Я б забыла, что ты есть. (2/2)

— Я её уволил. Уволил по своей глупости. Из-за этой глупости я вляпался.

— Говори прямо, я не понимаю, о чем ты говоришь!

— Я влюбился, мам, — Айдан не поверила своим ушам.

— Ты что сделал?

Действительно, последний раз он о таком говорил… Никогда!

— И кто она? Надеюсь, совсем не похожа на Селин.

Женщина закатила глаза и фыркнула. Серкан же снова взял в руки стакан с алкоголем и теперь уже плотностью его опустошил.

— Ничего не станешь мне рассказывать? — Прошептала она.

Он покачал головой.

— Ладно, — выдохнула Айдан вставая с дивана. — Я не знаю, что тебе сказать и как поддержать, потому что я не знаю ситуации. Напиши мне завтра утром, когда протрезвеешь.

Буквально за пару минут она собралась и вышла из дома хлопнув дверью. Серкан почему-то усмехнулся и взял в руки лежащий на диване телефон.

— Добровой вечер, можно заказать такси?

***</p>

Эда никуда не уехала. Некоторые действия вчерашнего вечера повторились. Почти. Вино было совершенно невкусным, а Серкан сейчас ехал непонятно куда.

— За что мне это? — В голос простонала Эда потирая уголки глаз. — Что я сделала?

Больше всего сейчас она хотела, чтобы в её дверь снова постучался он, уложил её на кровать и целовал до потери пульса. Чтобы она чувствовала приятную тяжесть внизу живота, чтобы была буквально прибита к кровати его телом. Но пока что она была прибита только от вина. (а, да, шутки не мое).

Горло горело от кислоты напитка. Он не имел вкус лета, а только удушающий, мерзкий, липкий привкус. Точно такое же чувство Эда испытала сегодня утром. Снова жалеет.

— Я же повесила табличку «Не беспокоить»! — Воскликнула она поднимаясь с пуфика. — Да твою мать, кто там?

Ступор.

— Ты?

Глухое биение сердца.

— Зачем?

Запах его одеколона.

— Уезжай.

Глупость.

Серкан нагло зашел в номер и, если бы тут висели камеры наблюдения, она бы поверила, что это сделал он. Так страстно и яростно он целовал её вчера. Целовал до последнего вздоха.

И целует сегодня.

И будет целовать когда захочет.

Когда надо, когда нет сил жить.

Потому что он знал это точно — он влюбился.