11. Узнать друг друга поближе (1/2)

Отдаленный звук, меняющийся другим снова и снова, вывел меня из сна.

”Опять девочки на кухне смотрят тикток” – подумала я и громко вздохнула, потирая глаза.

В комнате было прохладно и темно, хотя из-за тонкой шторы в мою комнату всегда просачивался свет, и это было так невыносимо, что хотелось выть, когда солнце вставало раньше, чем я, и хотело меня ”порадовать”.

Открыв глаза, я не сразу поняла, что это не моя комната, а за стеной вообще не девочки, а Арсений.

”Блин. Точно. Как я могла забыть.” – ругала себя я, взглядом ища по комнате хоть какой-то элемент моей одежды, но тщетно.

Единственное, что попало в глаза – это огромная розовая толстовка Попова, и я решила, что воспользуюсь случаем, и надену её.

Не голой же выходить...

– Доброе утро, – сонным голосом проговорил Арсений, потягиваясь и зевая.

Он сидел на диване в гостиной и пил кофе, не отрываясь от телефона.

– Я тебя разбудил?

– Доброе, – краснея, произнесла я, одергивая толстовку ниже, ведь она едва прикрывала мои ноги, – Неа, не разбудил. Где у тебя тут ванная комната? Мне нужно умыться.

– Ванная по коридору направо, – сказал Попов, издевательски улыбнувшись, – А тебе идёт моя одежда. Если что твою я постирал и погладил, лежит на стиральной машине.

– А, спасибо, но не стоило, теперь мне неловко, – формальным тоном проговорила я, открывая дверь в ванную, в которой, и вправду, аккуратной стопочкой лежали мои вещи.

– Мне было не сложно, Лис, и тут нет ничего сверхъестественного. Просто забота.

Я кивнула в знак благодарности и зашла в ванную.

И почему я так смущаюсь, если вчера кричала его имя... Блять, поэтому я и смущаюсь, слишком всё быстро, и меня бесит, что, как бы я не старалась контролировать ситуацию, всё выходило из-под моего контроля.

Чувства и эмоции не подвластны объяснению и уж тем более контролю.

Но у меня же другое мнение на этот счёт, поэтому я и испытывала что-то непонятное, проснувшись в постели малознакомого человека.

На самом деле, я понимала, что просто боялась чувств, вообще любых чувств, потому что они были сильнее меня.

Умывшись и почистив зубы (у Попова зачем-то в шкафчике лежали новые зубные щётки), я оделась и вышла из ванной.

– Василис, иди ко мне, я тут чая тебе заварил зелёного и яичницу пожарил, – окликнул меня Арсений, показывая рукой на стул рядом с ним.

Отказываться было бы некрасиво, и я пошла завтракать, хотя, если честно, хотелось уехать прямо сейчас.

Нужно всё обдумать и понять.

Вдруг всё это: все мои эмоции и чувства –  сон или иллюзия? Или это страх сближения?

– Я взяла там у тебя щётку, – отпивая чай, сказала я, посмотрев на Арсения, который в отличие от меня был спокоен и уравновешен. – Зачем тебе новые щётки?

– Чтобы по сто раз не ходить за ними в магазин, я сразу купил несколько штук, – так же спокойно ответил Арсений, одаривая меня игривым и весёлым взглядом, – А ты что подумала, что я заранее знал, что ты проснёшься у меня в постели?

– Нет, – чуть не подавившись чаем, проговорила я.

– Лис, почему ты так смущаешься? Что-то не так? Я думал, что после того, что было сегодня ночью, ты перестанешь краснеть и избегать общения.

– Арс, мне немного неловко, – призналась я, смотря на Попова.

– Почему?

– Потому что я тебя совсем не знаю, а уже беру твою щётку и чищу ей зубы, и хожу в твоей толстовке, просыпаюсь в твоей постели и...

– Стоп, – перебил меня Попов, меняясь в лице.

Он злится?

– Арс..

– Стоп. Ты жалеешь о том, что произошло?

– Нет, конечно, нет, я..

– Карпова, не ври мне, – уже грустным тоном произнёс Попов, прожигая меня взглядом.

Да он даст мне договорить?!

– Да, Арсений, дай я договорю! – выпалила я, повышая голос.

– Да по тебе и так всё видно. Ответь мне на вопрос: Если бы я ещё спал, ты бы меня разбудила перед тем, как сбежать?

– Арс, я не собиралась сбегать, – в открытую врала я, снова покрываясь краской.

– Ответь на мой вопрос, – строго произнёс Арсений.

– Я ответила.

– Нет, ты не ответила на мой вопрос. Так да или нет?

– Скорее бы, я не стала бы тебя будить и подождала бы, пока ты проснёшься.

– Ясно, – Арсений встал из-за стола, выливая недопитый кофе в раковину и выкидывая из тарелки нетронутую яичницу в мусорку.

– Я снова всё испортила? – рассердившись в ответ на его обвинения, поинтересовалась я.

– Да, – сухо ответил Попов.

– Что же на этот раз? – я закатила глаза и посмотрела на него прямо.

– Моё настроение, – сказал Арсений и ушёл из кухни, скрывшись за дверью, ведущей в кабинет.

Эмоции брали вверх, но я сидела с каменным лицом.

Только бы сейчас не расплакаться.

Не найдя поблизости свой телефон, я постучалась в дверь кабинета, чтобы спросить у Арсения ”видел ли он его”, а потом поехать домой.

– Смысл стучаться? Заходи, – сказал Арсений холодным тоном.

– Не знаешь, где мой телефон? – пытаясь скрыть обиду, проговорила я, смотря в пол.

– Лежит на тумбочке рядом с кроватью в спальне.

– Спасибо, – сухо поблагодарила его я и вышла из кабинета.

Телефон, как и сказал Арс, лежал на тумбочке. Кровать была расправлена, и я решила, что должна её заправить.

– Зачем ты это делаешь? – Арсений прошёл в спальню и сел на кресло, стоящее в углу.

– Кровать расправлена, я её заправляю, – ответила я, поправляя углы одеяла.

– Я не про кровать, – отзвался Арсений, вставая с кресла и подходя ко мне.

– А про что ты? – мой голос сорвался на какой-то писк, и я прочистила горло, сдерживаясь из последних сил, чтобы не уйти прямо сейчас.

– Зачем ты меня избегаешь, Василиса? – спросил Арсений тихим голосом, садясь на заправленную кровать и притягивая меня за руку, чтобы я села рядом.

Сначала я хотела возмутиться и отправиться на выход, но, посмотрев в его глаза и увидев в них отголоски боли и разочарования, решила поговорить с ним, хотя и не знала, что ему ответить.

– Я не знаю, – ответила я, не сводя взгляда с его лица.

Оно просто прекрасно, сотворение искусства, природная аномалия. Он очень красив.

– Почему ты не можешь мне довериться? – пристально разглядывая моё лицо, произнёс Попов, убирая пряди моих волос за ухо.

– Арс, я не знаю... Я боюсь.

– Ты боишься меня? Или того, что испытываешь ко мне? – Арсений провёл рукой от щеки к ключицам, оставляя горячую ладонь на плече.

Его прикосновения меня успокаивали, и я буквально таяла под его пристальным взглядом.

– Второе, – проговорила я, добавляя, –  Я не могу контролировать себя, свои эмоции, когда я рядом с тобой. Это очень пугает и вводит в ступор, со мной такого не было.

– Глупенькая, – Арсений улыбнулся, наклонившись своим лицом к моему, чтобы соединить наши носы в чукотском поцелуе.

Я отзеркалила его улыбку и потянулась за настоящим поцелуем, но Арсений отстранился, вызывая моё недоумение.

– Я тоже боюсь этих чувств, Лис, – сказал он, притягивая меня к себе ближе и касаясь своим лбом моего, – Но я не хочу, чтобы они исчезли. Мне очень хочется тебя узнать, быть с тобой рядом, проводить время вместе... просыпаться в одной постели...

Арсений не успел договорить, потому что я приблизилась своими губами к его и поцеловала. Он сразу ответил на поцелуй, аккуратно водя ладонями по спине, будто вырисовывая сердечки.

Голова опустела, как и всегда, когда он был рядом. Все сомнения ушли прочь, и я отдалась моменту, углубляя поцелуй и снимая с него футболку.

Арсений просмеялся в поцелуй, прикусывая меня за нижнюю губу. Я села к нему на колени, опуская его спиной на кровать, спускаясь поцелуями на шею и ключицы.

– Ты такой красивый, – выдохнула я, отрываясь от изучения кожи на животе.

Арсений рвано дышал и крепко держал меня за бедра, водя руками по телу.

– Это ты красивая, – сказал он, переводя дыхание.

– Нет, я сказала ”ты”, – хмыкнула я, кусая его за кожу на линии косых мышц.

Арсений коротко простонал, толкаясь бедрами вперёд, и я почувствовала, насколько сильно он возбуждён.

– Лис, – молящим тоном произнёс Попов, когда я стянула с него мешающие элементы одежды, оставляя его абсолютно голым.

– Что, Арс? – издеваясь, поинтересовалась я, соединяя языком родинки у него на бедрах.

– То, блять, Лисичка.. я тебе отомщу... – не успел договорить Попов, потому что я принялась целовать кожу над пахом, ехидно улыбаясь.

***</p>