Часть 158. Железный крюк. (2/2)
Утром пришел Сычжуй и принес отчеты учеников о проделанной работе.
Дело оказалось весьма любопытным. Из отчетов учеников Лань Ванцзи узнал, что это было дело о, так называемом, железном крюке.
Когда то несколько лет назад в деревне имения Бай жил кузнец. У него была красивая жена, которая ему изменяла и в один прекрасный момент со своим любовником решили избавится от ее мужа.
Та женщина испугалась, что кто-то узнает в мертвеце её мужа, поэтому отрезала ему веки и оставила пару десятков порезов на всё лицо, потом взяла с наковальни только что выкованный железный крюк, да и вырвала бедняге язык тем самым крюком.
Потом они тайно бросили его на могильнике к западу от городских стен.
Кузнец был ужасно изранен, но всё же не умер, однажды ночью выбрался из могильника и зарезал преступницу железным крюком.
После убийства жены он исполосовал лицо и ей тоже, не забыв вырвать язык. Вот только даже это ни капли не развеяло его затаённую злобу, и впоследствии он начал убивать всех красавиц, которые ему попадались.
После убийства жены кузнец исчез, покинул свой дом, а потом появлялся и пропадал внезапно, будто в него вселился призрак. Он стал столь ловким и сильным, что обычным людям не под силу было его изловить. Через несколько лет все же удалось с ним справиться. С тех пор убийства прекратились.
А потом призрак кузнеца начал появляться в Белой комнате имения Бай. Сначала появились странные звуки по ночам, потрм он напугал ребенка, позже от разрыва сердца умер один любопытный мужчина, который решил подглядеть что творится в комнате.
Когда Цзинь Лин решил переночевать в этой комнате, он использовал маленькое зеркало, чтобы следить за тем, что творится в комнате.
В первую ночь он увидел стул, который появился в комнате, потом на стуле появилась женщина.
На вторую ночь, ученики сели у бумажного окна, чтобы наблюдать за происходящим в комнате.
Ночью опять появился призрак женщины на стуле.
Потом появился призрак человека с желазным крюком в руках. Железный Крюк достал петлю из пеньковой верёвки, надел её на шею женщины и стал медленно затягивать.
Вот откуда взялся странный шорох, что раздавался из Белой комнаты каждый вечер, о котором говорил глава семьи Бай.
В процессе удушения кровь из шрамов на лице женщины хлынула ручьями, но жертва не издала ни звука. Он занес над ней крюк. Женщина вдруг открыла рот и схватила крюк зубами.
Он немедля отдёрнул руку, однако стоило ему попытаться это сделать, вырвать крюк изо рта женщины не получилось. Наоборот — жертва бросилась к нему вместе со стулом, к которому была привязана, а железное орудие, которое должно было вырвать её язык, каким-то невероятным образом полоснуло по животу Железного Крюка.
В процессе драки оказалось, что это был мужчина переодетый в женское платье.
Железный Крюк бросился вперёд и голыми руками схватил его за шею, тот резко повернул голову, и крюк мгновенно вошёл в запястье нападавшего. Один изо всех сил старался сломать жертве шею, другой безжалостно пустил убийце кровь. В какой-то момент они оба оказались в безвыходном положении. В итоге оба погибли вместе. За все время, пока они дрались, человек приязаный к стулу не издал ни звука.
Лишь на рассвете, когда запели петухи, красное свечение в комнате рассеялось, и фантом окончательно ослаб и исчез.
А перед этим событием днем они на кладбище нашли железный крюк и расплавили его.
После второй ночи отыскали отрезаный язык мужчины и сожгли. На его поиски они потратили пять дней.
Казалось, все закончилось. Поэтому Цзинь Лин всё же остался удовлетворён результатом их ночной охоты.
Но через несколько дней, глава семьи Бай вновь явился в Башню Золотого Карпа.
Выяснилось, что после сожжения языка отважного героя в имении Бай на два дня воцарился покой. Но только на два дня.
На третью ночь из Белой комнаты всё-таки вновь послышались странные звуки, которые с каждым днём становились всё громче. А на пятую ночь из-за шума всё имение Бай окончательно потеряло покой и сон.
На этот раз шум оказался намного более внезапным и пугающим. Звук не походил ни на затягивающуюся верёвку, ни на разрезаемую плоть — теперь это был человеческий голос, он совершенно точно принадлежал мужчине, который кричал от ужаса.
Когда Лань Сычжуй сдавал отчётные записи по ночной охоте, он рассказал об этом Лань Ванцзи и Вэй Усяню. Дослушав, Вэй Усянь взял с письменного стола Лань Ванцзи пирожное, откусил и сказал:
— О, беспокоиться не о чем.
Лань Сычжуй поинтересовался:
— Даже если он так страшно кричит, беспокоиться… не о чем? Но согласно правилам, после исполнения последней воли душа умершего сможет упокоиться с миром.
— И это действительно так, исполнение последней воли умершего в самом деле позволит ему упокоиться с миром. Вот только… вы не задумывались о том, что его последняя воля была в чем?
Лань Цзинъи, который пришел тоже сдать свою работу, не удержался от вопроса:
— Но в чём же тогда? Неужели в том, чтобы каждую ночь кричать так, чтобы никто не мог заснуть?
Вэй Усянь утвердительно кивнул.
— Так и есть.
Лань Сычжуй растерянно спросил:
— Учитель Вэй, но как это объяснить?
— Вы ведь уже пришли к выводу, что погибший воин не хотел подвергать опасности жизни невинных людей, поэтому, когда Железный Крюк истязал его, изо всех сил сдерживался, чтобы ни в коем случае не закричать, так?
Лань Сычжуй спросил:
— Именно так. В чём же мы ошиблись?
— Вы не ошиблись. Но я хочу спросить у вас вот что: если маньяк-убийца возьмёт нож и начнёт расхаживать перед вами взад-вперёд, пустит вам кровь, порежет лицо, схватит за шею и вырвет язык крюком, неужели вам не будет страшно? Неужели вы не испугаетесь? Не захотите расплакаться?
Лань Цзинъи с побледневшим лицом воскликнул:
— Мамочки!
Лань Сычжуй, однако, сохранил самообладание.
— Правила ордена гласят, в момент встречи с опасностью…
— Сычжуй, не приплетай сюда лишнего. Я спросил — испугаешься ли ты. Скажи прямо!
Лань Сычжуй покраснел и ровнее выпрямил спину.
— Сычжуй не…
Вэй Усянь:
— Не…?
Лань Сычжуй ответил совершенно искренне:
—… Не может сказать, что не испугается. Кхм.
Договорив, юноша бросил опасливый взгляд на Лань Ванцзи.
Радости Вэй Усяня не было предела:
— И чего ты стыдишься? В момент страха или боли людям свойственно бояться, хотеть позвать на помощь, хотеть громко кричать и неистово плакать, разве это не заложено в их природе? Так или нет? Ханьгуан-цзюнь, только посмотри на своего Сычжуя, он боится, что ты его накажешь, то и дело украдкой смотрит на тебя. Скажи скорее, что это так. Если ты скажешь, это будет означать, что ты согласен с моей точкой зрения и не станешь его наказывать.
Он легонько толкнул локтём в низ живота сидящего в подобающей позе за проверкой записей Лань Ванцзи, и тот, не моргнув глазом, произнёс:
— Это так.
Договорив, он обвил Вэй Усяня за талию левой рукой и прижал покрепче, чтобы тот больше не совершал необдуманных движений, после чего продолжил проверять записи учеников.
Вэй Усянь попытался вырваться из объятий, но ничего не вышло, поэтому, находясь в такой позе, он с совершенно серьёзным лицом продолжил разговор с Лань Сычжуем:
— Поэтому. Изо всех сил стараясь не закричать, он действительно проявил героизм и твёрдость духа. Но при этом пошёл наперекор обычному порядку вещей, самой природе человека. И это также чистая правда.
Лань Сычжуй, старательно игнорируя положение, в котором оказался Вэй Усянь, задумался.
Вэй Усянь спросил:
— Цзинь Лин всё ещё переживает по этому поводу?
Лань Цзинъи ответил:
— Ага, молодая госпо… эм, молодой господин Цзинь тоже не может понять, что же всё-таки пошло не так.
Лань Сычжуй:
— Но… если это правда, как же справляться с призраком, подобным этому?
Вэй Усянь:
— Позволить ему кричать.
Лань Сычжуй:
— Просто… позволить ему кричать?
— Именно. Когда накричится, сам уйдёт.
Лань Ванцзи слушал эти разговоры и его так радовал тот факт, что ученики относятся к Вэй усяну хорошо и с уважением, впитывая каждое его слово. Они не смотрят на то, какие слухи про него ходили до недавнего времени, какие ужасные вещи он творил в прошлой жизни, сколько на его руках было крови. Они совершенно не зацикливались на том, насколько он опасен.
Его и сейчас многие панически боялись, несмотря на то, что он был писаным красавцем и выглядел очень обаятельным и солнечным молодым человеком.
Но ученики Гусу Лань очень мило и трогательно доверяли ему.
Лань Ванцзи так и продолжал держать свое Солнце за талию, не обращая внимания на реакцию учеников.
Когда юноши ушли, он отложил работы учеников, повернул голову в Вэй Усяню, с жадностью вдохнул цветочный запах волос, опустился поцелуями от виска к белой изящной шее любимого. Тот застонал от нахлынувших чувств и откинул голову ему на грудь. Зануда нефрит ощутил как он изголодался. Жадные губы скользили по шее, ключицам, плечам, руки сжимали в обьятиях изящный податливый стан.
Вторая ночь после недельной разлуки тоже обещала быть бессонной.
Впрочем как и следующие несколько ночей. Зануда нефрит изо всех сил восполнял вынужденный перерыв своих обязанностей за целую неделю. И сам себе удивлялся, откуда у него брались силы!
Теперь дела шли намного лучше, из рук больше ничего не валилось.
Да и с прибытием учителя Вэя много чего сразу наладилось. Он взял на себя половину обязанностей, которые свалились на голову второго нефрита. Еще к этому времени брат закончил годовой отчет и смог помогать в обучении. Приболевшие преподаватели тоже к тому времени выздоровели.
От Лань Цижэня пришло письмо, он был очень рад, что отправился в путешествие, делился впечатлениями от поездки, правда беспокоился об учениках.
Лань Ванцзи и Лань Сичэнь отправили ему ответ, что все хорошо, ученики подтянулись в учебе, успешно сдают экзамены.
Временами приходили известия из башни Кои. В основном о событиях, происходящих в имении Бай.
Пугающий крик в Белой комнате не прекращался несколько месяцев кряду, после чего постепенно стих.