Глава 1. Лес и Святилище (2/2)
Агата присела в поклоне, расправив смявшиеся юбки. Княгиня ее проигнорировала, Лидия испугано глянула на Фифи и ускорила шаг, так словно боялась, что ферналь может на нее набросится.
Разминувшись с княгиней и ее дочерью, Агата вскоре добралась до городского птичника.
Он, как и все прочие птичники в округе, принадлежал ее отцу, и каждый желающий мог оставить в нем отдохнуть свою ферналь или, если таковой не было, взять ее в наем. Для Фифи, естественно, и стойло и обед из самых тучных крыс, были полностью бесплатны.
Попрощавшись с Фифи, и заверив, что она скоро вернется, Агата поспешила к святилищу Дракона-императора, чей золоченный купол возвышался над черепичными крышами прочих домов. Ее сердце восторженно ухало, предвкушая то, чего Агата ждала целую неделю.
Перед облицованными мерцающим мраморам стенами святилища высилась статуя Андроника Великого. Она стояла на невысоком постаменте, вокруг которого цвели пышные клумбы. Выточенное из камня лицо было возвышенным и задумчивым.
Кожистые крылья распахнулись за спиной, а руки были протянуты вперед, вверх ладонями, показывая, что император открыт и честен со своим народом.
Агата знала, что в действительности у Андроника не было крыльев в его человеческом обличье и, что их добавляли для красоты или по привычке. Однако, если в остальном скульптор был честен, хотя бы наполовину, то сложно было представить, как такая красота могла ходить по земле. Андроник сочетал в себе все черты, олицетворяющие собой совершенство.
Агата остановилась, уставившись на статую императора, как делала каждый раз, когда ее видела. Она была неодинока. На площади перед святилищем застыли десятки людей, чей взор был прикован к статуе.
Как бы Агате ни хотелось, она должна была идти дальше, внутрь святилища, пока там еще оставались свободные места на скамьях.
Сквозь высокие окна внутрь проникал мягкий свет. Стены и державшие своды колонны были увиты резьбой, а с обратной стороны купола была начерчена фреска, изображавшая раскинувшего крылья трехглавого золотого дракона. Именно таким Андроник был в своем истинном воплощении. Впереди, прямо за алтарем, стояла еще одна его статуя, теперь позолоченная. Она нравилась Агате не меньше, чем та, что была на площади.
Пройдя по узкому проходу, ей удалось углядеть одно из немногих, оставшихся свободными место, на которое она поспешила сесть. Длинные скамьи, были плотно забиты в основном женщинами: от самых юных девчушек до зрелых матрон. Встречались и мужчины, но их было куда меньше.
Когда к алтарю вышла служительница культа дракона-императора, все шепотки в зале смолкли.
Это была высокая худощавая женщина, чей возраст уже перевалил за середину жизни.
Ее свободные белые одежды светились чистотой, а на вытянутом лице застыло непередаваемо благостное выражение.
Обычно во время службы она читала главы из жизнеописания Императора, которые все собравшиеся знали наизусть, или рассказывала о новостях, которые передали из императорского дворца о том, как Андроник себя чувствует или, чем он был недавно занят. Слушать про это Агате всегда было интересно, однако больше всего ей нравилось, когда служительница вспоминала свою юность, проведенную вблизи императора. То, как она присутствовала на его трапезах, купаниях, и прогулках в саду, или, как стояла у стен опочивальни, оберегая его сон.
В такие моменты, Агата всегда представляла себя на ее месте и горько жалела о том, что в младенчестве родители не отдали ее на служение культу дракона-императора. Там ей было бы куда лучше, чем дома со сварливой мачехой.
Пару раз в месяц в Святилище проходили особые мероприятия, участия в которых в отличии от служб не было бесплатным. На них служительница доставала один из вещательных кристаллов и запускала иллюзию. В воздухе над алтарем появлялось изображение Императора. Оживая он ходил по саду своего дворца, обедал из золотой посуды, играл с головоломками или спал.
Агата обожала такие показы и не пропускала ни одного с тех пор, как ей минул четырнадцатый год. Мачеха этого всего не одобряла, но поделать ничего не могла. Преклонение перед драконом-императором было одним из немногого, что она не могла отобрать у нее.
— Сегодня особенный день, дорогие мои, возлюбленные дети дракона-императора, — провозгласила служительница воздев руки. — Наше солнце, наш защитник и повелитель, Пресветлый император Андроник Великий доносит до всех своих слуг радостную весть.
По залу прокатились шепотки. Собравшиеся вертели головами, переговариваясь друг с другом. Всех волновало одно: значило ли то о чем говорила служительница, что после сорока лет проведенных за стенами дворца дракон-император готов вновь выйти наружу и явить поданным свой прекрасный лик? Приедет ли он тогда в Арлею? Смогут ли они своими глазами его увидеть и выказать ему свою любовь и почтение?
Агата сжала кулачки, с нетерпением дожидаясь пока служительница продолжит.
Служительница тем временем водрузила на алтарь бледно-розовый полупрозрачный, размером с яйцо фернали, вещательный кристалл и прижав к нему ладони наполнила его своей энергией, отчего кристалл тут же засиял.
Шепот в зале усилился. Никогда еще у них не было бесплатных показов прямо во время службы.
Когда с громким щелчком кристалл заработал все стихло. Только одна девушка, сидевшая спереди, тонко вскрикнула, едва перед ней появилось изображение императора и тут же упала в обморок, со стуком ударившись об пол.
Никто не обратил на это никакого внимания. Всех интересовал лишь явившийся им лик дракона-императора.
Император восседал в золоченном кресле с высокой спинкой. Его одежды из нежно сиреневого шелка и расшитой золоченными нитками и самоцветами парчи, ниспадали с плеч, закрывая все его тело и оставляя взору лишь лицо и кисти рук. Волосы были заплетены на висках в косы, а на голове сияла корона.
— Что? Уже говорить? Уже пора? — спросил император, глядя куда-то в сторону.
Его сложенные на коленях руки нервно перебирали края одежд.
— Да, вы можете явить свою волю народу, ваше величество, — подтвердил кто-то, кого было не видно в вещательный кристалл.
— А, хорошо, тогда скажем, — кивнул император и наконец, повернул свое безупречно красивое лицо к ним.
У Агаты перехватило дух, ни у одного другого человека не было таких прекрасных, зеленых глаз, пусть и с вертикальным, как у кошки зрачком.
— Жители Визерийской Империи, мы, Император Андроник Великий, объявляем отбор невест! — провозгласил он и в зале тут же все стихло. Тишину нарушил лишь стук об пол, еще нескольких потерявших сознание девушек, на которых, впрочем также никто не обратил никакого внимания. — Достигнув определенного возраста мы решили, что нам пришла пора найти себе женушку, а для этого сначала нам нужна невестушка — красивая, талантливая, ловкая, смелая, добросердечная и любящая нас. Если вы такая, то можете явиться в любое из наших святилищ и сказать, чтобы вас внесли в список. Отбор начнется на вторую неделю первого месяца лета, так что не запаздывайте! Успейте явиться во дворец в столице и поучаствовать в первом испытании, которые мы для вас придумали. Может быть именно вам суждено стать нашей женушкой и императрицей всей Визерийской Империи. Не упустите свой шанс, он один такой на всю жизнь! — закончив говорить, Андроник сложил ладони домиком и покосился куда-то в сторону. — Все? Мы все сказали, ничего не забыли? Ох, как утомительно, Кир, я так устал… Хочу есть…
С громким щелчком кристалл перестал работать.
В зале тут же все загудело. Присутствовавшие в зале девушки вскочили со своих мест и ринулись по проходу вперед. Они толкались, стремясь оказаться как можно ближе к алтарю, дергали друг друга за платья, а то и за волосы.
— Тихо, барышни, тихо! — призывала их к порядку служительница. — Не беспокойтесь, никаких ограничений по местам тут нет! Всех желающих внесем в список на отбор невест!
Агата застыла на скамье, не зная, что ей делать. Часть ее рвалась вперед, чтобы тоже записаться на отбор невест, другую же охватила сильная тревога, граничившая со страхом.
Дело было в том, что мачеха ни за что бы не позволила ей принять участие в отборе невест. Она высекла ее хворостиной, если бы только узнала о том, что в голове Агаты возникла мысль сделать что-либо без ее разрешения.
Пока Агата сидела и думала, разрываясь между страхами и желаниями, очередь постепенно поредела. К ней подошел один из служителей. Это был старичок тушивший лишние свечи в нишах. Служба закончилась и в них больше не было нужды.
— А что же вы госпожа, запишитесь? — миролюбиво спросил он, кивая на остатки собравшихся возле алтаря девушек.
— Я… я не знаю, я как-нибудь потом. Как получу позволение у родителей, — скороговоркой проговорила Агата и подхватив свои юбки, вскочила со скамьи и побежала к выходу.