Часть 4 (2/2)

Зачем ты так с ним? Он же ещё совсем ребёнок! — впервые в жизни Уэнсдей стало обидно за младшего брата.

— Пусть знает свое место. На тебе лица нет. Давай, рассказывай, что такое. Фрайдей оставила печатную машинку в сторону и подтянула стул, на котором сидела девушка, чуть поближе.

— Я поцеловалась с хайдом, но это оказалось не самым страшным. Подставила человека, который мне всецело доверял. Сражались с опасным призраком из прошлого. И это ещё не весь список. — Брюнетке не хотелось перечислять всего того, что ей пришлось испытать на своей шкуре.

— Бедняжка. Не волнуйся, я тебя не брошу. Буду до последнего защищать Фрайдей. — Как всегда, сумела найти правильный подход к сестре. Быть с ней на одной волне.

— А ещё я стала свидетелем убийства. Директриса Невермора умерла на моих глазах. Уэнсдей было больно об этом вспоминать, но раз она просит, то нужно исполнить эту просьбу.

— Мы найдём того, кто это сделал. Пока я рядом, тебе ничего не угрожает. Фрайдей помогла ей взобраться на кровать, а затем погасила свет в комнате.

***</p>

И пока её близняшка видела уже десятый сон, то девушка нервно бродила по комнате в поисках ответов на некоторые вопросы. Мисс Аддамс интересовало всё до мельчайших подробностей. Но об этом она поразмышляет потом, а пока лучше оставить Уэнсдей наедине. Пусть крепко спит и ни о чем не переживает. Как только двери за Фрайдей закрылись, глаза темноволосой резко открылись.

Ей было что скрывать от сестры, но об этом она позаботится позже, а пока пусть её миловидная тень наслаждается вниманием семьи и домашней обстановкой, а всё остальное они обсудят завтра.

***</p>

Пагсли, итак, целыми днями сидел в лаборатории дяди Фестера, вместо того, чтобы гулять на свежем воздухе. Даже умудрился выпустить из своего убежища медведя гризли. Ну, поиграл немного, детёныш. Что в этом криминального? За такое же в обезьянник не сажают.

А теперь он вынужден будет слушать нравоучения своих сестёр, которые неоднократно уже жаловались на него старшим. Но никто ведь не выбирает, где и когда ему родится. Похоже, что парнишке посчастливилось больше остальных. Делать всё, что можно и нельзя, но за это получать приятную награду. Например, выпустить тарантула Фрайдей из стеклянной колбы. Или же украсть дневник Уэнсдей, который она ведёт уже два года. Вот это жизнь. Не сказка, а мечта.

В обычной школе не было места Ни Уэнсдей, ни Фрайдей, ни их брату. К сожалению, изгоев никто не любит. Их не примут в свою команду. Не желают доброго утра и сладких снов. Они как будто невидимки, которые сбивают ноги в кровь, пока достигают своей цели. И это жестокая реальность, которая порождает зло. Сеет в душах окружающих море соблазнов. Испытывает их на прочность.

***</p>

Зимние каникулы — это время для того, чтобы побыть со своими родными, усовершенствоваться в различных видах искусства, достичь успеха в фехтовании, плаванье, в конце концов, найти свое призвание. С виду Аддамсы были типичной семьёй со своими принципами, но за их порой превосходными лицами скрывалась неумолимая жажда морально и физически изводить друг друга. В этом и состоял их весь шарм.

Известие о том, что Уэнсдей вместе со своей сестрой и младшим братом вскоре уезжают в Невермор, никого не порадовала. Девушка не хотела туда возвращаться, а теперь ещё и за Пагсли приглядывать. С Фрайдей дела обстояли куда лучше. Она сама уже могла принимать решения потому, что была намного умнее. Да, и постоять за себя. И показать себя как с плохой, так и с хорошей стороны. А что в академии забыл самый младший из Аддамсов? Это было непонятно.