Часть 35 (2/2)
–О, Аллах! Что я слышу? Моя сестра сошла с ума! Назира, ты посмела сеять разврат в моём доме! Ты совсем распустилась! Дядя Абдул прав, что Бразилия плохо на тебя влияет!– не унимался возмущенный молодой человек. Он схватил пульт от телевизора и выключил сериал, к огромному возмущению сестры.
Назира не стала терпеть подобный произвол и вскочила с дивана, как разъяренный бык, готовая к битве. Брат и сестра какое-то время боролись за пульт, перетягивая в разные стороны, так что телевизор включался и выключался несколько раз, переключались разные каналы, пока Мохаммед не выдернул его из рук сестры окончательно, отходя на приличное расстояние. Назира не сдавалась:
– Немедленно включи! Из-за тебя я пропущу самый интересный момент!
– И не подумаю! Ты сошла с ума, Назира! Ты думаешь, что ты делаешь? Разве приличная женщина может смотреть такое безобразие? Разве приличная женщина, особенно не замужняя, даже подумает о том, чтобы даже включить подобный разврат! Я немедленно отключу этот канал! Дядя Абдул прав, что телевизор — ящик шайтана! Оттуда нельзя получить ничего полезного, он только развращает людей!
– Да, а почему же ты тогда его смотришь? Я уже не говорю о том, что я до сих пор не замужем только по вашей милости, потому что всю жизнь посвятила вам, неблагодарным ослам! Думаешь, я не замечаю, что ты временами смотришь по телевизору женскую борьбу? — эти слова золовки заставили Латифу в шоке ахнуть, на что Назира только кивнула, продолжая выговаривать брату:— Да, Латифа, когда ты уходишь в ванную, он спускается вниз и включает борьбу, смотрит, как дерутся в грязи полуголые девушки!
– Назира! – возмутился Мохаммед, одновременно смущённый и злой, что его уличили в подобном неблаговидном поступке. Молодой человек вправду однажды наткнулся по телевизору на не самую приличную программу, и узнав, что она идёт каждый день в одно время, шайтан попутал его пару раз включить этот канал снова, но он и подумать не мог, что его поступок был замечен наблюдательной сестрой. Разве он, будучи главой семьи, мог признаться, что вправду сделал нечто столь недопустимое?– Я не смотрел этот разврат, Назира! Я хотел отключить этот канал, чтобы вы случайно не наткнулись! Мне пришлось совершить харам, увидев часть неприличной программы, чтобы все мы не совершали ещё больший харам, если вдруг наткнёмся на неё снова!
– Конечно! Именно потому ты смотрел, не отрываясь, у тебя даже слюни текли! – язвительно заметила Назира.– Не пытайся меня обмануть, Мохаммед!
– Назира, ты переходишь черту! – предупреждение ясно слышалось в голосе Мохаммеда.– Дядя Абдул...
– Дядя Абдул! — передразнила брата женщина, ничуть его не испугавшись.— Ты становишься таким же, как он! В твою голову не проникает ни одна современная идея, она закрыта для всего современного, как пещера Али Бабы! Ты тёмный, как пещерный человек! Но это только когда дело касается других, а сам ты ничуть не лучше, только пытаешься притвориться праведным!
– Замолчи! Дядя Абдул прав, что ты стала одалиской, Назира! Вдохновилась феминистками из Каира? В нашей семье не будет феминисток! Женщины нашей семьи приличные, они слушают мужчин и не поднимают голос, они говорят только когда им разрешено! Пророк говорил, что женщина должна молчать и подчиняться мужу!
– Дааа? — протянула елейным голоском Назира.– Значит ты считаешь, что хорошо знаешь, что говорил Пророк? Ты всегда делаешь всё правильно, не так ли, Мохаммед? А не напомнить ли мне, как ты женился на Латифе? Ты попросил меня солгать, что у Латифы и Саида была одна кормилица — ливанка Салуа, потому что иначе у тебя никогда не было бы шанса в сравнении с Саидом! Ты умолял меня соврать и я это сделала, чтобы ты получил желанную жену! Да ты даже золота нормального ей не купил, она выбрала одну только цепочку, и опять же, мне пришлось позориться и говорить о том, что мой брат не способен исполнить условия брачного контракта! А теперь ты учишь меня праведности?
В комнате повисла тишина. Латифа в шоке прижала ладони к щекам: если раньше девушка подозревала иногда, что никакой общей кормилицы у них с Саидом не было, она всегда думала, что это была злая шутка Лары Назиры, желание сделать гадость более счастливым девушкам, потому что сама женщина не могла выйти замуж за её дядю Али, на которого тогда положила глаз, даже боялась, как бы сестра мужа опять не провернула подобный фокус, заявив, что та же кормилица временами кормила и другого её брата, расстроив таким образом и другую свадьбу, однако никогда прежде Латифа не думала, что Мохаммед мог пойти на что-то подобное. Нет, она не думала про него ничего плохого! Может изначально будущий жених ей не нравился, но постепенно она его приняла и видела одни только достоинства, главным из них считала доброту, честность и мягкость. Неужели Мохаммед, всегда такой строгий к проступкам других людей, мог увести без зазрения совести невесту собственного брата? Не выгляди муж таким сконфуженным в этот момент, Латифа наверное нашла бы в себе силы поверить, что Лара Назира говорит неправду, но это было не так. Мохаммед сразу стушевался и потерял всю свою прежнюю уверенность, так что его сестра с видом победителя снова включила телевизор, но канал переключился, вместо сериала шли новости.
– Напоминаем, что вчера в районе фавелы Росинья взорвался автомобиль сына промышленного магната Леонидаса Ферраса, в котором по первоначальной информации находился сам сеньор Лукас Феррас и его супруга Жади Феррас....— Латифа громко вскрикнула, медленно подходя к телевизору на негнущихся ногах, руки девушки мелко дрожали. Между тем диктор продолжала:— Однако сегодня появилась новая информация: автомобиль был угнан неизвестными мужчиной и женщиной, личности которых пока выяснить не удалось, поскольку тела погибших в салоне были серьёзно изувечены. Мы связались с офисом сеньора Леонидаса Ферраса, который подтвердил, что его сын и невестка живы.
Дальнейшие новости Латифа уже не слушала. В голове девушки билась настойчивая мысль, что несмотря на информацию в новостях, ей нужно немедленно связаться с сестрой, услышать её голос, убедиться, что Жади жива. Забыв про всякие запреты мужа на общение с кузиной, не обращая внимания на находившихся в комнате, Латифа бросилась к телефонной книге и начала искать номер дома Леонидаса Ферраса. Племянница Али Эль Адиба уже набирала номер, когда неожиданно из рук у неё вырвали телефон. Девушка в шоке подняла глаза на непреклонного мужа, который строго смотрел на неё, будто она совершила нечто страшное.
– Мохаммед...– недоверчиво прошептала Латифа. Она не могла поверить, что даже в такой момент муж останется настолько непреклонным.
– Латифа, мы не общаемся с этими людьми. Я запрещал тебе упоминать даже имя этой одалиски, не говоря уже о том, чтобы говорить с ней по телефону. Ты уже забыла, что наша семья не говорит об этой женщине?
– Но, Мохаммед... Я тебя прошу, всего один раз! Мне нужно услышать голос Жади! Моя сестра могла погибнуть! Я хочу убедиться, что она жива!
— Она тебе не сестра, Латифа. Она перестала ею быть в тот самый день, когда отвергла моего брата Саида и пошла против семьи. Я запрещаю тебе даже думать про общение с этой порочной женщиной. Даже твой дядя отрёкся от неё, проклял её имя! – обычно относительно мягкий человек был непреклонным, когда вопрос касался Жади, которая казалась ему едва ли не главной грешницей на земле.
– Неправда! — возразила Латифа со слезами на глазах.– Дядя Али не проклинал Жади, он не общается с ней, но может однажды простить! Он её не проклинал!
– Значит ты считаешь, что она заслуживает прощения? Одалиска, которая выявляла имя нашего рода в грязи, заслуживает прощения? Она посмеялась над моим братом, когда вышла за своего бразильца, которому отдалась ещё до свадьбы! Её могли забить плетьми на площади, она заслуживала такой участи! Ей повезло тогда, и повезло очередной раз! Клянусь, будь у меня сестра, которая вышла замуж за бразильца, я молил бы Аллаха, чтобы Он её забрал и она не смогла больше позорить род!
Теперь уже на молодого человека в ужасе смотрела не только Латифа, но и Назира, которая была поражена жёсткостью брата. Женщина невольно задалась вопросом, что же будет, когда она выйдет замуж за человека, не одобренного братьями и дядей. Определённо, её родные не будут столь же мягкими, как сид Али, который для вида закрыл дверь своего дома для Жади, но не проклинал и не пытался чинить препятствия. Если верить Мохаммеду, мальчишка, который хватался за её юбку и ходил за ней по пятам, первый откажется от сестры, поверит, что её никогда не существовало, если она сама выберет себе мужа. Но этот факт ничуть не уменьшил уверенности Назиры, что она поступает верно: она больше не собиралась ждать, пока родственники устроят её судьбу, она выбрала её самостоятельно и будет идти по этому пути до конца! Женщина неодобрительно покачала головой и ретировалась из дома брата, пока тот не заметил и не начал выяснять, куда она идёт, благо, она вовремя вытащила сумочку, оставив в коридоре, прежде чем включить телевизор.
А в ушах Латифы между тем стояли очередной раз слова совсем другого мужчины, который говорил о том, что она заботится о своём муже, пока тот не может даже позволить ей изредка общаться с кузиной, потому что Жади ему неприятна – Мохаммед думал только о своих чувствах, но не о чувствах жены! Как же больно было осознавать, что он может быть настолько жесток к ней, и ещё больнее то, что раньше она принимала подобное, как должное. Но не позволить ей даже минуту поговорить с кузиной после таких новостей, когда ей отчаянно нужно было убедиться, что Жади действительно жива и в порядке, было невероятно жестоко. В новостях говорили, что машину Лукаса угнали. Как это произошло? Преступники могли остановить машину прямо на пустой улице! Разве дядя Али не говорил, что здесь высокий уровень преступности? Вдруг, на сестру и её мужа напали? Может они пострадали? Ей нужно было узнать!
– Ты не можешь говорить серьёзно...— между тем прошептала Латифа, умоляюще глядя на своего мужа. Она вдруг обрела железную решимость пообщаться с сестрой, и непокорно подняла подбородок.— Я всё равно позвоню Жади! Отдай мне телефон!
– О, Аллах! Ты такая же одалиска, как твоя кузина! У тебя в крови такая же зараза! Но я не позволю ей распространяться! Моя жена не будет общаться с отверженной женщиной, я не позволю! — Мохаммед в ярости выдрал из телефонной книги страницу с номером Феррасов и порвал на мелкие кусочки на глазах плачущей жены. Парень поспешно пошёл к выходу из дома, перед этим бросив жене:— Ты наказана! Месяц будешь обходиться без мужа!
За мужем захлопнулась дверь, но Латифа не находила в себе сил даже пошевелиться. Никогда прежде сердце девушки не болело так сильно, как сейчас. Она просто разрывалась от боли!
«Латифа, вы любите своего мужа? Вы любите Мохаммеда?»
Любит ли она своего мужа? Восточная красавица впервые открыто признала, что действительно затруднялась ответить, но точно не могла ответить утвердительно с полной уверенностью, потому тогда не ответила Зейну. А любит ли её Мохаммед? Ради чего он просил сестру солгать по поводу кормилицы? Можно ли любить человека, так откровенно игнорируя его боль? Девушка больше ничего не знала в своей жизни, но знала наверняка, что совсем не разочарована из-за наказания, наоборот, она не смогла бы лечь в постель с мужем в ближайшее время после сегодняшнего. Латифа обхватила руками свои дрожащие плечи и легла прямо на пол, судорожно рыдая от боли и безысходности.