершенной свадьбы, на которой они даже не смогли познакомиться, а полные их имена они прочли на документах о брачном договоре. Или про их первый раз, когда они решили по обоюдному согласию напиться, а потом советоваться, так, ради интереса.

— Ты про ту ночь после свадьбы, когда мы оба завалились в кровать пьяные, не снимая одежду. Или про тот раз, когда мы вновь напились, но ещё при этом умудрились заняться сексом и зачать Хоуп после этого ты ещё и свалил в ненужную командировку на две недели. Очень надеюсь, что это не станет традицией.

Зоркий взгляд и весёлый смех разносится по спальне. Так значит она помнит предостаточно. Помнит, но не презирает. Хорошо.

— Во первых, королева моя, я про ту ночь, где твоё свадебное платье чуть не задушило меня. Не понимаю, как ты вообще умудрились его выбрать? Во вторых, эти командировки были важны! А раз уж ты начала тему с первым нашим сексом, то ты была слишком зажатой, — как только открывает рот в гневном монологе, её затыкают куском пиццы. — Я думал, что сделал тебе больно!

— А как может быть не больно в первый раз? — Клаус ахает, задирая на секунду на месте. В смысле в первый раз? — Ты что, была девственницей? Я думал, что вы со своим бывшим…

— Все так думали, — достаёт из-под кровати бутылку вина, отпивая жидкость. — Если коротко, то я занималась с Кристофером сексом, но зачастую орально. Он хотел по всем традициям и до свадьбы ни ни, ну, а про другие способы развлечений никто не говорил.

Вот так, просто, лежат с друг другом и разговаривают на такие откровенные темы со смешками и сарказмом.

— А у тебя с кем был первый раз и во сколько?

— Ох, королева моя, это была интереснейшая история. Которую, я тебе сейчас поведаю.