Глава 72 (2/2)

Машина проехала мимо нас дальше к трону, затем взяла влево, повернула направо и остановилась боком к постаменту.

Картината вышла ведя за руку Пангирта, после чего провела его к трону, рядом с которым, стоя на постаменте, уже ждали архиеписком Кирмоз и слуги с губернаторскими регалиями.

Развернувшись, мальчик сел на трон и крепко вцепился в ручки сидения. Его взгляд не менялся. Он все равно продолжал смотреть вперед невидящим взглядом, словно ему было все равно на окружение. При этом он слегка сутулился и вжимал голову в плече. Скорее всего, из-за страха.

Я же лично для себя удивился в очередной раз местной медицине прошло не так уж и много времени с тех пор, как ему прострелили плечо, а он уже вполне спокойно пользовался рукой.

Преторианцы синхронно встали с колен и повернулись в сторону Пангирта, в то время, как машина развернулась и быстро уехала из зала. Мы все также повернулись к нему.

Органы и хор стихли. Зал вновь погрузился в тишину. Нигде никто даже не шептался.

Архиепископ подошел к краю лесенки, что вела к трону, и сложил руки аквиллой.

- Именем Его Божественного Величества, Бога-Императора, Владыки Галактики и Повелителя Всех Людей!- пророкотал он и его голос, усиленный колонками, прошелся по всему храму с кристальной чистотой, словно он находился не в десятке метров от меня, а прямо рядом, у самого уха,- Сегодня мы приветствуем нового наместника Священной Терры, что ниспослан нам по праву крови с кончиной предыдущего! Божьего помазанника, что будет вести всех нас вперед во благо Империума Человечества! Достопочтенного владыку, что будет править Вильяр Уникусом во все года жизни своей! Да примет он свои регалии, дабы ознаменовать свою эпоху!

На этом Кирмоз развернулся и направился к первому слуге, что на красной бархатной подушке держал золотую державу. Та полностью копировала строение самого Вильяр Уникуса вместе с Вильяриумом, а наверху находилась аквилла.

- Прими же, Пангирт, первый сын Линдека Шестого Файсотанура, планету, что отныне в правлении твоем - Вильяр Уникус,- архиепископ передал шар мальчику и тот взял его в левую руку, начав смотреть на него без всякого интереса.

Затем старичок перешел на другую сторону и взял в руки богато украшенный скипетр, на конце которого находилась трехгранная золотая пирамидка, на сторонах которой были драгоценные камни, а на вершине - еще одна аквилла.

- Прими же, Пангирт, первый сын Линдека Шестого Файсотанура, силу, что отныне в руках твоих для правления,- мальчик передал скипетр мальчику и тот также его взял, рассматривая пирамидку. Он ее так близко держал к себе, что из-за этого его глаза немного скосились к носу, что выглядело довольно забавно.

Я лишь надеялся, что этого не видели зрители.

Кирмоз подошел к последнему слуге, что держал на подушке золотую корону со множеством инкрустированных множеством камней шипов, что устремлялись вверх, образуя трехгранную пирамиду, а наверху также была прицеплена аквилла. Внутри шипов была бархатная ткань бордового цвета.

- Прими же, Пангирт, первый сын Линдека Шестого Файсотанура, власть, что отныне тебе вручена, дабы править землей и пользоваться силой,- корона оказалась на голове мальчика, однако тот отреагировал на это испуганно, вжав голову в плечи еще сильнее, словно черепаха. Выглядело это немного нелепо, однако поделать тут уже ничего нельзя было.

”- Держись, пацан, немного еще...”- проговорил я сам себе.

- Именем Его Божественного Величества, Бога-Императора, Владыки Галактики и Повелителя Всех Людей, я, Цзу айсо Вальдермар тиль Мельдасагиш тью Трельдикираун уру Мардишт Кирмоз, властью данной мне, как архиепископу Святого Адептус Министорума, нарекаю тебя достопочтенным Пангиртом Тринадцатым Файсотануром, планетарным губернатором Вильяр Уникуса! Да будешь ты править!- старик повернулся к нам, вновь сложив руки аквиллой,- Слава достопочтенному Пангирту Тринадцатому! И да будет он благословлен Богом-Императором! Аминь!!!

- АМИНЬ!!! АМИНЬ!!! АМИНЬ!!!- прогремел неровный хор десятков тысяч голосов, от чего даже уши не выдержали, прикрутив мне звук.

Вновь заиграли органы и запел хор. Двое слуг поставили перед Кирмозом увесистую раскрытую книгу, после чего тот начал мессу, пока вокруг Пангирта три священника в ходили вокруг его трона с дымящимися кадилами.

Эта часть церемонии продлилась еще где-то полчаса, пока архиепископ нараспев читал одну молитву за другой. Мальчик, тем временем, немного пришел в себя, выпрямился и продолжал сидеть, смотря безучастным взглядом вперед.

Как только последняя молитва смолкла,

Картината что-то сказала Пангирту и тот встал, забирая с собой скипетр и державу, продолжая их держать точно также, как держал их, сидя на троне. Один из слуг в маске подошел к мальчику, поклонился и протянул руки к скипетру, но тот резко, прямо испуганно прижал его к себе, словно какую-то ценность. Державу он также прижал к себе и направился к вернувшейся машине быстрым, немного неуклюжим шагом, пока за ним направилась Картината.

Как только мальчик с матерью сели в нее, машина развернулась и поехала обратно к выходу.

Как только они выехали из зала, преторианцы развернулись кругом и стройным шагом направились к выходу. За ними последовали знаменосцы вместе с Исотом. Кирмоз и священники удалились, а толпа начала расходиться.

- Похоже, у мальчика проблемы...- проговорил я, обращаясь к Маринуру, пока все остальные уже начали идти к выходу.

- С ним будут работать психологи,- ответил мне рыжик,- Времени достаточно, так что думаю, проблем не будет.

- Честно скажу, лучше бы Линдек не говорил бы нам о нем. Во всяком случае, с мальчиком было бы все в порядке и... жертв был бы меньше.

Маринур посмотрел на меня с грустью в глазах.

- Я... понимаю, о чем вы,- проговорил Мар печальным голосом,- Однако, я могу понять и Линдека. По всей видимости, он чувствовал вину за то, что так оставил мальчика и его мать. Это... была его компенсация, на случай смерти.

- Отличная компенсация,- едко ответил я,- Посадить его на трон, ввести во всю эту политику, откуда нет дороги назад.

- Он дал своему сыну власть, о которой даже самые богатые кланы могут только мечтать,- Маринур стал немного серьезнее,- Теперь мальчик в безопасности. В куда большей, чем он был бы, живя простой жизнью в неизвестности.

- Только вот от этой безопасности не будет смысла, если все это ему жизнь сломает.- парировал я.

Это заставило Маринура задуматься.

- У всего есть... своя цена,- неожиданно произнес он,- Однако, или он стал бы губернатором, или о нем узнали бы и убили, так как он вызвал бы ”Ошибку Дергашта”. Это когда один губернатор правит, возможно даже десятилетия, однако находится другой претендент, который по Наследственной Очереди имеет приоритет и должен занять престол. Не один, не два и не десять раз уже подобная ситуация пускала династии кровь.

- Однако мальчик мог все же остаться в безвестности,- парировал я.

У меня все еще не получалось отделаться от мысли, что мы совершили ошибку, посадив Пангирта на трон планетарного губернатора. Что можно было просто удалить все данные о нем и усадить на трон Тивгарта, разобравшись с Барагацом как-нибудь по другому.

- Спорное утверждение,- не согласился со мной Маринур,- Случаи того, как люди узнавали, что являются законными претендентами на престол, бывали разные, один другого нелепее. Но это уже неважно, по большому счету. Выбор мы сделали. Пангирт занял престол и теперь правит. Во всяком случае, какая бы проблему у него произошла, ему помогут.

- Будем надеяться.

Мы вдвоем направились к выходу. После церемонии должен был проходить банкет, однако мне, как комиссару полка, там быть не положено, а потому я собирался заняться наконец-то важным делом - отправиться в штаб и узнать, насколько все у нас плохо.

Потому что ничего хорошего я уже не ожидал.

Большой Банкетный Зал. Полковник Верманд Шеркин. </p>”- От планеты к планете балы не меняются...”- проговорил я сам себе, держа в руке уже полупустой хрустальный бокал с вином алого цвета и стоя вместе с полковником Оурверишом, министром военного имущества, министром финансов и министром транспорта. Командир Шестьдесят Второго Увисарского Полка вдруг разговорился с первым по поводу того, как тут происходят военные поставки, а еще двое присоединились к разговору.

Я же чувствовал себя... не очень. Да, бал в честь коронации нового планетарного губернатора был устроен грандиозный, с этим поспорить было вот вообще невозможно. Все тот же роскошный зал, в котором мы отмечали прибытие полков, длинные столы с огромным количеством самой разнообразной едой и выпивкой, музыкальный оркестр, что создавал приятную атмосферу, и сотни слуг, что постоянно бродили между гостями с различными подносами и скрывались в небольших проемах, которые сразу же закрывались, не оставляя и намека на то, что там есть какая-та дверь.

Периодически все прерывалось длинными танцевальными номерами местных, на которые мне и всем гостям планеты оставалось только смотреть - я танцевать вовсе не умел, а остальные, если и умели, то уж точно не так, как местные.

Мне подобное никогда не нравилось. Есть, пить и бродить между различными группками абсолютно незнакомых тебе людей, пытаясь с ними поговорить, чтобы не было совсем уж скучно. Или же пытаться поговорить из вежливости с теми людьми, что захотят поговорить со мной. Учитывая, кем я был и какой положение занимал, популярность моя была отнюдь немаленькой.

На других планетах было все тоже самое, один в один. Единственные отличия были чисто декоративными - во внешнем виде зала, посуды, в еде, да и только.

Я не должен был здесь находиться. Я должен был сейчас сидеть в штабе, смотреть на яркую голографическую карту и принимать постоянные отчеты о состоянии дел. Насколько я знал из редких сообщений, наступление бунтовщиков уже застопорилось, однако атаки продолжались и у них иногда даже получалось прорвать оборону СПО, СМО, СДО, СКО, протексов и храмовых стражниц, которых свозили туда в попытках хоть чем-то, хоть как-то заткнуть проклятую брешь, которая все сильнее расширялась.

Но нет, мне приходилось стоять тут и вести абсолютно бессмысленные разговоры о том, что из-за теракта на распределительной станции Муниторума на планете задерживались поставки капсюлей для стабберных патронах - на планете их не производили. Со слов министра военного имущества, запасов капсюлей хватит еще на пять миллиардов патронов, а самих патронов было еще шесть миллиардов.

Утешение, правда, это слабое, нам только не хватало еще проблем со снабжением стабберными патронами. Они были довольно важны для пулеметов, учитывая, как мало у нас было мультилазеров и тяжелых болтеров, не говоря уже про болты для последних.

- На наше счастье, ситуация не настолько критичная,- произнесла министр финансов по имени Окуза Бальфард, которой уже, как я понимал, было где-то за семьдесят, но она все еще выглядела живее и бодрее многих молодых,- Мы нашли нескольких частных поставщиков, которые смогут помочь разобраться во всем этом. Пускай это и будет стоить дороже, это покроет наши потребности в капсюлях.

- Приятно слышать,- произнес Оурвериш, немного кивнув,- Потому что в нынешней ситуации тех запасов, что у нас есть, вряд ли хватит надолго. Война их быстро поест, уж будьте уверены.

- Даже не сомневаюсь,- произнес министр военного имущества, мужчина лет пятидесяти, Дёгур Ухис,- Иногда смотришь на статьи имущественных расходов и поражаешься, куда вообще уходят эти патроны.

- Пулеметы,- сразу же ответил я, поняв, что молчать становиться слишком скучно и невыносимо,- Скорострельность огромная, стрелять надо много и часто. Вот и получается, что меньше, чем за минуту можно израсходовать под тысячу патронов. А может даже и больше, в зависимости от того, как активно идет бой.

- Да, страшная вещь - эти пулеметы. Страшные для бунтовщиков,- проговорил министр транспорта, старичок с седыми длинными волосами по имени Гуар Асадан.

На эту шутку остальные два министра и Оурвериш улыбнулись.

”- Поверь, они страшны для всех, в кого они стреляют...”- проговорил я сам себе, мысленно обращаясь к старичку. Было видно, что он вообще слабо представляет себе, что такое пулемет и что он умеет делать.

А я представлял. Я видел, как пулеметные очереди разрывали на куски людей. Видел, как целые отделения, взводы, роты или даже батальоны погибали под шквальным огнем пулеметов, не успев добраться до противника.

Когда я был рядом, капралом и сержантом, я насмотрелся этого вдоволь. Простым гражданским этого было не понять, посмотри они хоть сотню фильмов о войне с самыми качественными и реалистичными спецэффектами.

- Это уж точно,- проговорил министр финансов,- Что ж, был рад пообщаться, уважаемые полковники. Надо бы теперь найти министра экономики.

Все три министра встали, поклонились головами и отправились по своим делам.

Пару секунд передышки были очень даже приятными.

- Помню, у нас однажды был случай, связанный с частниками,- проговорил Оурвериш. Из уважения я повернул к нему голову,- Начались проблемы с обувью. Послали запрос Муниторуму, как обычно. Тот присылает нам на позиции эшелон из пятидесяти вагонов. Заполнен весь ящиками. Солдаты их достают и то оказываются... гвозди.

Я улыбнулся. Подобные истории для меня уже были нормой жизни.

- Оказалось, что все запросы шифровались. Обувь была ”Изделием Номер Пятьдесят Пять-Шестьдесят”, а какой-то умник написал ”Шестьдесят Пять - Шестьдесят”, а это были как раз гвозди. Вначале отправляли запросы, мол пришлите обувь срочно. А нам продолжают вести эшелоны гвоздей, потому что они к тому моменту еще не получили приказ возвращаться. Нам пришлось срочно заказывать обувь у частных мануфакторумов, мастерских, всех, кто хоть как-то умеет обувь делать. Кое-как все закрыли. И знаете, что? Приезжает первая партия сделанной обуви, а на следующий день в него врезается поезд с обувью от Муниторума.

На это я уже тихо засмеялся. Такой истории я еще не слышал.

- У нас тоже бывали случаи,- начал я, решив поделиться своими историями из класса ”Муниторум лажает”,- Заказали зимние комплекты одежды, зима приближалась. Начинают приезжать автомобили Муниторума и все они заполнены трубами, для водопровода. Только вот перед этим мы отправляли запрос, чтобы нам прислали рельсы или арматуры для производства ежей. Майор наш тогдашний решил, что это все ему и приказал пилить эти трубы и сваривать из них ежей. А потом к нам приходит сообщение, мол так и так, перепутали пункты назначения, ваш одежда пришла в другой город, сейчас привезем, а трубы заберем обратно.

Полковник засмеялся, закрыв глаза и прикрыв рот рукой. Я тоже улыбнулся. Это были приятные воспоминания.

- Мы им посылали сообщения, что ехать не надо, но они то ли не получили, то ли не смогли сообщить машинам. В общем, приезжает в нашу глухомань конвой в пятьдесят машин, каждая с прицепом, представитель Муниторума приходит в штаб и ему объясняют ситуацию.

Оурвериш засмеялся еще сильнее, при этом пытаясь себя сдерживать.

- Что тогда началось, это словами не описать,- саркастично проговорил я,- Дошло до того, что бедняга слег с сердечным приступом. Еле откачали тогда.

- Представляю себе это зрелище,- через улыбку ответил мне командир увисарцев.

- Разрешите присоединиться, господа?- спросила подошедшая к нам Римора Фенгердиз, что была одета в свой богато-украшенный костюм с этой странной скошенной шапкой, на которой красовалась большая золотая аквилла.

- Я не против,- проговорил Оурвериш, посмотрев затем на меня.

- Аналогично,- проговорил я. Все же, общество полковника мне было куда более приятным, нежели каких-то министров. Те хоть и были образованными людьми, все же они мыслили совершенно в других плоскостях, нежели люди военные.

Женщина села напротив нас, закинув ногу на ногу.

”- И почему все женщины так делают?”- уже в который раз я спросил сам себя. С самого детства задавался этим вопросом и так до сих пор не узнал на него ответ.

- Как там Геби поживает?- спросил Оурвериш, саркастично улыбнувшись.

Насколько я мог понять, это было что-то вроде прозвища для Геберика. И не сказать, что очень уж приятное и уважительное.

- Как всегда - пытается найти новые связи,- с некоторым ядом произнесла Римора,- Когда я его видела, он разговаривал с матерью губернатора. Хотя что они там обсуждают, я не вслушивалась. Только слышала что-то про свадьбу.

- Боже-Император помилуй, опять он за свое...- проговорил Асадаж, закатив глаза и отпивая глоток своего розового вина.

- Позвольте узнать, о чем это вы?- решил все же я задать вопрос.

Я еще в первый заметил, что отношение к Геберику среди остальных полковников мягко говоря не очень хорошее. Теперь следовало узнать об этом более подробно. Как-никак, нам предстояло тут всем вместе работать и воевать.

- Геберик постоянно ищет способы заполучить какие-то связи. Причем иногда самые неожиданные. На станции ”Шегё”, где мы пополняли топливо и припасы по пути сюда, он выдал своего сына за дочь комендантессы и наследницу самой станции. И там же он смог женить свою дочь на сыне одного вольного торговца. А уж на Алагараде это было постоянно - там он организовал свадьбу восьми своих детей с четырьмя губернаторами, двумя гранд-маршалами, одним главой Администратума и одним главой столицы. Он даже капитану корабля, на котором мы летели, подсовывал свою дочь, которая тому во внучки годиться, но в итоге все сошлось на том, что она вышла замуж за его внука.

- Я... с таким уже сталкивался. Не скажу, что это сильно удивительно,- осторожно произнес я. Все те полковники Астра Милитарум, которые имели семьи и возили их с собой, постоянно пытались как-то устроить жизнь своих детей и внуков, где-то бы они не находились, будто то планета какая, станция или даже корабль.

Делали это по вполне объективным причинам - не каждый полковник хотел, чтобы его ребенок тоже стал солдатам и не каждый ребенок хотел становиться солдатом, потому, чтобы не тратить на таких время и ресурсы, их просто отправляли в свободное плаванье. Особенно это касалось девушек, если они рождались в мужском полку. Им там просто делать было нечего.

Хотя в большинстве случаев таких детей просто отправляли восвояси, давая им какие-то деньги или вообще не давая ничего.

- Могу согласиться. Однако Геберик делает это слишком... настырно, я бы сказала.

- И еще его отношение к собственным детям и внукам,- продолжил Оурвериш немного раздраженным тоном,- Он и половины не знает из той оравы, что у него уже появилось от жен, наложниц, эскортниц и всех прочих.

- Половины? Ты слишком хорошего о нем мнения, Асадаж,- саркастично проговорила Фенгердиз,- Четверть - максимум.

- Но я так понимаю, вы о прим-полковнике не самого лучшего мнения.- напрямую спросил я, понизив громкость голоса так, чтобы меня никто больше не услышал.

Лица обоих полковников посерьезнели.

- Мягко говоря,- ответила мне женщина, смотря на меня слегка задумчиво, словно пыталась подобрать правильные слова,- Он... не образец для подражания, честно вам скажу. Слишком сильно волнуется о своем публичном виде.

- Он всеми силами пытается стать генералом. Это его мечта,- подхватил разговор Асадаж,- И данная компания стала для него большим ударом. Во всяком случае, он так считает. На Алагараде он пытался добиться если не победы, то таких успехов, чтобы ему все же доверили звание генерала. Получалось, правда, не очень хорошо. А потом его и вовсе вывели в тыл и приказали лететь сюда.

- И теперь он будет пытаться добиться победы здесь,- Фенгердиз смотрела на меня внимательным взглядом, после чего слегка улыбнулась,- Что ж, пойду попробую еще что-нибудь вкусное.

- Рекомендую филхарские мидии. Отличная вещь,- посоветовал Оурвериш, когда женщина уже встала,- Они такие маленькие и оранжевого цвета.

- Обязательно попробую,- кивнула командир Атвасанского Полка, после чего направилась дальше, проходя через ряды из сотен таких столиков с диванами, что были тут расставлены.

- Хочу вас предупредить, полковник,- произнес вдруг Асадаж куда более тихим и даже подозрительным голосом, при этом оглядываясь по сторонам,- Будьте осторожны с Гебериком.

Мне не нужно было уточнять, в каком плане мне нужно быть осторожным.

- До какой степени?- решил спросить я.

- Вы ему не нравитесь,- прямо произнес полковник Увисарского Полка. Это было немного неожиданно,- Вы пробились до звания полковника с самого низа, начиная с рядового. Таких людей он не любит, относиться к ним с большим подозрением, потому что обычно они идут напролом по карьерной лестнице. Остальные видят, что вы не такой, однако у него совершенно другое мнение. Все же, вы пробыли здесь куда дольше и добились определенных успехов - чего стоит только деблокирование войск и освобождение нескольких десятинных мануфакторумов.

”- Спасибо, Мерцелиус...”- проговорил я про себя. Все же, отдать приоритет именно спасению солдат СПО из котлов.

- Потому не расслабляйтесь. Геби - не из тех людей, которому можно подставить спину,- Оурвериш посмотрел на меня внимательным, холодным взглядом, который сразу же давал понять, насколько серьезно он говорит.

- Не буду,- честно ответил я.

- Рад это слышать,- полковник увисарцев немного улыбнулся мне и встал с дивана,- Надо бы немного подкрепиться.

- Спасибо за разговор, полковник,- кивнул я, слегка улыбнувшись.

- Всегда пожалуйста,- ответил мне Асадаж, отлично понимая, за что именно я ему говорил спасибо.

Я остался сидеть один с неприятными мыслями.

Геберик. Становилось понятно, что с ним все совсем не просто, как могло показаться на первый взгляд. Если он всеми силами пытается стать генералом и считает меня угрозой, то он действительно мог пойти на многое.

Я видел уже не раз и не два, на что офицеры и Гвардии, и Флота готовы пойти ради повышения такого уровня.

Правда, надо было быть осторожным. Я слишком мало знал о Оурверише, Фенгердиз, Тласгахаре и Валцевски. Могло ли быть так, что они имели какие-то личные претензии к Геберику и пытались меня переманить к себе, пытаясь очернить Геберика в моих глазах? Могли. С таким я тоже сталкивался.

Мне все это не нравилось. Никогда не понимал, почему люди даже на войне умудряются заниматься какими-то интригами вместо того, чтобы заняться делом? Однако, ничего не поделаешь. Я был подчиненным Геберика вместе с еще четырьмя полковниками. Тут хочешь или не хочешь, а станешь участником их отношений.

Главное - не делать поспешных выводов, быть настороже и во всем разобраться.

Я встал со своего места и направился к столу с закусками. Настроение, которое и так было плохим, теперь было уже на самом дне.

Бесполезная церемония коронации и бесполезный бал. Потраченное время я мог провести в штабе, координируя действия полка, и даже полученная информация это все не компенсировала - я мог ее узнать и потом.

Теперь оставалось надеяться, что на фронте к моему возращению все будет нормально.