Ⅰ. Глава 5: Убегая от прошлого. (2/2)

— Слушаю. Только быстро, дитя.

— Можно попросить немного еды.

Глаза мужчины расширились, а затем сузились.

— Зачем? — усмехнулся он.

— А вы не знаете зачем нужна еда?

— За такую грубость я тебе ничего не дам. Проваливай! — плюнул себе под ноги.

Злость и обида скопились в моих глазах, желая вырваться в слезах. Я не позволила.

— Спасибо. До свидания, — помахала рукой, уходя прочь.

Мне хотелось бы ударить себя в то время: за такой характер, мягкость, надежду и веру в светлое будущие у тёмной принцессы. Шаг за шагом я отдалялась от лавки, которую так желала. Жгучая боль раздалась в левом виске. Я прислонила руку к пульсирующему очагу.

— П-с-с! Девка! Ай да ко мне! — одновременно шепча и крича, обратился мальчишечий голос.

Его тембр эхом срикошетил в голове, теряясь в пространстве. Обернулась и увидела парня с каштановыми волосами и кристально чистыми голубыми глазами, худого в поношенной одежде; на голове была надета кепка козырьком назад, что делало его меньше своих лет, убирая волосы.

— Да я тебе сейчас тресну! — крикнула я.

— Иди сюда. Зачем стоять на людной улице: лишнее внимание только.

Ноги повели меня в сторону пацана, чтобы, как можно сильнее вмазать по лицу.

— Ты, видимо, совсем не местная, угадал?

Я молчала.

— Молчи-молчи. Иногда тишина красноречивие слов.

Сжала руки в кулаки.

— Получай! — выкрикнула я, набрасываясь на парня, садясь на его худое тело сверху. Он схватил длинными пальцами мои запястья. — Думаешь, это тебе поможет?

— Нет... — выдохнул пацан.

— Правильно думаешь! А-а-а! — под сильным напором его руки сложились на груди, почти была открыта из-за оборванной одежды. Я никогда не дралась, но если это происходило, то всегда ругали из-за ситуацию и тяжесть моего кулака, так что довольно нелёгки удар пришёлся по его башке. Мальчик пытался прикрыться кепкой, которая почти ему не помогала.

— Ай-ай-ай! Хватит! Отпусти! — протяжный визг пронзил грязный проулок. — Меня бьёт девчонка!

— Я могу добавить!

— Нет! Всё! Хватит! Мне больно! — его губы стали дрожать.

— Только плакать не надо, — поднялась я с него, смотря презрительным взглядом. Он приподнялся, оперевшись о стену.

— Нет, плакать не буду: много энергии уйдёт. Правда, я хороший актёр?

— Так тебе не было больно? - голос прорезало непонимание.

— С чего бы это? Меня били люди гораздо крупнее тебя, так что не возвышай свои никудышные навыки рукопашного боя.

— Позвал меня и стал оскорблять. Вот это настоящий джентльмен! С таким, как ты, никто бы не пошёл на бал.

— Мне до ваших балов...

Пацан отошёл подальше от меня, почти выходя из проулка.

— Я видела, как ты пыталась выпросить еды.

Мои щёки покраснели. Я честно пыталась скрыть стыд, но ничего не получилось.

— Ты неправильно всё делаешь, понимаешь?

— Не понимаю...

— В первый раз?

— Ага...

— А по тебе и не скажешь, что в первый... Ладно, не об этом. У меня есть план, так как я тоже хочу покушать, но одному, с каждым разом, становится сложнее и сложнее: ты отвлекаешь этого мужика, а я граблю все его мешки, договор?

Я не могла на это согласится. Никак не могла. Во мне течёт королевская кровь династии Лаусен. Не простят меня предки за такое преступление, не простят. Стенки желудка скребла очередная кошка. Не могу. Нет.

— Я...

— Соглашайся! — пихнул локтём меня пацан.

— Хорошо... — да простит меня, Мать-Хранительница, что я сейчас сказала и сделаю.

— Ты не пожалеешь! Обещаю! Я даже в подарок украду для тебя одежду, а-то твоя, мягко говоря, не очень.

— Спасибо. Я в курсе. Не знала, что ты разбираешься в платьях? - посмеялась в ответ.

Мы поспешили к выходу из проулка, расходясь в разные стороны, но я остановила парня на секунду.

— Подожди.

— Что ещё?

— А как тебя зовут?

Парень выгнул бровь.

— Я разве не сказал?

— Нет.

Он прокашлялся в кулак и протянул мне правую руку.

— Меня зовут Каин. А тебя?

— Меня Ринуэлла. Можно просто Рина, — сказала настоящее имя, хотя правильнее было бы соврать. Глупая тринадцатилетняя я.

— Приятно познакомиться, просто Рина.

— Приятно познакомиться, Каин.

Мы пожали друг другу руки и продолжили наше первое, совместное дело, которое позже приведёт к целой дружбе на года.