Часть 42. Признание. (А что так можно было? ) (2/2)

Цзян Яньли ответила:

— Что вы, не нужно… В таком случае, позвольте откланяться.

— Обратно к трибунам? Я прикажу Цзысюаню проводить нас.

Говоря это, она старательно сверлила взглядом Цзинь Цзысюаня.

Цзян Яньли тихо ответила:

— В этом нет необходимости. Я бы хотела перемолвиться парой слов с А-Сянем. Он может меня проводить.

Госпожа Цзинь вскинула брови и смерила Вэй Усяня взглядом. Выражение лица у неё было слегка настороженное, словно ей что-то не нравилось.

— Молодой человек и молодая девушка… разве подобает вам оставаться всё время вдвоём без постороннего присутствия?

При звуке этих слов Лань Ванцзи напрягся, он тоже старательно сверлил взглядом лица Цзян Янли и Вэй Усяня, он все понимал. Но все равно боялся увидеть то, что подтвердило бы его выводы. Хотя …все равно смотрел.

Цзян Яньли напомнила:

— А-Сянь — мой младший брат.

И ни тени смущения, не одной эмоции неудобства не читалось на этих лицах, они были абсолютно спокойны!

Госпожа Цзинь поспешила уверить:

— А-Ли, прошу, не сердись. Расскажи, какую глупость мой упрямый сопляк вытворил на этот раз? Я прикажу ему как следует загладить вину.

Цзян Яньли покачала головой.

— В самом деле, в этом нет необходимости. Госпожа Цзинь, не заставляйте его.

Госпожа Цзинь воскликнула:

— Да разве кто-то его заставляет?! Это вовсе не принуждение!

Вэй Усянь склонил голову:

— Вынуждены откланяться, Госпожа Цзинь.

Они с Цзян Яньли одновременно поклонились, в суматохе к ним побежал Цзинь Цзысюань, громко выкрикнув:

— Дева Цзян!!!

Вэй Усянь притворился, будто ничего не слышал. Он потянул Цзян Яньли за собой:

— Шицзе, быстрее, пойдём.

Цзинь Цзысюань снова крикнул:

— Всё не так, дева Цзян!

Оба повернулись в его сторону, не только они обратили внимание на странное поведение юноши, куча зрителей сейчас жадно смотрела во все глаза на эту необычную сцену.

Один Лань Ванцзи смотрел и понимал, как неудобно сейчас себя чувствует молодой человек и как нелегко ему сказать те самые слова, которые долго берег в сердце и мысленно прокручивал в голове томительными бессонными ночами.

Цзинь Цзысюань сделал несколько глубоких вдохов, на лбу выступили синеватые вены.

А потом он вдруг закричал:

— Всё не так, дева Цзян! Моя матушка тут ни при чём! Это не она придумала! Меня не заставляют, совсем не заставляют!!!

Помолчав пару секунд, он наконец выпалил:

— Это всё я и только я! Именно я хотел, чтобы вы пришли!!!

Все застыли в изумлении, Цзинь Цзысюань покраснел, неловко споткнулся о дерево, постоял в оцепенении несколько секунд, потом вскрикнул и убежал прочь.

Наступило гробовое молчание. Сцена была и комичная и трагичная одновременно.

Лань Ванцзи подумал: «А что можно было вот так признаться в чувствах? Неумело, коряво, нелепо, но зато признаться? Бедный гордый Цзинь Цзысюань! Как должно быть ему сейчас стыдно! Сколько позора ему пришлось испытать!»

Но, кажется дева Цзян его отлично поняла и рада, что так произошло, она давно этого ждала, хотя конечно не так и не в такой обстановке, но она готова ответить на его чувства. Лань Ванцзи отметил про себя, как посветлело её лицо и его озарила едва заметная улыбка.

После нескольких секунд гробового молчания Госпожа Цзинь гневно воскликнула:

— Дурень! Почему ты убегаешь?!

Она притянула к себе Цзян Яньли со словами:

— А-Ли, давай продолжим наш разговор позже на трибунах! Сначала мне нужно поймать его!

Она ушла ловить своего глупого сына.

Вэй Усянь сказал удивленно:

— Что за ерунду он творит! Шицзе, пойдём.

Лань Ванцзи посмотрел внимательно в это наивное красивое лицо и его озарило, так что стало смешно. Единственный кто ничего не понял, был Вэй Усянь! В любовных делах он абсолютно ничего не понимал! Напрочь! Ему неведомы были муки любви! Хотя еще оставалась немного непонятной сцена с поцелуем.

Вэй Усянь махнул рукой Лань Ванцзи.

— Лань Чжань, я пошёл!

Лань Ванцзи кивнул, ничего не сказав, а потом всё так же молча проводил силуэты Вэй Усяня и Цзян Яньли, пока они не исчезли среди деревьев.

Он думал: «Ладно, про это потом. Самое главное я сегодня узнал. И пока этого достаточно. А то моя голова сегодня лопнет.»

Лань Сичэнь и Цзинь Гуаньяо говорили что то о расширении охотничьих угодий, но Лань Ванцзи не слушал их. Он прокручивал в памяти события, что произошли сегодня утром. Поцелуй под деревом, прекрасный нежный Вэй Ин, залитый золотистым солнечным светом, становилось так сладко, что сердце замирало, хотелось зажмурить глаза, застонать от удовольствия и целовать, целовать его бесконечно, каждый день, каждый час, каждую минуту! Можно всю жизнь.

То что Лань Ванцзи принял за любовную связь —были просто близкие доверительные родственные отношения. Правда к этому всему примешивалась тревога за Вэй Усяня, Лань Ванцзи своими глазами видел злобу и зависть досужих сплетников, тех самых людей, которые не стоили даже мизинца его Вэй Ина во всех отношениях.

Лань Сичэнь прервал его мысли:

—Ванцзи, мы приступим без тебя, или ты тоже не против помочь?

Лань Ванцзи, словно пробудившись ото сна, молча призвал Бичэнь.

— Я помогу.

Они поспешили помочь с угодьями.

Сердце Лань Ванцзи грела мысль: «Они не пара! Не пара! И в будущем даже не собираются ею становиться!»

Весь мир ждал объявление о помолвке, а они даже и не помышляли об этом!

В сердце Лань Ванцзи затеплилась слабая искорка надежды