121.2 вспышка (2/2)

- Нет, думаю, что ты очень расстроишься, если мы опоздаем, - сказал Хван, на ходу проверяя время на часах телефона.

- Опоздаем куда?

- Скоро узнаешь, если пойдешь чуть быстрее.

- Ну скажи, - Феликс состроил жалостливые глазки, но скорость прибавил.

- Узнаешь.

- Ты такой серьезный! Не хочешь стать строгим учителем? Тебе бы пошло.

- Нет, спасибо. Ты с этим справляешься куда лучше, - фыркнул старший, высматривая здание, к которому они приближались.

- И то верно.

Они поднялись по бетонным ступеням и Хенджин практически затолкал Феликса в двери настолько быстро, что тот даже не успел прочитать вывеску на фасаде. Оказавшись в помещении, Ли с досадой стянул перчатки с рук и убрал их в свои карманы. Верхняя одежда была сдана в гардероб, билеты протянуты милой старушке на входе, а волосы неаккуратно причесаны рукой.

- Успели! – облегченно выдохнул Хван, не обращая внимания на озирающегося по сторонам Феликса.

- Ты привел меня… в музей?

Повсюду были расставлены различные экспонаты: старинные телескопы, потрепанные временем скафандры, макеты солнечной системы и множество прочей «космической» атрибутики.

- Если так хочешь, то можем посмотреть здесь все, но позже, - Хенджин потянул ошарашенного Ли за собой.

Они прошли в просторный зал, все пространство которого занимал огромный купол, похожий на палатку туристов-гигантов. Хван довольно улыбнулся и провел младшего в подобие двери.

Внутри было еще теплее, на полу лежало множество подушек, на которых сидели редкие посетители. Источников света было мало, поэтому вокруг царил приятным полумрак, а из колонок доносилась спокойная музыка. Феликсу определенно была знакома мелодия, но он никак не мог вспомнить откуда её знает.

- Начинается, - сказал Хенджин, когда освещение начало сходить на нет. Он сел на подушку в самом центре шатра и позвал Ли к себе.

Стало окончательно темно и тогда Феликс начал крутиться из стороны в сторону, пытаясь найти старшего. Большая рука легла на плечо, а возле уха почувствовалось горячее дыхание.

- Закрой глаза и ложись, - прошептал знакомый голос и кто такой Феликс, чтобы его ослушаться.

Спокойные ноты сменились на более тревожные, но это волнение отражало, скорее, не страх, а предвкушение.

- Открывай.

Ханс Циммер. Феликс вспомнил эту мелодию.

- Это… - продолжить он не смог, потому что мысли смешались в кучу от увиденного.

Перед глазами простирались тысячи звезд, неизвестные Ли планеты кружились в плавном танце, всё вокруг светилось и завораживало. Голубой, розовый, фиолетовый. Цвета смешивались между собой и порождали новые, до этого не виденные Феликсом. Полупрозрачные кольца набирали свою мощь и окружали огромный переливающийся шар. Маленькие яркие точки на темном полотне то приближались, озаряя своим свечением, то отдалялись и становились практически незаметными.

Музыка затихала, предвещая кульминационный момент. Лежащую на полу ладонь Феликса накрыла более крупная и теплая.

Горячие языки пламени охватили взор. Искры летели во все стороны и, казалось, могли прожечь насквозь. Они уплывали все дальше, позволяя собрать картину воедино. Небесный гигант навис сверху и своим светом озарил всё вокруг. Планеты и звезды загорались в новом облике, отражая небывалое свечение.

- … это Солнце.

- Это ты.

Феликс повернул голову в сторону исходящего шепота и наткнулся на лицо, еще более завораживающее в новых красках.

Вспышка. Рождение сверхновой.

Мягкие губы накрыли свои собственные, приоткрытые в неозвученной фразе. Глаза напротив по-прежнему смотрели прямо и выражали бесконечную нежность и искренность в своих действиях. Хенджина не хотелось отталкивать. Его хотелось навечно привязать к себе, чтобы постоянно видеть этот взгляд, ощущать жар сжимающей ладони и бесчисленное количество раз чувствовать губы, замершие в ожидании ответа.

И ответ был. С такой же нежностью и лаской, с такими же чувствами и эмоциями, недосказанными и ненужными сейчас словами. С такой же любовью.

Этот поцелуй останавливал сердце и заставлял его биться с неистовой силой. Этот поцелуй вынуждал не ощущать ничего вокруг себя, но всё глубоко внутри. Этот поцелуй призывал любить и быть любимым.

Звезды замерли, прекращая свои естественные процессы. Планеты застыли, останавливая любые движения. Солнце нависло над ними, сжигая границы и оставляя только желание. Желание быть здесь. Быть сейчас. Быть вместе.