8.5 (2/2)

— Все будет в порядке, — произносит Хван, — через какое-то время. Сейчас он слаб, напуган и немного себе на уме, но, думаю, я смогу сохранить ему ребенка, — Чонен смотрит Хенджину в лицо несколько секунд, перед тем, как тяжело вздохнуть.

— Ты опять едешь в суд? — спрашивает она, понизив тон. Хенджин стискивает зубы, коротко кивая, — просто отпустить не пробовал? — Хван поднимает на нее пустой безжизненный взгляд голубых глаз и совершенно очаровательно улыбается.

— Пока я жив, я не дам ему и капли свободы и счастья, которых он не заслужил.

— Хенджин…

Но договорить она не успевает. Со второго этажа к ним спускается Джихе, охая, когда Хенджин оборачивается на ее излишне резкий запах персиков.

— Привет, — неловко здоровается он.

Она с секунду смотрит на него с недоверием, изучая, но уже по прошествии этой секунды Пак охает, прикладывая ладони к губам.

— Прости, я…ты просто…так изменился, — Хенджин осматривает себя с ног до головы, после чего сконфуженно фыркает.

— Голубые линзы творят чудеса, знаю, — смеется он, но все в комнате прекрасно понимают о чем именно говорила Джихе. Хенджина, несмотря на его эпатажную внешность, практически нельзя заметить. У него нет запаха. Вообще. Тот парень, что приезжал к ним на прошлое Рождество и пах исключительно свежими яблоками остался где-то там, среди груды камней, полностью разбитый горем. Перед ними новый Хван Хенджин. Тот, на кого можно положиться, и кто так отчаянно хочет положиться на кого-нибудь в ответ, но старые шрамы все время дают о себе знать.

— Минхо… — вновь начинает Пак, но Хенджин мотает головой.

— Не стоит, хену нужно отдыхать, — Хван вновь поворачивается к Чонен, — в общем, я хочу, чтобы вы посоветовались с Донхуном. Джисону нужны витамины, Джихе, — обращается он к омеге, — было бы неплохо вспомнить что принимала ты. Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось и постараюсь поправить его здоровье, но нам нужны лекарства на экстренные случаи. Джисон пока что очень слаб.

Джихе присаживается рядом с Ю, все никак не в состоянии оторвать взгляд от нового Хенджина. Она знает, что его манера разговора очень изменилась, но Пак и предположить не могла, что Хван полностью избавился от старого себя. И эти голубые линзы…словно непрекращающийся поток воды, на самом деле являющийся слезами. Они не смогли поддержать его в самый страшный для парня день, и он вытащил себя из этой ямы самостоятельно. Но что с ним стало? Теперь перед ними сидел новый Хван Хенджин. Совершенная противоположность старому себе. Это, на самом деле, заставляло Джихе очень переживать за него.

Девушки ничего ему на это не ответили и Хенджин решил, что ему пора ретироваться. Он встает с дивана, говоря, что ему пора ехать. Джихе выпаливает «куда?» раньше, чем Чонен успевает остановить ее.

— Рушить жизнь одному ублюдку, — с улыбкой произносит Хван, — пожелайте мне удачи.

Но провожают Хвана в гробовом молчании. Он садится в машину на заднее сиденье и просит водителя закрыть перегородку между ним и водительским местом. Когда просьба была выполнена, машина трогается, а Хван закрывает лицо руками и закрывает глаза, видя разводы даже в непроглядной черноте. Все тело пронзает острая боль. Он уничтожит его. Всю его жизнь он возьмет в свои покрытые бесчисленными шрамами руки, и разорвет в клочья. Он заставит его страдать. Он заставит его почувствовать то, что чувствовал он сам. Он не даст ему забыть, как этот ублюдок лишил его единственного, что держало Хвана на плаву. Он заплатит за то, что сделал с их ребенком.