Часть 9 (2/2)
— Мин Тэи разве не здесь живёт? — Тэхён непонимающе смотрел на собеседника, и в его глазах читалась мольба о помощи.
Тэхён так и не получил ответа на свой вопрос. Что он успел понять за эту поездку, так это то, что у пьяной Мин Тэи есть только два состояния: «сплю без задних ног» и «язык живёт своей жизнью». И эти состояния могли чередоваться бесконечное количество раз, по-видимому, пока она совсем не выдохнется или не протрезвеет. Вот и сейчас вторая стадия достигла своего апогея:
— Вот смотрю на тебя, — Тэи сглотнула, — и мне хочется…
Что ей в тот момент хотелось, к сожалению или к счастью, никто никогда не узнает. Тэхён лишь успел открыть рот, в попытке прокричать «не смей!», но звук так и не покинул его горло. Вся хронология сегодняшнего «зажигательного» вечера Мин Тэи оказалась на его брюках.
***</p>
— Твою мать! — Тэхён взревел так, что ему в ответ послышался лай соседской собаки. — Я так и знал, что эти всё закончится!
Юнги лишь ухмыльнулся и, закинув руку сестры себе на плечо, поспешил увести её в ванную комнату, оставив Ким Тэхёна осматривать масштабы трагедии. Урон терракотовым брюкам сценариста был нанесен колоссальный.
— Проходи и прикрой дверь, — послышался голос рыжеволосого из недр квартиры. — Только никуда не садись!
Тэхён захлопнул входную дверь и прошел в комнату. Прихожая сразу переходила в небольшую гостиную, объединенную с кухней. Помещение выглядело вполне уютно: серый диван, ковер, журнальный столик, телевизор на стене. Плотные зеленые шторы в пол, по-видимому, прятали окна. Несколько горшков с цветами тоже присутствовали, а на стенах красовались небольшие картины и фоторамки.
Осмотревшись по сторонам, внимание Тэхёна сразу же привлекли фотографии стоящие на комоде. Из ванной комнаты ещё доносился звук льющейся воды и, решив, что никто не будет против, если он осмотрится, жертва слабого желудка Мин Тэи взяла одну из фоторамок в руку.
«Прикол. Они что, с младшей школы знакомы?»
На фото стояли мальчик и девочка лет семи в одинаковой школьной форме. Девочка широко улыбалась, демонстрируя отсутствующие передние зубы. Мальчик стоял, держа два школьных ранца, и угрюмо смотрел в камеру (его явно заставили).
«А он ещё и волосы красить любит», — подумал Тэхён, глядя на вторую фотографию, как будто сам никогда этим незлоупотреблял.
Фото было на много свежее предыдущего и, по ощущениям, сделано лет пять назад. На нём «парочка» сидела на ступеньках какого-то университета, Тэи щурилась от солнца, а Юнги поправлял чёрную кепку на волосах мятного цвета.
Звуки льющейся воды стихли, и из глубины квартиры послышался грохот, как будто кто-то не вписался в косяк. Тэхён поставил на место фотографию и вернулся в прихожую. Спустя несколько минут из-за угла показался один из обитателей квартиры, держа в руках свёрток, который оказался пижамными штанами и чёрной футболкой.
— Самое большое, что есть, — Юнги протянул разноцветный комок гостю. — Ты покрупнее меня будешь, поэтому больше ничего не могу предложить. Но прими это в знак благодарности.
Ким Тэхён развернул пёстрое нечто, которое назвать штанами можно было с натяжкой. Это были огромные малиновые шаровары, усеянный узором из мелких желтых резиновых уточек. Все эмоции, относительно «обновок», были написаны на лице брюнета.
— Я как в этом на улицу выйду? — спросил парень, демонстрируя собеседнику штанишки, как будто тот их никогда раньше не видел. — Я буду выглядеть как собирательница устриц.
— Так ночь ведь. Кто там тебя увидит? — пожал плечами господин Мин. — Но можешь и в своих поехать, я не настаиваю, — он было уже потянулся, чтобы забрать у Тэхёна чистую одежду, но тот успел увернуться.
— Нет, в своих я точно не поеду. Их надо срочно постирать, а то они навсегда провоняют… — Тэхён не скрывая своего отвращения, посмотрел вниз, — …этим. И тебе не кажется, что утиных штанов будет недостаточно, чтобы отблагодарить меня за доставку твоей пьяной девушки посреди ночи домой?
— Пха, — прыснул Юнги. — Она моя сводная сестра, — ухмыляясь, парень скрестил руки на груди.
И снова, Ким Тэхён оказался ошарашенным ответом господина Мина.
«Теперь понятно, почему у них столько старых совместных фото».
— Мин Юнги, — представился рыжий, протягивая руку Тэхёну, но тут же одумался (он всё-таки стоит в блевоте его сестры).
— Ким Тэхён.
— Так вот ты какой, Ким Тэхён, — Юнги явно взбодрился.
— Тэи говорила про меня? — удивился сценарист.
— Пару раз упомянула, — соврал Мин. — Ничего такого. У нас есть стиральная машина… — было начал он, но Тэхён тут же его перебил.
— Так что ж ты молчал!
— Так я думал, ты в химчистку костюм отнесешь, — Юнги почесал рыжий затылок.
— Боюсь, что когда химчистки откроются утром, эти брюки будет уже не спасти! — Тэхён уже активно опустошал карманы испачканных брюк и терракотового пиджака, выкладывая всё их содержимое на небольшую тумбочку, около входной двери.
— Я тебе покажу, где стиралка, а дальше сам. А то я спать хочу, — по выражению лица Юнги читалось, что тот уже согласен на всё, лишь бы он мог вернуться обратно в постель. — Можешь на диване лечь или на полу. Кровати для гостей у нас нет, — предложил он, проводя гостя внутрь квартиры.
— А подушка есть?
— Всё для «ночевки» есть в ящиках под диваном. Только диван короткий, а пол твёрдый. Поэтому выбирай для себя меньшее из зол. Со стиркой справишься?
— Ты за кого меня принимаешь?
«Лучше Вам не знать, господин Ким».
— Тогда я спать, — оповестил гостя Юнги, набирая стакан воды. — Ванна — первая дверь по коридору.
С этими словами старший Мин отправился в свою комнату, ещё раз украдкой взглянув на нежданного посетителя: «Сестрёнка, это тебе за то, что доставала меня своими рассказами об ужасном Ким Тэхёне».