Глава 5 (1/2)

День приезда во дворец</p>

— Если ты сейчас меня не разыгрываешь, то вынужден сообщить, что этот омега тебе никогда не достанется.

— Что ты такое говоришь? Почему?

Сокджин с жалостью посмотрел на альфу.

— Потому что он принадлежит императору и находится здесь в качестве наложника. Его цель — родить для этой страны наследника. Мне очень жаль.

После этих слов сердце Юнги ухнуло куда-то вниз.

— Не думаю, что твоему брату стоит знать об этом. Омега станет первым, кто отправится в покои повелителя, как только начнётся течка. — Видя, как близкий друг совсем сник после этих слов, он добавил. — Мне, правда, жаль, что так случилось.

Значит, это о нём говорили торговцы на рынке. Ну что за превратности судьбы? Почему именно его истинная пара должна была стать частью гарема императора?

Но тут в голове альфы родилась идея, которую он поспешил озвучить.

— Джин, со мной приехал лекарь. Он может поправить твоё здоровье и исполнить вашу с хёном мечту стать родителями.

Омега опустил голову, а потом и вовсе отвернулся.

— Мне не смогли помочь лучшие врачи этой страны, как ему это удастся?

— Если у него всё получится, в чём я лично не сомневаюсь, тогда я попрошу брата отдать мне омегу, чей запах я сейчас ощутил.

Ким повернулся к нему и внимательно посмотрел в глаза. Ему и самому не хотелось бы отдавать мужа в руки другого. То, что предлагал Юнги, было авантюрой в чистом виде и оба это понимали.

— Юнги, даже если у твоего целителя получится, на это могут потребоваться годы. Наша страна не может столько ждать. Враги могут напасть в любой момент, стоит им только почувствовать слабину императора.

— Но почему это должен быть именно он? Я не понимаю. Есть же другие?

— Юнги, успокойся и иди к себе. Этот разговор изначально не имел смысла. Это воля императора и точка.

Ким не хотел перед ним оправдываться. Он сам выбрал Чимина на эту роль, но и подумать не мог, что тот окажется чьей-то истинной парой. Хотя, в это ещё не до конца верилось, но и проверять Джин, конечно же, не собирался.

— Я запрещаю тебе приближаться к гарему и его обитателям. Тебе всё ясно?

Заменить Чимина на кого-нибудь другого? Это можно сделать, но приближающаяся течка омеги и договоренность, которую они с Намджуном достигли относительно именно этого юноши, не позволили отступиться от намеченного плана.

Императора с трудом удалось на это уговорить. Сокджин чуть ли не каждый день вёл с мужем длительные беседы, обещая, что, как только беременность подтвердится, остальных наложников тут же уберут из дворца.

— Скажи мне хотя бы его имя.

Юнги смотрел на него с нескрываемым отчаянием.

— Это ничего не изменит, пойми наконец.

— Джин, пожалуйста. Я должен знать, как его зовут.

Омега поддался на уговоры и, тяжело вздохнув, выполнил просьбу.

— Его зовут Чимин. Теперь ты доволен?

— Спасибо.

Мин обнял его, вспоминая, что он, вообще-то, шёл сюда, чтобы поприветствовать дорогого друга, с которым так давно не виделся и в чьей жизни произошло не мало бед.

— Мне так жаль вашу девочку.

Из лёгких словно выбили весь воздух, стало трудно дышать. Болезненные воспоминания снова заставили сердце ныть, глаза защипало от слёз.

— Это жизнь, тут уж ничего не поделаешь. Я был рад тебя увидеть, Юнги. А сейчас, ты не мог бы меня оставить?

Расцепив объятия и больше не говоря ни слова, альфа удалился в свои покои.

***</p>

После того, как Мин рассказал обо всём своему другу и целителю, они вдвоём стали придумывать, что делать дальше. На следующий день Хосок приступил к лечению, а Юнги отправился поговорить с братом.

Пока Чон находился в покоях омеги императора, братья решили поужинать вместе.

— Ему точно можно доверять? — Ким с беспокойством поглядывал на дверь, как будто в неё могли в любой момент ворваться слуги с криками о помощи.

— Ты можешь доверять ему точно так же, как и мне. — Мин старался звучать миролюбиво.

Судя по всему, Джин ещё не успел рассказал мужу о том, что выбранный наложник является истинной парой для Юнги, потому что Намджун ни разу за вечер не упомянул об этом. Возможно, что омега сделал это специально.

— Так, что ты делал в городе? Почему не приехал вместе со своими людьми во дворец?

Намджун самостоятельно разлил красное вино в два позолоченных бокала и сделал первый глоток, давая брату возможность, как следует обдумать свой ответ. Он всё ещё злился на Юнги за то, что заставил поволноваться о его безопасности.

— Как я сообщил тебе ранее: хотел прикупить что-нибудь и узнать последние новости столицы из первых уст, так сказать.

— И многое узнал? — Теперь старший брат смотрел, не отрывая взгляда.

— Народ доволен твоим правлением. Вот только отсутствие наследников многих беспокоит. Поговаривают, что ты решил взять во дворец несколько наложников. Это правда?

— Тебе прекрасно известно, что Джин не может сам выносить и родить, и последняя такая попытка закончилась весьма плачевно.

Несчастный отец, отвернувшись в сторону, пытался справиться с эмоциями. Юнги было бесконечно жаль видеть печаль в глазах брата, но сейчас его цель состояла в том, чтобы не позволить Намджуну переспать с омегой, что был для него не предназначен.

Прежде чем продолжить, Ким откашлялся.

— Джин сам это предложил. А я не стал сопротивляться.

— Говорят, что омега очень красивый и у него светлые волосы. Это весьма необычно для севера. — Мин не смотрел на брата, чтобы не выдать своей заинтересованности в этом вопросе.

— Давай сменим тему? Мне и так каждый раз становится не по себе от мысли, что придется изменить любимому человеку. Как только кто-нибудь из наложников забеременеет, я тут же смогу отослать всех остальных из дворца. — Он ясно дал понять, что не хочет об этом разговаривать. А потом спросил. — Лучше скажи, ты надолго останешься в городе?

Юнги постарался безмятежно улыбнуться и снова посмотрел на брата, чуть прищурившись.

— Я так быстро тебе надоел? Мы же почти год не виделись. Как ты можешь? — Мин не переставал ворчать и, притворно опустив голову, уткнулся в свою тарелку.

Это помогло, так как Намджун попытался убедить брата, что это вовсе не так, но тот и слышать ничего не хотел. Их шуточная перепалка позволила немного разрядить обстановку. Братья проговорили несколько часов, обсуждая дела государственные и не только.

Джун вспомнил то, о чём он говорил со своим супругом на днях и, хитро прищурившись, спросил:

— А когда ты собираешься порадовать меня племянниками?

Юнги после этих слов поперхнулся и стал кашлять. Ким испугался и постарался ему помочь. Когда приступ закончился, и цвет лица его брата снова был нормальным, император поинтересовался.

— Мой вопрос так заставил тебя отреагировать?

— Нет конечно. Просто, кусок не в то горло попал. — Вопрос действительно застал его врасплох и это ещё мягко сказано. — Уже поздно, я, пожалуй, пойду к себе.

Они закончили ужинать и Мин отправился в покои, которые он делил вместе с Хосоком. Целителю предлагали отдельную комнату, но оба решили, что им так будет удобнее. Удобнее планировать, как вызволить истинную пару Юнги из гарема и не дать совершиться непоправимому.

***</p>

За эту неделю, что Хоби пристально следил за здоровьем Джина, силясь понять, что с ним может быть не так, Юнги нёс «вахту» возле гарема. Ему запретили туда входить, но вот речи о том, что нельзя следить не было. Омеги, что прислуживали наложникам, с удовольствием поделились информацией с красивым и таким галантным братом императора о том, что выбранный для первый ночи, омега проживает в отдельной комнате.

С приездом целителя, Сокджин не вызывал его больше к себе, но и к работе во дворце запретил привлекать. Видимо, боялся, что он может столкнуться с Юнги. Чимин практически не покидал своих скромных покоев, выходя только в столовую и обратно. Все его передвижения строго отслеживал личный помощник Минки, которого к нему приставил Джин.