Поездка за город. День 1 (2/2)

— Не за что, хён. Тем более мне уже кое кто нравится.

Джи улыбнулся ему и пошел в сторону гостевого дома. Крис еще долго стоял на улице, допивая пиво. Теперь нужно понять с чего начать и как добиться маленькую омежку. Джисон прав, нужно защитить его от всех.

Чонин не мог поверить своим глазам. Через окно своего маленького убежища он увидел его. Он стоял такой одинокий и грустный, отхлебывая из бутылки пиво. Весь день омега наблюдал за альфой, не решаясь подойти и поговорить. Весь день альфа был окружен толпой друзей. Вот сейчас он был один. Чонин отлип от окна и побежал вниз со всех ног. Вот он вылетел из дома, но остановился и сделал шаг назад. Прямо перед его глазами была сцена, которую он никогда в жизни не хотел бы видеть. Как в замедленной съемке Джисон подошел к Чану, сделал глоток из его бутылки, а потом поцеловал его в губы. Но Чон же говорил, что они просто друзья. По щекам потекли слёзы, захотелось провалиться сквозь землю. На негнущихся ногах он добрался до своей безопасной территории и закрыл дверь. Чонин упал на постель, подминая под себя несколько подушек. Ну почему судьба так несправедлива? Крис-первый альфа, который заинтересовал его. И Чонин отступит. Он не хочет мешать им. Видимо они скрывают отношения с Джисоном, потому что оба альфы.

Йени приподнялся и выглянул в окно. Крис стоял в одиночестве и все с той же бутылкой. Создавалось впечатление, что ему это все показалось. Но нет, в памяти отчетливо стояла та сцена, где Джи отпивает из бутылки Чана и соединяет их губы, и Крис не против. Интересно, а у них это серьезно? Или недавно? Боже, о чем он думает? Этот темноволосый альфа забил все мысли. Нужно попытаться выяснить какого рода отношения их связывают и насколько далеко они зашли!

Чанбин стоял над кроватью, смотря на спящего омегу. Может и правда стоит сделать так, как сказал Джисон? Может он видит то, чего не видит сам Со? Чанбин скинул кроссовки и прилег с краю, прижимаясь к теплому боку Кима. Сынмин развернулся, закинул ему ногу на бедро, прижал нос к его шее, еще немного повозился, устраиваясь удобнее, и наконец затих. Бин не мог даже пошевелиться, но вдохнул запах ландышей и расслабился. Было так приятно лежать с ним в обнимку, наслаждаться его теплом. Мягкие волосы щекотали подбородок, теплое дыхание согревало, цветочный запах обволакивает. Бин и сам не заметил как уснул.

Проснулся он от сильного толчка в плечо. Бин сразу же сел на постели и открыл глаза. На него смотрел Сынмин, сжавшись в комочек в углу кровати.

— Хён, что ты тут делаешь?

— Я привел тебя вчера пьяного. Ты сам не захотел меня отпускать.

— Прости, видимо я вчера переборщил с алкоголем. Помню, что мы с Ликсом пили и ели шашлык.

— А потом мы с Джисоном приволокли вас сюда в гостевой.

— Спасибо, хён. Пойдем, я тебя завтраком накормлю?

— Пойдем.

Было около девяти утра, на улице было еще свежо, но день обещал быть жарким. Альфа и омега вернулись в главный дом и прошли на кухню, где уже пили кофе первые ожившие. Юнги и Чимин сидели в уголочке и тихонько пили кофе, Уджин и Чонвон готовили завтрак для стайки омежек, весело щебетавших в гостиной. Вскоре все ушли из кухни в столовую, оставив их наедине. Сынмин молча пожарил рис с овощами, добавил кусочки шашлыка, оставшегося со вчерашнего дня, затем поставил сковороду на подставку на стол. Бин поставил посуду, достал столовые приборы, налил сок в высокие стаканы. Альфе нравилась эта уютная тишина, нравился этот омега.

— Хён, могу я кое-что спросить у тебя?

— Конечно.

— Я нравлюсь тебе?

— Да, Сынмин.

Бин поднял взгляд от тарелки и посмотрел прямо в мягкие карие глаза омеги. На лице ни единой реакции, просто нереальная выдержка у мальчишки, крутое самообладание.

— Это хорошо, хен.

— И что в этом хорошего, Сынмина?

— Потому что ты мне тоже нравишься.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — Бин бросил палочки на стол.

— А что мне плакать что ли? Пойдешь со мной на свидание?

— Тебе не кажется, что все наоборот должно быть?

— Так наберись смелости и пригласи меня на свидание.

— Сынмина?

— Да, хён.

— Сходи со мной на ужин в эту субботу?

— Схожу. И спасибо за то, что помог вчера.

День шел своим чередом, к часу дня проснулись уже все. Часть компании ушла на пляж, часть гуляла по ближайшему лесу, кто-то готовил мясо на вечер. Джисон помогал во дворе убрать мусор, оставшийся после вчерашнего. Минхо стоял на кухне рядом с Уджином и разделывал мясо. Через широкое окно он видел эту мерзкую дрянь, притворяющуюся альфой. Его злость нарастала, а подкрепленная бутылкой соджу, просто выходила за грань. Хо увидел, как Хан ушел в гостевой домик.

— Уджин-хён, я скоро вернусь. Мне нужно кое-что сказать другу.

— Конечно, Хо.

Минхо вымыл руки, вышел на улицу, поспешив через двор к соседнему зданию. Он застал Джисона на выходе и толкнул его обратно. Парень уставился на него немигающим взглядом, пятясь назад, пока не уперся спиной в стену прихожей.

— Хён, что происходит? — его голос слегка дрожал.

— Ты, мерзкая дрянь, закрой рот. Не смей ко мне обращаться.

— Минхо...

— Закрой свой рот. Ты ошибка природы, низшее существо, сраная гамма. Нахер было выдавать себя за альфу?

— Хён?

Минхо ударил его по лицу, вложив всю ярость в удар. По лицу младшего потекли слезы вперемешку с кровью, в глазах отразился страх.

— Ты ничтожество и не заслуживаешь нормально жить в обществе. Убирайся отсюда, не хочу тебя видеть. Сука, ненавижу таких как ты.

Минхо ударил его в живот, развернулся и вышел оттуда, вытирая руки о штаны. Ему было противно касаться его и разговаривать с ним, противно находиться с ним в одном помещении. Его трясло от злости. Альфа вернулся в свою спальню и без сил упал на постель, забываясь тревожным сном.