11 (2/2)

— что? Ты поговорить хотел, а не я.

— так, хорошо, спрошу напрямую: что произошло-то? Ты месяц бегал, улыбался, смеялся, все такое. Что случилось?

— в плане?— Сеня либо не понимал, о чем речь, либо старательно скрывал, что понимал,— все вроде так же осталось...

— я так не думаю. Ты визуально меняешься. Давай рассказывай, я обещал тебе помогать.

— все нормально. Просто понимаешь, родители.. они немножко беспокоят, так сказать.

— в смысле?

— они развелись,— вздохнул Сеня,— и теперь папа очень сильно злится. Но суть в том, что если я отсюда свалю, то буду жить некоторое время именно с ним, а он не очень хороший человек. И вот я думаю, с какой вероятностью меня заберут..

Юра выдохнул: это не смертельно, и справится довольно просто. Но все же, он положил ему руку на плечо:

— ты пока не думай. Если заберут – быстро найдёшь квартиру себе. Или если что подашь в полицию. В конце концов, ты всегда можешь вернуться, денег на билет я тебе скину. У этой проблемы много подвластных тебе решений, так что не волнуйся, выход есть.

— я же говорил, что все нормально, просто я не хочу уезжать. Я буду очень по тебе скучать, а мы живем в разных городах, за много километров друг от друга. А я не хочу терять тебя.

— не потеряешь, обещаю. Будем на связи если что, так что все в порядке. Не переживай, я помогу если что.

Юра улыбнулся, и брюнет улыбнулся в ответ. Мальчик положил голову красноволосому на плечо, и сказал:

— а ты как?

— все хорошо. Сейчас сяду оплачивать свет и воду. Ты не голодный?

— не то что бы. Солнце вышло, смотри.

Через, казалось бы, плотно занавешенные окна, к ним в комнату пробивались солнечные лучи, и даже через стекло слышались звуки птиц.

— я ненавижу солнце,— сказал Юра, и завесил шторы плотнее

— почему?— удивлённо спросил Сеня

— не нравится свет. Я же больше ночной человек..

— а, точно... Юра?

— да-да?— спросил Юрка, не поворачивая головы

— ты долго ещё будешь счета оплачивать?

Теперь красноволосый уже с интересом повернулся, вопросительно взирая на черноволосого. Тот опустил глаза, и немного улыбнулся:

— я хочу обнять тебя, но не хочу отвлекать.

— ты такой тактильный,— удивился Васенков,— сейчас, три минуты и закончу. Можно кстати на улицу выйти, хочешь?

— давай. Но можно обнять тебя все-таки?

— да, сейчас закончу и делай, что хочешь.

Сеня кивнул, и попытался из угла рассмотреть цифры и буквы на экране ноутбука, но не вышло. Наконец, Юра закрыл устройство, и повернулся к нему:

— ну вперёд, никто тебя не держит.

Сеня улыбнулся, подошёл к нему, и обнял, крепко-крепко. Юрка улыбнулся в ответ, и погладил его по голове.

— ты совсем худой стал,— заметил парень, обнимая мальчика за талию, — сколько ты весишь?

— сорок пять, может меньше.

Юра тяжело вздохнул, взял мальчика пальцами за щеки, и поднял к себе его лицо:

— ты хочешь жить?

— в смысле?— растерялся парнишка

— ну ты хочешь продолжать существовать, говорить, видеть?

— ну да..

— так что ты не ешь? Ты до анорексии себя доведёшь. А кому это надо? Никому. Ты же недавно вышел из комы, знаешь, сколько с тобой всего было? Ты выжил чудом! И если ты после этого умрешь от истощения, это будет как минимум глупо.

Сеня виновато опустил глаза.

— но я просто не хочу есть... я не знаю, я не чувствую голода просто..

— потому что ты не отошёл до конца. Вставай, собирайся, мы идём в магазин.

— да зачем? Я чувствую себя прекрасно!

— а выглядишь наоборот. Давай договоримся: если к концу лета ты снова будешь весить под пятьдесят...

— то что?.

— ну решим по ходу, думаю

— ладно, хорошо. Я запомню.

— договорились,— согласился Юрка, и они пожали руки.