Часть 17 (2/2)

—Встань в защиту.— вдруг сказал Меньшиков, и, поймав удивлённый взгляд рыжего, пояснил, —Опекай Мариджаву, а в нападение поставь какого-нибудь Бодейкина. Ты быстрее всех на поле, вот и побегай за ним.—

Никита помолчал пару мгновений, а потом встал со скамейки, серьёзно сказав «Я пойду, обсужу это с Дашей» и направился к капитанше. До конца перерыва и начала второй части игры оставалось около 5 минут, так что времени на обдумывание этого стратегического решения было не так много. Но уже через минуту вся команда стояла возле Васюковой, которая посвящала их в эту идею, и остальные одобрительно кивали головой. Решение было принято.

Второй тайм начался с оглашения директором новой позиции Сидорова и Бодейкина, называя это очень интересным решением. В игру пришли несколько новых Воронят, но почти все они были защитниками и полузащитниками. Мариджава, услышав о переходе Никиты в защитники лишь усмехнулся, обернувшись к рыжему. Тот невинно улыбнулся, выжидая сигнала на позиции. Игра снова началась с перехвата мяча чёрной командой, но долго они его удержать не смогли. Никита повис на Раиде, перехватывая все пасы, от Воронят, пытающихся передать мяч капитану. Сидоров всегда был на пару шагов впереди Мариджавы. За 20 минут ожесточённой игры и нескольких удалённых с поля Воронят из-за запрещённых приёмов, счёт был выровнен. На массивном табло, чуть возвышающимся над коробкой, чтобы счёт было видно с трибун, были цифры 5:5. Счёт был записан на маленьких табличках, которые с каждым забитым мячом переворачивал специально назначенный на эту должность пионер. С каждым забитым Воронятами мячом, Раид, вместо того чтобы радоваться вместе с командой, казалось только больше зверел, от досады, что голы забил не он. До конца матча оставалось меньше минуты. Мяч был на стороне Лисят, но на безопасном расстоянии от ворот. Рита и Коля отчаянно воевали за то, чтобы хотя бы выпнуть мяч на сторону соперника. Давид Васильевич принялся отсчитывать последние 15 секунд матча.

Пятнадцать.

Четырнадцать.

Пионеры на трибунах затаили дыхание, на этот раз оглушая спортсменов тишиной.

Тринадцать.

Одному из нападающих воронят всё же удаётся отобрать мяч, ведя его к воротам противника.

Двенадцать.

Нападающий пасует капитану, бегущему в паре метров от ворот, но Сидоров стенкой отбивает мяч открытому Бодейкину.

Одиннадцать.

На десятой секунде отчёт подхватывают болельщики, хором выкрикивая «Десять!», словно ведут отчёт до боя Курантов за новогодним столом.

Миша ведёт мяч, выводя его на часть поля противников.

Девять!

Восемь!

Семь!

Бодейкину приходилось чуть ли не отпихивать защитников Воронят, что у него не плохо получалось в силу роста.

Шесть!

Пять!

Один из полузащитников бросается под ноги нападающему Лисят, выводя того из равновесия. Миша падает, в последний момент успев отбить мяч в сторону Денькова.

Четыре!

На противоположной стороне поля Сидоров оседает на землю, чувствуя, что больше не способен устоять на ногах. Исход матча больше от него не зависел.

—Эта ничья чистая случайность. Я бы настоял не переигрыше, вот только время смены поджимает. Лисы никогда не будут на одном уровне с Воронами.— зло просипел Раид, косясь на рыжего защитника.

—Ты такой злой потому что наглотался пыли из под моих ног пока пытался отбить мяч?— ответил Никита, выдавливая сквозь дикую отдышку каждое слово.

Три!

Кеша уверенно вёл мяч к воротам, несясь со всех ног.

Два!

Удар по воротам.

На какие-то пару мгновений всё затихло. Тябло со счётом Лисят перевернули. Счёт показывал 6:5. Футболисты замерли, не веря своим глазам.

—Деньков забил решающий гол. И победа в этом году достаётся команде лагеря Лисёнок!—

Спортсмены кинулись друг к другу, собираясь в кучку и обнимаясь, будто праздновали возвращение с войны. Коля победно вскинул руки, закричав «Мы сделали это!!!», прыгая на месте от радости. Даша с Мишей тепло улыбались друг другу, поздравляя без слов. Алиса тоже подбежала к остальным, поправляя волосы, выбившиеся из идеального хвостика. Она обняла тихо торжествующую Риту со спины, кладя подбородок ей на макушку. Артём в свою очередь побежал к выходу с коробки, где его ждала девчонка с распростёртыми объятиями. Он крепко прижался к ней, а она поцеловала его в щёку, от чего Меньшиков покраснел от смущения. Деньков всё ещё стоял на месте, смотря на мяч в воротах противника округлыми глазами, пока Васюкова с Бодейкиным не потащили его за плечи к остальной команде.

Никита, в это время ещё сидевший на земле, встал, отряхивая спортивные шорты, потом повернулся к Раиду, который походу ещё не до конца понял происходящее и сказал:

—Да, быть на ровне с вами действительно было бы унизительно. Хотя тебе не привыкать быть вторым, грёбанный неудачник.— Сидоров махнул ему на прощание, убегая в сторону сокомандников до того, как Мариджава успел опомниться.