Глава 74 (1/2)

Апартаменты. Комиссар Августин Мерцелиус.</p>- Что... со мной...- с трудом выговорил Антуан, лежа на кровати и елозя по ней, словно ему было неудобно.

- Это называется опьянение,- как можно спокойнее произнес я.

- Это так... странно...- сказал парень, двигая рукой перед собой из стороны в сторону,- Словно я... легкий... И... будто сил так... много...

- Да, есть такое,- я разул парня, бросив его домашние тапки на пол. Подумал, стоит ли его раздевать, но потом решил, что в этом нет необходимости,- Только не поддавайся этому чувству. Оно... обманчиво.

Уж я это знал по себе. Когда я напивался, то тоже чувствовал, словно мне море по колено и горы по плечу, словно сейчас как возьму и как побегу куда-нибудь быстрее олимпийских чемпионов... правда, потом это чувство пропадало, потому что я всегда напивался вусмерть. По другому почему-то не получалось.

- И это... всегда так?- задал вопрос мальчик, смотря на меня со слегка пьяной улыбкой.

- Да, вначале, когда выпил немного,- объяснил я,- Если выпить больше, то уже шевелиться не сможешь.

- Знаю...- вдруг проговорил Антуан,- Папа... тоже не мог... когда много... пил... Его тогда... преро... претир... пре-то-ри-ан-цы... уносили в покои. А иногда его рвало...

- И такое бывает, если выпить слишком много,- согласился я,- Только детям пить нельзя, их организм не может с таким справится. Нужно повзрослеть. И даже тогда нужно пить в меру. Не слишком часто, хотя бы.

- Я... понимаю...- проговорил паренек.

- Ладно, надевай маску и я пойду. Надо съездить по делам.- я достал маску, что был подсоединена к кислородному концентратору, и поднес ее к лицу Антуана.

- Не хочу с ней...- вдруг воспротивился он,- Она неудобная... Бесит...

”- Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке...”- вспомнил я народную мудрость.

- Я понимаю, но надо. Ты еще не до конца вылечился. И ты еще был в комнате, где сильно накурено. Лучше подышать сейчас, а потом хуже может быть. Тогда придется носить ее еще дольше.

- Кхм-кхм-кхм...- скривился Антуан в притворном плаче,- Ладно...

Я надел маску на мальчика и включил нужную кнопку. Концентратор тихо, почти бесшумно заработал.

- Поскорее бы вылечиться...- с грустью проговорил паренек.

- Еще немного. Главное - держись,- ответил я ему, после чего поцеловал в лоб и встал с кровати,- Поспи, это все пройдет. Когда проснешься, может болеть голова, так что не пугайся, попроси у слуг таблетку от головы.

- Хорошо...- уже довольно сонливым голосом сказал Антуан,- Удачи вам... там.

- Спасибо,- кивнул я, после чего направился к выходу.

В зале все еще стоял сильный запах курева, алкоголя и копченостей. Аскирт и Рингер спали без ног на столе, храпя, как паровозы.

Наверное, я должен был злиться на то, что они так напились... Но не получалось. Единственное, на что я злился - это на то, что они это делали перед Антуаном, а Аскирт и вовсе догадался дать ему рюмку амассека, причем не просто какого-то амассека, а достаточно крепкую его разновидность, в пятьдесят пять градусов. Понятное дело, что пацана разнесло почти сразу, при том, что он вряд ли что-то ел, имел малый вес и до этого не пил никогда.

А вот то, что парни вообще напились... я это понимал. Потеря Филгеирта была болезненной. У меня самого было острое желание послать все к черту, сесть вместе с ними и нажраться в хлам, чтобы хоть немного забыть о том, что тут происходит.

Но делать так было нельзя. Нужно было работать. Много работать. Тут кругом происходит один пиздец на другом. И раз уж с пиздецом в виде варповой сверхсильной твари, что бегала по коммуникациям и убивала людей пачками, в ближайшее время разобраться не выйдет, то можно было переключиться на пиздец более мелкий, но не менее важный.

Забрав свое оружие, я вышел в коридор и быстро направился к лифту. Судя по карте, мне нужно было спуститься на километр вниз, где уже ждал специальный поезд, который сможет меньше, чем за сутки, довезти меня до нужного места.

- Где эти двоя?- спросил меня Гихьян по воксу.

- Нажрались в хлам. Так что идем без них.

- Устроили поминки по этому вашему Филгеирту?- такая формулировка немного удивила, но потом я вспомнил, что Гихьян, так-то, ни разу с Филгеиртом не встречался и вообще в глаза его не видел.

- Именно.- ответил я, подходя к лифту.

- Комиссар Мерцелиус,- вдруг окликнул меня уже знакомый мне голос.

Повернувшись, я увидел полковника Валцевски, командира Сетьянского полка. Он вышел из-за поворота направо, в котором была лестница, что вела вверх.

- Доброго дня, полковник Валцевски,- вежливо поздоровался я, нажимая кнопку вызова.

- И вам доброго, комиссар,- также вежливо произнес он,- Я как раз шел к вам.

”- Неожиданно...”- подумалось мне.

- Мне сейчас необходимо идти, однако, можете проехаться со мной,- предложил я. Все же, меня уже ждал поезд.

- Да, конечно, комиссар. Без проблем,- произнес полковник.

Двери лифта открылись и мы все втроем вошли внутрь, после чего поехали вниз.

- Я хотел кое-что спросить... вашего адъютанта, Филгеирта Лонтисаля.

”- Еще более неожиданно...”- пронеслось у меня в мыслях. Все командование знала, что Филгеирт был моим адъютантом перед тем, как... погибнуть. И никаких проблем по этому поводу не было.

- Извиняюсь, если вопрос покажется... странным, однако у него была сестра?

Я удивленно посмотрел на полковника. Вот уж чего я не ожидал, так это подобного вопроса.

- Да... Была,- ответил я. Филгеирт иногда рассказывал о ней.

- И ее звали Цурна Лонтисаль?- задал новый вопрос Валцевски.

- Да.- настороженно проговорил я.

- Значит, это все же он,- произнес командир Сетьянского полка,- Дело в том, что мы Сайолде сражались против культистов вместе с Сестрами Битвы из ордена ”Золотой Хризантемы”. Одной из командующих там была канонисса-командор Цурна Лонтисаль. Мне довелось с ней познакомиться лично. Она... рассказывала, что у нее есть брат по имени Филгеирт. А теперь я прилетел на планету, куда прилетел он сам.

- И где он погиб,- добавил я с горечью. Слышать слова Валцевски было... довольно больно.

- Да. Воистину, галактика огромна, но и в ней можно случайно встретиться,- проговорил Валцевски,- Не думал, что произойдет такая встреча.

- Я и сам не ожидал,- честно признался я. Филгеирт рассказывал о своей сестре, о том, что мечтал встретиться с ней когда-нибудь.

”- А теперь не встретиться... Никогда.”- произнес я сам себе, сжав руки в кулаки. Внутри вновь начала скапливаться печаль. Было слишком больно об этом думать, но и не думать никак не получалось.

- В общем, я хотел... попросить у вас. Когда вы организуете похороны адъютанта... хоть какие-то, то позвольте присутствовать на них. Я обязан канониссе-командор Лонтисаль за все то, что она сделала для моего полка. Не знаю, как объяснить, но я думаю, она бы хотела, чтобы я передал Филгеирту хоть что-то связанное с ней. Пускай и таким образом.

- Конечно, полковник,- проговорил я, не став долго думать,- Не знаю, когда, но мы организуем похороны. И я обязательно вас приглашу.

Я понимал, что Филгеирт уже этот не услышит. Никогда не узнает о том, чего достигла его любимая старшая сестра. Однако, если Валцевски по невероятному стечению обстоятельств был знаком с ней, то я не видел никаких причин отказывать ему поговорить с Филгеиртом, даже если это будет просто символичная фотография.

- Благодарю, комиссар,- произнес полковник.

- Позвольте узнать, какой она вообще была? Цурна. - решил спросить я. До приезда было еще десять минут и не хотелось просто молчать или же говорить о какой-то всячине.

- О, она... умелый и храбрый командир,- уверенно ответил Валцевски,- Хотя и должен признать, с ней было сложно. В вопросах как обороны, так и наступления, она часто была довольно... непреклонной. Если обороняться - то ни шагу назад, если наступать - то до тех пор, пока есть возможности. Фраза ”сдать город” или ”оставить позицию” для нее неприемлемо. Полковник Восемьдесят Пятого Вингархинского, вместе с которым мы сражались, поплатился за вторую жизнью - командор Лонтисаль сожгла его из огнемета.

”- Душевно...”

- Однако, стоит признать - она никогда не отдавала тех приказов, которые не была готова выполнять сама. Если она говорила, что этот сектор или холм мы будем защищать до последнего, то она лезла вместе с сестрами в окопы к нашим гвардейцам и защищала его до тех пор, пока противник не отступал. Один раз это спасло весь наш полк, не дав противнику обойти нас и окружить.

- А... вне боя? Какой она была? Если, конечно, вам довелось ее узнать так.- задал я новый вопрос. Я даже не знал, зачем все это спрашиваю. Однако почему-то мне все же хотелось узнать побольше о семье Филгеирта, раз уж появилась такая возможность.

- Честно сказать, ответить на такой вопрос... сложно,- задумчиво признался Валцевски,- Для нее, как мне кажется, не было различия между временем в бою и вне боя. Если она не сражалась, то готовилась сражаться в будущем. Молитвы, тренировки, стрельбы, инспекции, разборы боев, обсуждение тактики, чтение трудов великих военных мыслителей... Все, что угодно. Человек-солдат, в буквальном смысле слова... Она редко разговаривала о себе. Но одно могу сказать точно - ее преданность Имперским Истинам могла сравниться только с ее ненавистью к ереси.

- Филгеирт и Цурна родились в мире, где уже тридцать лет шла война с еретиками. Их отец погиб на фронте, а мать погибла от смертника в полевом лазарете,- объяснил я. Как-то раз Филгеирт упоминал это.

- Это... многое объясняет,- ответил мне полковник,- Что ж, могу пожелать ей удачи. Она все еще воюет на Сайолде. Положение дел там... скверное, если честно. Мало того, что культисты сопротивляются с безмозглым фанатизмом, так еще и города наполнены ловушками друкхари. А это... Это страшно.

- Никогда не сталкивался, но... наслышан,- я достаточно много знал о темных эльдарах, чтобы иметь представление о том, с чем там пришлось столкнуться. Да, реальность сильно отличалась о того, что я читал или видел на артах, но осознавать, что это пиздец, я мог.

- Понимаю,- лицо Валцевски скривилось, словно от тика, но затем пришло в норму,- Хотя пока не встретишь это лично, сложно себе представить это. Упаси вас Бог-Император от этого.

Голос полковника был наполнен искренностью, серьезностью и одновременно болью. Было понятно, что он сталкивался на этом Сайолде с чем-то действительно ужасным и не хотел, чтобы кто-то еще повторил это.

- Аминь.

Через пару минут молчания лифт приехал и я вышел из него вместе с Гихьяном.

- Спасибо, что сказали о сестре Филгеирта,- напоследок произнес я,- Приятно знать, что она жива и продолжает сражаться.

- Всегда пожалуйста, комиссар,- ответил мужчина, после чего нажал на кнопку и двери лифта закрылись.

Я и Гихьян направились к поезду, который уже ожидал нас. Там меня встретила все та же роскошная обстановка гостиного вагона, с резной мебелью, узорчатыми обоями и позолотой.

Когда я в первый раз это увидел, то сильно удивился, но теперь для меня это стало такой рутиной, что я на это уже не обращал никакого внимания. Иногда я, конечно, задавался вопросом, сколько вообще все это стоило и зачем вообще делать вагон поезда таким роскошным, однако они быстро растворялись в других мыслях. Все равно поезд удобный.

Также внутри уже ожидал Маринур, которому я написал ждать здесь, чтобы отправиться на задание. Пускай у меня был Ногрон, но все же у Маринура, как я понимал, было больше знаний касательно местной специфики, в том числе и по части кланов, а это могло нам очень хорошо помочь.

- Доброго дня, комиссар,- поздоровался Маринур, встав со своего кресла и кивнув, в то время, как двери закрылись и поезд тронулся,- Уважаемый Гихьян.

- И тебе не болеть, рыжик,- произнес сервитор,- Как же непривычно, что ко мне так обращаются.

- А как ты привык?- спросил с некоторым сарказмом, садясь на свое кресло,- Господин комиссар?

- Именно. Вот назови тебя сейчас кто-то ”Уважаемый Августин” - как отреагируешь?

Вопрос заставил задуматься. Меня по имени называли только три человека - Антуан, Аскирт и Ниринта. Причем Антуан говорил всегда ”Дядя Августин”, а Аскирт - в сокращенной форме, ”Авги”.

- Да уж, согласен,- честно признался я.

- То-то же. И это ты сколько на этой должности? Год с небольшим? А меня тридцать шесть лет величали ”господин комиссар”. Эх... Придется привыкать.

Пускай голос Гихьяна и звучал сухо, без всяких эмоций, мне все же показалось, что в нем слышалась какая-то печаль.

Его можно было понять. Все же, после сорока семи лет службы все, что он получил - это сервиторизацию. Было удивительно, что он еще держится.

- И не смотри на меня такой рожей,- вдруг произнес Гихьян,- Самому тошно от того, в кого я превратился, так хоть ты не лей уксус на ожог.

- И... извини.- немного стушевался я. Вот уж не думал, что он поймет.

- Пролетели. Объяснишь хотя бы, куда едем и зачем? Мне-то ладно, могу просто так за тобой хвостиком вилять, пока батареи не сядут, но любопытство, знаешь ли, у меня не отрезали.

- Возникли... некоторые проблемы,- начал объяснять я,- Один из кланов, Вюрштан, начал торговать с бунтовщиками медикаментами в обмен на золото, которое те переплавляют из церковной утвари.

- Вюрштан?- Гихьяну каким-то образом удалось прозвучать удивленно,- Эти алкаши?

- Слышал о них?

- Я не под горой жил, пока работал в Комиссариате, за новостями следил. Двое миленьких богатеньких мальчиков взяли деньжат у родителей, основали с друзьями алкашами свой клан, составив его название из первых букв своих имен, и вдруг начали успешно вкладываться. Вой стоял на всех финансовых каналах. Я даже думал, что они не так уж сильно пропили свои мозги, но, похоже, я ошибся. Получается, едем бить им морды?

- Почти. Они как-то связаны с Барагацем, а завтра собираются снова ехать к нему с каким-то ящиком.

- Ящиком?

- С клановыми печатями. Слишком странно, чтобы быть простым совпадением.

Несколько секунд Биндегиж молчал, явно размышляя над услышанным.

- Согласен,- проговорил он,- Значит, морды не бьем, а просто вежливо останавливаем и смотрим, что он везет?

- Именно,- кивнул я,- Ногрон все подготовит.

- Интересно мне узнать, как эти алкаши связаны с этим святошей Барагацем. Зная его, он их и на выстрел ”Сотряса” не допустит.

- А ты что-то знаешь о Барагаце?- заинтересованно спросил я.

- Немного. Двадцать лет назад остатки его полка выкинула сюда после ”победы” на Шальдаре - потеряли четыре пятых личсостава. Большинство были направлены в Вильярские полки, в качестве старших офицеров, самых толковых - в нашу Схолу, в качестве инструкторов. А вот Хинжандо выперли с позором за пьянство и драку со своим капитаном. Комиссариат рассматривал его дело. Ему светил штрафлег, но с учетом наград и того, что капитан вообще был под грибным кайфом во время драки, решили их обоих просто отправить в отставку. Потом капитан нашел его и попытался убить из мести, но Барагац его забил на смерть кухонным молотком. А потом внезапно отправился в священники.

- Как-то... неожиданно, если честно,- признался я. Мне как-то не приходило раньше в голову лезть в прошлое Барагаца.

- Ага, не такого ожидаешь от священника, да еще и епископа,- ответил сервитор.

В голове начали возникать интересные мысли.

- Я так понимаю, этому есть ведь... документальные подтверждения?- осторожно поинтересовался я.

- Да. Только что ты собираешься с этим делать? Шантажировать его угрозой разоблачения? Ну-ну, удачи,- Гихьян звучал саркастично,- Во-первых, Экклезиархия тебя за такое по голове не погладит. А во-вторых, ему будет глубоко плевать на это. Священник оставляет свою прошлую жизнь после принятия сана. Все, что он делал до этого, не имеет значения, ведь если ему не отказали в сане, значит он заслуживает прощения. К тому же, ничего серьезного там нет. Алкоголизм после военной компании? Люди посочувствуют. Убийство капитана? Чистая самооборона, тот сам пришел к нему с ножом. Он не детей ебал, чтобы местные возжелали его сжечь на Костре Воздаяния.

- Костре Воздаяния?- переспросил я, наклонив голову в недоумении.

- Это один из способов казни на Вильяр Уникусе,- произнес уже Маринур,- Педофилия считается религиозным преступлением, причем одним из самых страшных. За подобное сжигают заживо.

- Что, прям вот так на костре?- удивился я. Сложно было себе представить, чтобы в местных коридорах устраивали костер.

- Ну, почти,- сказа Маринур,- Только вместо дров используют газ.

- Традиции,- продолжил Гихьян.

- У меня на такое комментарии отсутствуют,- честно сказал я,- Ладно, с Барагацем я понял, идея не сработает. Значит, остается только копать что-то новое.

- Жду не дождусь,- произнес Биндегиж.

После этого разговор закончился и мы разошлись по вагону, одновременно включив новости Гихьяну, чтобы не было так уж скучно.