Незапланированная беременность. Часть 2. (2/2)

Предвестник приподнимается, принимает сидячее положение, вынуждая сесть и Люмин. Он отчетливо слышит, как кипит чайник в соседней комнате, как стучат чашки о деревянную поверхность, так же как и слышит ее всхлипы и тихое бормотание.

- Я буду с тобой, несмотря ни на что. Никто меня не разлучит с тобой и не заберет, если ты сама от меня не откажешься. Я пойду за тобой даже в Пепельное море, направлюсь в Бездну за твоим братом, если придется! Лишь бы видеть твою улыбку и золотые очи. Могу перечислить все, что писал сестре и она мне о тебе в самых любопытных вопросах!

- Аякс, прошу... - белокурая всхлипывает, но прижимается к нему ближе, пряча лицо.

- Я не прекращу, пока ты не успокоишься. Так что, если хочешь от меня избавиться - серьезным, но не грубым тоном, сообщает рыжеволосый, целуя ее в макушку - или чтобы я замолчал, то прекращай плакать и попытайся поспать, принцесса.

- Я не хочу... не хочу, чтобы... - Люмин прячет лицо в его плече, вздрагивая от теплой ладони, что скользнула по ее волосам.

- Тогда, попытайся уснуть, после того, как Чжун Ли принесет чай, а я пока попытаюсь вспомнить какие-нибудь рассказы или колыбельные, чтобы ты задремала. Поэтому ты не против пару минуток молчание от меня? Или мне рассказать тебе что-то глупое? Чтобы, принцесса, послушала просто мой голос?

Девушка быстро закивала головой, чувствуя тяжелый подбородок на своей макушке и как крепко ее сейчас обнимает юноша, когда целует в лоб. Люмин засыпает почти моментально после выпитого чай, в тот самый момент, как Чжун Ли задергивает шторы, а Паймон убирает чашки с чаем, пытаясь сдержать зевоту. Архонт заставил всех выпить этот чай, даже Предвестника, что что-то шепчет на ухо девушке. Предвестник краем глаза следит за действием общего друга, когда он достает из какой-то сумки небольшую курильницу и благовония. Мужчина кратко и тихо рассказывает, что собирается делать, прося предварительно Аякса не шуметь и не будить девушку, если что-то пойдет не так или она начнет ворочаться, просто пытаться удержать ее во сне, пока Архонт не покинет ее дрему.

Уже ”утром” путешественница зароется носом в плечо любимого, вынуждая того распахнуть тяжелые очи. Сухим голосом она будет просить прощения, пытаясь сдержать слезы. В ответ на извинения отвлекаясь от своей речи Люмин будет тонуть в теплых объятиях и поцелуях в щеку, что желают смахнуть ее слезы. Предвестник поможет ей встать, дойти до кухни, где за столом сидит Паймон с Чжун Ли, просто изучая взглядом поздний завтрак, что больше похож на остывающий обед. Малышка и Архонт с немым вопросом посмотрят на пару, мягко улыбнувшись растрепанной и сонной рыжей макушке и покрасневшей от слез и стыда деве, приглашая за стол. Беседу будет вести Моракс, наблюдая украдкой за парой, не спрашивая о положении и решении девушки насчет жизни под ее сердцем. Это не его дело, точнее, не он должен сейчас его обсуждать, а они вдвоем и наедине, даже без малышки Паймон, что крепко обнимает Люмин, а после садится к ней на колени, пока Предвестник не просит ее пересесть.

🦉 Дилюк 🍾</p>

✨ Первый кто узнает о беременности девушки ”виноградного магнат” узнает никто иной, как сводный брат - Кэйа. Девушка сама решит ему рассказать, через несколько недель, как узнает о своем положении.

✨ Люмин будет пытаться разузнать у капитана как правильно преподнести информацию и просить его поддержки, пока она не сообщит Дилюку о малыше. Рыцарь не откажет в помощи, но мало ли чем сможет ей помочь с ”донесением” - ”Светик, ты должна сама ему рассказать, когда будешь готова.” Он будет лишь ее сопровождать и помогать ей, пока отец малыша в неведенье.

✨ И этот добрый жест не ускользнет ни от кого. Весь город начнет шептаться о разрыве между Почетным рыцарем и королем Мондштата или публичной измене, друзья будут упрекать ”пару” в своих действиях, а сам Дилюк прожигать Кэйю в ”Доле ангелов” взглядом, когда тот заходит выпить. Синеволосый не расскажет даже о происходящем под угрозами, не то, что хмурым взглядом, пусть брат хоть оставит от него горстку пепла, но пока Люмин не готова, поэтому они даже словом не обмолвятся друг с другом.

✨ Кэйа уйдет тут же, как на него цокнут, мол: ”Пришел глаза мастеру Дилюку мозолить или...?”, ведь он привык к сплетням и клевете, потерпит их и в свою сторону, как и рычание последнего близкого человека. Только, когда эти языки затронут девушку, они оба направят свой гнев на клеветника.

✨ Живот путешественницы начнет немного выпирать - новый поток слухов, от которых красноволосый захочет сбежать, не смотря в сторону девушки. Они ссорились только из-за частых встреч Люмин с капитаном, так что к тому моменту будут избегать друг друга. Дилюк не хочет искать на теле девушки ”свидетельства” измены или беременности - глубоко в душе верит ее словам, что между ней и Кэйей ничего нет, он просто, как друг составляет ей компанию, и просто сжимает ладонь, когда все эти слухи сводят ее с ума, пока возлюбленного нет рядом. Но все мы знаем, что такое ревность.

✨ Уже к тому моменту белокурая и синевласый, поймут что пора рассказывать - Люмин не выдерживает слухов, время слишком быстро идет и, чем дольше она скрывает, тем тяжелее будет сказать. Да, и взгляд на Полуночного героя, что теперь активничает гораздо чаще, становится просто невыносимым.

✨ Вероятно, они явятся на винокурню рассвет. Держась за руки, войдут в дом, наплевав на все. Они прошли сюда слыша все оскорбления, что только возможно услышать, выдержать и взволнованные взгляды прислуги, даже холод Драконьего Хребта, что встретится им в рубиновых очах хозяина дома.

✨ Говорить начнет Кэйа, закрывая собой девушку, после долго молчания и гнева от Дилюка, которому все это надоест и он просто ждет вердикта в его отношениях с Люмин, что ни слова не скажет, держа ладонь на животе.

✨ Юноша выслушает ”красивую сказку” от сводного брата, что начнет историю не с начала, а с конца - с кабинета, в котором они сейчас находятся.

✨ - ”А теперь выслушай меня, братец. Я поведаю тебе о сомнительной авантюре, которая происходит в течение несколько месяцев. В ней одна белокурая девушка дрожит от страха и слова не может сказать в кабинете своего возлюбленного. Ведь один благородный рыцарь помогал ей терпеть весь этот ужасный лепет и шепот города, дабы она была готова сообщить любимому одну весть. Но ее одолевали сомнения, что он ее тут же бросит или откажется от принятия фактов. Ведь любимый - уважаемый в городе господин днем и благородный герой по ночам, которого все это может отяготить и также оклеветать. Из-за чего и она обратилась к этому рыцарю, что знал героя с детства, за советом и помощью. Посоветовать он ей ничего не мог. Но пообещал быть рядом и поддерживать деву, пока она не только будет готова рассказать обо всем своему любимому, но и к любому его решению. Так что, как тебе красивая сказка, Дилюк, про двух влюбленных и рыцаря, что помогал девушке справиться со слухами и сплетнями, пока ее возлюбленный не знал про ребенка под ее сердцем?”

✨ Владелец винокурни тут же измениться в лице, по-новому взглянет на Кэйю и Люмин, ожидая, что это все шутка. Но девушка продолжает прятаться за спиной капитана, боится взгляда любимого человека. Кажется она абстрагировалась от всего, не слышит ничего, ждет когда все закончится. Путешественница вздрогнет, когда заскрипит стул, а капитан кавалерии отойдет в сторону, чтобы брат заключил ту в объятия.

✨ Дилюк извинится за все, что успел наговорить, попытается успокоить и утешить, пообещав, что нагонит упущенное, крепко прижимая девушку к себе, краем глаз замечает, что сводный брат покидает отцовский кабинет. Кэйа не покинет винокурню, он выйдет из кабинета, чтобы попросить горничных приготовить для путешественницы какао и комнату, если ей придется лечь в гостевых покоях.

✨ Позже, уже утром, пока Люмин будет сладко спать, он расскажет о покупках, что сделал вместе с девушкой, дабы подготовиться к рождению ”племяша”. Возмутиться как протекала все это время беременность, чтобы мужчина знал, что пропустил и с чем ему еще придется столкнуть. И да, для Кэйи будет удивительно получить продолжительную скидку на различные спиртные напитки в таверне. Но он ей не будет пользоваться, зная, что иногда ему придется продолжать сидеть с Люмин, по привычке слушая о ее переживаниях насчет беременности, не говоря о том, что возможно, он будет нянькой.

✨ Дилюк не будет даже возмущаться насчет бесед с капитаном, ведь долгое время только он и Паймон обо всем знали. Он лишь будет желать присутствовать во время таких бесед, либо выслушать после краткий пересказ, дабы знать, что его любимую так волнует. Помимо того, что он не может сбежать от бумаг или был ранен во время ночного патруля (часы патрулирования он сократит, а от бумаг сбегать будет трудно)

✨ Король Мондштата будет использовать каждую свободную минуту и любой перерыв, дабы провести его рядом с Люмин. Будет гулять с ней по улицам Монда или вдоль Сидрового озера, встречая ее с Кэйей, что тут же побежит на работу. Покупать какие-то детские вещи или перебирать свои на чердаке. Вечерами после плотного ужина, юноша читает ей у камина в гостиной или прямо в постели, целуя ее ладошку и нос, когда она засыпает. И если, он ночью выйдет в патруль, то по возвращению обнимает девушку, засыпая, уткнувшись носом прямо в ее ключицу или живот (Кэйа не раз наблюдал такие обнимашки - он же нянька для беременной)

***</p>

Время близилось к ужину, когда девушку настиг голод, а возможно ее компаньона. Люмин точно не могла сказать, кто первый из них проголодался - она или Паймон, когда оформляла заказ в ”Хорошем охотнике”, а Сара ей мило улыбалась. Девушка из вежливости спрашивала ее о делах и погоде, не затрагивая больную тему, но точно обсуждая ее без ведома путешественницы, как и другие посетители.

- Смотри, кого ветром принесло! Кажется слухи не врут.

- Какие слухи? - спрашивает вторая девушка за столиком где-то справа.

- Говорят, что Люмин не только изменила мастеру Дилюку с капитаном кавалерии, но и залетела от него - продолжила первая или кто-то еще, путешественница точно не могла сказать.

- Вот же шл!...

- Она слышит.

Паймон отвернулась также быстро, как повернулась на говорящих, чтобы узнать реакцию подруги на все это. Белокурая пыталась не дергать головой и спокойно изучать меню, но было видно, что ей нелегко игнорировать эти сплетни.

- Бедный мастер Дилюк, она изменила ему, да, еще и залетела.

- Как он вообще мог ее полюбить? И почему до сих пор ее не послал восвояси?

Люмин дергается, когда малышка кладет свою маленькую ладошку на девичье плечико.

- Может закажем мясо с морковкой в другой раз? Тут слишком шумно, пойдем в ”Кошкин хвост” или сами что-нибудь приготовим!

- Ну, что вы, сегодня тут тише, чем обычно - заявляет Сара, для того чтобы понаблюдать за ”шоу”, либо не потерять постоянного клиента.

- Нет, Паймон права, тут слишком шумно - Кэйа выскочил не пойми откуда, подхватив Люмин под руку, грозно улыбаясь собеседнице и сплетницам, быстро поворачивает на них лазурный глаз - мы пойдем в ”Кошкин хвост”, уверен, малышка Ди нам приготовить что-нибудь вкусное и полезное, не пересоленное слухами. Решено, Светик, идем!

Девушка растеряно посмотрела на капитана, что уводил ее прочь, прихватывая с собой Паймон, что грозно посмотрела на сплетниц и показала им язык, бросив что-то обидное насчет их мнения о Люмин и любви владельца винокурни, раз те затихли.

- Спасибо - промямлила девушка, быстро смахивая слезы.

- Ну, что ты, Светик? Я всего лишь спас даму в беде. Поступил, как настоящий рыцарь - улыбнулся тот, посмотрев в сторону ворот, где также шептались люди, и сжав ее ладонь - лишь бы посплетничать, как сорокам, им не понять всего, они Паймон за человека не воспринимают.

- Эй! Это обидно! - воскликнула феечка.

- Ну, так что, берем еду на вынос у Дионы и на наше старое место?

- Да, конечно.

Малышка встретила их с недоверием и немного с презрением, в основном из-за присутствия капитана - юноша сразу обозначил, что не будет пить, но заказ все же приняла, вручив им парочку безалкогольных напитков. К удивлению капитана Диона обозначила, что их может пить даже будущая мамы, а белокурая никак на это не отреагировала, принимая пакет с едой и мило улыбаясь.

- Ты ей рассказала? - поинтересовался юноша, когда они выходили из здания.

- Я помогала ей собирать хвосты ящериц неделю назад, дабы она вновь попыталась разрушить алкогольную индустрию. Ну, и малышка подметила, что мне немного некомфортно делать некоторые телодвижения, а Паймон злая на убежавшую ящерицу проболталась - Люмин кивнула на летящую впереди феечку, мило улыбнувшись - по какой причине и прочее Диона не знает. Ей было неинтересно спрашивать, а я рассказывать не стала.

- Видимо этот котенок считает, что так вы вместе насолите общему врагу. Но мы ее переубедим - улыбнулся капитан, двигаясь по мосту спиной - возможно.... Она уже понимает, что ты не хочешь это обсуждать.

- Возможно - кивнула девушка головой, убрав руки за спину - а может, догадывается. она смышленая девочка.

- Значит, когда пойдем выбирать завтра мебель или одежду, посмотрим что-нибудь для коктейлей Дионы. Может она сможет что-то приготовить из детского питания.

- Это не ты должен делать.

Люмин помотала головой, посмотрев на небо, где уже появлялись первые звезды.

- Но я все же делаю, не хочу чтобы мой племяш или племяшка появились на свет без всего необходимого - хмыкнул юноша, легонько толкнув ее плечиком - вы с Пай не должны проходить через это в одиночку, к тому же, не думаю, что вы сможете собрать самостоятельно кроватку.

- Скоро слухи о беременности перестанут ими быть, покупая мебель и игрушки, мы лишь ускорим...

- Знаю, все всегда начинается со слухов и ими может и закончиться, скажу лишь одно, Дилюк слышал о твоем положении. Вчера я заходил ненадолго в таверну, и он на входе прожег меня таким взглядом, а после отвернулся и до конца своей смены даже в мою сторону не смотрел.

Девушка замерла посреди дороги, понимая, что этого стоило ожидать, и о чем ее любимый мог подумать. Они не разговаривали друг с другом около месяца, вновь поссорились из-за частых встреч Люмин с синеволосым и каких-то недомолвок, что были ”приправлены” большим количеством сплетней. Тогда животик еще не выпирал, когда путешественница ходила по своему номеру при Кэйе в пижамке с блинчиками и клубничкой, и сейчас его скрывало многослойное платье, корсет которого уже несколько недель девушка не завязывала туго.

- Я знаю, что ему нужно рассказать, но я... я боюсь.

- Эй, я буду рядом, Светик, хоть мы с Дилюком давно не говорили, как два брата, но я также им дорожу, как и этим мелким - Кэйа по-доброму ткнул девушку в живот, а после заключил в объятия - мы начали это вместе, вместе и закончим, тогда, когда ты будешь готова, помнишь?

- Угу - шмыгнула Люмин носом прямо в меховую накидку, что за эти три с половиной месяца впитала немало ее слез и соплей, когда нервы давали сбой и хотелось выть и кричать на всю округу, лишь бы прекратился поток всех этих оскорблений, сплетен, косых взглядов и ссор. Она просто жаждет отдыха и любви, тишины и объятий, плюшевых игрушек с мягким пледом и семейного тепла.

- Вы долго еще? Еда сейчас остынет! - прервала их Паймон, уже разбирая пакет у огромного древа.

- Идем! - крикнул юноша, поцеловав Люмин в лоб и вытерев ее слезы - все будет хорошо.

”Все будет хорошо”, как заклятье шептала себе под нос девушка, повторяла за Кэйей, что держал ее под руку, когда они шли к винокурне ”Рассвет”, приобнял, когда Аделинда открыла дверь, закрыл спиной, когда Дилюк прожег ее и бумаги, над которыми работал, взглядом. Живот девушки уже ничем не скрыть за многослойным платьем, пару дней назад она осознала, что не может завязать корсет - платье ей мало. Рассказывать уже поздно, слишком много сплетней и слухов приобретают в голове хозяина дома новый смысл

Люмин не слышит слов друга, не следит за диалогом, смотрит под ноги и дрожит, пока теплые, почти горячие руки не касаются ее плеч, вынуждая поднять голову. Руки в грубых перчатках со всей возможной нежностью смахивают ее слезы. Юноша дрожит, но прижимает любимую к себе, как можно крепче, шепча разные мелочи, которых она сейчас не может расслышать. Путешественница словно глубоко на дне какого-то озера, откуда не может вынырнуть, пока сон не захватывает ее тело.

- Она такая хрупкая и маленькая - подмечает капитан кавалерии, следя за тем, как сводный брат укладывает возлюбленную в своих покоях.

На загорелой коже уже домашняя одежда, видимо, осознал, что его будут в дальнейшем уговаривать остаться на ночь, так что решил не тратить их силы на пустой треп. Вероятно, даже позволил горничным прикоснуться к дорогому меху и кожаным сапогам.

- Но она сильная - заметил Рагнвиндр, усаживаясь на матрас и осторожно убирая белоснежные пряди, словно дева сейчас рассыплется на множество искр - и смелая.

- Не злишься, что она так долго молчала? - капитан не отходил от дверного проема, осматривал комнату.

- Я злюсь, но не на нее - помотал тот головой, тяжело выдохнув - не нужно было на нее давить, и она бы сказала раньше, а не когда обо всем бы затрезвонил город.

- Возможно, а возможно и нет, нам не дано этого знать. Ладно, поговорим утром, не хочу чтобы наша беседа ее разбудила, да и тебе тоже нужно все это переварить и поспать.

Юноша оттолкнулся от проема, о который опирался плечом, грустно улыбнулся, пробежавшись по парочке взглядом.

- Если будешь отдыхать в своей постели, то знай, иногда она ворочается во сне. Я пару раз сидел с ней по ночам, когда твои фанатки терроризировали ее сон.

- Хорошо, буду знать - кивнул Дилюк головой, рассматривая лицо Люмин.

Сводный брат ушел, оставив их одних, позволяя юноше забраться в постель рядом с любимой, поцеловать ее в макушку и крепко обнять, пробиваясь пальцами по ее хрупким плечам и оставляя теплую ладонь на круглом животике.

🍃 Сяо 🍋</p>

✨ Прежде чем это произойдёт, пройдет более года их отношений, где они даже вместе не делили постель. Это не говоря о том, что Сяо может вообще не ведать о методах предзащиты! Так что, вопрос залета был открытый, никто только не знал, когда это произойдет, надеялись, что этого просто не будет.

✨ Вероятно, Люмин прознала о своем положении находясь вне пределов Ли Юэ, либо очень далеко от возлюбленного, тут же решив, что не станет ничего ему рассказывать. Нет, дело не в том, что адепт не ”не способен любить” или не умеет демонстрировать свою любовь. Путешественница понимает - он не готов дарить любовь кому-то еще кроме любимой, что он не сможет дать ее сейчас малышу.

✨ И даже если белокурая сама не готова к этому, она не откажется от ребенка - в этом мире должен быть кто-то еще, кто сможет любить и не бояться Сяо.

✨ Девушка переговорит с Мораксом, если находится вблизи гавани, попросит его иногда присматривать за Яксой, но не говорить о своем положение, оба догадываются, что он возможно будет против. Поэтому лимонноглазый не узнает обо всем вплоть до последних недель беременности или самих родов.

✨ Люмин направится в другой город (если не узнала о беременности в какой-нибудь Инадзуме), чтобы по какой-то нелепой случайности возлюбленный ни о чем не прознал. Так что дева только и будет слышать в свою спину шепотки не только про залет, но и вещи похуже.

✨ Сяо же все эти месяцы будет сходить с ума от тоски, будет желать встречи с ней и тепла. В какой-то момент даже найдет бывшего Гео Архонта, дабы спросить совета. Конечно, о беременности он ему не скажет, лишь о ее делах. Мужчина напомнит, что, если произойдет с ней какая-то беда, путешественница не примерно его позовет. В тот же день Чжун Ли отправит ей письмо, спрашивая ее о самочувствии и возможности приехать, кратко пересказывая ей диалог.

✨ Ответ придёт либо о невозможности прибыть в Ли Юэ из-за поздних сроков, либо о том, что она родила малыша и прибудет сразу, как сможет. Так что Мораксу придется либо организовать небольшое путешествие до какого-нибудь Монда или Снежной вместе с Адептом, либо сообщить ему, что с Люмин все хорошо и она в ближайший месяц прибудет в Ли Юэ.

✨ Адепт будет ворчать, когда Архонт предложит ему покинуть Ли Юэ - ”Смертные не смогут постоять за себя против демонов, а другие адепты не займутся этим грязным делом”. Но он пойдет за ним следом, узнав, что это ради Люмин - Чжун Ли хочет сделать ей сюрприз и раз юноша по ней скучает, то почему бы им самим не прогуляться?

✨ Всю дорогу мужчина будет вспоминать их первую встречу, как он осторожно учил охотника на демонов обычным человеческим вещам, воспитывал. Будет рассказывать, как видел во время перерыва множество детей на площадях Ли Юэ, только Сяо в большинстве случаев будет пропускать все мимо ушей, пока не встретит деву.

✨ Люмин, что минуту назад с улыбкой беседовала с Паймон или со своим другом, удивленно вскинет брови, заметив Чжун Ли и Сяо, которые движутся прямо к ней. На лице мужчины улыбка, а адепта непонимание и шок. Он не сразу придет в себя, лишь когда дева попытается объясниться, придерживая ладонь в районе живота. Юноша многое пропустил, так что сейчас у него не будет времени наверстать упущенное, лишь в быстром темпе подготовиться. Но сперва он покричит или поворчит на путешественницу и Архонта, а после попросит возлюбленную дать ему в следующий раз шанс. Плевать, что на ребенка может повлиять карма, плевать, что он черствый, Сяо должен был знать и быть рядом. Возможно, не каждый день или минуту, но хотя бы иметь возможность в случае чего примчаться к ней на выручку.

✨ Если же, они никуда не шли, то Люмин прибудет с малышом через несколько недель, может месяц. Девушка будет наслаждаться воркованием Ху Тао - шатенка спрашивает ее обо всем вплоть до имени, хоть от Чжун Ли знала все в подробностях. Чудо, что она не проболталась при адепте о беременности или родах, только улыбалась как ненормальная. Чжун Ли же проверяет ребенка на бессмертие, ”присутствие” кармы или иммунитета к ней, подмечая какие черты и от кого малыш унаследовал. Также попытается предположить какой в дальнейшем у него будет, если боги будут благосклонны, глаз бога - но это все домыслы.

✨ К возлюбленному сама белокурая с малышом на руках или в специальной для младенца ”сумке” направиться только после беседы с друзьями, оставив им под присмотр Паймон. Она будет искать возлюбленного недалеко от гавани или постоялого двора, не станет рисковать ни своим здоровьем, ни здоровьем их ребенка. Но так или иначе, дева робко позовет адепта по имени, мило улыбнувшись бирюзовому туману, сквозь который виднеется знакомая фигура. Якса удивленно вскинет брови, крепко сжимая копье в руке - он жаждал этой встречи, он рад ее видеть, но он не может пошевелиться, смотря на возлюбленную и малыша.

✨ Возможно Люмин начнет ему рассказывать о том, что это за малыш, передавая его осторожно в отцовские руки, нежно целуя в щеку. Будет говорить, как сильно по нему скучала, сама с собой соглашаться, что не должна была молчать, что понимает - это неправильно, глупо и опасно. Девушка готова к тому, что Сяо, возможно, откажется от их общего дитя, но девушка все равно попытается передать ему всю ту любовь, что она испытывает к юноше.

***</p>

С Сяо идея для текста была только на ”событие” после рождения малыша, так что как-то так...</p>

Маленький сверток обмотанный лентой золотистого цвета в руках могучего Архонта, что добрым взглядом изучает малыша под бесконечный поток вопросов хозяйки ритуального бюро Ваншэн. Ху Тао скакала от младенца к Люмин, игнорируя просьбы Паймон перестать. Лимонные глазки только и успевают переводить глаза с ”дедушки” на шатенку в шапочке и с хвостиками.

- Как... как ты ее назвала? - спрашивает девушка, словно белокурая до этого не говорила, смотря прямо на малышку, что сжимает толстый палец в перчатке.

- Цинсинь, в честь горных цветков Ли Юэ - ответила спокойно путешественница, ладошкой закрывая рот Паймон.

- Она спрашивает уже в сотый раз! - возмущается та шепотом.

- И спросит еще столько же - Чжун Ли говорит спокойно, рассматривая внимательно пряди бирюзовых локонов, когда освобождает ладонь от маленького пальчика и берет в руки Глаз Бога, одолжил его у Ху Тао - не думаю, что малышка будет обладать Пиро, но могу с уверенностью сказать, что кармический долг отца она не унаследовала. Насчет иммунитета говорить трудно, в пределах нет ничего опасного или на него похожего, дабы это проверить.

- Напомни, почему малыша осматриваешь ты, а не врач?

- Потому что Чжун Ли организовал прощальный путь Властелина камня и знает лучше всех историю Ли Юэ.

Люмин поднялась со своего места, направляясь к мужчине, дабы забрать младенца, который тихонько улюкнул, прижимаясь к матери.

- Так что он должен больше знать про адептов, чем любой другой врач или историк. В Инадзуме никто не смог сказать что-то полезное про карму.

- Хм... видимо в Инадзуме и про хворь не слышали - фыркнула по-доброму Ху Тао - эй, а ты не знаешь как там обстоят дела с....

- Не при малышке! Она хоть и маленькая - феечка грозно посмотрела на самого шумного человека в комнате - но даже Паймон знает, что многое она может понять!

- Бука! - Улыбнулась пирокопейщица - так когда ты ее покажешь отцу? А то не хочется увидеть его недовольное лицо с расспросами. Кхм... Где моя ненаглядная бессмертная?

- Он так не говорит, и мы с малышкой направимся к нему, как только господин Чжун Ли закончит свои наблюдения и сделает выводы.

Люмин посмотрела на бывшего Архонта, что двинулся к рабочему столу, немного хмуря брови. Мужчина выдвинул ящик стола, достав какую-то коробочку и настойку. Последнее было ей знакомо - это лекарство для Сяо, что девушка пару раз ему относила по просьбе Чжун Ли. По словам адепта оно горькое и противное на вкус, так что он неделю чувствует его сквозь сладкий привкус тофу, от него несколько часов мутит и бьет в дрожь от жара. В последнее время, когда он принимал лекарство, то сворачивался в клубок, положив голову на колени любимой, отвлекаясь от дискомфорта ее мягкими и нежными поглаживаниями по спутанным волосам и тихому лепету с ее уст, только для него. Тогда Сяо позволял себе сон, а Паймон долго молчала или обедала в ”Народном выборе”.

Сейчас же феечка в Ваншэн, наслаждается компанией Гео Архонта и хозяйки такого жуткого только на словах места, а Люмин вместе с дочерью стоит под сенью того самого дерева, где видела адепта в последний раз. Короткие локоны, что уже целой копной скрывают ключицу, колышет теплый ветерок, в нем запутался аромат шелковицы и пряностей с кухни Ваншу, а не морской бриз и затихший гром. Заходящее солнце последними лучами целует щеки и плечи девушки, золотит светлые локоны и заставляет пряди малышки светится. Янтарные глаза смотрят на дочь, мягко улыбаясь Цин.

Малышка с неким любопытством смотрит на мать, гадает зачем они здесь, почему опять далеко от жилых домов в полной тишине. Но она не капризничает, спокойно лежит и молчит, прислушиваясь к мелодии ветра. Цинсинь слегка вздрагивает, когда путешественница тяжело вздыхает, поднимает на нее лимонные глаза и внимательно наблюдает.

- Сяо - почти шепчет девушка, крепче обнимая сверток.

Воздух тут же становиться тяжелее и ”грубее”, словно буря нависла над Тростниковыми островами, либо где-то поблизости идет бой. Впереди появляются бирюзовые искры, что в закатном свете окрашиваются в черный. Сквозь свет отчетливо виднеется копье, ладонь появляется раньше юношеского тела и маски. Фигура словно со злостью и враждой смотрит на них, но Люмин знает, за прорезью для глаз застыл немой вопрос и удивление.

- Здравствуй, Сяо - путешественница светло и грустно улыбается.

- Люмин - сквозь маску слышится что-то похожее на рычание, но это просто охрипший голос.

Рука тянется к лицу, поднимает на макушку ненужную вещицу, а после снимает, удивленно смотря на собеседницу. Он не спешит подойти или опустит взгляд, адепт смотрит прямо на знакомое и родное лицо, что заставляет сердце быстро биться. По телу Яксы разливается тепло, тоска и боль моментально исчезают - Люмин словно видение, образ из сказки. На ней нет того знакомого платья, шарфа, что не раз окроплялись кровью. От нее пахнет чем-то новым и давно забытым, Сяо не может разобрать, ветер словно намеренно смешивает этот аромат с шелковицей. Путешественница словно светится в лучах солнца, нежно сжимая ношу на руках, которую Якса не может разглядеть.

Они стоят на разных высотах - звездная странница на возвышенности у золотистого дерева, а охотник на демонов у подножья склона. Не рискнул переместиться прямо возле нее, боялся что видение растает, что его слух обманул, но сейчас она здесь и улыбается чуть шире.

- Я уже думала ты не придешь.

Люмин шепчет, словно звала его по имени не раз. Словно сорвала голос пытаясь до него докричаться. Только это ”колючая” фраза заставляет его нырнуть в прошлое, в первый праздник Морских Фонарей, что они встретили вместе. Якса думает забыть о гордости и сорваться с места, заключить деву в объятия, но ветер доносит новый источник - аромат незнакомый с примесью цветов, что аккуратно вплетённые в пшеничные локоны. Он где-то в близь девушки, как и какой-то тихий звук. Чей-то голосок издающий просто определенный шум, не раздражающий.

- Люмин? - Сяо с непониманием смотрит на девушку, срывая с ее тонких губ тихий смешок.

- Нужно было раньше тебе рассказать, но... я.... - девушка смущенно и обиженно опустила взгляд на малышку, словно готова к возмущению и крику - я не жалею, что скрыла от тебя это. При условии, что ты бы меня отговаривал или наслаждался с ворчаниями моими перепадами настроения и всеми другими неприятностями беременности. Но мне жаль. Что тебя не было рядом, ведь я бы раньше смогла бы узнать твое мнение насчет... малыша. Если ты против, не хочешь быть отцом или... не важно что может быть еще, но я не брошу этого малыша, как и тебя. В этом мире должно быть больше людей, что не будут тебя бояться, даже если они сейчас такие маленькие.

- Люмин - юноша вновь зовет ее, хмуро смотря на любимую.

Адепт осторожно опускается на колено, мотает головой, бережно кладет копье на землю, позволяя траве спрятать Нефритовый коршун. Медленно поднимается на ноги и движется к путешественнице, тяжело вздыхая под нос. В лимонных глазах обида, но он не кричит и не делает резких движений, может, боится спугнуть Люмин. Между ними остается пара сантиметров, когда Якса опускает взгляд на малыша. Смотрит также хмуро и грозно, но девочку это не пугает.

- Как ее зовут?

Храбрая путешественница, что проделала длинный и опасный путь, вздрогнула только от его голоса.

- Цинсинь, я назвала ее Цинсинь, в честь цветков, что ты каждый день мне приносил, когда мы виделись - девушка шмыгнула носом, осторожно улыбнувшись.

- Цинсинь.... - прошептал он то ли ее имя, то ли название цветка, протягивая ладонь к белоснежным локонам и бирюзовыми прядями в них.

Сквозь перчатку касается ее лобика, слыша голос младенца на руках матери, что думает схватить его за мужскую руку. Обнять за палец и по долгу его держать крепко-крепко, как за ветку, что не даст утонуть в зыбучих песках. Но рука соскальзывает со лба, а сухие губы касаются того же места, что и пальцы минуту назад.

- Иногда твоя мама бывает глупой - Сяо тяжело вздыхает, обжигая лицо дочери своим дыхание, а после выпрямляется - но эта глупость переходит все черты. Обещаю, что если произойдет, что-то подобное, я буду рядом, охранять ее и твой покой, как и все дни до и после рождения возможно нового чуда.

- Ты... ты хочешь ее поддержать? - спрашивает девушка, пытаясь сдержать слезы.

- Да, но кармический долг может...

- Чжун Ли сказал, что она его не унаследовала, так что вероятно у нее есть иммунитет. Ты можешь ее поддержать, Сяо.

Юноша, как ребенок, смотрит на любимую, словно не верит ее словам. Но опускает взгляд, смотрит в такие же лимонные глаза только с крапинками янтаря, и дрожащими руками берет сверток. Якса нежно и бережно прижимает его к груди, слегка покачивая, но не сводя глаз с дочери, что словно улыбается ему и светится также ярко, как и ее мать, в свете уходящего солнца.