Часть 9 (2/2)

-Месье, я должна у вас кое о чем попросить?

-О чем же? – Эрик приподнял брови.

-Я должна вас отблагодарить. Вы очень мне помогли, когда я болела и была не в себе.

Эрик внимательно посмотрел на нее:

-Вы уверены, мадам, что я заслуживаю вашей благодарности?

-Конечно! - порывисто воскликнула Кристина. – Месье, вы еще не изучили Оперу?

-Хм, я знаю, как пройти в свой кабинет, как пройти в концертный зал… - начал перечислять Эрик, загибая пальцы.

-Месье, позвольте мне показать вам Оперу! Она огромна! Я покажу вам все этажи, кабинеты, тайные переходы, крышу…

-Крышу? Звучит многообещающе… – С этими словами мужчина рассмеялся. – Ну хорошо, если вы очень этого хотите, я согласен.

Следующие два месяца для Кристины пролетели незаметно. За это время она смогла полностью убедиться в талантах месье Мулхейма. Казалось, он разбирался во всем: участвовал в постановке танцев, следил за созданием декораций и костюмов, работал над спецэффектами, репетировал со всеми актерами. Кристина все больше и больше уважала этого человека. Она восхищалась им, и сама не заметила, как привязалась к нему настолько, что просто не могла ни думать о нем. Она с волнением ожидала их ежедневных совместных репетиций. Эрик помогал ей лучше понять образ, ежедневно она пела с ним в его кабинете. А после… после они гуляли по Опере. И в эти часы Кристина чувствовала себя счастливой! Она водила мужчину по многочисленным лабиринтам здания, они разговаривали о музыке, о Париже, Эрик иногда рассказывал об Америке. Кристина ловила каждое его слово, каждый жест, взгляд и прикосновение. Как оказалось, мужчина очень много читал об Опере, и иногда Кристине казалось, что это не она проводит экскурсию по зданию, а он. К ее удивлению, месье даже был знаком с архитектором здания – Гарнье!

Временами они забредали в такие дали оперных лабиринтов, что Кристина просто терялась. В такие моменты, Эрик, глядя на нее с улыбкой, шептал:

-Виконтесса де Шаньи, вы уверены, что знаете, куда мы идем?

Она, все еще боясь ему признаться, твердо отвечала:

-О, да, месье, я уверена, что мы идем правильно!

И спустя время, когда она, уставшая, в перепачканном платье, уже готова была признать свое поражение, Эрик молча брал ее за руку и ориентируясь на что-то лишь ему одному известное, выводил ее обратно из этого темного лабиринта коридоров.

Это способность директора просто поражала Кристину:

-Месье, это невероятно! Иногда мне кажется, что это не я прожила половину жизни здесь, а вы.

Эрик в свою очередь пожимал плечами и скромно улыбался:

-В этом нет ничего удивительного, у меня просто очень хорошая память.

Иногда, гуляя поздней ночью по нижним этажам здания, они, едва заслышав приближавшиеся шаги охранников, прятались к темную нишу, и там, прижавшись к друг другу, пережидали, пока все не стихнет. Впервые, когда Эрик так сделал, она испугалась, но услышав над своих ухом насмешливое: «Мадам, неужели вы хотите, чтобы вас застукали наедине с мужчиной в такой час?» - все поняла. Больше она не боялась. Наоборот, ей хотелось, чтобы это длилось как можно дольше. Его руки, крепко обнимающие ее, его запах, ее голова, прижатая к его груди, громкий стук его сердца… Хотелось закрыть глаза и остаться так стоять вечно.

-Месье, я не понимаю, почему Луи умер? Ведь вы живы. - Наконец решившись, спросила Кристина на одной из их прогулок.

-Вы бы хотели, чтобы я умер, как Луи? – легкая улыбка замерла на губах директора.

-Нет-нет, наоборот. Но вы ведь могли осчастливить Луи! Он заслужил счастье.

-Знаете, Луи символизирует меня прежнего. И он умер так же, как прежний я.

Кристина долго молчала, обдумывая его ответ.

-Месье Мулхейм, расскажите мне о вашей Жустине.

Эрик, усмехаясь, посмотрел на женщину и ответил:

-А вы любопытны, виконтесса де Шаньи.

-Месье, но я играю ее! Я должна узнать о ней как можно больше! Какая она? Как выглядит? Как вы познакомились? Месье, пожалуйста!

Какое-то время Эрик шел молча, словно о чем-то думая, затем ответил:

-Мадам, завтра премьера, вряд ли вы успеете добавить что-то новое к ее образу. Но… но вы, мадам, какой вы ее видите?

-Я? – Кристина задумалась. – Знаете, ваша Жустина мне напоминает Карлотту. Вы ее не знаете, но она раньше пела здесь.

-Да что вы говорите?! – Эрик рассмеялся. - Я просто обязан с ней познакомиться!

-Но зачем? – Кристина сама не поняла почему, но ее вдруг очень задела эта фраза директора.

-Мадам, ну как вы не понимаете! Возможно, это само Провидение послало меня в Париж, чтобы я наконец нашел ту, кто так похожа на мою Жустину!

-Нет-нет, месье Мулхейм! Вы не так меня поняли! Карлотта она…она… Она замужем! И вообще, она уже старая!

-Старая?! Мадам, вы разбили мое сердце! Сколько же ей лет?

-Я не знаю, но… Месье Мулхейм, завтра состоится наша премьера, а мы до сих пор не побывали на крыше Оперы! Я обещала вам показать всё. Пойдёмте же!

И вот, стоя на краю крыши, Кристина внимательно следила за реакцией Эрика. Париж, раскинувшийся под их ногами, был прекрасен!

-Вам нравится?

-Конечно! – Эрик, улыбаясь, посмотрел на нее. – Мадам, вы дрожите. Идите сюда! Не хватало еще, чтобы вы простудились.

С этими словами он распахнул свои объятия, и женщина с радостью оказалась в них. Сколько времени они так простояли, никто не знал. Каждый думал о своем. Тишину нарушил тихий голос Эрика:

-Мадам, если бы у вас был такой шанс, хотели бы вы что-то изменить в прошлом? Жалеете ли вы о чем-то?

Кристина молчала, обдумывая его вопрос.

-Знаете, да я жалею о некоторых своих поступках и решениях. Но в моем прошлом есть что-то, о чем я никогда не пожалею.

-Что же это?

-Мой сын. Знаете, я бы многое поменяла, но только не его рождение. Он самое дорогое, что есть в моей жизни.

Эрик глубоко вздохнул.

-Он похож на вас?

Кристина рассмеялась:

-Отнюдь, месье. Мой сын вообще не похож на меня, ничем. Ни внешне, ни характером, ни талантами.

- Значит он вылитый отец? – что-то изменилась в голосе Эрика, но Кристина, поглощенная мыслями о Густаве, не обратила на это внимание.

-Да, месье. И мне кажется, это настоящее чудо!

Эрик вдруг выпустил Кристину из своих объятиях и, нахмурившись, сказал достаточно холодным тоном:

-Ваш муж наисчастливейший человек в мире, виконтесса де Шаньи. А теперь прошу извинить меня, завтра нас ждет трудный день, я должен идти. И вам, мадам, не мешает отдохнуть как следует.

С этими словами мужчина покинул крышу, Кристина последовала за ним, не понимая, почему вдруг Эрик так изменился.