Глава 9 (2/2)
Муза и Лейла оставались в Алфее. Каждая нашла себе занятие по вкусу, уединившись в своём уголке, но было нечто общее, что связывало их обеих. Девушки, находясь по разным комнатам, не сговариваясь, думали об одном и том же. Фей тревожило неоправданное, как они считали, доверию Блум к Валтору. Поведение демона в особенности настораживало Лейлу, но и Муза полностью поддерживала опасения подруги. Даже несмотря на то, что у его постоянной тяги к школе для фей была очевидная причина в лице огненной хранительницы, Муза и Лейла сомневались, можно ли безоговорочно верить каждому его слову. Не затеял ли он коварный план против них? Этот вопрос мучил девушек на протяжении долгого времени. Им повезло не видеть полной картины, иначе как бы они тогда смогли спокойно спать, зная, кто ещё делает вклад в их общее дело.
Именно Лейла и Муза были первыми, кто услышал от Рокси тайны из прошлого магов Чёрного Круга и Кайдена с Брианной. Поражённые девушки представить себе не могли, сколько секретов годами хранили «земных феи», как снова назвала источник полученной информации розоволосая. К своему удивлению, рассказ ей дался легко, и Рокси практически не чувствовала того напряжение, с каким она краснела перед подругами в прошлый раз. В какой-то момент ей стало казаться, что она даже получает некое удовольствие от той игры, в которую она втянулась.
Уроки были отменены, и Рокси решила посвятить день чтению. Однако сосредоточиться ей было крайне тяжело, ведь навязчивые мысли никак не давали покоя. Чем ближе подходил вечер, тем тревожнее чувствовала себя фея. Несмотря на то, что вчера они с Огроном не обговаривали следующую встречу, она была уверена, что сегодня они должны увидеться вновь и он непременно будет ждать её на том же месте. Вот только по решению директрисы покидать школу ученицам сейчас запрещено, а значит их встрече не суждено случиться. Фея прокручивала в голове самые странные сюжеты, вплоть до того, что маг придёт к ней прямо под балкон и все увидят его. Что она тогда будет делать? Рокси вдруг не на шутку перепугалась и даже выглянула в окно, после чего быстро вернулась назад, тряхнула головой, потёрла глаза и даже посмеялась над своим странным действием. Как бы то ни было, придётся переждать ночь, и, может быть, завтра фея и маг всё-таки смогут встретиться.
Конечно же, Рокси не ошиблась, кода подумала, что сегодня «свидание» снова должно было состояться. Огрон прождал больше часа, надеясь всё же увидеть розоволосую фею. Для мага, пробывшего в заточении почти два года, час ожидания — сущая мелочь. Даже в холодной тюрьме, будучи закованным во льдах и лишённым всякой возможности что-либо сделать, можно выжить и не сойти с ума, главное — не давать мозгу засыпать. Единственное, что остаётся заключённому — думать, напрягать мыслительный процесс, чтобы не дать себе окончательно превратиться в безжизненную ледяную статую.
Первые эмоции, с которыми в Омегу попадает каждый осуждённый — злость и неутолимая жажда мести. Похоронив мир в проклятиях бесчисленное множество раз, постепенно узник начинает в полной мере осознавать свою участь. Ярость утихает, а ненавистный мир становится для него недосягаемым райским местом, за возвращение в которое он теперь готов отдать всё что угодно. И лишь тот, в ком теплится, казалось бы, пустая надежда, способен сохранить рассудок и не сойти с ума в зловещей тюрьме Омеги.
Пагубные мысли о мести быстро отпустили Огрона, оставив лишь невыносимую усталость и гнетущее чувство вины перед теми, кто всегда полагался на него и называл своим лидером. А вместе с тем, как сменялись бесконечно тянущиеся дни, маг всё чаще думал о последней земной фее Рокси, которая навеки врезалась ему в память.
Излюбленным сценарием красноволосого было представление «идеальной жизни». Маг неустанно размышлял, какую судьбу он желал бы для себя и своих товарищей. Поначалу он представлял, как они с Чёрным Кругом победили Винкс, окончательно расправились с земными феями, а Рокси он забрал себе в качестве трофея. Затем в его сюжетах Рокси из безвольного трофея превратилась в «тёмную фею», решившую перейти на их сторону. Чем дольше Огрон находился в Омеге, тем мягче становились его сюжеты, и он сам не заметил, как пришёл к тому, что стал думать о Рокси как о той самой, кто смогла бы указать ему другой жизненный путь, отговорить от бессмысленной войны с феями и просто сделать его счастливым.
Так, копаясь в воспоминаниях, лидер Чёрного Круга провёл время, ожидая фею животных на их месте. Огрон был достаточно умён, чтобы понять — она оставалась в Алфее не просто так. Точно также, как и Амелия, которая сегодня не зашла проведать его ни ранним утром, ни в течение целого дня. А когда он, накинув капюшон, на свой страх и риск решил идти «домой» через центр города, пустые улицы Магикса только подтвердили его догадку.
Беспокойнее всех сегодня чувствовала себя Амелия. Страх того, что Огрон без её присмотра снова покинет дом и будет кем-то замечен, смешивался с настоящим ужасом из-за невозможности выйти из школы и добраться до Кайдена и Брианны, перед которыми она обязана отчитываться каждый день. Фея боялась даже предположить, что с ней сделают за такое нарушение, сможет ли она искупить свою вину или её попросту прикончат. Девушка не находила себе места, то рыдала, то тихо всхлипывала, то просто молча сидела, забившись в уголок, где её никто не видит, и ругала себя за то, что когда-то собственными руками ввязалась в это дело, и теперь ей приходится расхлебывать последствия своей глупости.
Амелию спасало лишь то, что после тяжёлой битвы брат с сестрой потратили весь день на залечивание ран и восстановление своих сил, и практически не вспоминали о ней. Брианна, конечно, возмущалась брату, ругаясь на наглую девчонку, посмевшую нарушить свои обязанности, но Кайдену было совсем не до этой глупой фейки, по крайней мере сегодня. Сейчас его дико злили те самые Винкс, вставшие у них на пути в Облачной Башне, и, надо признать, эти феи оказались намного сильнее, чем они с сестрой могли себе представить.