IV (1/2)
Нельзя сказать, что Роксана не хотела этого. Она думала только об этом.
Она репетировала этот разговор не одну ночь, она думала о каждом слове и о каждом действии, которое могло быть как с еë, так и с его стороны. И если каждый раз даже мысленно она так или иначе приходила к поцелуям... И иногда дальше...
Ничего удивительного, что она так и не смогла удержаться, когда прижала его к стене, а в его взгляде не было ничего, что могло бы еë остановить. Ей казалось, она вообще ненавидела этот взгляд Мегамозга: приоткрыв рот и прикрыв глаза, он выглядел наполовину растерянным, наполовину зачарованным, немного пьяным и сильно возбуждëнным, но не отводил жадных глаз от еë лица, часто дыша, как будто они только что снова бежали. Она знала, чего он хотел, потому что хотела того же.
И если сначала она врала себе, что после короткого поцелуя просто влепит ему пощëчину, которую он полностью заслужил, или, возможно, даже совсем не заслужил, но у неë всё равно чесались руки... Потом она попала в ловушку. И нашла своим рукам лучшее применение. Одного поцелуя оказалось недостаточно, и Роксана больше не хотела останавливаться, когда он прижал еë к стене и спрашивал, чего она хотела, сводя еë с ума своей просьбой ответить между безумными обжигающими поцелуями. Она хотела его. Она хотела больше.
Ещё когда она приняла окончательное решение найти логово, Роксана знала, к чему это приведëт, и она никогда не сделала бы этого днëм, потому что днëм еë тормоза работали лучше. Или хотя бы вообще были.
Нельзя думать о безудержном сексе с суперзлодеем каждую ночь несколько месяцев подряд, а потом не воспользоваться первой же возможностью поцеловать его, как только он оказался в руках. Возможно, если бы он не дал ей понять, что тоже хотел этого. Но он слишком явно хотел. Она поцеловала бы его только потому, что он так смотрел.
Роксана полностью отдала ему инициативу и сняла с себя всякую ответственность.
Через несколько судорожных, жадных поцелуев еë толстовка полетела на пол, а она ничуть об этом не жалела, и уж тем более не собиралась это останавливать. Мегамозг как будто торопился коснуться губами везде, лизнуть еë шею, поцеловать под ключицей, это сводило с ума, его дыхание, его бормотание, его поцелуи, его пальцы на еë коже, когда он нетерпеливо задирал и стягивал еë футболку. Роксана не возражала, притянув его к себе для следующего поцелуя.
– Моя! – жадно прорычал он, сжав в ладонях еë груди, укусив плечо и двинув вперëд бëдрами, впечатавшись между еë ног.
Роксана застонала, откинувшись назад и подстраиваясь под его тело, невероятно опьянëнная желанием и предвкушением. Она помнила его сильные ловкие пальцы, его губы, его тело, она безумно хотела ощутить это ещё раз.
– Да...
Он закрыл еë рот поцелуем, нетерпеливо расстëгивая джинсы. Она расстегнула его плащ и погладила его обнажëнную шею, пытаясь на ощупь найти молнию на его спине. Она тоже хотела касаться его кожи. Больше его кожи, больше его хрипов, его голоса, больше его.
– Моя... моя... моя... – шептал он между поцелуями, торопливо раздевая еë.
Роксана хныкала и прижимала к себе его, подставляясь под его губы. Он жадно погладил еë бëдра, спуская джинсы вместе с трусиками, легко укусил еë шею, подул на укус, лизнул, втянул в рот, снова лизнул.
– Боже... – прошептала она, зажмурившись и отдаваясь его рукам. – Пожалуйста...
– Роксана... – простонал он в еë шею, поглаживая еë талию, трогая, но не там, где она хотела больше всего.
– Не своди меня с ума, просто сделай это... Не томи...
– Ты заслужила эти муки, искусительница, – прошептал он, нежно лаская губами еë ухо. – Такая жестокая... Такая соблазнительная... Я так хотел тебя всё это время...
Роксана почувствовала, как одни только эти слова пробежали по еë коже, отдаваясь жаром во всём теле. Когда его пальцы нежно коснулись еë сосков, она снова толкнулась в его руки, позволяя ему обхватить еë груди, и впилась в его губы, дразня его язык.
– Моя, – снова зарычал он, плотнее прижав еë к стене.
– Да, – поспешно отозвалась она, – давай же, сейчас, прямо сейчас... Пожалуйста...
– Сперва скажи, что хочешь, чтобы я сделал это, – обжигая поцелуями еë шею, он снова пробрался к еë уху, плотно устроившись между еë раздвинутых ног, и вцепившись пальцами в еë бëдра. – Скажи, как именно хочешь, чтобы я сделал это...
Он щекотал еë своей бородкой, своими зубами, она чувствовала его язык, танцующий на еë коже.
–Зачем? – жадно спросила она, пытаясь двигаться и почувствовать его эрекцию.
– Потому что мне нужен твой голос, – отозвался он и, наконец, провëл рукой по ней, медленно и нежно двигаясь пальцами к еë лобку. – Я хочу слышать, как ты говоришь это. Мне нужен твой крик... Скажи, что ты хочешь... Кричи, что ты хочешь...
– Мегамозг, да! – всхлипнула она, когда он добрался пальцем до еë клитора и слегка надавил. – Боже, да!
– Как мне это сделать? – бормотал он, целуя еë шею и слишком медленно, слишком плавно, слишком нежно водя пальцем, не давая ни капли облегчения, только усиливая возбуждение.
– Будь грубым, – прохныкала она, пытаясь сильнее потереться о его ласковые пальцы. – Я хочу, чтобы ты был грубым... – она снова двинула бëдрами. – Схвати меня, держи меня, трахни меня... Так грубо, как только можешь...
Мегамозг застонал в еë шею.
– О, искусительница...
– Мне это нужно...
– Ты себе не представляешь, как мне это нужно.
Он впился в еë губы. Роксана обхватила руками его шею и голову, прижимая к себе, открывая рот, чтобы его язык проник в неë, ëрзая под его руками. Она почувствовала, как он расстегнул свой ремень, стянул брюки, она обхватила его ногами, ощутив прикосновение его члена. Он медленно наполнил еë, растягивая удовольствие, и когда вошëл до упора, Мегамозг тяжело и глухо застонал в еë рот. Она ощущала всё его тело.
– Да, – жадно прошептала она, двинув на нëм бëдрами так, чтобы на толчке, когда он снова вошëл на всю глубину, еë клитор коснулся его паха.
– Моя! – зарычал он, впечатав еë в стену.
Она застонала, пытаясь снова поймать его губы и нанизаться на него.
– Моя, моя, моя!
На каждое слово он делал новый резкий глубокий толчок.
– Моя, моя, моя!
Он растягивал еë, входил в неë, держа под бëдрами, врезаясь всем телом, ему, казалось, было всё равно, сколько она весила, если она могла обхватить его ногами и прижаться к нему.
– Моя! Моя! Моя! – выше и выше выдыхал он в ритме движений и в ритме еë стонов, пронзая еë удовольствием.
Наконец, он снова накрыл ртом еë рот, смешивая их хриплые стоны, двигаясь быстрее и быстрее, из него больше не вырывалось слов, только невнятное мычание на каждый вход и на каждый выдох. Роксана жадно втягивала в рот его губы, принимая с глубокими толчками его член и, наконец, не сдержав долгого крика, выгнулась, обхватив его всего и прижимая к себе, задохнувшись от невероятного наслаждения, трения, сильнее и больше, чем она могла выдержать.
– Боже, Мегамозг, да!
Она чувствовала, как еë трясло, когда его мощные толчки пульсацией разливали острое блаженство по еë телу до самых пальцев ног, перебив дыхание, сжав еë и взорвав.
– Рок... са... наааа, – протяжно простонал он еë имя, резко входя на каждом слоге и с силой словно натягивая еë на себя.
Она чувствовала пульсацию его тела, его твëрдый, как камень член, и грубые руки, его особенно сильный, резкий и глубокий толчок, когда он с высоким долгим стоном кончил в неë, ещё раз натягивая еë на себя, и его член вздрагивал, его живот вздрагивал на еë вздрагивающем тупым блаженством клиторе, пока его губы вздрагивали на еë шее.
На несколько секунд они замерли, плотно прижавшись друг к другу, тишину нарушали только их всхипывающие вдохи и выдохи. Мегамозг всё ещё держал еë на весу, уперев в стену.
Всё так же всхлипывая, он вдруг начал целовать еë, еë шею, горло, плечи, щëки, губы, беспорядочно, часто.
– Роксана, – шептал он, на каждое слово новый короткий поцелуй. – Роксана, Роксана... Только не уходи... Не оставляй меня... Останься... Останься на ночь... Роксана... Останься на всю ночь... Останься...
Она почувствовала, как возбуждëнно сжалась от этих слов с новой вздрагивающей пульсацией и всхлипнула в его губы, когда он снова мимолëтно коснулся ими еë рта.
К чëрту, она всë равно была уже здесь.
– Останься... Останься... Останься... Я сделаю всё, что ты хочешь... Останься... Останься со мной...
Накрыв его рот, она заставила его замолчать, долго поцеловав.
– Один раз, – наконец, сдавшись, ответила она. – Только один раз. Только в этот раз.
Мегамозг обхватил руками еë лицо, глубоко целуя, выйдя из неë, пока она медленно становилась на землю.
– Моя, – прогудел он в еë рот.
Она прикусила его губу, заставив остановиться.
– Только потому что мне это нужно, – прошептала она. – Один последний раз.
– Один последний раз, – послушно повторил он, пьяно глядя в еë глаза, и это выглядело безумно возбуждающе.
Метнувшись к ней, он снова жарко впился в еë губы.
– Моя в последний раз... Моя...
Роксана снова укусила его, и он, всхлипнув, отстранился.
– Не твоя, – строго возразила она.
– Плевать...
Он снова начал покрывать поцелуями еë шею и плечи, его руки нежно провели по еë телу.
– Мегамозг... – прошептала она.
– Ммм?
– Не говори, что мы до утра простоим на пороге...
Мегамозг внезапно подхватил еë на руки.
– В спальню, – решительно сказал он перед ещё одним поцелуем.
У Роксаны закружилась голова, когда он легко и уверенно зашагал с ней на руках.
– Чëрт, ты сильный, – удивлëнно сказала она, обхватив его шею.
– Я качаюсь, – небрежно ответил Мегамозг.
Роксана не сдержала короткий смешок.
– Тогда почему ты такой тощий?
– Так анатомически сложилось.
Она уткнула лицо в его шею, чтобы не засмеяться, и он через секунду застонал.
– Боже, развратница, твоë дыхание сводит с ума.
Роксана фыркнула, а потом всë-таки засмеялась. Через несколько шагов Мегамозг поставил еë на землю и прижал к себе, жадно накрыв еë рот поцелуем.
– Горячая... Соблазнительная... Развратница... – выдохнул он, оторвавшись и заглянув ей в глаза.
После он снова подхватил еë на руки и понëс, опустив только в лифте и только для того, чтобы снова начать целовать, а потом, не прерывая поцелуя, снова подхватить на руки и нести так уже до кровати, рухнув вместе с ней. Она улыбнулась в его губы, вспомнив, как была здесь в прошлый раз, и потянулась, задев руками изголовье, к которому тогда была привязана. Еë пальцы коснулись лоскутов, которые он неизвестно почему так и не убрал, она распахнула глаза и громко возбуждëнно вздохнула.
– О чëм ты думаешь? – спросил Мегамозг, нависнув над ней и заглянув в глаза.
Она молча закусила губу. Его взгляд скользнул по еë рукам и остановился на изголовье и лоскутах в еë ладонях.