2. Съёмки (2/2)
— Антон, прекращай весь этот цирк. Мы всё распределили. Не волнуйся, остальные тоже будут читать поздравления. А вы с Олежей просто ответственные. Радоваться должны, что вам доверяют, — Мила смотрит на спящего Олежу и закатывает глаза. — Передашь ему всё. Завтра ждём речь. Всё, что необходимо будет написать в ней, — я ему скину файлом.
Антон злится. Очень сильно злится. Не знает, как переубедить её. Он знает — она продолжит стоять на своём. Спорить с ней бесполезно. Зачем он вообще полез? Зачем понадеялся, что у него получится?
Звёздочкин вздыхает. Подходит к Олеже и кладёт руку ему на плечо:
— Просыпайся, Олеж, — абсолютно спокойно, будто это не он только что кричал на Милу с Лидой. Сейчас это абсолютно спокойный Антон с еле заметной улыбкой на лице. — Пойдём отсюда.
***</p>
— Ты спишь на ходу, Олеж. Давай спать пойдём.
Уговорить Олежу на ночёвку оказалось чуть легче, чем в первые разы. Но сегодня на руку сыграло то, что соседи в общаге устроили какую-то вечеринку. И спать, и работать в такой обстановке просто нереально. Так что Олежа довольно быстро согласился.
— Мне ещё Дипломаторскую речь писать, не забывай. А потом дописывать поздравление. А пото-о-о-ом, — Душнов зевает, — тебя снимать. Сам же предложил снять сегодня. Так что не отвлекай меня.
Антон хмурится. Не нравится ему всё это. Олежа должен спать, а не писать глупые речи. Дипломатор вполне сможет справиться и без неё, как в первое время, до того, как речами занялся Душнов. И поздравление Антон сам может дописать. Олежа сделал уже большую часть.
— Давай сейчас мою часть снимем, а? А потом будешь писать свои речи.
— Они не мои, хочу заметить.
— Но и не мои.
— Это как посмотреть, о великий Дипломатор.
— Мне поздравлять никого не надо. Я-то и импровизировать умею.
— Знаю я твою импровизацию. Ну уж нет, — Олежа смотрит на Антона, пытаясь понять, что же тот задумал. Но потом сдаётся. — Ладно, давай тебя снимем. Но потом не мешай. Договорились? — в ответ лишь кивок.
У Антона прекрасно получается зачитать речь почти с первого раза. Получается именно так, как задумывал её Олежа. Конечно, спустя столько речей, написанных Душновым, Антон умеет «видеть» то, какие эмоции туда вложил Олежа, даже не спрашивая у него. Олежа говорит Антону, что ему нужно было идти на актёра, но оба понимают, что теперь это не светит никому. А жаль. Обычно, чтобы не расстраивать Олежу, напоминая о несбывшейся мечте, Звёздочкин водит его в театр. Сам он не очень их любит, но ради Олежи готов был сидеть там хоть всю жизнь.
«Съёмки», если их можно назвать таковыми, прошли довольно быстро. Олежа в конце хлопает Антону, убрав из рук камеру. А Антон смеётся и, подхватив Душнова, укладывает на кровать.
— Спи.
— А как же…
— Нет. Давай спать. Дипломатор справится без них, а Мила, если ей что-то не понравится, пусть сама дописывает. Спокойной ночи.
— …Спокойной ночи, Антон.