Кусочек 25 (1/2)

Еле разлепив веки, Тиберий уставился в потолок. Такой белый и ровный. Прислушиваясь к ощущениям в теле, Тиберий осторожно подвигался и тут же захныкал от боли во всех мышцах. Складывалось впечатление, что болели даже волосы. Конечно, ещё не полностью восстановился, а уже так активничает в постели. Скорее всего, они бы закончили на втором разе. Если бы не одно НО: Тиберий, немного полежав, незаметно для себя протянул руку к анусу, лаская его. Эфра же не мог оставить супруга в таком состоянии. И они занялись этим третий раз.

Медленно сев, Тиберий озадаченно оглядел всё ещё влажные и липкие простыни. Не удивительно! Тиберию стало жуть как стыдно. Хотя эта «грязь» предпочтительнее, чем… Мотнув головой, Тиберий откинул одеяло прямо на пол и поднялся. Из задницы не текло только потому, что заботливый муженёк помог ему это всё из себя выдавить, раздвигая анус пальцами, не давая ему сжиматься. Ещё и приговаривал, что его маленькая развратная дырочка теперь нисколько не маленькая. Тиберий, будь у него в тот момент силы, пошутил бы по поводу Чёрной Дыры.

Доковыляв до душа, Тиберий блаженно выдохнул от прохладных потоков, остужающих тело, смывающих грязь ночного приключения. От воспоминаний, как Эфра старательно вытрахивал всё самое плохое, Тиберий не сдержал смешка: немного перестарался! Но это даже к лучшему: как вырубился, так до утра и проспал. Немного обидно, что мужа рядом не оказалось, но это и понятно: дела же надо делать. Но всё равно обидно! Тиберию нравилось просыпаться, прижимаясь к кому-либо из мужей, потому что те начинали ему мурчать всякие нежности.

Выдавив немного геля на ладонь, Тиберий вспенил его и растёр по телу, разглядывая новые отметины – старые ещё не сошли. Эфра иногда удивлял. Приятно удивлял. То укусит, то присосётся, то облизнёт. И почему-то каждый раз это ощущалось, как первый. Он всегда угадывал, где прикосновения приятнее для супруга. Плюс к его карме!

Растирая гель по ногам, Тиберий устало, но довольно вздохнул. После близости с мужем стало как-то легко. Как тот самый тысячный прыжок с ранцем. Хотелось зависнуть в невесомости и ни о чём не думать.

От улыбки уже болели губы, но Тиберий никак не мог прекратить. После бурной ночи внутри всё пело и плясало. Даже захотелось радостно об этом завопить. Если бы не одно очередное НО. Сфокусировав взгляд на отметине внизу и сбоку живота, Тиберий вытянул губы трубочкой, мысленно помянув Галактику. Отметин мало того, что стало две – это неудивительно, как зачал Эфра, он почувствовал ярко, – так ещё и вторая как-то раздвоилась, что ли. Тиберию захотелось ругнуться. Он и ругнулся, судорожно пытаясь понять, что это такое. Двойня? Эфра решил выполнить свою угрозу и заставить супруга рожать без остановки? Опять же, как и при каких обстоятельствах происходит оплодотворение, никто так с уверенностью сказать и не может. Они и до этого занимались сексом, заливая несчастного супруга спермой, чуть ли не соревнуясь, кто первый посадит своё яичко – в те моменты всех трёх мужей убить хотелось. У них и так есть дети! Зачем ещё?!

Выключив душ, Тиберий осторожно из него вышел и замер перед зеркалом, рассматривая отметины уже в отражении. Винить одного Эфру как минимум глупо – отказаться же хотел, а супруг настоял. А раз любимый человек не против, да ещё и дразнит так, то почему Эфра должен был отказаться? И так редко сексом занимаются – в делах все!

Пока Тиберий рассматривал все укусы, засосы, синяки от побоев, непонятно отчего подумал, что он как та самая дорогостоящая проститутка, которая за огромную сумму делает всё, что угодно. Сам подумал, сам ужаснулся, покрывшись мурашками. И тут же сам себя обругал: какого ху он про себя так думает, если спит только с мужьями и, соответственно, денег за это не берёт? Подумаешь, мужей трое! Тиберий округлил глаза. Тихо сетуя на свои же мысли, он вышел из душа и сначала сменил и прибрал постель, а уже потом, после ещё одного похода в душ, напялил белые трусы, шорты и топ с носками.

Как в итоге оказалось, дома никого не оказалось… Тиберий предпочёл не думать, что его ангарская семья сцепилась с человеческой. А то, зная Джона, могло всё закончиться чем угодно. Желательно, без летального исхода.

Чтобы выйти на улицу, Тиберий предусмотрительно переоделся, выбрав штаны и кофту с длинным рукавом. Вообще бы не высовываться, чтобы не ловить на себе любопытные взгляды, но дома заняться нечем. Да, можно связаться по инструментрону с каждым членом семьи, но не захотелось. Даже не потому, что боялся отвлечь от чего или кого-либо, а потому, что хотел увидеть своими глазами. Так-то оно лучше, чем услышать голос.

Айя, как и всегда, радовала приятной тёплой погодой, отсутствием облаков на небе и лёгким освежающим ветерком. Как Тиберий и предполагал, народ на него косился с нескрываемым любопытством – всем хотелось узнать, что произошло на самом деле. Все уже в курсе, что три мужа не смогли уберечь одного супруга. Но подробности! Вот их никто не знал.

— Райдер, рад тебя видеть! — махнул знакомый сопротивленец. — Если своих ищешь, они все в штабе. Поторопился бы ты, а то накал между Эфрой и твоим старшим братом быстро растёт.

— И почему я сейчас не удивлён? — вздохнул Тиберий.

— Потому что ты их знаешь, — подмигнул сопротивленец и отправился по своим делам.

Тиберий на его фразу только улыбнулся. И то верно – знает. Как свои пять пальцев. И плевать, что те периодами пытаются казаться загадочными. Забавные да и только. Вняв словам ангарца, Тиберий направился в штаб, надеясь, что родственники с обеих сторон не подрались.

Не подрались, но были готовы переступить эту черту.

— Оставил вас без внимания на несколько часов, а вы опять грызётесь, — устало произнёс Тиберий, разглядывая обе свои семьи и слыша, как шепчутся за спиной сопротивленцы.

— Пап! — обрадованно воскликнул Зиан, отскакивая от стола Эфры в штабе и бросаясь к нему.

— Тише, родной, я ещё не набрался сил, — рассмеялся Тиберий, но всё же постарался покрепче обнять сына.

— Ой, прости, — виновато прошептал Зиан, жалостливо рассматривая пятна на папином лице.

— Всё в порядке, — так же шёпотом отозвался Тиберий, ободряюще погладив сына по предплечью. — Я живой, а остальное заживёт, — подмигнув просиявшему Зиану, Тиберий повернулся к остальным. Напряжением от мужчин разило за километр. Эфра продолжал буравить Джона стальным взглядом, а тот, в свою очередь, смотрел на ангарца с желанием закопать живьём. — Что вы на этот раз не поделили? — полюбопытствовал Тиберий, подходя ближе.

— Ты и так знаешь, — тихо рыкнул Джон, даже не поворачиваясь к брату. Стоящие чуть в стороне близнецы виновато глянули на Тиберия и сложили руки в молельном жесте, прося пощады, что не смогли остановить старшего брата.

— Так, — Тиберий устало помассировал переносицу. — Я понимаю, что произошедшее – малоприятная ситуация…