Глава 26. «Мой мир без тебя развалился на части» (2/2)

- Прости, что долго, - вернулся Стефан минут через пять. - Я достал тебе снотворное.

- Но я же только что проснулась, - задумчиво произнесла я по инерции, даже не взглянув на подошедшего вампира.

- Но ты спала не больше часа – это ненормально.

- Стефан…

- Что Стефан?

Я убрала волосы за плечи, чтобы не мешались. Я так боялась спрашивать, что делала все медленно, дрожащими руками. Стефан непонимающе за мной наблюдал. Я ухватилась за ворот водолазки и оттянула его, склонив голову на бок.

Глаза Стефана вновь потемнели настолько, что сложно было бы поверить в то, что черный - их ненастоящий цвет.

- Печать на месте?

- Да, - прохрипел Сальваторе-младший.

- Это значит, что с ним все в порядке, так?

- Это ничего не значит на самом деле. А вот то, что она… ярче, четче, чем была, говорит о том, что Деймон жив. И сейчас, на расстоянии, ваша связь отчего-то даже крепче.

- Крепче?

- Ты принадлежишь ему, как никогда. Быть может, не в реальности, но в мыслях, в сердце…

- Стефан, пожалуйста, езжай за ним? У меня такое чувство, что что-то с ним случилось.

- Я попросил миссис Норманн слетать к нам, и через пару часов мы узнаем, там ли Деймон.

- Миссис Норманн?

- Она присматривает за домом Лекси, пока та развлекается и разъезжает по «краям света» с новыми возлюбленными. Она легко может разыскать знакомого вампира, если он в городе.

- Ты ревнуешь Алексис?

- Нет, я просто зол и немного растерян. Поверь, найти адекватного вампира, что может помочь, не перерезав к чертям город, практически нереально. А моя подруга, как всегда, не вовремя налаживает личную жизнь и отключает телефоны.

- Она не виновата.

- Да, я знаю…

- А у тебя в глазах горят рубиновые звезды…

- Прости, - моргнул несколько раз Стефан, - мне здесь немного неуютно…

- Это красиво.

- Это опасно. Мне нужно прогуляться, - отошел он на несколько шагов и замешкался.

- Иди.

- Я не могу тебя оставить одну. Давай ты выпьешь таблетку, заснешь, и я…

- Я могу побыть одна, не волнуйся.

- Я не хочу, чтобы ты ненароком столкнулась с врачами...

- Я уже поняла, что все плохо – иди.

- Пойдешь со мной?

- Что?

- Она не очнется. А тебе нужны воздух и завтрак.

Я посмотрела на Джену и прикусила губу, чтоб не заплакать.

- Ты же не хочешь, чтоб она, поправившись, торчала у постели больной племяшки?

- Если она поправится, то и мне бояться будет нечего, не так ли?

- Ну, нет, девушка. Думаю, лавочку «а давай натрескаемся мороженого, а потом залечимся капелькой крови» пора прикрывать, – накинул он мне куртку на плечи и потянул к двери. – Думаю, Дей меня в этом поддержит. Пошли.

- Стеф, я хочу остаться…

- Посмотри на меня, - возник он передо мной. – «Рубиновые звезды», как ты это назвала – это не жажда, это безумство… Это когда аромат крови проник настолько глубоко, что зверь внутри тебя уже не спросит разрешения проснуться. Жажду еще легко контролировать по сравнению с этим. Это бомба замедленного действия. Мне нужно на воздух. Пошли?

Я кивнула.

***

Мисс Норманн «вернулась» ни с чем. Вернее, с не очень приятными новостями. Она сказала, Деймон в порядке, но и слышать не хочет ни о Мистик Фоллс, ни о брате… Стефан не передал мне этих слов. Придумал какую-то сказку, что Дей не в Италии - где-то, может, срочно вызван по делам совета… Бред. Я же слышала тот разговор. Стеф думал, что я сплю, а у меня умирало сердце…

Прошла неделя, а я так и не спала нормально почему-то. Ладно, хоть Стефан вытаскивал меня из палаты все под тем же предлогом. Может, обманывал, а, может, и нет. Но если бы не он, я бы сдалась намного раньше.

- А в «Сумерках» вампир врачом работал… - покрутила я несчастный пончик, который не могла себя заставить укусить уже, наверное, минут пятнадцать.

- И светился на солнце как гирлянда… А в «Настоящей крови» вампиры плачут алыми слезами… А еще есть гномы, эльфы, феи, Санта Клаус, говорящие деревья и Кольцо власти… Не заговаривай мне зубы – ешь.

- Знаешь, ты как бы тоже миф, так что не удивлюсь, что это все и правда существует, - отложила пончик в сторону и сделала большой глоток чая.

- Тебе нужно поесть, - пристально смотрел Стефан на мои дрожащие пальцы, которых я порой даже не чувствовала. Выжатая, как лимон, без сил, без сна, без аппетита...

- Не хочу.

- Капризничать ты будешь потом. Пожалуйста, Елена… Я не Деймон, не знаю, что делать, когда ты вот так…

- Хватит, Стефан! – вскочила я из-за стола. - Я не комнатная собачка, которую оставили тебе на передержку! Меня не нужно опекать, кормить и выгуливать! Деймон, Деймон… Прекрати! Он не приедет, я прекрасно понимаю! И это много лучше, чем, если бы приехал, и все бы началось сначала.

- Почему?

- Потому что однажды он снова уйдет! А моей жизни уже некуда дальше ломаться! Уезжай. Умоляю! Все будет хорошо, я правда в это верю! Я дождусь, когда Лекси вернется… Уезжай. Не мучай ни себя, ни меня, пожалуйста! – и с этими словами я направилась назад в больницу.

Зайдя в большое здание с огромными стеклянными дверьми, я обернулась и увидела, что Стеф поднялся и пошел прочь. Прочь от меня - неблагодарного капризного ребенка…

Я быстро поняла, почему он не давал мне оставаться одной. Оказывается, служба опеки, адвокаты и врачи, которым срочно нужны органы для пациентов, у которых «есть надежда выжить», караулили, словно хищники, и лишь при Стефане боялись подойти. Я помню, как мне предложили отключить приборы, благодаря которым Джена еще дышит… А дальше - ничего.

***

Я очнулась уже не на диване как прежде, а на больничной койке. Вокруг – масса приборов, в руках – иголки капельниц, во рту – терпкий привкус, насыщенный, яркий, будто наполненный силой и мощью. «Деймон?» - почти беззвучно прошептала я, но никто не ответил, не примчался на зов… Я села на кровати, не чувствуя ни боли, ни слабости, ни дискомфорта, и выдернула капельницы, в которых явно не нуждалась. Накинула халат, висящий рядом на стуле, и вышла из палаты. После полумрака, что окутывал меня раньше, свет коридора больно резал глаза, а шум вокруг сводил с ума как будто… Такое ощущение, что чувства просыпались много поздней меня. Голова закружилась от слишком большого объема информации, пытающейся разом в ней вместиться, и я оперлась ладонью о стену. Тысячи, а может, миллионы бугорков, впились в ладонь. «Слишком много крови. Нельзя столько», - мелькнуло в голове, и вдруг кто-то поймал меня за плечи.

- Вам нельзя вставать, - гулом разнеслось в голове. – Вы же еще вчера были одной ногой в могиле! Покой и крепкий сон… - силой повели меня назад в палату. Я не сопротивлялась, пытаясь осознать, что происходит. – Где Джена? Как она? – вдруг вспомнила о главном.

- Успокойтесь. Вашей тете стало лучше. Это чудо. Сейчас мы искусственно поддерживаем ее бессознательное состояние, чтобы боль от повреждений не свела ее с ума.

- А где тот человек, что приходил к нам?

- Простите, но к вам никто не приходил… Прошу вас, отдыхайте.

Легкий укол острой болью пронзил все тело, и я вновь закрыла глаза.

В следующий раз меня разбудила настойчивая трель мобильного. С трудом на тумбочке нащупав телефон, я поднесла его к уху и тут же пожалела об этом:

- Скажи, что это неправда! – будто прямо в голове кричал голос Алексис. - Елена, черт подери, скажи, что это неудачная шутка, и он сидит рядом с тобой и ехидно хихикает!

- Ты о чем? – пыталась я сообразить спросонок.

- Стефан где?

- Лекс… я… - начала лихорадочно оглядываться, по крупицам восстанавливая в памяти события: где я, почему и… «А где Стефан?», - Его здесь нет, Лекс, может, вышел?

- Давно? Два дня назад? Или минуту?

- Лекс, я спала… - произнесла я дрожащими губами, уже почти сложив в головке два и два…

- Спала? Да если с ним что-то… - вышла из себя вампирша, и тут ее высокий крик сменился на спокойное и холодное:

- Елена, это Эл.

- Элайджа? Что случилось?

- Стефан оставил Лекси массу сообщений… И в последнем говорилось, что он решил соскочить со своей диеты, чтобы иметь возможность вылечить… - и тут мой взгляд зацепился за записку, что, видимо, упала и лежала на полу, почти сливаясь с белоснежной плиткой. Я быстро сползла с кровати и, положив трубку рядом, взяла дрожащими руками исписанный листочек.

«Прости меня, милая, за все. Я должен был сразу так поступить. Твоя жизнь и жизнь Джены дороже для меня чьей бы то ни было еще и уж тем более дороже моего существования.

Я сделал много ужасных вещей. Таких, о которых мне бы не хотелось, чтобы ты знала. Боюсь, я еще много чего натворю до восхода солнца. Поэтому, что бы тебе обо мне не сказали – не слушай, прошу. Хочу остаться в твоей памяти твоим Мышонком, если можно; тем, с кем ты встречала свои первые рассветы и танцевала на своем первом балу.

Люблю тебя. Даже если не рядом. Запомни.

Твой Стефан»

- Не может быть, - прошептала я чуть слышно, - не может…

В палате задрожали стекла. Синхронно с моим бешено бьющимся в панике сердцем. Перед глазами – влажная завеса, но плакать не могла… Звон: позади лопнул графин, и вода быстро растекалась по полу, касаясь моих босых ног, отрезвляя.

- Елена? – кричал Элайджа в телефоне. – Елена, успокойся! Возьми трубку! Слушай мой голос!

«Смотри мне в глаза, слушай свое сердце, - вторил в мыслях голос Стефана, и мир вокруг успокаивался потихоньку. - Дыши, милая. Чувствуешь ток крови, Моей крови в Твоих венах, чувствуешь? Возьми трубку…»

Мои пальчики схватили телефон как раз, когда он уже должен был бы захлебнуться в надвигающейся на него лужице.

- Эл… я…

- Еще ничего не известно, Елена. Может, он спрятался, заперся где-то, чтобы не навредить кому-нибудь, особенно тебе. Не похоже, что он всю ночь бродил по городу в ожидании рассвета! Всего-то пара трупов, и все около больницы. Не его размах! Не поднимайте панику раньше времени, девочки, - обращался он и ко мне, и к Лекси…

«Почему за меня должны умирать другие?» - крутилось в голове.

- Елена, мы с Лекс приедем так скоро, насколько возможно, а пока… я пришлю тебе инструкции. Сделай все в точности, как будет написано. Это не позволит вампиру пересечь порог без приглашения, и, если Стефан появится, не впускай его. Лучше вообще с ним не разговаривай и не смотри ему в глаза, хорошо?

- Но почему?

- Просто сделай, как я сказал! – и Элайджа повесил трубку.

«Как я сказал» - это навести какую-то жутко пахнущую смесь, добавить туда каплю своей крови и нарисовать этим странный иероглиф у всех входов. Глупо, но я сделала. На девочку, что ходит ночью по больнице с подозрительным и таинственным видом, никто не обращал внимания. Привыкли?

Я заглянула к Джене. Она спала, конечно. Из ее палаты уже убрали лишние приборы. Румянец появился на щеках, и ровное дыхание успокаивало, лаская мой еще не отошедший от переизбытка вампирской крови слух. Все это время я прокручивала в голове логичные доводы Элайджи, стараясь вычеркнуть из памяти записку, что прожигала сердце, прячась в нагрудном кармане рубашки. Что будет с Деем, если Стефан правда… И вдруг меня осенило: Деймон! Есть, наверное, единственное место, что может сдержать вампира – наш подвал. Мне не позволено было туда ходить, но, судя по всему, там настоящий бункер.

Недолго думая, я, игнорируя мороз и холод, вылетела на улицу и, поймав такси, рванула в особняк.