5 °• (Не) слабак. (2/2)

Омега спокойно разминался, думая о своём:

«Не хочу быть с Сокджином в паре, мало ли, что этот идиот ещё выкинет, он и так успел мне нервы потрепать, а это мы вообще с ним не знакомы. Чем я мог ему не понравиться? — пытается понять Чимин, — я ведь ничего не сделал».

Пак выпрямился, ставя руки в бока и дыша ртом. Его мышцы были хорошенько подготовлены к предстоящей нагрузке.

Омега изогнул бровь и потёр ладонью предплечье, смотря по сторонам и замечая любопытные взгляды вампиров, которые были прикованы к нему.

И каково было удивление парня, когда он встретился взглядом с Юнги, который тоже смотрел на него, рассматривая.

— Чимин-а, — заставляет вздрогнуть знакомый голос, — пытаешься соблазнить нас? У тебя получилось.

На поясницу опускается тёплая ладонь и Пак непроизвольно изгибается, пытаясь уйти от прикосновения.

— Тэхён, — шипит омега, — а тебе не нужно тоже разминаться?

Чимин кивает подбородком в сторону крупного альфы:

— Почему у тебя в паре вообще он?

— Ты за меня переживаешь? — улыбается Ким, снова прилипая к другу.

— Это ведь нечестно, ты же омега, а он альфа, — возмущается Пак.

— Но ведь на поле боя никто не будет смотреть на твой пол: омега или альфа — какая разница? — пожимает плечами Тэ.

— Он просто побьёт тебя, какая от этого польза?

— Обижаешь, — голос Тэхёна звучит серьёзно, — не недооценивай силу омег.

Парень разворачивается и уходит от Чимина, оставляя его размышлять над своими словами.

Разминка не продлилась долго, вампиров подозвали к стеллажам с различными оружием и инвентарём, чтобы те выбрали с чем сегодня будут «работать».

Утешает лишь тот факт, что вместо настоящих мечей из стали у них будут деревянные и на тело сверху дали надеть латы, но и те, опять же, были сделаны не из металла, а из кожи, что облегчало движения в них.

«Такое странное чувство, — думает, осматривая себя Пак, — не могу его описать. Я держу меч в руке, пускай он и не настоящий, а на груди, плечах и ногах кожаные латы — будто рыцарь».

— Все по очереди взбираетесь на.. — показывает учитель, поднимая руку вверх, — этот подвесной мост, на котором вы будете учиться драться, ведь в реальности нет комфортной «почвы» для боя, сражаться придётся в самых различных и тяжёлых условиях.

Подростки все подняли головы, рассматривая огромную конструкцию из чёрного дерева, которая представляла собой длинные и мощные столбы, между которых были натянуты канаты, сверху на эти толстые верёвки крепились доски — это и был мост для тренировок.

— Хах, нашли чем пугать, — ухмыляется один из ребят, — высота — крыльям не проблема.

Учитель Чан медленно поворачивает голову и широко распахивает удивлённые глаза:

— Опять ты! — пугает криком всех присутствующих мужчина, — тебе в прошлый раз полётов мало было?! Ничему твой длинный язык не учится!

— Да, жалко парня.. — тихо вздыхает Тэхён.

Вампиры провожают отчаянного одногруппника взглядом, а тот машет крыльями, наяривая круги по территории.

— Ну все, хватит глазеть по сторонам, — отвлекает подростков приказной тон от рассматривания товарища в небе, — пара номер один лезет на мост — живо.

Чонгук кладёт руку на широкое плечо Юнги и ведёт того вперёд. Мин небрежно сбрасывает чужую ладонь с себя, отталкиваясь от земли и взлетая на мост.

Канаты от веса парня заходили волнами под его ногами, заставляя чуть согнуть колени, так было легче держать равновесие.

Чон повторяет за другом, также оказываясь на подвесном мосту, что норовился скинуть парня на землю.

Для пущего эффекта им выдают сетку из кожаных ремней, которая сковывает крылья за спиной. Теперь у ребят нет подстраховки от падения.

— Ну что, дружище, — улыбается Гук, поднимая меч перед собой, — удачи.

— Себе оставь, — холодно отвечает Мин, еле заметно приподнимая уголок губ.

По рыжим прядям пробегают языки пламени, а на дне ярко-алых глаз загорается азартная жажда победы.

В ответ, на яркий пожар напротив, чёрные глаза образуют внутри своего зрачка бездну, холодную и безжалостную, которая высасывает силы из всего живого.

Парни синхронно кидаются друг на друга, их мечи крутятся в пальцах, словно это лёгкое пёрышко. Движения тел чёткие, будто были отточены годами тяжёлых тренировок, но в этот же момент такие плавные, лёгкие.

Чонгук уклоняется от деревянного оружия, которое пролетает перед лицом буквально в миллиметре. Аккуратные губы растягиваются в широкой улыбке, а брови устремляются к переносице.

Юнги прокручивает меч в руке, поворачивается немного боком и взглядом изучает, словно он хищный зверь, хотя, так оно и есть.

Мост жалобно скулит под сильными и быстрыми ногами вампиров, которые прыгают, совсем позабыв, как на нём было сложно устоять изначально.

Все наблюдают молча, комментировать бой альф совсем не хотелось, ведь можно было пропустить что-то важное.

Чимин отчего-то задержал дыхание, сжимая рукоять меча пальцами до боли и онемения. Признаться себе, что волнуется за рыжего альфу — не мог, но истины это не меняет. Зрачки бегали по парням, ожидая, когда это наконец-то закончится. Нет, само сражение завораживает Пака — он не моргая наблюдает, но сердце в груди ноет и терпеть это очень сложно.

Конец наступает неожиданно, когда два, избитых деревянными мечами и измученных боем, парня падают с моста, вцепившись друг в друга.

От глухого удара об землю все вздрагивают, а Чимин наконец-то дышать начинает.

— Отлично, — хлопает пару раз учитель Чан, — это было очень хорошо! А теперь следующая пара.

Тэхён подошёл к парням и обоих потрепал по взлохмаченной голове, когда те поднялись на ноги:

— Вы оба молодцы, — улыбается Ким.

Альфы ухмыляются друг другу и пихаются, будто снова собираются драться, но, на облегчение Чимина, который за ними неотрывно следит, этого не происходит и парни просто идут в сторону, чтобы опуститься на скамейку.

Пака вернуло в реальность и отрезвило осознание, что вторая пара — это он и Сокджин, который в свою очередь уже взлетел на мост.

— Расслабься, Чимини, — шепчет на ухо омеги Тэ и мягко подталкивает вперёд, — просто не дай себя побить.

«О да, вот так взял и расслабился, — саркастично отзывается в голове собственный голос, — спасибо, но я лучше бы в реку с крокодилами упал, чем с Сокджином сражался на идиотском мосту».

Пак нелепо взлетает к Киму, чуть ли не упав обратно прям в полёте, а тот не сдерживается и смеётся.

Омега краснеет стыдливо и берёт в руки ремни, просовывает в них руки, накидывает на плечи и за спину заводит, собственные крылья в капкан добровольно запихивает, обездвиживает. Морщится, ведь это доставляет не просто дискомфорт, как у всех остальных ребят, а боль, поскольку у Чимина не жёсткие перья, а мягкий пух.

— Чёрт, — дрожаще выдыхает Тэхён, — он такой малыш по сравнению со своим партнёром.

Тэ поворачивает слегка голову и смотрит на напряжённый профиль Юнги. Тот не произносит ни слова, но ему и не нужно, за него все говорит взгляд и венка, что набухла и пульсирует у виска.

— Ну что, — с улыбкой произносит Джин, поднимая меч и направляя его на Пака, — защищайся, ничтожество.

Ким делает быстрый и широкий шаг, минуя сразу две доски мостика, оказываясь возле Чимина, который выставляет перед собой деревянный меч, ибо в эту же секунду на него приходится жёсткий удар от Сокджина.

Парня чуть ли назад не отбрасывает, но он, собрав все силы, что имеет в ногах, будто приклеился к доске, которая пошла ходуном под ним, качаясь из стороны в сторону.

Вампиры боролись, мечами скрестившись. Сила была на стороне Джина, поскольку он и ростом выше, и развит физически больше, чем хрупкий и маленький Пак, который, от одного сверепого взгляда на себя, готов разбиться вдребезги.

— Знаешь, — начинает Ким, смотря Чимину в глаза, — я хотел тебя избить хорошенько, но у меня появилась идея получше.

Пак в глазах напротив тонет, в лёгких воздух застревает, выдохнуть не даёт, живот заставляет болезненно тянуть и напрягаться. Виной тому — страх. Парень просто боится. Хотя, вернее сказать, что он не переставал бояться никогда. Уж очень хорошо помнил школьные годы, когда каждый в классе считал должным задеть омегу физически или морально, без разницы, главное, чтобы больно было, чтобы слёзы потекли, чтобы отпечаток оставить, наверняка напоминающий ему его место.

Чимин глаза округляет, когда Ким его отпускает и назад отходит, на пару досочек, а после, не давая опомниться, бьёт омегу ногой в грудь, откидывая назад.

Пак из лёгких застрявший воздух выплёвывает, который по пути трахею с глоткой раздирает, будто перед этим парень вдохнул маленькие шипы, а в грудь будто кол воткнули — болит невыносимо.

Хрупкое тельце падает на землю. Основной удар глушит мягкая подушка — крылья, которые были в плену кожаных ремней и никак не могли помочь своему обладателю.

Омега хрипло дышит, переворачиваясь на бок. С носа течёт кровь, а с глаз слёзы. Расфокусированный взгляд устремлён в землю, ведь Чимин ужасно боится встретиться с красными глазами, боится увидеть в них: «Слабак».

— Что он себе позволяет?! — кричит Тэхён.

Буйного парня перехватывают почти у мостика, когда он хочет взлететь на него и собственноручно разобраться с Сокджином, который лишь улыбается, прокручивая меч в руке.

Лица касаются холодные пальцы, убирают прядь волос со лба. Чимину кажутся знакомыми данные действия и пальцы.

— Чимин, — зовёт его голос, который даже во сне преследует парня, — встать можешь?

— Могу, — еле слышно отвечает омега.

— Тогда вставай.

— Не буду, — бубнит себе под нос.

— Что, прости?

— Уйди.

Пак ничего не слышит в ответ и его лица больше никто не касается. Омега приоткрывает глаза, повернув голову и встречается со взглядом алых глаз Юнги, который сидит на корточках, широко раздвинув колени. Его локоть опирается на собственную ногу, а подбородок упирается в ладонь. Мин смотрит на Чимина немного скучающе.

— Надо оно тебе было, м? Мой совет был самым подходящим для тебя, но ты не послушал.

— Да пошёл ты, — яростно выплёвывает Пак, смотря с болью на альфу.

Юнги руки резко к омеге тянет и тот жмурится, ожидая боли. Но его от земли отрывают, крепко к груди прижимая.

Чимин выгибается, пытается с рук слезть, шипит, как дикий, но ужасно маленький, зверёк.

— Я тебя убью, — спокойно говорит Мин.

Омега моментально успокаивается и в сторону смотрит, его эмоции выдают только дрожащие губы, которые он отчаянно поджимает.

— Чонгук, — рычит омега, царапая руки на своём животе, — отпусти меня, сейчас же.

— Не делай глупостей, Тэ, — шепчет на ухо альфа, — это Чимину лишь навредит.

Ким успокаивается и поворачивает слегка голову, смотря на Гука через плечо. Глаза омеги слегка красные, слёзы сдерживают изо всех сил.

— Отпусти, — уже просит парень.

Чонгук уже и не держит, лишь мягко обнимает своего любимого, понимая, что тот еле держится.

Да, Ким очень сильный омега, особенно, если его сравнивать с другими представителями слабого пола, но это снаружи. Внутри же, жёсткий и грубый парень, мягкий и очень чувствительный, часто принимает боль других, ощущая как свою собственную и поэтому, когда проникся дружеской симпатией к Паку и увидев, как тот страдает — мучается сам.

— И вообще, — не выдерживает Чимин, — я сам могу идти и в подачках твоих не нуждаюсь..

— Это так сейчас помощь называют?

— Ого, а тебе есть смысл помогать такому слабаку, как я? — удивляется Пак, — грешки отмыть хочешь благотворительностью?

Омегу заносят в небольшой домик, который находился на территории тренировочного лагеря и грубо усадили на кушетку, вызывая у того «ох».

— Слушай сюда, — голос Юнги звучит опасно.

Мин руками упирается по бокам от бёдер Чимина, склонившись немного вперёд и в глаза заглядывая.

— Ещё хоть немного возмущения услышу и тупых догадок, касаемо оказанной мной помощи, и ты пожалеешь, что не умер при падении с мостика, — уверяет альфа.

И Пак верит, шумно сглатывая и затихая. Просто смотрит на Юнги своими детскими глазками и кончиком языка кровь с пухлых губ собирает, на вкус пробует и немного морщится.

Мин смотрит на это действие омеги и чуть ли сам не повторяет, успевая вовремя себя остановить.

— Тебе нужно кровь смыть, — выдыхает рыжий, — о..

Юнги подкатывает к ним столик, который был на колёсиках. На нём были разнообразные медицинские принадлежности.

Альфа берёт металлические щипцы в руки, чем смущает бедного Пака, который и так трясётся от одной лишь компании парня.

— Юнги.. — смотрит с недоверием Чимин на орудие пыток.

— Да шучу я, — ухмыляется Мин, — доверься мне.

«Ха, он хоть понимает, как нелепо это звучит? — мысленно смеётся парень, — довериться жестокому альфе, который меня постоянно обижает и ведёт себя, как зверюга дикая? Ну, конечно. Я же идиот».

Идиот подставляет лицо Юнги, который пальцами удерживает голову за подбородок и аккуратно ваткой кровь из под носа вытирает.

Чимин забавно шмыгает носом, слегка хмурясь. На альфу упрямо не смотрит, просто не может, ведь тот в опасной близости: его горячее дыхание обжигает кожу щеки, заставляя ту краснеть.

Мин ваткой губы пухлые оттирает от крови, что уже успела подсохнуть и Пак мысленно кричит от этого, не в силах уже терпеть, неправильно - приятные, прикосновения к себе.

Вскоре личико омежки снова чистенькое и Юнги отстраняется, выкидывая все испачканные ватки в мусорное ведёрко.

— Всё? — интересуется Чимин.

— Нужно твои крылья осмотреть, — говоря спокойным голосом, убивает все надежды Пака на побег, Юнги, — ты ведь на них упал с большой высоты.

— Да нормально они.. — мямлит омега.

Мин никак не реагирует на слова, обходит парня и становится со спины, отчего Чимин впивается пальцами в края кушетки.

Ловкие пальцы поддевают ремешки, которые были затянуты на крыльях, касаясь их и заставляя омегу дрожать.

Пак со свистов выдыхает, когда оковы падают на пол, а крылья повисают за спиной.

— Нн! — не выдерживает Чимин, — прекрати, не надо..

Парень весь сжимается и обернуться пытается, но его удерживают за плечо, продолжая прощупывать чувствительные конечности, ответственные за полёты.

— Не сломал, — заключает Юнги.

— Ну так трогать их перестань, — возмущается смущенный Пак.

Наконец-то эта странная пытка заканчивается и ему разрешают уйти.

— Спасибо, — быстро кинул Чимин и убежал, не решаясь посмотреть на альфу.

А тот на руки свои смотрит, которые почему-то горят, чешутся и раздражают — омегу обратно просят. Юнги их в кулаки с силой сжимает и скалится. По рыжим волосам от напряжения вновь пробегаются огни.

Крупный альфа летит с моста, расплоставшись на земле в форме звезды, а Тэхён смотрит сверху и меч поднимает.

— Молодец! — кричит удивлённый учитель Чан, — вот такими должны быть омеги, — указывает он на парня, — вот такими!

На лице Кима ни капли радости, он спрыгивает с канатов и подходит к Чону, который прижимает ладонь к затылку омеги и притягивает к себе, укладывая его голову на своё плечо.

— Умница, — нежно шепчет Чонгук, слегка поворачивая голову и целуя своего парня.

Когда тренировка заканчивается, все подростки устало плетутся в сторону академии, представляя, и даже чувствуя фантомно, мягкость кровати.

После купальни все расходятся по комнатам, не желая более видеть лиц друг друга.

Чимин кое-как уговорил Хосока спать сегодня раздельно, уверяя того пол часа, что все в порядке и он просто хочет побыть сегодня ночью один.

На часах было уже заполночь, когда Пак распахнул окно в своей комнате и высунув голову, осмотрелся — никого нет.

Две ноги показались из окна, пытаясь найти опору в виде каменного выступа, что являлся архитектурным украшением и его создателю Чимин был очень благодарен.

Омега все-таки смог вылезти полностью, держась лишь за стену здания ладонями, что являлось очень херовой подстраховкой, ведь в случае падения — никак не поможет.

Когда Пак оказался на земле, то готов был упасть на колени и расцеловать её.

Никто не поймёт его эмоций, ведь можно было просто использовать крылья, да и спуститься спокойно, а не по всяким выступам лазать, как горный козёл.

Логично же? Конечно, если у вас нормальные крылья, которые имеют защиту в виде жёстких перьев, а не мягкого пуха, который даже лёгкого ветра боится. Стоит Чимину слишком высоко взлететь, а это метра три для него, и все, его сносит порывом ветра, ведь крылья не разрезают вихрь, а бьются об него и складываются, вызывая соприкосновение тела с землёй, что бывает иногда смертельно опасным.

Омега прибегает в тренировочный лагерь, по дороге раз сто обернувшись, боясь увидеть злого учителя Чана или, что ещё хуже, того старика, которого они с Юнги дверью сбили, когда в кладовке прятались.

«И почему я вообще об этом думаю? — морщится Пак, — этот Мин Юнги, блять, чтоб его».

Чимин смотрит на мостик, с которого его не так давно скинули.

— Самому не потренироваться, — поджимает губы омега и осматривается.

На глаза попадается похожая конструкция, только над подвесным мостиком висят ещё всякие деревянные брёвна различной формы и размера, а в некоторые вбиты металлические шипы.

— То, что надо, — радуется Пак.

Со второй попытки у него получается взобраться на мостик. Крылья уже не стянуты за спиной и держать равновесие легче.

Чимин делает шаг и, когда канаты под ногами идут волнами, сверху начинают двигаться брёвна.

— Ахуеть, — оценивает это безумство парень, — ну ладно.

Омега не может уже сосчитать сколько раз его било бревном и сколько раз он падал, но благо крылья смягчали, помогая на ноги приземляться, но не всегда, поэтому колени горели и через штаны выступила кровь, но парня это не остановливало, а наоборот возбуждало вновь взобраться.

Злость переходила в ярость, которую Чимин не мог сдерживать внутри себя:

— Главный спутник успешного воина — хладнокровие, — говорит Пак.

И в эту же минуту пинает бревно, не удержав злобного крика:

— ДА НА ХУЮ Я ВАС ВСЕХ ВИДЕЛ, УРОДЫ! КАК ЖЕ ВЫ МНЕ ВСЕ НАДОЕЛИ, ЧТОБ ВАС ЗМЕЯ ЯДОВИТАЯ УКУСИЛА, ЧТОБ ВАС ПЧЁЛЫ ПОКУСАЛИ, ЧТОБ ВАС! ЧТОБ ВАС! ВЫ НИЧЕГО НЕ ЗНАЕТЕ!

Чимин уверен, что сорвал горло, тяжело и хрипло вдыхая воздух ртом. Но ему мало, из него не вышла даже часть того дерьма, что он ежедневно носит в себе и копит.

Нога снова и снова бьёт по бревну, которое отскакивает в сторону, болтаясь на верёвке.

— На месте бревна я бы уже дал сдачи, — пугает знакомый голос омегу.