Глава 16 (2) (2/2)

POV/Алессандра

Ласки Леви до сих пор отдавались в моем животе бабочками. Он вчера казался таким довольным и расслабленным со мной, что я ощутила собственную женскую силу. Мое тело смогло одолеть такого властного человека, как Леви Аккерман, сделать его беспомощным.

В какой-то момент мне захотелось, чтобы Леви стал моим мужчиной и моим мужем. Думаю, это было нормальным девичьим желанием. Правда знать бы, совпадало ли оно со стремлениями Аккермана?

Мужчины думали в основном об одном, и только на последнем месте у них стояла женитьба, рождение детей, семейные ценности и прочее. Пик как-то рассказывала, что у Жана на уме только работа и секс. У Леви, наверное, только работа. А я у него…

Черт, у меня ведь на уме тоже далеко не семья. Скорее, французский и дипломная работа с кучей экзаменов. А теперь еще и сногсшибательный секс с Аккерманом. Да и сравнивать не стоило. Мне двадцать два, а Леви тридцать шесть. Думать о серьезном должен он.

Ну вот, снова Леви заставил меня находиться в раздумьях полдня, пока я собиралась во Французский центр на занятия.

Каникулы закончились, и все вышли на новый уровень языка. Только я совершенно не ожидала, что Кольт продолжит заниматься. Я была уверена, что после моего отказа он поменяет преподавателя французского или вовсе бросит изучать язык. Но как только урок закончился, и я принялась собирать учебники, Грайс подошел ко мне.

Он как-то начал говорить туманно, как пациент, который не может точно описать свои симптомы.

— Как каникулы?.. Отдохнула?.. Ты такая красивая…

Я и забыла, что у меня были каникулы, вечера с родителями, фильмами и печеньем. В голове бурными потоками вспоминался лишь секс с Леви и его ласки между ног, которые сейчас отдавались болью в пояснице.

— Спасибо, Кольт, отлично все, — выдавила из себя я. — А ты как? Работал весь месяц?

Мне так и не удалось выведать у него, что он чувствовал, чего хотел и что ждал от меня в будущем. Как бы там ни было, Грайс собирался сказать мне что‐то, но вдруг, в мгновение ока, передумал и произнес нечто совершенно иное. Я в этом точно была уверена, мне даже показалось, что я видела, как слова меняются прямо у него на языке. Однако я прогнала любопытство прочь и не стала выяснять, от каких именно слов ему пришлось отказаться.

— Вечерний Стохес очень красивый, — сказал Кольт, когда мы выходили из класса. На ресепшн он заплатил за свои полтора часа урока, и мы направились к выходу из здания.

Вдохнув холодный воздух, я покрепче запахнулась в пальто.

— Алессандра, знаю, что ты девушка скромная, однако позволишь ли ты пригласить тебя вновь на чашку чая? Сейчас? Обещаю, что недолго.

Если честно, не помню, что именно он сказал еще. Кажется, что когда люди постоянно видятся и имеют общие мечты и стремления, то становятся одним целым. Мне показалось, что Кольт хотел сказать еще что-то, однако стоящий возле машины и ожидавший меня Леви напрочь перекроил все намерения Грайса.

Увиденное меня повергло в шок. Никого не было вокруг, ни души. У людей сегодня другие планы, не в этом районе? Или Леви всех заранее отпугнул. Но мы с ним изначально договорились, что он заберет меня после курсов.

— Кольт, — я взглянула в сторону Аккермана. Казалось, он испепелял взглядом моего ученика, уничтожал, наслаждаясь этим. — Я не смогу пойти с тобой на чай. У меня есть молодой человек.

Он умолк, проследив за моим взглядом в сторону Леви, а затем резко произнес, словно его иголкой кольнуло:

— Ясно.

Я молчала. Кольт продолжил.

— Он, что ли? Легавый этот? — небрежно выронил Грайс.

Аккерман взглянул на наручные часы. Мое время с Кольтом истекало. Да, да, я знала.

— Угу, — буркнула я.

— Специфический тип.

— Вы знакомы? — я была крайне удивлена.

— Да кто же не знает этого капитана Аккермана. Как-то пришлось подписывать один документ у него в полиции. Несмотря на то, что я человек спокойный, я не смог и трех минут в его кабинете находиться.

Я встряхнулась, меня охватило негодование, мне хотелось придавить Кольта всем своим весом, хотелось доказать ему, что Леви не плохой.

— Ты его просто не знаешь. Тем более, он капитан полиции. Как еще должен себя вести?

И зачем я только оправдывалась?

— Ну-ну, — нарочито произнес Кольт. — Алессандра, ты потрясающая. Очень умная и безумно красивая девушка. Ты мне очень нравишься, но если тебя прельщают такие мужчины, как этот тип, то я не пойму твой вкус. Прости. Для меня это странно.

Мы не договорили, Грайс поджал губы, бросил мне короткое «пока» и направился к своей машине, окинув Леви взглядом с неким презрением. Аккерману же было все равно.

— Откуда в таких невыразительных хлюпиках столько уверенности в себе? Раздутое эго как компенсация всего остального? — произнес Леви, обдавая меня своими синими глазами. Я только лишь пожала плечами. — Что ему от тебя было нужно?

— Мое тело и душа, — прильнув к нему, я встретилась с пересохшими губами, которые моментально меня обожгли сладким поцелуем. Будучи до этого в раздраженном напряжении, я вдруг стала спокойна и уверена в объятиях любимого мужчины. Его руки переместились с талии на мое лицо, зарывшись немного в волосы, задевая одну серьгу.

— Ну это и так понятно, Парадиз открыл, называется… Садись в машину.

***</p>

POV/Леви

В салоне я вновь поцеловал Алессандру в губы, проталкивая язык ей в рот, потому что мои мысли то и дело возвращались к нашему следующему сексу. Затем потянулся на заднее сиденья за букетом алых роз и вручил любимой. Усталость в теле и легкость в голове были главными признаками не столько приема спиртного в рабочее время, но и счастья от того, что у меня теперь была постоянная возлюбленная.

— Ты напряжена, — проехав квартал, я взглянул на Алессандру, наслаждавшуюся запахом цветов. — Жалеешь, что не пошла с ним на свидание?

— Дурак, нет!

Я усмехнулся.

— Ну а что тогда?

— Не люблю, когда так происходит в жизни… То есть, человек обижается на тебя за то, что ты выбрала другого. Я ведь ему себя не обещала.

— Это жизнь, Але, и люди в ней все эгоисты. У меня было всякое, за что грустно, стыдно и обидно. Но я все обиды посылаю к херам собачьим, прости за грубость. Просто не обращай внимания. Ты прекрасная. Ему обидно, что ты не его, что я тобой обладаю, а не он.

Она не ответила. Я предложил поехать к набережной. По пути купил Алессандре кофе, а себе зеленый чай. Оставив Ford на стоянке, мы решили пройтись по дорожке, параллельной реке.

— Леви, что ты чувствовал, когда занимался со мной любовью? — спросила Алессандра. Мы шли по тротуару, встречая прохожих людей. В кожаных перчатках я крепко сжимал ручку своей малышки и слушал ее вопросы. Даже курить не хотелось. — Только не в физическом плане.

— О, я чувствовал себя королем. Я ощущал себя практически всевластным и могущественным. Ощущал, что ты моя, что ты для меня. Даже тогда подумал, что если бы я не пошел на то слепое свидание, мы бы не познакомились.

В моей груди зародился злорадный смешок, но его удалось погасить. Губы сами по себе изломились в ухмылке. Голос охрип. То ли от холода, то ли от жажды, то ли от желания курить.

— Были бы, — опровергла она. — Я ведь со штрафом пришла в полицию.

— Я мог бы и не заплатить штраф, но ты была настолько красивой, в моем вкусе, что во мне включился мужчина, а не полицейский.

Я не хотел говорить, что у меня был на нее стояк и после слепого свидания, и после того, как Алессандра появилась впервые в моем кабинете.

Она не ответила, лишь укоризненно покачала головой. Как-то машинально сделала шаг в сторону, и ее пальцы вцепились в перила.

— Красота, — выдохнула она. — Я не была здесь так давно.

Из легких Алессандры вышел чуть слышный выдох. Задерживала дыхание? Круто развернувшись на каблуках сапог, она перехватила рукой перила с другой стороны и наклонилась вниз. Длинное пальто обрисовывало точеную фигуру, но у меня не было времени рассматривать красоту своей девушки, я моментально схватил ее за локоть, прижимая к себе.

— Убиться решила! Поехали лучше домой, я хочу принять с тобой душ.