Часть 29 (2/2)

— Йо-хо-хо-хо! — голос Брука разлетелся по всему кораблю, — Утро настало! Принесли почту! Всем подъем!!!

В каюту заглянула Робин. Нико была уже одета и теперь только лениво сушила волосы. Они вместе поднялись на палубу, где уже собрались все остальные. Брук стоял с утренней почтой в руках, перебирая корреспонденцию. Им как всегда пришла целая кипа всего, так что несчастную чайку почтальона сейчас откачивал Чоппер.

— Ванда-я, это моя кофта? — Ло замер на выходе из кают компании.

— Вопросы к Робин, — тут же отозвалась блондинка.

— Надо смотреть где раздеваетесь, — Нико довольно прищурилась, — Там еще в шкафу где-то рубашка Сабо-куна… и по-моему платок.

— Она ее с ревармии притащила что ли? — брюнет удивленно покосился на археолога.

— Экспроприируй экспроприируемое, — развела руками Ванда и отвернулась к скелету, — Брук, почта.

— О, конечно, — музыкант спустился на нижнюю палубу.

— Давайте вы ее посмотрите за завтраком? — Санджи свесился с фальшборта и громче добавил, — НАРОД, ЖРАТЬ!

В кают-кампании что-то зашумело и пронеслось по коридору. Ванда на всякий оттащила от двери замершего Ло. Брук и Робин отошли сами. Все же не первый год они ходят на этом судне. Дверь распахнулась с громким стуком и мимо пролетел красно-синий вихрь. В общем капитан изволил встать на завтрак. Зоро спустился с вороньего гнезда, осматривая нормальную для их утра картину хаоса.

— Луффи? — устало уточнил мечник.

— Естественно, — Ванда все же отпустила руку замершего в шоке Трафальгара, — Ло, не советую задерживаться внизу. У нас ты или приходишь вовремя или голодаешь.

На камбузе уже было шумно. Гости их судна, иже самураи, пытались влиться в атмосферу их балагана. Ванда по ходу дела достала еще одну подушку, чтобы с удобством устроиться за столом. Та подушечка, на которой она сидела обычно, отошла в руки гостящего у них ребенка. Остальные уже устраивались кто где.

— Ванда, тебе не говорили, когда тут туманы рассеиваются? — Нами сонно потерла глаза, — Я не очень хочу рисковать и вести Санни вслепую.

— Вроде как к полудню, — девушка с интересом перебрала письма в руках, — О, держи.

Рыжая удивленно приняла конверт с письмом на ее имя. Утренняя почта расходилась по рукам. Что-то через стол передавалось в руки Робин. Сильнее всего удивился Ло, когда ему вручили письмо за авторством Сабо.

— Ванда-я… откуда и как?

— Поверь, ты не хочешь этого знать, — Зоро весело оскалился, салютуя токкури, — Я сам иногда не хочу знать, чем занимаются женщины у нас в команде.

Девушки на это только весело захихикали. Перестав отвлекаться, Ванда погрузилась в чтение писем. Новости от ревармии и от Дерени не особо интересовали. А вот последние новости от Ковена не особенно радовали. С присущим Арису, шутливо-серьезным тоном было написано следующее:

«Дорогая Ванда! Так сложилась ситуация, что в моих владениях завелись маленькие крыски, что прячутся под крылышком одной розовой птички. Я искренне постараюсь решить данную проблему, но ввиду твоей заинтересованности могу оказать посильную помощь. Если будет возможность, пиши. Оставлю тебе всю полезную информацию. С любовью, Миледи!»

— Кеп, я пойду, отнесу документы, — Ванда резким движением поднялась из-за стола.

Луффи только кивнул, одним жестом отпуская блондинку и заставляя всех остальных сидеть на месте. Тарелка Ванды тут же оказалась перехвачена капитаном, а чашка с кофе ушла к Нико. Зоро переглянулся с капитаном. Монки только пожал плечами. Он может и сидел рядом с девушкой, но в письма он не смотрел. Вздохнув, мечник предпочел переждать минут двадцать, а потом пойти узнавать, что случилось.

Уже в мастерской Ванда позволила себе в гневе скомкать все бумажки, борясь с желанием поджечь их и выбросить в море. Тенереко в присущем ей веселом тоне подтвердила утечку информации. Информации с ее исследованиями. Рухнув в кресло, Ванда смахнула с лица выпавшие из кос пряди. Бумаги веером рассыпались по столу. Было страшно даже подумать, в чьи руки могли попасть формулы с ядом.

Переводчиков с русского найти на Гранд Лайне почти нереально. Местный аналог их языка был больше похож на смесь белорусского и украинского, с большим количеством английских слов и букв. А если человек и знал, как говорить на русском, то не факт, что мог писать. Или читать письменную речь. В общем, проблемы оставались не за записями, а за формулами. Они на все миры были одинаковыми. А это становилось проблемой.

В одной из колб что-то настырно зашипело. Обернувшись, Ванда ласково улыбнулась. Она немного переделала творение Цезаря и теперь оно имело имя Пушок, и напоминало комок снега.

— Что, маленький? — девушка постучала по колбе, — Не нравится сидеть тут? Ну потерпи. Я тебя доделаю и будешь у нас жить вне колбочки. А сейчас, прости, ты опасен для моих накама… Н-да… канон пошел не по тому пути…