Оранжерея (1/2)
— Этот дом такой огромный… — шепчет Макс, в который раз запрокидывая голову. Разглядывая высокие потолки, украшенные росписью, тонкую вязь растительных орнаментов вдоль стен.
— Да, — соглашается Рекс. — Огромный.
Они сидят на ступеньках винтовой лестницы. Обычно карга не позволяет засиживаться здесь подолгу, но сегодня её нет. Уехала за покупками в город. И без неё дом как будто ожил: спало древнее проклятье, коридоры перестали казаться враждебными, а комнаты — затхлыми и пустыми. Всё вдруг стало интересно, и почти всё — можно.
Однако, Рекс не чувствует того же восторга, что и Макс по правую руку от него. При виде богатого убранства, пышных хором его не покидает одна-единственная мысль — в этих хоромах легко могли бы поселиться ещё три человека. Два ребёнка и один взрослый.
Сразу вспоминается их старенькая однушка. Облезлые, выцветшие обои, из-под которых выглядывают другие — ещё более облезлые. И полчища тараканов, и ржавые трубы, прижавшись к ним, можно услышать дождь… наверное, Рекс чего-то не понимает в жизни. Чего-то очень важного.
— Пойдём, — говорит он, хватая брата за руку, — поищем деда. Раз её нет.
Первым делом они ищут в кабинете. Это — единственное место, помимо спальни, куда Рекс и Макс могут входить без опаски. Карга никогда сюда не заходит. Это кажется странным Максу, а Рексу — нет. Он с самой первой секунды понял, что карга не очень-то ладит с их дедом. Потому что в деде есть что-то от их мамы, что-то человечное.
Кабинет пуст. Макс сразу утягивает его обратно, — «нечего нам здесь делать», — но Рекс отбрыкивается. Хочет посмотреть. Внимание приковывает ветхая книжка, что лежит на краю внушительного стола из красного дерева. Настоящего. Рекс едва достаёт до неё рукой. Ведёт пальцами по мягкой коже, впалым буквам, лишённым позолоты за давностью лет. «Язык цветов».
— Я её заберу, — говорит он брату.
— Не нужно, — голос Макса чуть жалобный, и в то же время обречённый. Потому что он знает, что не переубедит.
Когда они прячут книжку под подушкой, то идут искать деда дальше. Макс выглядит расстроенным — переживает, что дед заметит пропажу. Рекс знает, что заметит. Но ещё он знает, что тот его обязательно поймёт.
Они находят его в оранжерее. Крёстная их никогда сюда не пускала, и теперь они мнутся на пороге, ухватив друг друга за руку, не решаясь переступить запретную черту. Словно почувствовав их нерешительность, дедушка оборачивается — и его лицо расплывается в искренней улыбке. Он прищуривается хитро и делает им жест рукой, чтобы подошли.
Рексу повторное приглашение не требуется — он тянет Макса за собой, не особо заботясь, хочет тот идти или нет. «Так будет всегда», — рассуждает он про себя, — «я иду за ним, а он — за мной».