21. (1/2)

Маша проснулась от головной боли, вечер в шумном зале все-таки давил на сознание. Девушка обернулась и поняла, что Лукиной нет, но в отличии от Маши, брюнетка оставила записку: «Вечер был отличный. Но я не покормила Флипа, поэтому ушла. Доброго утра.»

Маша вздохнула и потрепала волосы, понимая, что, в очередной раз, не удержалась от соблазна в сторону Лауры и сделала то, чего не должна.

Блондинка встретила в парке своего парня, который гулял на свежем воздухе, после больницы:

— Как дела?

— Дела отлично… Гипс скоро снимут, он не дает толку, — парень сидел на лавке и смотрел на возлюбленную, — Маш?

— М? — она наблюдала, как в пруду плавают утки.

— У тебя все нормально?

— Ага. А почему ты спрашиваешь?

— Ты в последнее время стала такая… взрослая.

— Ситуации вынуждают, а ты… Ты что, против?

— Нет. Нет, ты все такая же веселая, только улыбаешься реже, наверное, это все я, да?

— Нет, Жень. Дело только во мне. И… Я часто стала уставать.

— Я понимаю. Но у нас же все нормально? Я за тебя, как последнюю соломинку держусь, в этой новой неизвестности.

Маша посмотрела на него и, впервые, ей стало грустно от того, что парень смотрит все так же, но теперь его глаза не вызывают внутри особых эмоций:

— Все нормально, — она кивает.

— Я рад, — молодой человек нежно касается ее губ поцелуем и обнимает к себе, — Два года рядом, и это переживем все.

— Угу… — Маша сглотнула и посмотрела на пруд, хотелось сейчас в нем и утопиться, лишь бы не было, так сложно.

— Я подумал тут… Мы оставались же в нашем городе из-за хоккея и фигурного… Может поедем? Легче начнем все снова. Вместе.

— В смысле?

— Давай уедем. В Москве и врачи хорошие и… И лед везде есть, будешь кататься, когда захочешь. Маш… Надо смириться нам с тобой, что мы все. Тебе работу придумает Федерация, я уверен. А я… ну, буду лечиться и…

— Жень, это очень спонтанно и резко.

— Мы с тобой, 2 года жизни, которую могли бы жить, как нормальная пара, потратили на разъезды… Давай сейчас просто уедем и будем вместе? Хочешь, замуж выходи за меня, м?

— Жень, ты что-то просто расстроился сильно…

— Подумай. Я серьезно, — он посмотрел в ее глаза и поцеловал, — Я тебя не тороплю.

Блондинка прошла во дворец спорта, неохотно шагая по коридору. Девушка зашла в офис Лукиной, которая только налила чай, после тренировки и присела:

— Я что забыла, что тебя сегодня тренирую? — Лаура подняла брови, от ее появления.

— Нет-нет, — Маша помотала головой вздыхая.

— Ааа, просто в гости? Чайку?

— Нет, спасибо. Я по делу, — блондинка села за стол и посмотрела на нее, — У тебя есть знакомые тренера в Москве?

— Полно, — она спокойно кивнула, — Какой спорт и вид?

— Фигурное, женское одиночное, непрофессиональный уровень.

— О, а вот таких не много хороших. Тебе для кого?

— Для меня, — она пожимает плечами.

— В смысле?

— Я хочу сменить базу, город и тренера.

— А я не устраиваю уже?

— Слишком устраиваешь, — Маша опустила взгляд.

— Это что такого со вчерашнего дня случилось, что ты вдруг решила уезжать?

— Совесть заела, видимо, — она пожала плечами, — Женя хочет переезд. Ему жизнь надо перестраивать. В Москве…

— Москву выбрали, серьезно?! Вы там и потеряетесь. Померкните. Спроси прошлогодних лидеров, как они? Угу, только, сперва, отыщи их там. Вряд ли сможешь, правда.

— Там хорошие врачи, Федерация меня устроит на какое-нибудь рекламное дело, на край, учиться пойду и…

— Тебя вышвырнут, только ты озвучишь такое решение, — брюнетка помотала головой.

— Мы все. Он с травмой, я тоже и…

— Кто тебе сказал, что ты все? Он? Ну браво! Хорошо жмет на твою совесть и слабую уверенность в себе. Только ты не все. Далеко и сильно не все.

— Он ни на что не жмет. И он прав.

— В чем?

— Да в том, что я другая стала!

— Дело не в травме!

— Я знаю! — она кивнула глядя в ее глаза, — Я не могу. Перекраилась жизнь с ног на голову. Портить еще тебе жизнь. Портить ему жизнь. Я не могу на себя это брать!

— Во-первых, за меня думать и решать не надо, моя жизнь — это мое дело. А вот о себе подумай. Пока ты устроишься, пока документы-переезд, время покатится опять. Здесь два катка. База и маленький, на оба ты можешь выходить. В Москве тебе из великодушия будут давать минут 50, в детской группе, где ничего не покатаешь и все. Весь твой прогресс укатится. И ты посыпешься хуже, чем твой Шкаф. Потому что в отличии от него, у тебя есть талант и воля. Рвать и рвать.

— Он замуж позвал, — Маша поджала губы.

— Ты даже с ним не спала, — брюнетка усмехнулась, — И что? Согласилась?

— Думаю…

— Соглашайся, — она кивнула, двигая от себя бумаги, — Угу. Поезжай с ним в Москву. Выйди замуж. Займись с ним сексом — узнай, что тебя ждет всю твою жизнь и пойми, кто был прав, а кто нет.

— Угу, — она закусила губу, — Спасибо за совет, пожалуй, так и сделаю, — она поднялась.

— Давай-давай, 18 лет, самое время, — женщина говорила с сарказмом, — Не забудь еще сказать, что в отличии от него, я тебя в постель за меньшее время знакомства затащила и не раз. Да и ты меня.

Машу это задевает и она усмехается с улыбкой, кивая:

— Сказать про тебя не скажу, но так… Наверное, признаюсь.

— И дурой будешь, — Лаура нахмурилась, — Господи, ты еще такой ребенок на самом деле. Мне казалось иначе… Иди давай.

— А ты, не смотря на возраст, ведешь себя, как…

— Как кто?

— Как подростки в пубертат.

— А тебе не нравится, хочешь сказать? М? — Лукина поднялась и подошла к ней, — Губы в губы говорить, стонать, оргазм, нет, не нравится? — брюнетка приблизилась к ее лицу, — Прибегаешь ко мне, потому, что я веду себя как-то не так? А сама? М? — женщина произнесла у нее губ, — Тебе нравится, а не я тебя вынуждаю.

— А я не отрицала, — Маша сказала глядя в ее глаза с прищуром, — Но ты пользуешься этим. Очень удобно, да? Иди сюда, иди отсюда. То я нужна, то уже нет. Я не понимаю ничего.

— Я? Я тебя гоню от себя? Хм, — она ухмыльнулась и поджала губы, — А ты не пользуешься мной в своих целях? Секс, каток, семья моя даже, это все не твои цели?

— Это все разное.

— Но это все выгодно только тебе, — Лаура отошла от нее, — Езжай. Скатертью дорожка. Я только задышу легче. Не потащу твою ношу, в нашей быстрой упряжке.

Маша разочарованно посмотрела на нее, поднимаясь:

— Талант, балет и танец, это ноша все-таки, да? — девушка склонила голову на бок, — Я поняла.

— Я не про…

— Ты предельно ясно сказала, спасибо. За силы и время, — девушка кивнула, — Вообще, за все спасибо.

— Ты сюда зачем пришла, м?! — Лукина испытала прилив злости, — Веревки вьешь из меня и…

— Пошла ты, — Маша вдруг почувствовала желание разрыдаться прям здесь, но не хотела доставлять ей удовольствие, — Правы… Что вы все добренькие, только за титулы, а только не по вашему… и все.

— Я не за титулы тебя тренировала! Потому что у тебя их уже нет!

— А за секс, я знаю, — девушка кивнула, — Успехов тут, — блондинка развернулась, чтобы уйти.

— Она мне звонила.

— Кто?

— Ханова твоя…

— Что? — Маша хмуро обернулась, — Великая… звонила тебе?

— После России звонила — возьмите ее, ей надо больше и дальше. После Европы — ну вот, у нее уже титул большой, золото. А я знаешь, что сказала?

— Что?

— Выиграешь Мир, и обсудим, — брюнетка стиснула зубы, — Она выставила тебя кататься из-за меня. Чтобы ты попала в Москву, ко мне на просмотр. До этого, я о тебе не слышала и не видела тебя. Наверное, глянь я раньше… Ты бы еще после России была в моей группе.

— Ты… — Маша болезненно нахмурилась, — Ты причина по которой она… Нет, — девушка помотала головой, — Нет, ты бы сказала сразу.

— Не сказала, потому что не поняла, сперва, на чье место пришла и кто ты. А когда… посмотрела отрывки и ее за бортом увидела. Поняла.

— Ты… — блондинка открыла рот болезненно вдыхая, — Ты могла сказать.

— Нет.

— Почему?!

— Это не играло роли. Но сейчас… Раз уж ты мечешься, я тебе дают все карты в руки. Вот, вся игра… Ходы и шаги. Уезжай спокойно. Это я, человек, из-за которого у тебя травма, и из-за кого ты потеряла всё. Выбирай Женю и езжай. Угу, — брюнетка кивнула ей.

Маша подошла к ней и сжала свою руку в кулак у ее линии подбородка, не касаясь:

— А я тебе верила, — девушка звучала так разочарованно, — Единственной тут верила. Спасибо за урок. Очень больно, умеешь, правда, — Маша кивнула и стиснув зубы, — Я уже и забыла, что ты же с Львом… А это его стиль, два сапога… Чего можно было еще ожидать от вас… Только такого, но ты превзошла всех, да, — девушка развернулась и ушла.

Блондинка шла из дворца через парковку, когда увидела, что Мари сопровождает Владимир и Инна:

— О, Машунь, ты чего, уже накаталась? — мама Мари спросила из далека.

Девушка подняла на них взгляд и слезы предательски полились по щекам, взыграла все обида:

— Ты чего? — Буше отпустила руку матери, под которую держалась, — Маш?

— Пап… — она посмотрела на него, как совсем беззащитный комочек в этом мире.

— Ты чего, моя маленькая? — он обнял ее, чувствуя крепкое объятие к себе.

— Мне так плохо, — она залилась слезами.

— Тш, моя хорошая, тише, — мужчина прижался к ее голове, — Тише, ты чего? Машенька?

— Пойдем, — Мари потянула руку матери, чтобы не мешать.

— Да, созвонимся, — женщина кивнула Владимиру, оставляя его с родной дочерью, которая заливалась слезами.

Буше привезла с матерью и будущим отчимом документы для отъезда в Европу, поэтому они направлялись к тренеру. Брюнетка, как раз вышла из кабинета:

— Лаура Альбертовна, а мы к вам, — Мари улыбнулась.

— Да? Что у вас? — женщина посмотрела на них, но не особо сильно, избегая прямого контакта.

— А мы… — Буше заметила, что холодный тренер, сейчас выглядит иначе… глаза, словно, только поплакала, да и вид печальный, — Кхм, бумаги все привезли, для отъезда.