Глава 11. Алисия, привет, это папа (2/2)

— Смотри-ка, — хитро сказал я и, набрав номер Алисии, прикрыл микрофон салфеткой и приготовился говорить более низким хрипловатым голосом. Моих знаний немецкого должно хватить на этот несложный диалог. Меня почему-то забавляла эта ситуация. Я уже представил, как Алисия начнёт собирать манатки, и завтра мы её высадим в Берлине. В этот момент я не думал о последствиях, я просто хотел сбросить этот тяжеленный камень с души. Но я забыл, что это работает на так…

— Алисия, дочка, привет, — сказал я, как только услышал её голос. — Это папа, я сменил номер, не пугайся. Как ты там? — я подождал ответа пару секунд, но в трубке была тишина. — Алисия? — Тишина. — Алло!

«Блять… связь что ли пропала…» — выругался я про себя и открыл дверь автобуса. Быстро спустившись по ступенькам, я продолжил:

— Дочка, ты слышишь …? — и тут же замер, увидев перед собой Алисию и Йоэля.

В её округлившихся глазах была паника, которая тут же передалась мне. И эта паника была не из-за того, что она поняла про ненастоящий звонок. Было что-то намного серьёзнее. Я понял, что причинил ей сильную боль. Такую боль, которая соизмерима лишь с бесконечностью… Через эту боль на меня вылилось огромное количество разных чувств — сейчас Алисия не скрывала ничего. Куда-то делся холод, высокомерие и безразличие. Она не строила из себя никого другого, и была сейчас только собой. Однако больше я понять не успел — вдруг она резко сорвалась с места и куда-то побежала. Йоэль сразу отправился за ней, но задержался около меня:

— Какой же ты придурок, Нико! Её отец умер год назад. Я бы тебе щас хорошенько вдарил, но…

Дальше я уже Йоэля не слышал, как будто резко заложило уши. Вот она, причина её паники и такой бесконечной боли… Именно такая история произошла у меня с Иидой, когда она мне внушала, что я причиняю ей боль своими поступками, словами или безразличием к ней. И мой срыв, когда я ощущал себя самым главным мудаком мира с мыслями о самоубийстве… Ощутить снова те эмоции было самым страшным для меня… А Алисия… Каково же ей сейчас? Получается, что я надавил на самое больное, даже не подозревая этого. Как же я мог забыть, что семьи и ситуации бывают разными? Какое же я дерьмо… Может надо было всё же спрыгнуть с того сраного балкона?

— Нико. Нико, ты слышишь меня? — послышался откуда-то далеко знакомый голос. Я мечтал, чтобы это был голос отца, который будил бы меня. Пусть это будет сон, пожалуйста!.. Но это был голос Порко.

— Ник! — повторил он, и я окончательно пришёл в себя.

— Да, — сказал я и не услышал себя.

— Так, пошли-ка приводить тебя в чувство.

Йоонас потащил меня в автобус, сел рядом, наливал мне что-то, постоянно говорил со мной, что-то спрашивал, я даже отвечал, но по-прежнему не слышал себя. Все звуки были почему-то очень далеко. Потом пришли остальные, но я не разобрал их разговора, где они, по-любому, обсуждали моё дерьмовое поведение. Я просто пил и смотрел в одну точку. В какой-то момент я почувствовал, что меня сейчас разорвёт на части. Я даже попробовал встать, но стало только хуже… А потом меня окутала тьма.

POV Йоэль

Я смог догнать Алисию только тогда, когда она забежала за угол кого-то здания и остановилась. Догнал и сразу прижал к себе. Сначала я был зол на Нико, сильно зол. Я совершенно не понимал его поведение. Хотя… он же не знал ничего о её родителях… Да похер, что не знал! Это его не оправдывает ни на один процент. Алисия подрагивала в моих объятиях и прерывисто дышала, иногда всхлипывая. Почему все парни доводят её до слёз? Она этого не заслуживает. По неизвестным причинам мне хотелось защитить её от всей боли этой планеты, распутать все чувства, разобрать хаос внутри неё и наконец увидеть искренне счастливые глаза.

Потом мне стало Нико не меньше, чем Алисию. Он еле-еле пережил похожую ситуацию со своей девушкой в начале лета — не обошлось без помощи психотерапевта. Совершенно не представляю каково ему сейчас… Я даже немного перестал злится на него.

Но вот Алисия наконец задышала ровно, перестала всхлипывать и отстранилась, вытирая слёзы.

— Ты как? — осторожно спросил я, приготовившись просто к любой реакции — она может как снова начать плакать, так и наорать на меня. Но она просто молчала, смотря куда-то вниз и обнимая себя за плечи. Я тут же стянул с себя толстовку.

— Спасибо, — прошептала она.

— Нико обязательно извинится перед тобой, — твёрдо сказал я.

— К херам его извинения. Он и не знает, почему я убежала. Да ведь? — она подняла на меня умоляющие глаза, надеясь, что я ничего не сказал… Я молча смотрел на неё. Сейчас она всё поймёт без слов, смысл что-то говорить…

— Блять, Йоэль… Зачем ты сказал?

— Я не подумал, извини, — развёл я руками. — Я хотел, чтобы он понял.

— Думаешь, его это как-то задело?

— Ты даже не представляешь как, — сказал я. Она не знает той истории, но я не имею права её рассказывать. — Пошли в автобус, а то скоро выезжать, — я взял её за руку и повёл к нашему временному дому.

Пока мы шли, я думал о странном. О том, что я совершенно забыл как это — держать девушку за руку. Оказывается, это очень приятно. Рука Алисии была такой тёплой, небольшой и нежной. Я заметил это, когда она первый раз протянула мне руку и пошла со мной в клуб. Я был в шоке от своего поступка тогда, но так рад, что она вложила свою ладонь в мою. Кроме этого я ощущал ещё более странное чувство — мне казалось, что мы с ней сблизились за эти несколько дней. Хотя я бы не сказал, что много общались. Иногда так бывает, когда встречаешь первый раз человека, говоришь с ним, и тут же понимаешь — он мой. Так вот, я это понял тогда в Берлине на нашей первой встрече.