Глава 5 (2/2)
– Ничего особенного. На сцене люди играют, в прочем как и в жизни. - Осаму равнодушно взглянул на доктора.
– Он и в жизни такой же. - заметил Акутагава и сделал глоток виски. - Для Гоголя вся жизнь театр, в котором он играет роль.
– Согласен. Наверное именно поэтому Сигма не принимает его ухаживания. - проложил Ацуши. - Мы как-то пытались выяснить что-то о его прошлом, но почти ничего нет, кроме того что он приехал в Японию несколько лет назад, сменил несколько работ, а потом открыл этот клуб.
– Сигма! Что ж ты мне сразу не сказал, что к нам пришел такой милый моему сердцу друг! - Веселый шутливый голос прервал разговор и вся компания обернулась в сторону лестницы, на которой стоял улыбающийся Гоголь, придерживая за талию недовольного Сигму.
– Еще что я должен был тебе сказать? - Сигма вырвался из объятий мужчины и, ударив его по руке, начал спускаться вниз по лестнице. - И вообще не мешай мне работать!
– Уу, как грубо. - Гоголь поднес руку к лицу, делая вид, что вытирает слезы, после чего резко повернулся к гостям и, схватив свободный стул, сел перед детективами, одарив их широкой улыбкой. - Добрый вечер, господа! Феденька, как давно же я тебя не видел. Уж подумал, что ты совсем позабыл старого друга.
– Здравствуй, Николай. А ты все такой же неугомонный. - Достоевский улыбнулся старому знакомому. - Позволь представить тебе твоих гостей. Это детективы Акутагава и Накаджима и их старший коллега детектив Осаму Дазай.
– Рад вас всех тут видеть. Друзья Феденьки, мои друзья, так что отдыхайте и расслабляйтесь, все за счет заведения. - Добродушно улыбнулся хозяин клуба, вызвав смешок у Ацуши, уже и так пьющего бесплатный напиток. - Федор, а ты мне не говорил, что у тебя такая чудесная компания. И как давно вы встречаетесь?
– Встречаемся? - Достоевский недоуменно посмотрел на Гоголя, который упиравшись локтями в стол и положив голову на ладони, рассматривал Осаму.
– Боюсь, вы ошиблись. - Сдерживаясь, ответил Дазай. - Я тут по работе и мне нужно с вами поговорить.
– Ух, какой серьезный. А мне нравится твой выбор, Феденька. - Гоголь поднялся с места, еще раз посмотрев на детектива. - Раз по делу, то давайте поговорим в моем кабинете.
Достоевский и Дазай одновременно поднялись с дивана и последовали за владельцем клуба, оставляя Рюноске и Ацуши весело проводить время. Гоголь провел их на первый этаж, мимо гостей, завороженно смотрящих на сцену, где выступали танцоры в экзотических нарядах. По дороге он здоровался с посетителями, отвешивая сомнительные комплименты или отпуская двусмысленные шутки в их адрес, а проходя мимо бара, Гоголь не удержался и, поймав за руку Сигму, что-то прошептал ему на ухо, заставив покраснеть.
– Ты уверен в его адекватности и в том, что он нам поможет? - спросил Дазай, наблюдавший за поведением хозяина заведения.
– Более чем. - Достоевский сохранял спокойствие и хладнокровие на все слова от Гоголя в его адрес, тогда как Осаму не нравилось хамское поведение этого человека.
– Еще один намек с его стороны, что мы с тобой встречаемся и я ему врежу.
Обойдя барную стойку и сцену, они прошли через дверь, скрытую гардиной в цвет цвет, и пройдя по узкому коридору, вошли в кабинет. Как и предполагал Дазай, кабинет владельца напоминал скорее кабинет какого-нибудь императора. Черные стены украшал золотой орнамент и репродукции картин знаменитых художников в золоченых рамах, массивный рабочий стол из дерева дуба, стоял справа от входа, а напротив два дивана из черной кожи и журнальный столик в тон рабочему столу. Над всем этим великолепием свисала люстра, украшенная хрусталем.
– Прошу, присаживайтесь. - Гоголь указал на диваны и прошел к столу, снимая с рук белые перчатки. - Так какое дело привело детектива в мое заведение?
– Мне нужно узнать посещал ли этот человек ваш клуб? - Осаму подошел к столу и достал из кармана фотографию последней жертвы, протянув ее владельцу клуба.
– Хм. Видел его. - взяв фотографию в руки, Гоголь нахмурился. - Господин Дазай, думаю вы понимаете, что в моем заведении нет места людям, которые могут испортить его репутацию.
– Мне нет дела до вас или вашего клуба. - Осаму продолжал стоять напротив стола, тогда как Федор сел на диван, следя за ним оттуда.
– Могу я узнать, что этот человек сделал? - спросил Гоголь, поднимая трубку стационарного телефона и набрав короткий номер.
– Умер. - Ответил детектив и, отвернувшись от собеседника, подошел к дивану и сел напротив Федора.
– Умер? Когда? - удивленный Гоголь посмотрел в спину детектива, но быстро опомнился, когда ему ответили на другой стороне провода. - Помнишь толстяка, которого мы вышвырнули несколько дней назад из клуба? Скинь все записи на флэшку и принеси ко мне в кабинет.
– Сегодня утром, его тело нашли на одном из складов на окраине города. Николай, ты новости смотришь? - заметив, что Осаму не собирается отвечать на вопрос, Достоевский решил все же ответить своему знакомому.
– У меня нет времени на новости. Сам знаешь, что я этом клубе живу. - Из речи владельца пропал веселый и насмешливый тон, так что теперь его можно было бы действительно назвать серьезным человеком с которым можно иметь дело. - Я дам вам все видео, что есть на наших камерах со дня его посещения. Но убедительно прошу не использовать в качестве улик. Репутация заведения не должна пострадать.
– Если на видео не будет ничего, что поможет нам в расследовании, то я его просто удалю. Ну или верну. - Ответил Дазай, снова крутя в руке зажигалку.
– Федор, я конечно все понимаю, но может ты сможешь ему объяснить?
– Николай, он делает свою работу и такой, какой есть. А тебе спасибо за помощь. - Достоевский взглянул на хмурого детектива, надеясь, что на видеозаписи не будет ничего, что потребуется в суде, и что детектива нужно отучить от этой дурной привычки с вечно что-то теребить в руках, маскируя тем самым свои нервы.
– Хм, а я ведь правда подумал, что вы встречаетесь. - Улыбнулся Гоголь и, прежде чем они успели ему ответить, дверь открылась и в кабинет вошел Сигма. - Лучик мой, спасибо тебе за работу.
– Ага, не за что. - Сигма положил флэшку на стол и быстрым шагом удалился, хлопнув дверью.
– Федя! Ну что мне с ним делать? - Гоголь взял флешку и, встав из-за стола, подошел к доктору, театрально кидаясь ему в ноги. - Ну почему он меня все время отвергает?
– Хорош дурачиться. Может потому, что ты ведешь себя как клоун? - Все еще пребывая в плохом настроении и, желая скорее покинуть этот театр абсурда, Осаму поднялся с дивана и подошел к стоящему на коленях Гоголю. - Давай флэшку.
– Как грубо. - Гоголь сразу же поднялся и сел на диван рядом с Достоевским. - Я так-то действительно совет спросить хотел. А вам, господин, стоит научиться проще относится к жизни. Вот, лови.
– Не вам меня учить. - Дазай поймал флэшку и спрятал во внутренний карман, взглянув на доктора - Я ухожу.
– Подожди минутку. - Достоевский посмотрел снизу вверх на детектива, а затем повернулся к Гоголю. - Еще раз спасибо за помощь. А по поводу твоего официанта, попробуй поменьше его доставать своим вниманием и уж тем более нарушать его личное пространство. Потерпи, пока сам пустит.
– А…Хорошо. Попробую. - Гоголь благодарно улыбнулся - Хорошего вам вечера, приходите к нам почаще и желательно отдыхать, а не работать.
Дазай вежливо кивнул и направился к выходу, следуя за Федором. В зале стало еще более душно, а людей в клубе еще больше. Пройти мимо бара не задев кого-либо было крайне затруднительно. Осаму пробежался глазами по столикам, расположенным на балконе и не заметив там Рюноске и Ацуши решил, что они уже ушли, как вдруг светлая макушка замаячила в центре танцпола, а рядом обнаружился и Акутагава. Детектив на секунду остановился следя за парочкой, что танцевали не обращая внимания на окружающих. В отличии от повседневного внешнего вида, Рюноске довольно улыбался, смотря на счастливого Ацуши, что при каждом удобном случае целовал своего партнера то в щеку, то в нос, то в губы.
– Может выпьем по бокалу? - Федор, заметив, что Осаму остановился, засмотревшись в толпу, проследил за его взглядом и решил предложить чуть задержаться.
– Ты же за рулем. - Усмехнулся Дазай, вспомнив, что в прошлый раз тот взял лишь стакан воды.
– От одного бокала ничего не будет. Пойдем. - Достоевский пошел к лестнице, ведущей на балкон, а Дазай, сомневаясь, снова взглянул на танцующих и решил, что Федор прав и от одного стакана ничего не будет.
– Ваш заказ. - Как только они заняли места за тем же столиком, где сидели раньше, к ним подошел Сигма и поставил на стол два бокала виски.
– Когда…
– Пока ты любовался танцующими. - Не дав договорить, ответил Достоевский и сделал глоток дорого напитка. - Что думаешь?
– О чем? - не сообразив о чем спрашивает собеседник, Дазай нахмурился и посмотрел на Федора.
– О них. - Доктор указал на коллег в центре танцпола. - Ты ведь знал об их отношениях, но сейчас выглядишь удивленным, наблюдая за ними.
– Знал, но в личную жизнь не лезу. И вообще это не мое дело.
– Так, а в чем тогда дело? - Заметив, что Осаму успокоился и перестал раздражаться на окружающую обстановку, Федор пытался вытащить из него то, о чем он переживает.
– Просто непривычно видеть их такими. - Дазай сделал еще один глоток виски, чувствуя, как тело расслабляется под действием алкоголя. - Ацуши всегда был довольно эмоциональным, но когда нужно работать быстро собирается. А вот обычно угрюмый и мрачный Рюноске…мне кажется, я впервые вижу, как он улыбается.
– Вот оно что. - Федор посмотрел на парочку на танцполе, которая вела себя так же как и остальные вокруг, но только они привлекли внимание Дазая. - Ты переживаешь за них?
– Ммм…Наверное. Но опять же это не мое дело. - Осаму отвернулся от танцпола и посмотрел на собеседника. - Допрос окончен?
– Допрос? - Федор повторил за детективом и сделал глоток из бокала. - У меня нет цели допросить тебя. А вот узнать получше хотелось бы. Ты довольно интересная личность с большим количеством внутренних переживаний, которые усердно пытаешься скрыть. Я всего лишь хочу помочь.
– Я не просил тебя мне помогать. Мы это уже обсуждали.
– Ты не просил, а господин Фукудзава просил. - Достоевский ухмыльнулся, зная, что упоминание директора подействует.
– Хорошо. Я отвечу на еще один вопрос и на этом мы закончим.
– Договорились. - довольный Федор хитро улыбнулся, зная характер детектива, что сейчас он ответит ему правду или пошлет на хрен, решил спросить напрямую - Почему ты лишил себя радостей жизни?
Между собеседниками повисло напряжение, нарушаемое звуками громкой музыки и смехом людей, окружавших их. Дазай ошарашено смотрел в глаза доктора, не ожидая, что тот спросит в лоб тот вопрос, на который он не хотел отвечать самому себе. Ведь произнеся это вслух, все станет правдой и ему придется признаться себе в том, чего не совершал.
– Ладно. Можешь не отвечать, сегодня был тяжелый день и нам стоит отдохнуть. - Нарушил молчание Достоевский, заметив как в глазах Осаму появляется вечная печаль и растерянность. - Давай, отвезу тебя домой.
– Хорошо. - Осаму не стал отвечать на вопрос или спорить. Залпом допив остатки виски в бокале, он поднялся и, погрузившись в размышления, прошел за Федором на выход.
Всю дорогу к дому Дазай смотрел в боковое окно, раздумывая над вопросом доктора. Он и раньше не стремился посещать клубы и в целом не любил шумные компании, но, тем не менее у него были друзья и знакомые, с которым он периодически встречался. После смерти Оды, он стал уделять все свободное время работе, отгородившись от всех, кто был рядом.
– Приехали. - Достоевский остановил машину у тротуара и Дазай тут же вышел из нее, так и не попрощавшись.