Часть 11 (1/2)

Отвратительный звон в ушах, все тело саднит, ломит, кажется будто тысячи игл вонзаются прямо в мозг, заставляя его кровоточить изнутри, заполняя все пространство. Все звуки извне глохнут, глаза никак не соизволят открыться.

Сквозь заволакивающую пелену прорезаются голоса, они безжалостно бьют по барабанным перепонкам, наживую режут несоображающий мозг.

— Жив и жить будет, легкое сотрясение, но много гематом, рёбра и внутренние органы целы. В общем, везунчик. — прозвучал совсем рядом хриплый мужской голос.

— Слава богу. — раздался ещё ближе женский волнованный, особа определенно была заплакана. К его волосам прикоснулась чья-то дрожащая и тёплая рука, аккуратно перебирая пряди.

Через боль Леша смог открыть глаза. Яркий свет на миг ослепил его, заставляя плясать вокруг темные пятна.

Рядом с ним стояла Татьяна Михайловна, а чуть подальше Игорь и, судя по всему, врач. Бедная женщина выглядела ужасно: синяки под глазами, красное опухшее от слез лицо, в руке у неё был смятый платок, которым она пыталась вытирать слёзы. Именно пыталась, потому что большинство соленых капель неумолимо текли по щекам и беззвучно падали на холодный больничный кафель.

— Очнулся. — с подрагивающей улыбкой произнесла воспитательница. — Лешенька.

Гром сразу же двинулся в сторону Макарова, как всегда надвигая козырёк кепки на лоб.

— Ты как себя чувствуешь, малец? — прокашлявшись произнёс Игорь.

— Не очень. — еле выдавив из себя прохрипел Леша. — Голова… — он схватился рукой за висок. Кровь с безумной силой пульсировала, разнося мигрень по всей голове.

Наконец парень смог оглядеться. Под ним больничная койка, вокруг белые с голубым кафельные стены, слева громадные шкафы с огромным количеством всевозможных пробирок и инструментов. Похоже, процедурный кабинет.

— Вам стоит отлежаться дома, юноша. — наконец в беседу включился пожилой врач. — Состояние не критичное, но лучше не усугублять.

— Конечно, конечно. — Татьяна Михайловна энергично закивала. — Все будет отлично, освобожу от занятий.

— Пойдём. — Игорь подал Леше руку. — Провожу тебя до выхода, не дай бог ещё упадёшь.

Макаров с благодарностью кивнул и принялся аккуратно вставать с койки, голова просто раскалывалась.

Длинные разноцветные коридоры с множеством медицинских табличек и указателей.

— Как там виновник? — вопрос Грома отразился от стен. — Кирилл Гречкин.

— Как вам сказать. — врач замялся, поправляя очки. — Критическое состояние. Если вашего удалось спасти почти невредимым, — он кивнул на внимательно слушающего Лешу. — то Гречкину повезло гораздо меньше. Травмы почти не совместимые с жизнью, возможно останется инвалидом. Его очень сильно зажало, все-таки скорость была запредельная. Судя по всему сломаны рёбра, одно из них проткнуло внутренние органы, множественные переломы ног. Наши хирурги, конечно, борются за его жизнь всеми силами, но не знаю сможет ли он выйти из комы, а тем более ходить.

В глазах у Макарова мгновенно потемнело, голова пошла кругом, Игорь еле успел его ухватить за локоть и посадил на рядом стоящую лавочку.

***</p>

— Быстрее! Он шевелится! — кто-то громко командовал, послышался топот, к шее прикоснулась чья-то рука. — Жив! Бегом, бегом, бегом!

Внезапно слух разрезал лязг металла, казалось будто голова ещё немного и взорвалась бы, но этого не произошло. Наконец веки дрогнули и парень потихоньку смог открыть глаза, вокруг сгустилась тьма, постепенно отступая.

Рядом он увидел напуганных людей, пожарных, скорую, полицейских, рядом с ним стоял человек в халате, а прямо за ним в экипировке МЧС.