Игры в темноте (2/2)
— Да, — коротко ответил мужчина, мол, само собой разумеется.
— Ну хоть где-то я важнее, — нервно пошутила Люси, не зная, что делать с этой информацией.
— Прибедняешься, — цыкнул Дреяр, и девушка, не желая спорить, кивнула. — Как мало у тебя вопросов, — в который раз усмехнулся Лаксус.
— Не поверишь, иногда я даже думаю, — закатила глаза Сердоболия, такие пикировки ей даже нравились — они создавали атмосферу спокойствия и уюта, будто бы они и правда друг друга понимали.
Сидел Дреяр на небольшом, но расстоянии — не пытался даже как-то касаться, они просто расселись по разным сторонам кровати. Заклинательница не знала, что чувствует по этому поводу: конечно, так спокойнее, отсутствие физического контакта действовало положительно на мыслительный процесс, но хотелось почувствовать хоть какое-то мимолётное притяжение, которое даст понять, что это не разговор ради разговора.
— Растёшь, — кивнул Лаксус, издевательски поддакивая.
— А почему со мной не интрижка? Это проще, — наконец решилась спросить Люси, устав теряться в догадках.
— Не доросла ты до этого, — привычно отмахнулся Дреяр, но добавил: — Хотелось бы мне и дальше лишь их, я бы довольствовался тем, что даёт мне Миражанна, а может и нашёл кого другого, здесь не нужно заморачиваться, никакой ответственности, никаких притязаний, без сложностей.
— Наш разговор звучит мерзко, тебе не кажется? — поморщившись от таких прямых выражений, заметила девушка.
— Это жизнь, принцесса, и она не всегда лицеприятна, но лучше говорить честно, чем пытаться подсластить пилюлю ложью и лицемерием, — оборвал эти мысли Лаксус, в который раз дав понять, что он более опытный человек.
— Значит, тебе захотелось сложностей, поэтому ты играешь со мной? — сделала предположение Заклинательница.
— Или я захотел играть с тобой, поэтому выбрал сложности? — парировал Дреяр.
— Да за что ты мне? — застонала Сердоболия. — Весь в деда.
— Расслабься, принцесса, я не хочу причинить тебе вред, — неожиданно притянув девушку к себе, мягко усмехнулся Убийца драконов. Он прислонил Люси спиной к своему боку и приобнял за плечи, наконец разорвав эту бесконтактную пропасть, заставив Заклинательницу растаять от этого жеста и мужского тепла.
— Поэтому нервы треплешь издёвками и загадками? — фыркнула девушка.
— А ты бы хотела иначе? — спокойно рассуждал Лаксус. — Чтоб я предложил тебе встречаться, ухаживал, провожал до дома, дарил цветы, подарки, водил на свидания, заботился и каждый день был рядом? Без игр, подколов, иронии — просто спокойное существование. А потом бы мы съехались и были вместе постоянно, без нервотрёпок, вопросов, новых ощущений, ты мечтаешь об этом?
— Нет, — на удивление ровно ответила Сердоболия ещё до того, как полностью обдумала вопрос.
Люси с удивлением поняла, что ответила правду. Представленная картина дарила уют и тепло, но становилось тоскливо, сразу терзало сомнение, будто это всё обман и что-то далёкое, не родное, не искреннее. Заклинательница впервые полноценно осознала, что не только Дреяр хотел, чтобы они играли в кошки-мышки, ведь и сама девушка не хуже.
Разве такая спокойная жизнь — предел её мечтаний? Может, с кем-то другим, но не с Лаксусом, с ним совершенно иначе, непонятно, ярко, иногда больно, но безумно интересно и приятно. Может, это ненормально? Стоит попробовать завести отношения с кем-то другим? Но Люси просто осознала, что не хочет этих нормальных серьёзных отношений, как бы странно это ни звучало.
— Что ты со мной сделал, дракон? — выдохнула Заклинательница.
— Показал тебе, чего хочешь, — коротко ответил Дреяр, и Сердоболия чувствовала: не лжёт, да и понимала в глубине души, что так оно и есть.
— А ведь я и сама не знаю, чего хочу, — глянув в потолок, протянула Люси — стало слишком комфортно.
— Когда всё понимаешь, жить становится скучно. Впрочем, может, ты хочешь, чтобы мы провели вместе эту ночь?
— А по лбу не дать? — перекрыв возросшее от возбуждения сердцебиение возмущённым восклицанием, поднялась Сердоболия.
— А ты попробуй, — не став препятствовать этим движениям, оскалился Лаксус. — Главное — помни о последствиях своих по… — начал он давать наставления, но увидел перед самым носом горящие глаза Заклинательницы и решил, что нужно применить план-перехват.
Мужчина повалил Люси на постель, перехватив за запястье воинственно поднятую руку, которой, полагается, ему собирались дать по лбу. Быть прижатой к кровати сильным телом оказалось интересным ощущением, как отметила про себя Сердоболия. Казалось, температура резко поднялась, сердце не сумело удержать умеренный темп, а живот ринулся сворачиваться калачиком. Смотреть в тёмные глаза напротив, почему-то различимые во тьме, оказалось сложным заданием — горло что-то сжимало, впрочем, сжимало приятно, а потому взгляд Заклинательница отводить не спешила.
— Ну и… — разорвав становившееся непонятным молчание, хрипловато выдала Люси и, разумеется, была остановлена поцелуем.
В этот раз чувства накатили с удвоенной силой, словно бы то, как Сердоболия поцеловала Дреяра, было иным уровнем или, скорее, иначе настроенным действием. Да, Люси целовала не с пылом и страстью, ею обуревали разномастные эмоции, но здесь чувств было не много, однако все оголены, будто провода, и намеревались обжечь или обдать электрическим разрядом.
Не ответить на такой поцелуй было невозможно — он заставлял это сделать. К счастью, у девушки не было возможности обнять Лаксуса или коснуться его — руки были прижаты к кровати. Казалось, любое действие спровоцировало бы что-то необратимое, даже поцелуй был на грани чего-то большего.
Все надежды были на Дреяра — если он не сумеет остановить это неожиданное безумие, которое, быть может, правильнее было бы назвать эйфорией, то у Сердоболии на такое сил не хватит, и она согласится на что угодно, лишь бы не лишаться этих ощущений и, вероятно, пожалеет об этом позже. К счастью, молитвы были отчасти услышаны: мужчина не стал заходить дальше поцелуя, пусть и распалил им обоих.
— Когда-нибудь нападёшь и победишь, но не сегодня, — шепнул Лаксус на самое ухо Люси, заставив ту едва ли не дёрнуться от пробежавшихся мурашек. — А пока действительно спокойной ночи, принцесса, — произнеся так чувственно последнее слово всё ещё на ухо, мужчина всё же вызвал у Сердоболии сдавленный вздох, походишвий на стон.
Разумеется, маг исчез при помощи молний, не заставив Заклинательницу искать силы на какой-то ответ. Разумеется, Люси долго не могла уснуть и металась по кровати от переизбытка чувств. Разумеется, Лаксус всё это понимал и удовлетворённо попивал виски, сидя дома в полнейшей тьме. Разумеется, их игра обрела новый виток развития.