Глава 15. (2/2)

- Это определённо согреет моего озябшего мужчину. Ты так не считаешь, дорогой? - снова мурлыкнула Кэт и, пройдясь кожаными кончиками по спине, оставила звонкий шлепок на моей заднице, всё ещё обтянутой штанами.

- Р-рр... - всё, что я мог выдавить из себя в тот момент. Это было дикое удовольствие на грани боли.

Кэтрин гладила меня флогером, а затем шёл очередной шлепок. В какой-то момент я перестал ощущать прикосновения и, возмущаясь, простонал.

- Терпение, мистер Бейкер, главная добродетель. Но, кажется, вы лишены её. - я слышу ухмылку в её голосе.

”Ну держись, маленькая пошлячка! ”

С этими словами я схватил её за волосы, ума не приложу, как я с такой точностью смог определить местоположение девушки, ведь глаза у меня по-прежнему завязаны, и прижал лицом к стене.

- Тебе доставляет это удовольствие, когда я теряю контроль, правда, Кэт? - я прижался к девушке, сильнее вдавливая её в бетон и потерся стоявшим колом членом, между её аппетитных ягодиц.

- Да, мне это нравится, но ещё рано, дорогой. - Кэт извернулась, снова прижав меня к стене. - А так как ты нарушил мой приказ, будешь наказан, Бейкер.

На этих словах девушка расстегивает мой ремень, затем проделывает то же самое с брюками, и вот уже я полностью обнаженный стою дрожа, как осиновый лист, но не от холода, а от дикого возбуждения.

Мои запястья Кэтрин соединяет за спиной и, прикусив мочку уха, говорит:

- Не смей их оттуда вытаскивать, Бейкер!

Затем я чувствую, как кожаные ремешки скользят по моим бёдрам, и снова удар. Проходятся по всей длине органа, который неистово дёргается, и снова жалит кожу, но на этот раз внизу живота.

Это пытка, кажется, длиться вечно. Нежные поглаживания и звонкие удары. Я уже не могу сдерживаться и периодически скулю в голос, сжимая кулаки за спиной. Прекрасно понимая, что стоит нарушить приказ Кэт, и удовольствие перестанет быть приятным. Но я готов был уже переступить через этот запрет, когда почувствовал как губы, а затем и язык, скользнули по моему члену.

Однако, самое удивительное было то, что рот моей похотливой девочки был холодный, словно она проглотила кусок льда, но уже следующее прикосновение её языка к моей плоти просто обжигало.

”Что ты ещё удумала, Кэт? - снова ледяное прикосновение, и мой громкий стон, с примесью тихого рычания. - Кэт, чтоб тебя! ”

Кэт сосала мой член с особым усердием, уделяя внимание головке и лаская каждую венку. И рот её попеременно был то холодный, то горячий. От подобного контраста я просто сходил с ума. Мне хотелось взвыть как зверю и вытрахать свою пошлячку в шаловливый ротик.

Зарывшись ладонью в волосы и сжав у основания, я заставил девушку открыть рот и глубже вобрать в себя мой пульсирующий, готовый взорваться, орган. Кэтрин не делает мне замечаний, а послушно поддается вперед и вбирает до середины, обводя по кругу, но мне хотелось жёстче.

Я сильнее надавил на затылок, заставляя вобрать член полностью. Настолько глубоко, что он упирался в заднюю стенку горла. Стоило девушке носом коснуться паха, как я тут же отпустил и услышал, как с судорожным вдохом мой член выскальзывает изо рта Кэт .

- Понравилось? А это только начало… - я рычу и стаскиваю с глаз повязку.

Картина, представшая перед моими глазами, заставила меня отчаянно хвататься за остатки разума, чтобы полностью не превратиться в зверя.

Кэт стояла на коленях и сосала так, словно от этого зависела её жизнь. Тушь потекла, чёрные разводы виднелись на глазах и щеках девушки.

Я уже подумал, что перегнул палку, когда увидел похотливую улыбку своего прошлого котёнка и, снова собрав ее непослушные волосы, направил член в рот, а она послушно приняла, словно самый заветный десерт, начиная активно двигать головой.

Кстати о десертах. Я увидел на полу пиалку с мороженным и кружечку кофе. Что ж, теперь ясно откуда перепад температур.

Ещё крепче сжав волосы на затылке, я стал грубо и резко насаживать голову девушки на свою плоть, заставляя вместе с этим сдерживать стоны и принимать в себя.

Это было жёстко, пошло и наверное неправильно, но так кайфово...

- Нравится, когда тебя трахают в шаловливый ротик, сучка? — зафиксировав голову Кэт в одном положении, я начал бедрами толкаться вперед, входя до основания. Лишь иногда мокрые звуки и неосознанное причмокивание сопровождались резкими выдохами.

Кэт стонала как ненормальная и, казалось, кайфовала от моей грубости. Её руки переместились на мои бедра и впились в них, создавая себе опору.

Одним резким толчком я вошел и моментально вышел, а она выпустила член из себя с громким глотком воздуха. Посмотрел сначала на тонкую нить смазки от головки, а потом в её глаза с размазанной тушью.

Кэтрин обхватила ладонью орган и приблизилась к головке, лаская её языком. Она создавала вакуум, а языком проходилась по уздечке.

Мой пошлый котенок ласкала мой член, наращивая ритм, и я неосознанно качался бедрами навстречу, но этим приближал разрушительный конец. Стоило опустить голову и взглянуть на Кэт, которая не отрывала от меня взгляда, как член приятно запульсировал, предвещая завершение.

Хватило завершающих нескольких проникновений, и я грубо схватил девушку за голову, заставил последний раз вобрать до основания. И в этот момент меня накрыл оргазм такой силы, что я еле устоял на ногах.

- Твою ж мать! - прорычал я, трясясь в судорогах удовольствия.

Продолжая смотреть на меня через пелену слез, девушка быстренько собрала и облизала всю сперму с члена , до последней капли, даже то, что вышла за пределы её рта и потекла по уголкам губ.

Высунув язык, Кэтрин в последний раз прошлась по головке и уздечке, но я обхватил подбородок девушки и потянул на себя, заставляя подняться. Затем впился в губы, ещё хранящие мой вкус.

Я начал наступать на Кэтрин, оттесняя её в глубь комнаты. Наши руки и языки были сплетены. Страсть разгоралась с неистовой силой.

- Ой! - вскрикнула Кэт, наткнувшись на стол, что очень кстати возник на нашем пути. Девушка вцепилась в меня и вскоре уже полулежала, опираясь на стол. Я же немедленно стянул с нее штаны вместе с нижним бельём.

Выставив голый зад, Кэтрин с наслаждением уперлась грудью в твердую древесину и снова издала стон удовольствия.

”Зная её чувствительность и учитывая отсутствие бюстгальтера, Кэт кайфует от трения напряжённых сосков по твёрдой поверхности стола. Черт! ”- представив, как маленькие розовые горошины трутся о шершавую древесину, я почувствовал бешеную пульсацию в члене и мошонке. Кажется, я готов был взорваться снова и прямо сейчас, даже не проникнув в нее.

- Ходж, чего ты ждёшь? - хнычет Кэт и пытается выгнуться так, чтобы прижаться своими мокрыми складочками к моей плоти.

”Не так быстро, дорогая. ” - я тоже хочу её помучить, но стоит мне коснуться головкой её промежности, почувствовать силу её желания, как я издаю протяжный рык и, намотав волосы девушки себе на кулак, вхожу резко и до упора.

Одновременно мы издали стон удовольствия. Я стоял сзади, упираясь рукой в стол. Другая рука обхватила бедро Кэт. Вытащил член почти до головки, потом медленно стал заталкивать его обратно. Кэт извивалась и скулила, требуя от меня быть жёстче и грубее.

– Я бы мог целыми днями трахать тебя, моя пошлячка Кэт– признался я, прорычав эти слова в ее потную шею. Девушка застонала ещё громче. – Толкать и толкать в тебя член, до седьмого пота, – моя рука дразняще прошлась по клитору, слегка надавливая на него.

Я начал двигаться глубоко и ритмично. Мой член двигался внутри лона, переполненного соками, отчего по комнате разносились бесстыжие хлюпающие звуки. Мошонка терлась о ее пах, и каждый толчок сопровождался шлепком.

– Сильнее, – требовала Кэт. – Сильнее, Ходж, прошу...

– Уфф! – шумно выдохнул я, убирая руку со стола. – Хватайся за край. - и девушка послушно выполнила мой приказ.

Я раздвинул ее бедра своими, как можно шире. И тут же, без предупреждения, засадил, как говорится, ”по самую рукоятку.”

Мои толчки были резкими и глубокими. Кэтрин закатила глаза, наслаждаясь каждым. Кажется, я превратился в зверя, неистового и ненасытного.

Каждый толчок двигал ее по столу. И я знал, что это возбуждает девушку ещё больше, ведь соски трутся о твёрдую поверхность и приближают оргазм, который и так уже близок. А знаю я это потому что мышцы сильнее обхватили мой орган и двигаться стало тяжелее, но приятнее.

Я чуть изменил позу, и член проник еще глубже, отчего звуки, вылетавшие из горла Кэт, не были ни звериными, ни человеческими, а чем-то более диким и первозданным.

– Да, я тебя имею, – прошипел я в ответ нам эти прекрасные звуки. Каждое слово сопровождалось неистовым толчком. – Тебе нравится, как я тебя имею?

Она утвердительно пискнула, потом сбивчиво произнесла:

– Мне нравится, когда ты не сдерживаешься. Когда я извиваюсь под тобой, и у меня болит все тело… – Каждое слово давалось ей с трудом.– Я думаю постоянно о тебе. О твоем члене.

– Отлично. Я хочу, чтобы мой член полностью занимал твои мысли. – я облизал ей ключицу, отчего сбился с ритма. Затем с улыбкой прошептал: – Потому что твоя чудесная маленькая дырочка – это все, о чем я думаю.

Она прошептала в ответ:

– Мне нравится, когда ты кончаешь в меня. Обожаю чувствовать, как сперма скользит у меня по бедрам.

– Ведьма! – выдохнул я, и толчки сделались совсем яростными и безудержными. Если бы Кэтрин не держалась за край стола, то оказалась бы на полу.

Мы одновременно достигли оргазма, но если я кончил с диким рыком, то Кэт закричала во все горло. Мне даже пришлось зажать ей рот. Она кусала мои пальцы, а я продолжал толчки, выплескивая из себя все.

– Что ты сделала со мной, чертовка? Я околдован тобой...– прошептал ей на ухо, неторопливо водя пальцами по складочкам, слегка придавливая клитор.

Вскоре Кэт испытала второй оргазм, так ничего и не ответив на моё признание.