Глава 17 (2/2)
До слуха Луи все равно донеслись глухие звуки, он немного отстранился, снова позволяя себе улыбнуться, и далее прижался ртом к мокрому от слюны отверстию и проник языком внутрь.
Гарри задохнулся, его член дернулся, и тело подалось навстречу ласкам:
— Луи-и-и, — застонал он.
Томмо ощутил, как колечко мышц сжалось вокруг его языка, умоляя о большем. Он шумно втянул носом воздух и опустил руки на бедра подростка, удерживая. Он начал медленно приносить удовольствие своему мальчику, кружа языком нежными касаниями, убеждаясь, что ему действительно это приятно. Когда он услышал свое имя, повторяющееся словно молитва, он понял, что это доказательство того, что, да, Гарри очень нравится. Его дрожащие движения бедер навстречу языку Томмо, тихие стоны и рука, что так отчаянно потянулась к члену.
— Малыш, — улыбнулся Луи, вытерев губы от слюны, и перехватил ладонь Гарри, на мгновение сплетая их пальцы. — Еще рано.
Гарри застонал, не в силах вымолвить и слова, снова сжал одеяло в кулаках около своего лица. И когда он не почувствовал новых касаний, отчаянно прошептал, облизывая губы:
— Луи, пожалуйста, сделай что-нибудь…
Томмо улыбнулся и потерся носом о мягкую кожу ягодиц Гарри. Он снова сжал руками бедра Гарри и на этот раз двинулся чуть глубже, слыша захлебывающийся стон сверху от внезапного проникновения. Подросток снова подался назад, надеясь на чуть больше языка Луи в себе.
Томлинсон на миг сдался, слыша этот стон эхом у себя в ушах, и начал работать языком внутри Гарри, чередуя мягкие проникновения с размашистыми и поверхностными касаниями. Он старался делать все в медленном и нежном ритме, слушая стоны и всхлипывания Гарри от каждого его движения. Луи проник чуть дальше, и Стайлс дернулся, а потом снова подался назад:
— Еще, Лу, пожалуйста…
Томмо проигнорировал и просьбу, и свой истекающий от возбуждения член. Он начал буквально трахать Гарри языком, намеренно не задевая самую желанную для Гарри точку. Луи пришлось сжать бедра Гарри, чтобы удержать прыткого подростка, который с каждой неудачной попыткой найти нужный угол, разочарованно дергался и скулил.
— Луи… — полувыдох, просящий и нуждающийся Гарри сходил с ума. Ему так хотелось желанной разрядки, ему бы хватило пару таких же ужасно приятных касаний языка Луи к его точке наслаждения. Он сосредоточился на том, чтобы получить свое удовольствие, и начал тереться о простынь. Никто из парней и не заметил, как длинные ноги подростка от каждого нового движения его тела разъехались в разные стороны. Гарри удерживался буквально в паре миллиметров от одеяла, чтобы опираться на коленки и просить большего, подаваясь к языку Луи.
— Луи, пожалуйста… — еще раз застонал Гарри, он так хотел кончить, что просто сорвался, и крупные слезы потекли по его лицу от отчаяния.
Томмо нуждался в этом, нуждался в том, чтобы воплотить ту злополучную картинку из головы в жизнь, и отстранился. Слезы стали сигналом для Томлинсона — настолько далеко он заходить не собирался. Он приподнялся и перевернул Гарри на спину, который ни о чем больше не думал, кроме как о том, насколько близок он к оргазму, чтобы насладиться этой прекрасной картиной. Луи раздвинул ноги Гарри и со стоном вернулся к своему занятию — ему так нравилось приносить удовольствие своему соулмейту, что он практически даже и не думал о себе, о том, что с каждым новым отчаянным звуком сверху его член отдавался болезненной пульсацией.
Он застонал, и Гарри выгнулся, снова вцепившись руками за одеяло, и Томмо пришлось схватить его за бедра и удержать. Он сильнее прижался к Гарри, почти касаясь носом его мошонки, двинул языком глубже и снова коснулся простаты подростка. Тело Стайлса снова поднялось, стон вперемешку со всхлипом в попытке поймать немного больше воздуха заставил Луи коснуться его комочка удовольствия еще раз и еще, доводя Гарри до исступления. Из-за потери опоры и крепких пальцев на своих бедрах подросток лишился возможности насаживаться на язык Томмо и просто сорвался на крик. Луи снова застонал, потому что, как бы он ни старался держать соулмейта, его ноги сжали его голову от этой вибрации.
Гарри был на краю, действительно на краю, он замер, ощущая предоргазменное напряжение тела и тугой узел жара, стягивающийся в животе. Еще несколько касаний языка, и подросток с именем Луи на губах утонул в нирване. Луи сделал еще несколько касаний и поднял голову, улыбаясь. Его челюсть немного болела, но он полностью проигнорировал это, поднялся на затекшие ноги и неловко наклонился над ничего не соображающим парнем.
И вот оно! Луи увидел картинку уже не под закрытыми веками, не в своей голове, а действительно увидел ее своими глазами. Влажный, раскрасневшийся и тяжело дышащий Гарри с разбросанными по одеялу, спутавшимися и еще более завившимися от пота кудрями, лежал с закрытыми глазами, наслаждаясь последними секундами оргазма.
Внутри Томмо все ликовало, он начал глубоко целовать Гарри, который не сразу понял, что происходит. И когда до него дошло, он сразу же ответил на поцелуй и обвил шею руками Луи, выгибаясь, чтобы коснуться кожи Луи.
— Ну как? — оторвавшись от губ подростка, спросил Луи. — Это было смущающее?
Подросток, полностью пришедший в себя, застонал, уткнулся в шею Томмо и приглушенно проговорил:
— Это было просто потрясающе, — Луи тихо засмеялся, погладив влажные кудри.
— Поздравляю, ты стал взрослым.
— Еще нет, — ответил Гарри, заглядывая в глаза Томлинсона, перед лицом которого появилась бутылочка лубриканта. Стайлс потряс ей и соблазнительно улыбнулся, потеряв последние остатки смущения.
— Серьезно? — выгнул бровь Луи.
Улыбка подростка померкла, лицо приобрело серьезное выражение, и в следующую секунду Томмо громко охнул. Пальцы Гарри плотно обхватили его член, и он медленно провел рукой вверх и вниз.
— Стой, — Луи отстранился и перехватил подростка за запястье.
— Я могу отсосать тебе, — предложил Гарри.
— Блять, и я еще побоялся слова «вылизать», — закатил глаза Луи.
Щеки Гарри покрылись румянцем, но, несмотря на то, что он получил оргазм, ему хотелось, чтобы Луи тоже кончил.
— Ну так что? — он нетерпеливо потянулся к члену Луи. Томмо снова толкнул его руку, покачал головой с улыбкой и наклонился к подростку:
— Если ты так настаиваешь… — и накрыл его губы поцелуем, забирая бутылочку из пальцев соулмейта.
Луи снова сел на колени, раскрыл лубрикант и выдавил немного себе на пальцы, поглядывая на Гарри, который внимательно изучал его действия и его самого взглядом. Как только баночка отлетела на кровать поодаль, Гарри приподнялся на локтях и неуверенно развел бедра.
Томмо ласково провел пальцем по немного красному колечку мышц, уже немного растянутому после его языка, и наклонился к Гарри, снова целуя, опершись второй рукой около его лица. Первый палец проскользнул почти без особого сопротивления, и подросток шумно выдохнул, ощущая наполненность.
Луи двигал рукой осторожно, слушая учащенное дыхание Гарри. Сам он был максимально возбужден, почти до боли. Он торопился и слишком быстро добавил второй палец, Гарри зашипел и схватился за плечо Луи, зажмуриваясь и раскрывая рот.
— Прости… — Луи сходил с ума от осознания того, что с каждым движением пальцев он сам приближается к разрядке. Он отвлекся всего на несколько секунд — выдавил еще немного смазки, чтобы пальцы вошли легче и Гарри не не испытвал сильного дискомфорта.
— Все хорошо, — слабо улыбнулся подросток, приоткрыв глаза, и тут же снова зажмурился — движения Луи стали быстрее и жестче, от чего его член снова затвердел.
— Блять, — Томмо закрыл глаза, потому что если он продолжит смотреть на растрепанного и возбужденного подростка под собой, то кончит сию же секунду. С третьим пальцем он не спешил и добавил его только тогда, когда почувствовал, что подросток расслабился и начал подаваться пальцам навстречу, и добавил еще немного лубриканта.
Гарри открыл глаза и стал наблюдать за Луи и движениями его руки, что находилась между его бедер. Он невольно задержал дыхание — его соулмейт был таким красивым: узкие губы сжались в тонкую линию, брови нахмурились, что выдавало его напряжение и сосредоточенность. Маленькие бисеринки пота выступили на лбу и стекали по вискам и шее, вызывая желание слизать их языком.
— Ты такой красивый, — прошептал Гарри пересохшими губами.
Томмо поднял взгляд на Гарри и застонал, опустив голову словно в обреченности. Замедлив движения, он окончательно вынул влажные пальцы и услышал звонкий нуждающийся стон подростка.
— Ты уверен? — задал вопрос Луи, устраиваясь между бедер мальчика и беря смазку и выдавливая большое количество себе на пальцы.
— Да, — на выдохе ответил Гарри.
— Точно? — Луи обильно смазал свой член.
— Блять, Томлинсон, не сейчас такие вопросы надо задавать! — воскликнул вновь возбужденный подросток.
Томмо уже не смог остроумно отреагировать на это — он аккуратно прижался головкой члена к Гарри и двинул бедрами, собирая все остатки выдержки и самоконтроля. Ощутив, насколько это узко и горячо, он сжал в кулаках многострадальное одеяло и откинул голову назад, протяжно застонав.
Гарри обхватил его талию ногами, а руками потянул на себя, и Луи упал на локти, утыкаясь носом в шею подростка. Он тяжело дышал, стараясь не толкнуться сразу и на всю длину, слыша сбивчивое дыхание на ухо. Вопрос повис на губах, когда Гарри решил сменить тактику, поняв, что Луи с каждой секундой теряет связь с реальностью и способность контролировать ситуацию. Он прекратил обхватывать Луи и с неимоверным усилием толкнул его в грудь, перевернув на спину и усевшись сверху.
Луи широко распахнул глаза и разочарованно простонал от потери того минимального контакта. Он посмотрел на Гарри, который подарил ему несмелую улыбку. Томмо приподнялся и коснулся ягодиц подростка и развел их в стороны, пока Гарри выгнулся, чтобы обхватить член Луи ладонью и направить в себя.
Луи скользнул внутрь и снова протяжно застонал, откинув голову назад, когда понял, что Гарри медленно опускается на него. Его пальцы сжали бедра Гарри, который уперся руками ему в грудь и полностью принял его в себя, и он бессвязно прошептал:
— Ебаное дерьмо…
Гарри дышал настолько громко, что Луи потерялся в ощущениях, не понимая, чье это дыхание. Он тихо что-то бормотал, умолял Гарри немного потерпеть, когда принял сидячее положение и начал двигаться, поглаживая влажную от пота спину подростка, его бедра и ягодицы.
Мальчик уткнулся парню в шею, крепко обхватив ее руками, и с каждым новым движением стонал все громче, особенно, когда его член терся о живот Луи, а соулмейт попадал по комочку нервов, и просил больше…
Томмо понимал, что он за вечер продержался достаточно долго и достойно, когда тело стало отзываться первыми ощущениями оргазма. Он слепо поцеловал Гарри в ухо, щеку и подбородок, обхватив его член рукой и начав двигать ей в одном темпе.
— Луи-и-и… — снова простонал подросток, когда Томлинсон, ускорив свои движения, попал по простате. Луи толкался почти что с жадностью, ловя с влажных губ новые стоны и всхлипы вперемешку с шумным дыханием, с силой сжав бедра мальчика, оставив его член без внимания.
Ноги Гарри задрожали, и он начал падать на Луи, когда тот поднял голову, накрыв его рот в новом страстном и смазанном поцелуе. Толчки Томмо стали резче и отрывистей, пока Стайлс утопал в этой близости, ощущая, как его собственный член трется о живот Луи.
Томлинсон толкнулся в последний раз и, упав на спину, кончил внутрь Гарри, даже не успев подумать о том, что натворил. Он все еще продолжал инстинктивно двигаться, пока Гарри со стоном сжался вокруг него и снова кончил с его именем на губах.
Подросток повалился на него, и они несколько минут лежали в такой позе, приходя в себя. Луи не помнил, чтобы у него в жизни был хотя бы один такой яркий оргазм. Он расплылся в улыбке и запустил пальцы в мокрые и спутанные кудряшки на затылке Гарри.
Томлинсон аккуратно вышел из Гарри, чувствуя, как его собственная сперма капает ему на бедро, и неуверенно взял подростка за плечи. Стайлс, расслабленный, взмокший и уставший, сполз с Луи и слабо улыбнулся в ответ, давая понять одним лишь взглядом, что ему все понравилось и он ни о чем не жалеет.
Последнее, что удалось сделать Томлинсону — это вытереть Гарри и их животы нижним краем одеяла, съехавшего наполовину на пол, и накрыться им. Засыпая, он почувствовал приятное тепло мягкого тела подростка, что так расслабленно прижимается к нему, и обнял его за талию рукой, уткнувшись в его кудри.